Наёмники с большой дороги

Чёрный вихрь сорвался с места, словно голодный пёс, и с рычанием накинулся на девушку, не дав ей пустить в ход ледяные стрелы. Она тонко взвизгнула, пытаясь закрыться руками, но бесполезно – дымка окутала её плотным коконом, в котором незнакомка билась пойманной мухой. - Помоги! – крикнула она, обращаясь к напарнику, но тому было не до неё. Сет и Аргэл, как коршуны, спикировали на парня с двух сторон, с легкостью распарывая когтями щиты, что тот спешно выставлял. Рваные клочья бледно-салатового цвета разлетались вокруг, не в силах остановить разозленных демонов. - Орик! – в отчаянии возопила девица, выдавая личность Тёмного. - Ветродув, значит, - довольно ухмыльнулась Аркана. – А Маска у него стало быть?.. Я вспомнила, что магов воздушной стихии иногда называли вечными скитальцами или бродягами из-за того, что ветер не имеет дома и никогда не останавливается. - Вечный странник! Моя догадка оказалась верна. Чары рассеялись, явив нам молодого мужчину с бородкой клинышком и довольно приятными чертами лица, которые сейчас были искажены от напряжения – удерживать напор Бальтазара и моего братишки становилось все сложнее. - Орик!!! На этот раз её призыв не остался без внимания. На секунду оторвавшись от плетения какого-то заклинания, маг махнул в сторону напарницы синим шариком, крепко зажатым в кулаке. В руках девушки блеснули льдисто-голубые кинжалы, и она тут же начала кромсать скалящуюся призрачными зубами и рычащую темную массу, которая всё больше напоминала мне свору бешеных псов. - По-моему, это Дрисс Грозная, - заметила Аркана. Не знаю, чувствовала ли она что-то, когда насланных ею «собачек» кромсали острые лезвия, но застывшая на алых губах улыбка казалась мне очень зловещей. Наверное, так же улыбались судьи инквизиции, зачитывая приговор очередному еретику. Если бы она улыбалась так мне, я бы повинилась во всех прегрешениях (совершенных и только запланированных) и сама взошла на костер, только бы не видеть этой гримасы, совершенно не подходящей под определение улыбки. - Уверена? – уточнила я, передергивая плечами, чтобы стряхнуть с них табун мурашек, вызванных оскалом красноволосой. - Да, только она так мастерски владеет ножами. - И кто она тогда? - Ледяная воительница! – подсказал Ар, пролетая мимо. Парни на удивление хорошо сработались. Бальтазар планомерно давил на Орика своим алым пламенем, выжигая его ледяную магию, причем в буквальном смысле – колдовская лужа исчезала, оставляя на мраморе выгоревший след – а братик забрасывал Ветродува ранее созданными им же стрелами, не давая ни секунды передышки, чтобы придумать, как отразить их совместную атаку. - Но почему они оба используют лёд? – спросила я, с облегчением отпуская Аркану на ставший безопасным участок пола. – Фух, ну и тяжелая же ты! Девица возмущенно фыркнула, поправляя идеально сидящий по фигуре костюм воинов с востока. Я завистливо вздохнула. Все же до её пышных форм мне далековато. Но… Райх ведь все равно выбрал меня, так что нет повода для уныния, правильно? Не в размере дело, значит! Или это обычно про парней говорят? - Я думаю, они её позаимствовали, - сказал Сет. - Как такое возможно? – удивился Ар. – Лёд - это вроде стихия Кэйлик Бхар. - А может, она и была жертвой нарушителя? – предположила я. - Тогда кто на неё напал? Они? – Аркана кивнула на парочку почти побежденных соперников. В чёрном рычащем облаке изредка мелькала поцарапанная физиономия Дрисс, её порванная одежда или руки со следами собачьих зубов. Орик же сидел, скрючившись за мраморной плитой, которая с минуты на минуту могла стать надгробной – Бальтазар продолжал давить, то ли вознамерившись размазать колдуна, как букашку, то ли просто увлекшись. - Филипп говорил об одном нарушителе, - возразила я. - И кто он? – Аргэл приземлился рядом со мной, складывая крылья и принимая свой обычный облик. Я подумала и поступила также. Раненое крыло немного ныло, напоминая, что мне бы следовало его поберечь, а не организовывать грузовые перевозки в районе военных действий. Ответить брату я не успела, так как Аркана вдруг вытянула вперед правую руку и чуть согнула пальцы, словно хватая кого-то за загривок. Из облака донесся жалобный скулеж, а потом яростное гавканье. Она явно была строгим и суровым хозяином. - Это Карбо? – с содроганием спросила я. - Угу, - красноволосая пристально следила за чёрным вихрем и отчаянно сопротивляющейся воительницей. - Что ты с ней возишься? – недовольно проворчал Сет, балансируя на кучке камней. Орик почти распластался по полу у его ног, выставив перед собой зажатую в кулаке сферу, как последнюю надежду на спасение. - А сам-то? – хмыкнула девица. Она повела пальцами в воздухе, на этот раз как бы поглаживая, и вновь улыбнулась. – Малышу пора подзакусить… - Ррр… гав! – согласно рявкнуло облако, превращаясь в трехглавого пса с огромными зубами и горящими угольками глаз. - И ты еще спрашиваешь, почему я не люблю собак? – резво спрятавшись за спину братика, риторически вопросила я. - Они ведь такие милашки! – Ар с умилением смотрел, как призрачная псина бросается на Дрисс, а та, истерично завизжав, хлопается в обморок. - У нас с тобой явно разные определения понятия «милый», - передернувшись, заметила я. - Ррра? – цербер разочарованно обнюхал неподвижную добычу и посмотрел на хозяйку. - Ну что ж, малыш, видно не судьба, - пожала плечами Аркана, затейливым взмахом руки отправляя свою зверюшку туда, откуда она пришла. - Дзынь! – хрустальный звон прозвучал довольно громко в повисшей в зале тишине. Ветродува почти не было видно из-за оранжево-алого пламени, которое сжимало его со всех сторон, словно огромные тиски. - Крак… - было в этом звуке что-то трагически-обреченное. - Сет, стой! – неожиданно для самой себя крикнула я. Парень чуть повернулся ко мне, и даже не видя лица, я запросто представила его выражение – высокомерно вздернутая бровь и полный холодного презрения взгляд. - Если в сфере заключена магия Кэйлик и ты ее разобьешь, ведьма может умереть или навсегда лишиться способностей! Бальтазар дернул плечом, как бы говоря «а мне-то какое дело?» - Сет, я сказала – остановись! – подпустив в голос угрожающих ноток, повторила я. - Друган, я бы её послушался, - хихикнул братец, подмигнув. - Не зарывайся, - прорычал он. – Я никогда не буду дружить с бастардами и полукровками! - Сет! – воскликнула Аркана, явно шокированная подобным заявлением. Для нас же с Аргэлом это была больная мозоль и если я еще худо-бедно могла справиться с желанием броситься на обидчика, дабы навсегда отучить его делить людей по чистоте крови и законности отношений их родителей, то Ар даже и не попытался. Отрастив крылья уже в прыжке, он бросился на Бальтазара, и они рычащим, ругающимся клубком покатились по полу, мутузя друг друга. - Сет! – уже совсем с другой интонацией – встревожено-заботливой – произнесла красноволосая, кидаясь спасать своего дружка. - Сами разберутся, - я дернула её за локоть. - А ну отпусти! – рявкнула она, сверкнув глазами из-под золотой маски. - Ну давай еще мы с тобой подеремся! - закатила глаза я и тут же подумала: «А почему бы и нет? Я ведь давно хотела на ней маникюр опробовать, да и по поводу Райха хотелось бы кое-что прояснить…» - Запросто! Я растянула губы в улыбке, обнажившей ровные зубки, плавно превратившиеся в заостренные клыки. - С превеликим удовольствием, Арканочка! – передразнила её привычку тянуть моё имя. И все бы действительно могло закончиться банальной потасовкой, если бы не раздавшийся вдруг треск и нарастающий грохот. Пол под ногами задрожал, а с местами побитого заклинаниями потолка посыпались мелкие камушки. - Это еще что? Парни прекратили драку – Аргэл выпрямился, сидя верхом на Бальтазаре, но занесенную для удара руку не опустил. Я с подозрением покосилась на сферу, все еще зажатую в руке Орика, хотя и не была уверена, что причина общей тревоги действительно в ней. Сам колдун тоже уставился на ледяной шарик, не зная, радоваться, что он может помочь ему выпутаться из этой передряги, или же с ужасом отбросить его куда подальше и попытаться сбежать, пока мы заняты своими разборками. - Не нравится мне это, - прошептала я, ощущая себя у подножия горы, с которой вот-вот сойдет лавина, погребя меня под толщей снега. Ну или у водной плотины, что сейчас прорвет. Или… у всех картин, возникающих у меня в голове, был общий смысл приближающейся катастрофы. - И мне, - поддержала Аркана. - Какое удивительное единодушие! – хмыкнул братик. – Хоть в чем-то вы, девочки, наконец, согласились! - Слезь с меня, придурок! - прошипел Бальтазар, избавляя меня от необходимости что-то отвечать. Нервы натянулись до предела, желудок сделал кульбит, а сердце попыталось переселиться в пятку, но место было занято сбежавшей туда чуть ранее душой. «Ой, что сейчас будет!» - подумала я, вжимая голову в плечи. - Да слезь ты, дебил! - Меня. Зовут. Аргэл, - совершенно спокойно произнес братишка, впечатывая кулак в челюсть демона. - Вууууххшшш… - сдерживающая ниточка оборвалась, и лавина понеслась вниз, сметая все на своем пути. - Ар! – завопила я. - Чего сразу Ар? Я тут не причем! – обиженная мордашка братца была последним, что я увидела. Все заволокло облаком пыли, грохот заложил мои многострадальные уши, а пол и потолок вообще поменялись местами, когда меня опрокинуло, завертело и погребло под грудой обломков. Надеюсь, это не шальная задумка организаторов по избавлению скопом от половины участников – это был бы явный перебор. Но если это все же устроили они, то для их блага лучше, чтобы мы действительно трагически скончались, войдя в летописи Большой дороги, потому что иначе соревнования в этом году станут последними в истории – устраивать их в дальнейшем будет просто некому. Ну а если к этому причастен тот нарушитель… Что ж, я ему не завидую! *** Клэр опять вела друзей за собой по спиралевидному коридору, плавно поднимающемуся вверх. Девочка бежала так быстро, как только могла, но знала, что они все равно не успеют. Так ненавистный ей вкус шоколада с миндалем оставил отчетливый след, сообщая о том, что его обладатель был здесь совсем недавно, но догнать его вряд ли получится. - А вот мне интересно, что это за червяки такие были? - на бегу спросил Фаннни. - Можно назвать их фантомными копиями, - отозвалась девочка. – Он собрал все свои самые яркие и сильные эмоции – на тот момент в нем явно преобладал сплошной негатив – и преобразовал их в таких вот монстриков. - А такое вообще возможно? – удивился Райх. - Как видишь, да, - Клэр перешла на шаг, продолжая объяснять: - Только для этого испытываемые чувства действительно должны быть очень сильными, да и желание использовать их таким образом тоже. - Так кто это сделал? Ты узнала его? – фей подстроился под шаги малышки и теперь шел рядом с ней. - Узнала, - без особой радости ответила она. - Ну и?.. – поторопил некромант. Клэр вздохнула, миновав последний поворот коридора, и остановилась перед закрытой дверью. Сколько их уже им попадалось в этом лабиринте? И за каждой деревянной преградой друзей ожидали новые испытания, пусть и заканчивающиеся чем-то хорошим – принятием себя и душевной гармонией или же встречей с родными и близкими людьми – но вот само это «испытание» было довольно неприятным, болезненным, пугающим или даже жестоким. Чутьё подсказывало девочке, что и всё случившееся за этой дверью не будет исключением. - Он похож на тебя, - Клэр посмотрела в глаза Райху со своим обычным, не по-детски серьезным выражением. – Вы одинаково страстные, целеустремленные, гордые, самодостаточные личности. Вы готовы идти по головам, если это понадобится, и не будете страдать муками совести. Вы никогда не сдаетесь, не уступаете и не подчиняетесь. Вы признаете авторитет лишь того, кто действием докажет вам свою силу и заслужит ваше уважение. Вы оба стремитесь к победе любой ценой! И вы оба любите женщин, - тут она позволила себе слабую улыбку, и Незримый фыркнул, догадываясь, что это еще не конец «хвалебной оды». - Но если ты, несмотря на все это, добрый, заботливый и внимательный по отношению к друзьям и искренне любишь Лину, - парень покраснел в лучших традициях Фанни, - то он – эгоистичный, злой, беспринципный и мерзкий! И у него на Лину тоже есть свои виды, но вот тебе они совершенно не понравятся! - Так он еще и к Линке лапы тянет?! – возмутился Райх. - Угу. - Урррою… - Ты так и не сказала, кто это? – напомнил Фандарэл, равнодушно поглядывая на сжимающего кулаки, кипящего от негодования некроманта. - Такшак. - Такшак?! Я, по-твоему, похож на этого гада ползучего?!! Клэр ничего не ответила, лишь посмотрела с легкой укоризной, типа «я вижу твою душу насквозь, так что мне лучше знать». - А какая у него Маска? – спросил Фанни. - Точно не скажу, но что-то близкое к Любовнику смерти. - И он, значит, там? – Райх ткнул большим пальцем за спину, указывая на дверь. Малышка кивнула. - Ну так пошли, чего стоим-то? Сделаю Лине сумочку из змеиной кожи, а если ей не понравится, то спихну шкурку Аргэлу на ремень, он их любит, кстати. - Хмм… учту, - пробормотал Фанни, закусив губу и заливаясь румянцем. Незримый решительно подошел к двери и взялся за ручку. - Но там не только он! – воскликнула Клэр, подбегая к нему. – Такшак добрался до Цели! - Тем более нечего медлить! Мы, как Светлые, обязаны защитить Цель! – с этим заявлением он распахнул дверь, явив перед друзьями примечательную картину. Круглый зал с высоким куполообразным потолком, выложенным зеркальной мозаикой, и стенами, многократно отражающими пару, стоящую в центре комнаты, в уже ставших привычными длинных плащах с капюшонами, скрывающими лица. - Ну здрасьте, а вот и мы! Не ждали? – с кривой улыбочкой спросил Незримый, проходя в зал. То, что сказала Клэр, осознавать было не особо приятно – ну что он вроде как редкостная сволочь, которая ради своей выгоды нагнет любого, гордец и самодур - однако данные нелестные эпитеты компенсировались уверенностью, что пронизывала другие слова малышки – что он добрый, надежный и преданный друг. Девочка была убеждена, что хоть они с Такшаком и похожи, но в тоже время и кардинально отличаются. Все это и натолкнуло его на интересную мысль – многое ли объединяет Любовника и Искусителя? А в чем между ними разница? Не обязательно далеко ходить и вдаваться в философские дебри, можно оттолкнуться от самих слов. Любовник – связан с любовью, а это одно из самых важных, светлых, удивительных и прекрасных чувств! Любовь даёт человеку крылья, пробуждает в нем бурю позитивных эмоций, желание заботиться и оберегать своего возлюбленного, сделать всё, чтобы он был счастлив. И то, что происходит между двумя влюбленными под покровом ночи – это не просто соединение двух тел, а единение душ. Даже если ваша связь несерьезна и мимолетна, всего на один вечер, в ней все равно есть миг, когда вы становитесь одним целым. А уж если вам удается найти свою вторую половинку, тогда для вас всё это приобретает совершенно другое значение. Райху повезло, он нашел «ту самую», с которой хотел провести всю жизнь, и, несмотря на свои многочисленные недостатки, был убежден, что он не такой уж и плохой парень. Поэтому сейчас он не собирался зацикливаться на общих с Такшаком качествах, а вспомнил всё, что его так раздражало в парне, и что он недолюбливал в самом себе. Искуситель – что хорошего от него можно ожидать? Заморочит голову, собьет с толку, навязав своё мнение, и втянет в какие-нибудь неприятности. Соблазнит тёмной дорожкой и легкой наживой, обманет, предаст без зазрения совести! Ему нельзя доверять, его не стоит слушать. Это паук, что плетет свои интриги и опутывает липкими нитями-паутинками неосторожных граждан. По его наущению молоденькие юнцы, жаждущие приключений, становятся разбойниками, девицы, грезящие о чистой любви, попадают в лапы развратников, а старики теряют накопленные с немалым трудом сбережения и оказываются на улице, лишившись крыши над головой. В общем, от искусителя изначально не стоило ждать ничего хорошего, а уж если им является еще и неприятный тип из рода змей-оборотней, то тут вообще классический случай отъявленного негодяя. - Что, Такшак, тебя родители в детстве здороваться не учили? – хмыкнул Райх, так и не дождавшись ответа. – Или ты меня не признал? Все твердят, что у нас много общего, но я, в отличие от тебя, не такой мерзкий гад – причем про «гада» я сейчас во всех смыслах. Чары больше не скрывали от него нага, и Незримый мог с удовольствием полюбоваться на перекошенную яростью физиономию парня. - Неужели никак меня не узнаешь? – продолжил насмехаться некромант. – Ну тогда ладно, подскажу, так уж и быть. Ребят, а может ему сразу и про вас рассказать, м? Фанни пожал плечами, Клэр тоже не стала возражать, её куда больше интересовала личность Цели – темная фигура стояла чуть в стороне от Такшака и как-то растерянно и заторможено поглядывала то на парня, то на стоящих у порога друзей. Райх указал на Фанни: - Кровавый фей Фандарэл, он же Спятивший менестрель, с ним ты уже дважды встречался, но так и не признал. Наг зло прищурил глаза, чем вызвал еще одну кривую ухмылочку Незримого. - Клэр у нас Смотрящая в души, это она тебя нашла… - Малышка Клэр, - Такшак похабно улыбнулся. Он, определенно, был доволен увидеть её. – А ты знаешь, что мы с тобой заочно знакомы? Ну, по крайней мере, я про тебя очень много слышал от одного своего хорошего приятеля… - он сделал паузу, наслаждаясь замешательством девочки, - Драгомира Гримхолла… Фиалковые глаза широко распахнулись, Клэр ссутулилась, прижимая к себе игрушечного кота. - Ну, а я – Райх, Любовник смерти, - некромант чуть сдвинулся в сторону, как бы загораживая растерянную девчушку и концентрируя на себе внимание Такшака. – А ты – Хитрый искуситель, мы уже в курсе. - Что ж… наверно, это и к лучшему, - как-то вдруг собравшись и нацепив деловую маску, произнес наг. – А где же вы Адских близняшек потеряли? Хотя это неважно, без них обойдемся! Парень резко дернулся к Цели и схватил его за локоть, притягивая к себе. - Ой! – испуганно пискнул незнакомец, который, похоже, наконец, вырвался из странного, сковывающего его, оцепенения. Лицо Такшака изменилось – глаза стали еще более раскосыми, с вертикальными зрачками, нос приплюснулся, а между тонких губ скользнул раздвоенный язык. Он выставил перед собой Цель, как щит, и демонстративно выпустил гадючьи клыки. - Я победил! – прошипел он. - А ну не дури! – Райх подался вперед. - Стой на месссте! – рявкнул наг. – Один шаг, и Потерянный ребенок станет потерянным для жизни! - Ребенок? – переспросил Фанни, нахмурившись. - Так вы до сих пор не поняли, кто является Целью? А сами тут хвалились достижениями! – начал злорадствовать он. – Ваши Маски - это так, ерунда! Победителем станет тот, кто первым доберется до Цели и выполнит задание своей команды. В моем случае… убьет! Такшак наклонился, вновь скаля клыки, на кончиках которых засверкали капельки яда. - Убить нужно понарошку, а не на самом деле! – крикнул некромант, понимая, что парня явно заносит куда-то не туда. – На Большой дороге запрещено всерьез травмировать и вредить другим участникам! - А мне плевать! Я должен победить! – не желая слушать здравых доводов, шипел наг. - Он что, действительно собирается его убить? – шепотом спросил Фанни. - Боюсь, что да. А я еще думал, единственный псих на соревнованиях - это ты, - так же тихо ответил Райх. - Подождите, подождите, - забормотала Клэр, крепко стиснув в руках Котю. – Знакомый, родной… ребенок… взбитые сливки, вкусно… - Ты его узнаешь? – догадался фей. - Янтарный, теплый… - малышка не ответила, продолжая бессвязную речь. - Ребенок… Потерянный ребенок… это же..! – девочка вскинула голову, жадно уставившись на черную фигуру. - Узнала, - хмыкнул Такшак. - Отпусти его! – холодным и каким-то неживым голосом приказала Клэр. Её глаза засияли драгоценными камнями, скулы заострились, а над губой появились небольшие клычки. - Кто Цель? – ощущая смутную тревогу, спросил некромант. От девочки начала распространяться зловещая аура, хотелось отодвинуться подальше, а лучше вообще убежать прочь из зала, затерявшись в хитросплетении коридоров лабиринта. - Ха-ха! Ну и дурак же ты, Райх, - обидно хохотнул Такшак. – Ребенок-то у Филиппа под рукой был лишь один… помнишь такого славного мальчонку с черными волосюшками, сидящего в центре трибуны на месте заказчика? - Не может быть… - выдохнул Незримый, потрясенный. – Ах ты, сволочь! Он кинулся к гадко хихикающему парню, насылая на него одно из заклятий некромантии, но его опередили. Жуткая, потусторонняя сила, что исходила от Клэр, штормовой волной, прорвавшей плотину, понеслась к Такшаку, а Фанни же просто сорвался с места с перекошенным лицом, и за ним невидимым шлейфом неслось его безумие. Вспышка, грохот, взрыв. Все заволокло облаком пыли, пол раскололся на куски, и потерявший опору Райх полетел вниз, мельком заметив, что наг выпустил мальчишку из рук, а значит, он все же оказался в относительной безопасности.