Назад в прошлое

      Прозрачная капля росы медленно скатилась с листа, едва слышно ударяясь о поверхность воды. Лист, словно усталый путешественник, качнулся вниз, склоняясь к зеркалу озера. Покой был нарушен: по воде побежали мелкие волны, расползаясь кольцами, пока их не поглотила тишина. Капля, как миг, растворилась в общем водном хоре, став частью чего-то большего. Сколько здесь было таких капель? И каждая из них — мгновение, общее и вечное.

***

      Том сделал глубокий вдох и медленно раскрыл глаза. — Что с тобой? — голос Гарри дрогнул. Как бы он ни старался сейчас ненавидеть Тома, его сердце сжалось, заметив, насколько бледным стало лицо Реддла. — Неважно. Ты собран?       Том шатнулся, но поднялся, сдерживая слабость, словно прятал её за маской привычного равнодушия. Поттер кивнул, хмурясь, его глаза выдали беспокойство, которое он не хотел показывать.       Дорога до дома Поттеров была короткой, но ощущалась бесконечной. Ни один из них не осмеливался встретиться взглядом, и только мерный шаг по гравийной тропинке нарушал безмолвие.       Остановившись перед дорожкой к дому, Том поднял глаза на небольшой коттедж, окружённый густым лесом, уходящим вдаль. — Ты не хотел, чтобы я шёл, — сказал он тихо, разглядывая местность. — Да, — признался Гарри, не поднимая глаз. Подхватив вещи, он сделал несколько шагов, но, обернувшись через плечо, коротко добавил: — Спасибо.       Том смотрел ему вслед, пока фигура Поттера не скрылась за дверью. Затем он глубоко вздохнул, словно пытаясь справиться с тяжестью невидимого груза, и направился к лесу.       Тьма леса обнимала его, скрывая от чужих глаз. Ночи без сна, раны и тревоги отняли последние силы. Добравшись до ближайшего дерева, Том осел у его подножия, ощущая прохладную кору за спиной. Отсюда дом Гарри был как на ладони — тихий, уютный...       «Что он сейчас делает?» — подумал Том, отводя взгляд к небу. Высоко над лесом кружил чёрный ворон, зловещий силуэт которого разрезал серебристое сияние луны. «Вестник смерти», — мелькнула мысль, оставляя на душе тяжёлый след.       Каждая деталь теперь представлялась значительной, каждое движение воздуха приносило тревогу. Том напряжённо вглядывался в дом, как будто пытался прожечь взглядом его стены. Казалось, всё вокруг застыло. — Не нужно было перемещаться во времени, — пробормотал он.       Голос его был слабым, едва слышным. Том сам не узнал его — обычно холодный и уверенный, теперь он звучал так, будто с каждой нотой утрачивал жизнь.       Он не мог объяснить, почему непонятная боль резала его сильнее раны. Она была иной, глубже. Душа, которую он считал давно погребённой под льдом, вдруг наполнилась чем-то, что он так долго отрицал.       Гарри... Этот мальчик, наивный, глупый, милый. Как он смог? Как грязнокровный волшебник сумел подчинить наследника Салазара Слизерина? Том хрипло усмехнулся самому себе, но усмешка тут же растворилась в его усталости. Он прикрыл глаза. Сон, словно хищник, подкрался незаметно, опустив его веки и увлекая в свою неизбежную тьму.

***

      Лили была рада видеть сына. Новости о трагедии в Хогвартсе разлетелись молниеносно, терзая её душу тревогой. Но теперь Гарри стоял на пороге дома, и её сердце дрогнуло, освобождаясь от тяжкого камня. — Мам, — прошептал он, обнимая её, и Лили ласково провела рукой по его волосам. — Я так рада, что с тобой всё хорошо, — проговорила она срывающимся голосом, в котором звучала и радость, и слёзы.       Сколько времени они стояли так, не замечая ничего вокруг, никто не знал. Но их прервал звук шагов. — Гарри! — в дверном проёме появился его отец.       Живым Гарри видел его впервые. Он бросился к нему, затягивая в крепкие объятия. — Как ты добрался? — спросил Джеймс, его голос звучал одновременно взволнованно и тепло. — Я только вернулся из Министерства и собирался за тобой. — Мне помог новый преподаватель, — Гарри поёжился, но изо всех сил попытался улыбнуться, чтобы скрыть бурю внутри.       Мысль о том, что Том находился здесь, у дома, где в другой реальности он совершил убийство, разрывала Гарри изнутри. — Почему он не зашёл? — спросила Лили, выглядывая в окно. Но там уже никого не было. — Он спешил, — солгал Гарри, избегая её взгляда. — Я устал, мне нужно прилечь. — Конечно. Я позову тебя на ужин, — Лили улыбнулась и подошла к Джеймсу, давая возможность сыну уйти наедине с его мыслями.       Когда Гарри лёг на кровать, усталость обрушилась на него тяжёлой волной. Однако тишина, вместо утешения, принесла с собой тревогу.       Он погрузился в сон...       

***

      Пустое поле раскинулось до самого горизонта. Воздух был тяжёлым, пропитанным гарью, а выжженная, потрескавшаяся земля словно стонала под его ногами. Трава здесь давно погибла, оставляя после себя только обугленные следы прошлого. Поттер ощущал странное, почти болезненное дежавю. Он знал это место, но не мог вспомнить, откуда. — Сдавайся, Том, — голос прорезал тишину, холодный и чужой.       Гарри обернулся и застыл на месте. Перед ним Том Реддл, упавший на колени, его лицо было мертвенно-бледным, с угрюмо сжатыми губами, из уголка которых сочилась кровь. А напротив него возвышалась тёмная фигура в длинной чёрной накидке, лицо которой скрывала тень капюшона.       Гарри хотел закричать, сделать хоть шаг, но его тело отказывалось повиноваться. Ноги были как будто скованы цепями, тяжёлыми, неподъёмными.       Фигура в накидке шагнула к Реддлу, обойдя его сзади, и заговорила вновь, теперь с ехидной усмешкой: — Вместе мы могли бы поработить весь мир. — Я не такой, как ты, — ответил Том, его голос был слабым, но в нём слышалась едва уловимая сила. Он сплюнул кровь на землю и попытался встать.       Незнакомец лишь усмехнулся, его смех был как лезвие, режущее воздух. — Тебе нравится обманывать себя, Том. Даже этот мальчишка знает, что ты — зло. Он всегда это знал. И никогда не верил в тебя!       Гарри с трудом перевёл взгляд с тёмной фигуры на Реддла. Тот шатнулся, как будто весь его мир рушился прямо под ним. — Кто ты? — выдохнул Том, с трудом поднимаясь на ослабевшие ноги.       Фигура в накидке замерла. На мгновение наступила абсолютная тишина, казалось, весь мир задержал дыхание. Затем руки, обтянутые чёрными кожаными перчатками, медленно потянулись к капюшону и сняли его. Гарри ахнул. Перед ним стоял сам Том Реддл.

***

      Когда Гарри распахнул глаза, его уши заполнил непреодолимый звон. Воздух был густым, обжигающим, наполненным запахом горелого дерева. Он резко сел, и звук треска огня заставил его мгновенно прийти в себя.       Дом горел.       Сердце билось как бешеное. Он нащупал палочку и, едва дыша, бросился к двери. Пот катился со лба крупными каплями, жар проникал в каждую клетку тела. — Где родители? — прошептал Гарри, в ужасе спускаясь по лестнице.       Огонь с каждым мгновением захватывал всё больше пространства, словно жадный зверь. Добравшись до гостиной, Гарри замер. Перед ним раскинулась картина, которая мучила его сознание всю его жизнь в своей реальности. Посреди комнаты лежала Лили. Её тело было неподвижным, а лицо, лишённое жизни, оставалось таким же нежным, каким он его помнил. Из глаз Гарри хлынули слёзы. Всё возвращалось. Только теперь он не знал, существует ли тот, кого нельзя называть, или это новый кошмар.       В горле стоял ком, дыхание стало рваным, но он не мог заставить себя отвернуться. Он знал, что огонь уже скоро отрежет путь к выходу, но что-то в нём упрямо не позволяло бросить мать. Он смотрел на неё, огонь плясал вокруг её тела, размывая её очертания. Внезапно перед ним появилась тёмная фигура. — Гарри! Нужно уходить! — голос был резким и требовательным. Том грубо схватил его за плечи и тряхнул, пытаясь привести в чувство.       Поттер поднял глаза. Его лицо было мокрым от слёз, а в глазах застыла такая пустота, что Реддл, казалось, на мгновение растерялся. — Нужно идти, сейчас же, — настаивал Том, но Гарри словно не слышал его.       В какой-то момент Том, не дожидаясь ответа, схватил его и вытащил из комнаты. Вслед за ними пламя окончательно захватило гостиную, проглатывая тело Лили.       Они выбрались наружу. Воздух был пропитан дымом, жёг лёгкие. Гарри упал на колени, жадно хватая воздух, и посмотрел на чёрное, покрытое клубами дыма небо. — Мне жаль, — прошептал Том, его голос был тихим, но от этого ещё более тяжёлым. Но Гарри не слышал его. Он почувствовал, как гнев вспыхивает в его груди, бурлящей лавой разливается по всему телу. Он резко оттолкнул Тома. — Это ты! Это всё из-за тебя! — закричал он, его голос дрожал от ярости и отчаяния.       Том молчал. Он не оправдывался, не пытался возразить. Он просто стоял, и его лицо оставалось непроницаемым. Когда Гарри бросился на него, с кулаками обрушиваясь на его грудь, Реддл только слабым движением попытался обнять его. — Задумайся, Гарри, — сказал он спокойно, хотя его голос звучал хрипло. — Стал бы я тебя вытаскивать, если бы хотел тебе зла?       Эти слова, произнесённые с удивительной мягкостью, заставили Гарри остановиться. Его злость начала угасать, уступая место безмерной усталости. Поттер опустил голову, и слёзы, обжигая лицо, снова полились по щекам.