Всемогуща ты или нет — пошла к чёрту!

*** Басарабия. Парковка у бизнес-центра.

— Как успехи? — Лорейн втиснулась между Лео и Локидом. — Влад и Лиз слепили пряничные домики?       Ведьма улыбнулась, когда страж подвинулся, а Стефано подал ей стаканчик с кофе. — Без понятия, — Локид, сидящий на ограждении высокой клумбы, перебирал черные пряди Фионы, которая лежала тут же, лениво умостив голову на коленях ведьмака и копаясь в смартфоне. — Но сегодня мы с тобой туда сплаваем, поглядим. — М-угу, — промычала Лорейн, отпивая напиток.       Итоговое собрание. Срез по первому месяцу в Басарабии. К зданию подтягивались главы различных структур, включая, естественно, и представителей правящего семейства. — Встреча через 15 минут в конференц-зале, — чинно оповестил Стефано. — Успеем, — расслабленно обронила Фиона. — Главный начальник пришёл, — Лео кивнул на приближающегося к ним Влада. — Подъём, народ.       Стали подниматься с мест. Лео поправил оружие на поясе формы стража; Локид поправил пиджак; Фиона, наклонившись, поправила брюки; Лорейн поправила пояс на платье.       Вот на этих жестах они и застыли, когда на парковку бизнес-центра вкатился до одури знакомый автомобиль. Влад, заметив их удивленные лица, остановился и обернулся.       Машина Адалин плавно заняла парковочное место, и вампирша, выйдя на улицу и цокнув шпильками об асфальт, захлопнула дверцу. Лорейн чуть не выронила стаканчик с кофе. Влад опешил. Вампир прекрасно помнил, что она спала, когда он поехал на работу. И увидеть ее здесь и сейчас ни он, ни остальные не ожидали. Тем более, эм-м-м-м… Такой.       Адалин не выглядела ни угрюмой, ни уставшей. Она, наоборот, светилась, модельной походкой следуя от автомобиля. — Поправочка, — изумленно протянул Лео. — Вот главный начальник.       Выглядит эффектно, конечно, ничего не скажешь.       Нацепить такие шпильки не каждая женщина осмелится, но в гардеробе Адалин — это обычное дело. Правда, в крайние четыре недели каблук был пониже. Строгая чёрная водолазка закрывает верхнюю часть, а юбка длиной чуть ниже колена плотно облегает бедра и подчеркивает округлившийся животик — аккуратный и почти незаметный. — Доброе утро, — Адалин, цветя ослепительной улыбкой, приблизилась к остолбеневшим статуям в лице семьи и друзей. — Доброе, — хором, слаженно, синхронно.       Все, кроме вампира, который, похоже, завис. — Мы думали, ты спишь, — брякнула Фиона. — Проснулась, — Ленни легко пожала плечиком. — Надеюсь, не опоздала? — Нет, — и снова хором, слаженно, синхронно. И снова все, кроме вампира. — Прекрасно, — на пухлых губах полуусмешка, а в янтарных глазах чертенята пляшут ламбаду. — Тогда идём? — он изящно указала на здание. — Идём, — и в третий раз хором, слаженно, синхронно. И опять все, кроме вампира.       Адалин, развернувшись на шпильках, направилась к бизнес-центру. Все уставились ей вслед. — Ни хрена себе витамины, — присвистнула Фиона. — Раф ей ЛСД прописал, что ли? — Тут стойте, — коротко приказал Влад, метнувшись за женой.       В лифт вампир влетел в последнюю секунду перед закрытием створок. Адалин спокойно на него глянула, когда кабина поехала вверх. — Любовь моя, а ты…       Как спросить-то? Какого черта она приехала? Что она тут делает? Это как-то грубо и некрасиво, но ее визит такая неожиданность, что именно это и просится с языка. — Что ты делаешь? — нашёлся Влад, повернувшись к Ленни. — Иду на итоговое собрание, — Адалин безмятежно повела плечом. — Я не об этом, — вампир продолжал внимательно рассматривать жену. — Всё нормально? — Абсолютно, — не голос, а мёд с сахаром и мармеладками. — Чему ты удивляешься, Влад? — она ехидно вздернула бровь. — Итоговое собрание месяца по моему городу. Я не могу поприсутствовать? — Можешь, конечно, — быстро ответил Влад. — Просто…       Вот умеет его жена выбить почву из-под ног и заставить забыть, что он там думал. Адалин спрятала усмешку. — Сказала бы мне, поехали бы вместе, — вампир, наконец, поймал самообладание за хвост. — Влад, я большая девочка, — снисходительно произнесла Ленни. — Могу сама сесть за руль и приехать на работу.       Похоже, витамины, действительно, чудо, раз Ленни на работу примчалась. Это, безусловно, радует. Вот только ведёт себя… не совсем обычно. Ощущение, что ее настроение граничит со змеиной язвительностью и злорадством, а не с радостью и энергичностью.       Или он просто отвык от того, какая она на работе.       Влад разозлился на самого себя: да что такое, ему хрен угодишь. Жена грустная — не нравится, жена сияет и цокает каблучками — тоже не нравится. Что докопался-то. Стой и радуйся!       И любуйся. Вон она какая красивая. Роскошная даже. Его взгляд скользнул по чертам ее профиля, очертил грудь и остановился на чуть округлом животике — на этом этапе добавилась улыбка, которая пропала, когда взор переместился на бедра и спустился к стройным ногам.       И ведь не коснуться ее. Зараза, когда ж уже малыш прислушается к уговорам отца и матери, и подпустит его к жене. Влад уставился на табло с красными цифрами, где отсчитывались этажи.       8, 9, 10…       Адалин нетерпеливо вздохнула. Заряд бодрости гнал вперед, на свершения, и поэтому подъём лифта казался до одури медленным.       Черт, а на хрена я вообще сюда приехала? Надо было лучше на объект какой-нибудь ехать, а не на это собрание. И по пути съесть мороженое. Фисташковое. Нет, лучше банановое. Нет, всё-таки фисташковое. Дьявол, а тут где-нибудь продают мороженое? Нет, сначала собрание. Хотя зачем ждать. Собрание и Влад провести может. Влад… Такой красивый. Он лучше, чем мороженое. Вот бы сейчас нажать на кнопку «Стоп» и прямо здесь… Так, минуточку! Не хочу я ничего. Нет, всё-таки хочу. Да какая разница, хочу или нет, всё равно нельзя. И вообще я на него обиделась. А за что? А, вспомнила! Дома надо ночевать, вот что! А не шататься черт знает где.       13, 14, 15… Лифт звякнул, остановившись. — Моя гордая гордость? — удивился Роберт, когда его дочь вышла из лифта. — Какими судьбами? — По работе соскучилась, — лучезарно отозвалась Ленни. — Привет, пап. — Привет-привет, — обрадовался Роберт. — Правильно, хватит бока отлёживать. Пойдём, — пригласительный жест рукой. — Как там мой карапуз? — он попутно кивнул на ее живот. — Не шепнул: он мальчик или девочка? — Рано ещё, пап, — рассмеялась Ленни.       Адалин, бодро беседуя с отцом, направилась вместе с ним к конференц-залу, а Влада поймали Локид, Фиона, Лорейн и Лео, которые высыпались из соседнего лифта. Приказ «Стойте тут» они расшифровали как «Идите наверх и завалите меня вопросами». — Что происходит? — выпалил Локид. — Витамины, — теперь растерянность отпустила и Влада, который спокойно улыбался.       Все покивали головой. — А отец-то хорош, — признал Локид. — Надо тоже себе такие витамины сделать. — И мне, — хихикнула Фиона.       Негласно Адалин на всех собраниях располагалась рядом с Владом: по левую или по правую руку от него. Но сегодня заняла место напротив: во главе стола, но с другой стороны. Влад, если и удивился, то виду не подал, как и остальные. — Где Елизавета? — между делом, пока все рассаживались, поинтересовалась Адалин. — Отсыпается, небось, — тихо-тихо себе под нос съехидничал Локид.       Адалин услышала. Но сделала вид, что пропустила это мимо ушей. А Влад осуждающим взглядом прибил друга к месту: мол, ты контору-то не пали, как мы Ленни объясним, с чего бы Лиз отсыпаться. Ведьмак насмешливо сморщил нос. — Она опоздает, детей в сад повела, — уже громче ответил Локид. — А Владимир? — мирно уточнила Ленни. — Он ночью дежурил, так что отдыхает, — невозмутимо отозвался Лео.       Значит, Владимир был на работе, когда Лиз уехала с Владом. Прелестно.       Адалин изобразила на лице очарование крайней степени. — Простите, извините, торопилась, как могла, — в конференц-зал влетела запыхавшаяся Елизавета. — Адалин? — неподдельно удивилась ведьма, наткнувшись взглядом на вампиршу. — Ты вернулась!       Адалин встретила ведьму прохладным взглядом и подчеркнуто-вежливой улыбкой. — Да, — кивнула Ленни. — Присаживайся.       Лиз изобразила шутливый реверанс.       Издёвка? Янтарные глаза колко сузились. А Елизавета быстро подошла к столу и заняла свободное место по правую руку от Влада.       То есть стоило мне один раз отойти в сторону, как ты с готовностью заняла моё место.       Адалин посмотрела на Влада, но тот, перегнувшись через Локида, что-то бегло объяснял Фионе, держащей папку с бумагами, и в сторону не смотрел. — Что ж, — Ленни, умостившись в кресле, деловито сложила ногу на ногу. — Начнем итоговое собрание месяца по Басарабии. Господин Цепеш?       Влад выпрямился, а Фиона, почесывая бровь, стала быстро делать пометки на полях документа. — Да, госпожа Цепеш—Баттенберг-л’Амори, — вежливо отозвался Влад. И тут же проворчал: — Нет, пора всё-таки фамилию менять. — Без приставки «Цепеш»? — не удержалась от стрелы Адалин.       О, фурия в полной боевой готовности. Все попрятали улыбки. — Без приставки «Баттенберг-л’Амори», — усмехнулся Влад. — Эй, — возмутился Роберт. — Я тут вообще-то сижу.       Над столом пролетели смешки. — Давайте приступим к работе, — поторопила Елизавета. — Дел полно.       Адалин глянула на Елизавету, которая хмуро терла глаза.       Что ж: дела так дела. Будут тебе сейчас дела. — Как угодно, леди Ангальт-Ракоци, — вампирша расцвела радушием и деловитостью.

***

      Чем дольше длилось собрание, тем озадаченнее становились лица присутствующих.       У них принято считать, что в паре руководителей Влад—Адалин наиболее лояльна в работе именно вампирша. Она с пониманием относится к разным обстоятельствам и не столь требовательна и категорична, в отличие от супруга, который с подчиненных три шкуры дерёт.       Но сейчас, слушая ее, молча молились на адекватность Влада, желая ему терпения, процветания и долгих лет жизни. У большинства (но не у всех) было два объяснения происходящему: либо Адалин беременна на всю голову, либо она сегодня не просто не с той ноги встала, но вообще с кровати навернулась. — Адалин, да ты с ума сошла! — ужаснулась Елизавета.       Вампирша не только отчихвостила за излишне медленную застройку архипелага, но и притаранила фургон с поручениями. В частности, сейчас вампирша хладнокровно раскатывала ведьму за амфитеатр: загрузила ее по самую макушку и сверх того. — Когда я это делать должна?! — возмутилась ведьма. — Это же сверхурочная работа, Ленни! — Которая оплачивается, — спокойно парировала Адалин. — И что мне делать с этими деньгами: мариновать?! — взъелась Елизавета. — На хрена мне бабки в мире мертвых! — Ты сейчас не в мире мертвых, — по-прежнему мирно ответила Ленни.       Елизавета, издав протяжное «Пуф-ф-ф-ф», откинулась на стуле и с досадой почесала лоб. При такой занятости у нее не будет времени и сил, чтобы делать что-то, кроме работы.       Мелькнули хмурые переглядывания, на которые ни Адалин, ни Влад не обратили внимания.       Адалин продолжала сыпать приказами, а Влад занимался тем, что пристально наблюдал за женой. Даже слишком. Прям взгляда от нее не отрывал. Локид даже пнул его под столом, чтобы вампир хоть как-то вмешался, но Влад его проигнорировал. При том, недовольным вампир не выглядел.       Как, кстати, и Роберт. Никаких неадекватных требований его дочь не выдвигала: напрягала — да, но, в целом, все в ее речи было по делу. — Локид, — вампирша переключила внимание на ведьмака.       Тот, выслушав от нее поручения, нехило прибалдел. Фиона приоткрыла рот, потрясенно выпрямившись. На выполнение этих требований уйдет уйма времени — если поспать домой будет приходить, и то хорошо. — Да какая муха тебя укусила, Ленни! — воскликнула Фиона. — Ты что, решила нас всех через мясорубку пропустить? — гаркнула иеле. — Жить-то когда при таком графике?!       Ленни невозмутимо повела бровью. — Фиош, тише, — успокоил Локид, взяв ее за руку. — Со всем разберемся.       Лео и Рафаэль переглянулись. Страж глянул на Алекс, которая крутила в пальцах перьевую ручку, но занята была явно не работой. Лео незаметно взял телефон и быстро напечатал сообщение.       «Что с ее эмоциональным фоном?» — сообщение улетело Александре.       Авгур перевернула свой смартфон экраном вверх. Глянула на Лео.       «Спокойствие. Самодовольство. Даже злорадство», — ответ отправился стражу, и тот показал его отцу Локида. Тот незаметно кивнул и продолжил что-то строчить в своем блокноте.       Авгур и страж посмотрели друг на друга с одинаковой мыслью: похоже, они доигрались со своей гиперопекой. Сейчас она их загрузит по самую макушку так, что им дышать будет некогда. — А-а-а, я поняла, — хлопнула по столу Лорейн. — Ленни, тебя раздражает, что вокруг тебя слишком много врачей-ведьм, да? — вкрадчиво спросила она, озвучив вслух мысли Лео и Алекс. — Давай тогда твою беременность будет вести только Рафаэль? И Александра, например. — Без проблем, — кивнул Рафаэль. — Легко, — поддержала Алекс. — Это тут ни при чем, — флегматично отозвалась Ленни. — А что тогда при чём?! — повторно вспыхнула Елизавета. — Или тебе просто вожжа под беременный хвост попала?       Прозвучало не очень. Упрекающие взгляды выстрелили в ведьму. Адалин усмехнулась. — Елизавета! — резко осёк Влад. — Что?! — огрызнулась Лиз. — Если она беременна, то ей всё можно?! Да она…       Ведьма, развернувшись, наткнулась на бреющий взгляд вампира и осеклась. Приложив усилия, сжала губы. — Значит, так, — процедила Лиз, пытаясь взять себя в руки. — Я готова исполнять приказы главы города, но потакать заскокам его беременной жены не стану, будь она мне хоть сто раз подругой.       Ведьма, подхватив сумку, пулей вылетела из конференц-зала, остервенело хлопнув дверью. В помещении воцарилась тишина. Есть риск, что если они сейчас раскроют рот, то «сверхурочный бульдозер» по имени Адалин и их переедет.       Не стушевался только Влад, который, облокотившись на стол, подался вперед и посмотрел прямо на Ленни. — Ещё будут поручения, госпожа Дракула? — вампир очаровательно улыбнулся жене. — Пожелания? — Нет, — Адалин расслабленно качнула ножкой.       А, всё? Госпожа Дракула смилостивилась? Остальным ничего не прилетит? — Хорошо, — легко кивнул Влад. — Тогда все свободны.       Мешкать не стали и вылетели из конференц-зала со скоростью света. Ленни тоже поднялась и направилась к двери, но створка захлопнулась прямо перед ее носом, когда вампир впечатал руку поперек выхода, отрезав ей путь. — А Вас, госпожа Дракула, я попрошу задержаться, — учтиво произнес Влад.       Ленни протяжно выдохнула. Ну, и что? Будет ее отчитывать? Адалин развернулась к вампиру, уже готовая к обороне. Но жгучий взгляд пригвоздил ее к месту, и она закрыла рот обратно, так и не успев ничего произнести. Хм, похоже, вампир не собирается ее отчитывать.       Влад, и правда, не собирался искать логику в ее поведении. Это же Адалин. Ещё и беременная. Села не рядом с ним, а напротив? Захотела, вот и села. Врубила режим «Кто тут королева? Правильно, я», прокатившись катком? Ничего удивительного. Она еще и не так умеет. — Любовь моя, скажи, — Влад ненавязчиво повернулся так, что Адалин прижалась спиной к закрытой двери. — Ты помнишь, что мы решили не нервировать ребенка? — Помню, — Адалин посмотрела на руку вампира, впечатанную в дверь около ее плеча. — А о том, как на меня действуют твои провокации, — бархатный голос стал вкрадчивее, — ты тоже помнишь?       Ленни подняла немигающий взгляд на вампира. — К чему ты клонишь?       Влад усмехнулся. — К тому, что мой супружеский долг в дюйме от того, чтобы перевесить отцовский.       Дюйм. Именно такое расстояние между их лицами. Взгляд мечется от глаз к губам, цепляясь за каждую черточку лица. Дыхание невольно сбивается, а тело само собой тяжелеет, напрягаясь. — Я не собиралась тебя дразнить, Влад.       Получилось как-то не особо уверенно. — Хорошо.       Влад отступил на полшага, чуть посторонившись, и Адалин оттолкнулась от двери. Взялась за ручку двери, но так ее и не открыла. Вампир усмехнулся.       Она, развернувшись на шпильках, метнулась к нему и, схватив за лацканы пиджака, дернула на себя и прижалась к губам: сразу агрессивно, нагло, глубоко. Прикосновение к ней тут же пронзило мышцы, но это только усилило давление, когда он, подхватив ее одной рукой, смел в сторону оставшиеся бумаги и планшеты и усадил на стол. Ладони сжали ее бедра, собственнически дернув к себе, и она сильнее прижалась к нему всем телом. Касания и движения губ быстрые, прерывистые, жадные — как у одичавших путников в пустыне, которые, наконец, добрались до оазиса.       Ребенок разозлился, яро протестуя. Огрызнулся раз, другой, третий, пока, наконец, не поставил Влада на место, вынудив всё оборвать. — У нас не ребенок, а демон, — прерывисто выдохнул Влад, уперевшись ладонями в край стола по сторонам от Ленни. — Весь в папочку, — хмыкнула Адалин севшим голосом.       Взгляды пересеклись. Злые от голода, испепеляющие, сверлящие насквозь. — Судя по строптивости, в мамочку, — отрезал Влад, зажав пальцами переносицу.       Дышалось всё ещё с трудом. — Я думала, ты ругаться будешь, — Адалин сбивчиво и торопливо увела разговор в безопасное русло. — Ну… Из-за собрания. — Было б из-за чего, — губы вампира тронула усмешка. — Агрессивная жена, агрессивный ребёнок. Сразу видно — мои.       Адалин, шумно выдохнув, рассмеялась. Влад издал смешок, уперев руки в бока и выпрямившись. Переглянулись. — Я пойду, да? — вампирша соскользнула со стола и поправила юбку. — Куда? — бдительно поинтересовался Влад. — К себе в кабинет, — Адалин отступила, сдерживая улыбку. — Поработаю. — Иди, — кивнул Влад.       Из конференц-зала Адалин выпорхнула довольная донельзя, ведомая мыслью, что она настолько любима и желанна собственным мужем, что выдумывать себе что-то по этому поводу вообще грешно. И всё, что она себе до этого накрутила, шустро улетучилось, не оставив и следа. Влад же стремительно возвращал себе самообладание, собирая сброшенные со стола планшеты и бумаги.

*** Лас-Вегас. Бар.

— А как ты от охраны казино-то сбежал? — рассмеялась светловолосая девушка. — Расскажи!       Михаил усмехнулся, отпив из бокала.       Вот она, беззаботная, праздная жизнь. Просто мечта. Что для этого нужно? Деньги, в первую очередь. Необременённость обязанностями. Наличие подходящих мест для прожигания жизни в клубах дыма и аромате лучшего виски.       Всё это у него есть. И длинноногая блондинка, подсевшая к нему в баре, заливисто смеется, откидывая волосы с плеча и запрокидывая голову, от чего открывается удачный ракурс на ее тонкие ключицы и глубокое декольте. Не нужны слова: красавица всеми своими жестами недвусмысленно намекает, что не прочь допить напиток и переместиться в его номер. Ка-а-а-айф. — Получается, откупился? — спросила девушка, кокетливо потягивая коктейль через трубочку. — Типа того. Деньги, связи, — Михаил пожал плечом. — Конечно, перед братом Цепеша все дороги открыты, — ненавязчиво прощебетала девушка.       Михаил скосил глаза на спутницу. Он не настолько пьян, чтобы впасть в забвение. И он совершенно точно знает, что не говорил ей, кто его брат. — Не без этого, — Михаил лукаво прищурился, закинув руку на спинку дивана. — О, слушай, а это правда? — блондинка заговорщицки наклонилась к его уху. — Ну, что у Цепеша ребенок будет?       Михаил ухмыльнулся. Хитро глянул на девушку, которая с глуповатым видом надула пухлые губки. Брат Влада схватил ее сумочку и, раскрыв, вытащил диктофон. Девушка резко выпрямилась, в момент посерьезнев. — Журналистка, — Михаил игриво повертел диктофон. — Ай-яй, Эрна, — он бросил аппарат на столик. — Поработать бы тебе над конспирацией, дорогуша.       Эрна сжала губы в тонкую полоску. А казалось, что он даже ее имя не запомнил. И достаточно пьян, чтобы не заметить подвоха. — Подкатить ко мне, мило посмеяться и пококетничать, влить в меня бутылку виски, — Михаил иронично повел бровью. — И всё для того, чтобы в погоне за сенсацией разузнать о моем брате.       Эрна недовольно откинулась на спинку дивана, скрестив руки на груди. — Как прекрасна молодость: вагон энтузиазма, плинтус мастерства, — рассмеялся Михаил. — Не расстраивайся: со временем наберешься опыта, и всё получится.       Эрна качнула ступней всё с тем же недовольным видом, хмуро зыркнув в сторону Михаила. — Ну, делись, — он развернулся к девушке, облокотившись на низкую спинку дивана и подперев голову. — Какое задание получила?       Эрна приподняла брови. Он не собирается ее прогонять? Или… Зачем он это спрашивает? — У меня информация, что жена Цепеша беременна, — осторожно ответила Эрна. — Редактор дал задание подтвердить это или опровергнуть. — Кто источник? — поинтересовался Михаил. — Откуда инфа? — Пришло анонимное письмо, — ответила девушка. — И вы поверили, — хмыкнул Михаил. — Мы выясняем достоверность этой информации, — парировала Эрна. — Так как? Судя по твоей реакции, это правда. — Я этого не говорил, — отрезал Михаил. — Но и не опроверг, — в том же тоне отбрила Эрна. — И я расцениваю твои ответы, как «Да». — Расценивай это, как хочешь, — расплылся в улыбке Михаил. — Но за публикацию твоего ничем не подтвержденного «Мне показалось», юристы Влада тебя и твою редакцию в суде под ноль раскатают: будешь потом всю жизнь бесплатно флаеры на улице раздавать. В лучшем случае.       Михаил послал девушке нагловатую ухмылку, попивая виски. Эрна покривила губы, постукивая ногтями по ноге. — Эта информация хорошо оплачивается, Михаил, — девушка заехала с другой стороны.       Михаил внутренне заржал. Бинго. Так и знал, что цыпочка сделает этот ход в стиле северного оленя. — Зачем мне ваши центы, когда за закрытый рот я получу гораздо больше, — он ехидно повел бровью. — Так что свободна, — Михаил махнул рукой в сторону. — Может, я смогу предложить что-то, что тебя… — Эрна подсела ближе, — заинтересует, — ее шепот опалил ухо. — Дорогуша, — снисходительно обронил Михаил. — У тебя нет ровным счётом ничего, что было бы весомее моей мёртвой жизни, которая превратится в шарик для пинг-понга, если я открою рот.       Он поднялся и обогнул девушку, намереваясь уйти. — Ты прав, — вслед бросила Эрна. — Что может быть весомее жизни?       Михаил притормозил, бегло нахмурившись. Обернулся, когда девушка изящно поднялась с диванчика. — Разве что… Сама Жизнь.       Блондинка тряхнула копной светлых волос, и ее облик изменился в мгновение ока: светлые волосы стали ещё белее, короткое платье сменилось на длинные ткани, а белые глаза лукаво сверкнули в клубно-барных лучах. Михаил оторопел, приоткрыв рот. — Мирена?!       Жизнь усмехнулась.

*** Басарабия.

— Домой? — Может, в сквер у пристани съездим?       Половина рабочего дня осталась позади, и оба вампира сейчас сидели в автомобиле Влада на парковке у бизнес-центра. — Не устала? — поинтересовался Влад. — Хочу с Лиз и Локидом поговорить, — призналась Ленни. — Я… — она замялась. — В общем, нехорошо сегодня получилось, — вампирша с сожалением поджала губы.       Влад кивнул и протянул жене тонкий блокнот, попутно пропуская соседнюю машину, которая выезжала с парковки бизнес-центра. — Это что? — полюбопытствовала Адалин, взяв блокнот. — Рекомендации от твоего врача по интимной близости при беременности, — усмехнулся Влад.       Ленни изумленно приоткрыла рот, уставившись на Влада во все глаза. — Что?!       Влад издал смешок. Он отреагировал точно так же. … « — Влад, — Рафаэль заглянул в кабинет вампира перед тем, как уйти. — Отниму минутку?       Вампир обернулся. — Заходи.       Отец Локида, пройдя внутрь, протянул ему небольшой и тонкий блокнот, в котором что-то записывал во время собрания. Вампир бегло пролистал: заполнено несколько страниц. — Это что? — Рекомендации, — ведьмак кашлянул, но достаточно твёрдо добавил: — По интимной близости.       Влад не поверил своим ушам. Даже переспросил: — Что? — Когда ребёнок подпустит тебя к жене в плане прикосновений, то, я уверен, интимная близость — это первое, что между вами произойдет, — размеренно произнёс Рафаэль. — Секс с беременной женщиной имеет несколько нюансов, которые я указал, — он указал на записи. — В частности, конечно, не следует давить на ее живот.       Что ж, звучит очень даже резонно. — Так вот чем ты на собрании занимался, — хмыкнул Влад. — Писал вампирскую Камасутру.       Рафаэль улыбнулся. — Влад, не думай, что я лезу в вашу постель или пытаюсь указать, что и как делать, — ведьмак примирительно поднял ладони. — Просто взял на себя инициативу предупредить о ряде нюансов. — Да я не злюсь, — вампир мотнул головой. — Спасибо, — он махнул блокнотом.       Рафаэль, действительно, стремится помочь и делает всё, чтобы беременность Ленни была безопасной. Отец Локида вежливо кивнул и удалился…» — А почему Раф отдал их тебе, а не мне? — недоуменно протянула Ленни. — Потому что мне не сносит голову в постели, — съехидничал Влад. — А-ха-х, — насмешливо фыркнула Ленни. — Как обманчиво впечатление о владыке.       Влад рассмеялся и, закинув руку на спинку сиденья Ленни, обернулся, чтобы сдать машину назад. — Поэтому я отдал их тебе, — улыбнулся Влад. — Чтобы ты тоже ознакомилась.       Адалин принялась читать заметки Рафаэля, приходя в искреннее недоумение. — Это что вообще? Да я половину этих слов не знаю, — проворчала Ленни, почесывая бровь. — Несмотря на то, что латынь у меня от зубов отлетает. — Это медицинско-магические термины, — объяснил Влад. — Угу, — задумчиво буркнула Адалин, читая. — Вот это что? Вряд ли я когда-то это делала, — она развернула блокнот к Владу, ткнув ногтем в длинное и умное слово. — Делала-делала, — хмыкнул Влад, глянув на текст. — Причём, регулярно и с большим энтузиазмом. — А, да? — изумилась Ленни, округлив глаза. — Не знала, что занимаюсь на муже таким высокоинтеллектуальным делом.       Влад оглушительно расхохотался, выруливая с парковки. А Адалин с видом академика читала вслух заметки Рафа, запинаясь на особо длинных и сложных словах, и Влад, посмеиваясь, объяснял их значение, пока оба вампира направлялись к скверу.

*** Сквер у пристани.

      Дети играли на площадке, а взрослые сидели в сквере, который стал одним из излюбленных мест — с видом на могучий океан и с кучей прогулочных зон. Негласно возникло правило: если хочешь кого-то найти в обеденный перерыв или после работы, то загляни в этот сквер. — Так-так, пузи-демон приехал, — лукаво произнес Локид, приближаясь к Владу и Ленни. — Интересно, за чьей душой. — Мою она уже съела и не подавилась, — хмыкнула Елизавета, сидящая на скамейке неподалеку.       Адалин с досадой поджала губы. А кристально-голубые глаза вампира недобро сверкнули: защитный механизм врубился сразу. — Вообще-то… — Влад, — шустро перебила Адалин. — Не надо.       Влад критически осмотрел Локида и Елизавету. Сверху вниз глянул на Ленни. По дороге сюда они договорились, что Адалин сама поговорит с Локидом и Лиз, а Влад не станет вмешиваться. — Оставлю вас, — вампир сказал это таким тоном, что послышалось не «Оставлю вас», а «Я буду за углом: услышу, что хамите моей жене, убью без выходного пособия».       Адалин осталась наедине с Лиз и Локидом. — Утром… — начала Ленни, обратившись к Локиду. — Честно, я не хотела тебя так загружать. Просто… — умение извиняться почему-то работало как-то со сбоем. Слова давались нелегко. — Просто малыш не дает покоя, — улыбаясь, подсказал Локид.       Ленни вздохнула. Да не только в беременности дело. Просто она себя вчера ночью изрядно накрутила, а ложь Локида это всё только подогрела. И утром она накрутила еще сильнее и сорвалась на работу, а потом услышала, что Лиз «отсыпается». И понесло. Ну, как понесло. В щадящем, энергосберегающем режиме и без скандала.       А потом Влад скрутил на ноль все ее загоны. Просто тем, что во всем его поведении, жестах, словах, поступках отчетливо ощущалось, как сильно он любит свою жену. И за свои мысли ей стало так стыдно: и перед Владом, и перед Лиз с Локидом.       Перед Владом особенно. Он столько внимания и заботы проявляет. Все ее капризы исполняет, подарками осыпает. Один из этих подарков она, кстати, случайно заметила сегодня. …« — Влад, а где…       Но вампира в кабинете не было. — Это вообще должно быть в двух экземплярах, — Адалин схватила со стола нужный документ.       И при этом жесте взгляду открылась шкатулка.       На столе Влада лежала бархатная продолговатая коробочка черного цвета с серой каймой, в которой явно находилось ювелирное украшение. Адалин улыбнулась. Открывать шкатулку вампирша не стала, чтобы не портить самой себе сюрприз, а покинула кабинет Влада. Свернула к лифту в то время, как сам вампир появился из-за угла с другого конца коридора и достиг своего кабинета…»       И полдня Адалин только и делала, что корила себя: ни в чем не разобралась, примчалась на работу, набурогозила. Тьфу! — Лично я еще в офисе нормально отнесся к твоему бу-бу-бу, — миролюбиво произнес Локид. — Ты же пузик, — он кивнул на ее животик. — Так что всё отлично. Мороженое будешь? — Да, — обрадовалась Ленни, как только услышала слово «мороженое».       Но всё-таки обсудить это надо. Просто внести ясность. Вообще, конечно, стоило бы спросить обо всём этом у Влада. Но… Просто «но».       Ей сегодня уже мельком представилось, как она говорит Владу: «Я приревновала тебя к Елизавете». Влад после такого ее не к гинекологу, а к психиатру отведёт, и будет прав. — Лиз… — Адалин шагнула к ведьме, когда Локид унесся за мороженым. — Не надо, — осекла Елизавета.       Ведьма подняла взгляд серебристых глаз на вампиршу. Серьезный, строгий взор. — Присядь, Адалин, — она кивнула на место рядом с собой.       Ленни послушно уселась на скамейку. — Прости меня, — серьезно произнесла ведьма.       Адалин удивленно приподняла брови, а Елизавета закинула локоть на спинку скамьи. — Когда я была беременна, то чудила похлеще тебя, — ведьма подперла голову рукой. — И я тебя прекрасно понимаю, но не сдержалась, — она вздохнула. — Не с той ноги встала, детей еле собрала, везде опоздала: вот и психанула. — Лиз… — Так что ты меня прости, — перебила Елизавета. — Я до сих пор злая, если честно, — она с досадой почесала лоб. — Но не на тебя. Я уже просто даже на воздух злюсь, похоже. — Может, ты тоже… — намекнула Адалин, указав взглядом на живот Елизаветы.       Ведьма хохотнула. — Нет, точно нет, — Елизавета весело помотала головой. — Представь, какой это будет кошмар. Одной беременной вампирши за глаза и за уши, а если еще и я в ту же степь прыгну, то вся Басарабия от нас с тобой повесится, — ведьма фыркнула, и вампирша рассмеялась. — Мороженое и соленый попкорн, — вернулся Локид, но не только в компании вкусностей, но и с Фионой под ручку. — А это вообще нормально, что Ленни на человеческую еду налегает? — поинтересовалась иеле. — Отец сказал, что да, — кивнул Локид. — А попкорн зачем? — растерялась Адалин, забрав десерт у ведьмака. — На мороженое же только договаривались. — Попкорн для мальчика, — просиял Локид.       Адалин, Фиона и Елизавета закатили глаза, фырча. Кто о чем, а Локид о своём: такое ощущение, что спит и видит, что родится наследник Дракулы, а не наследница. — Я тебе сто раз сказала, что девочка будет! — вспыхнула Фиона. — Вон, Ленни сладкое за обе щёки жуёт! — Да где за обе щёки-то: один раз только согласилась на сладкое! — мгновенно взъелся ведьмак. — А попкорн она вообще не просила, — съехидничала Елизавета. — Потому что не видела его, — Локид сунул попкорн чуть ли не под нос вампирше, но та его оттолкнула. — Пузик, ну попробуй. — Да я не хочу! — Точно девочка! — возликовала Фиона. — Мальчик! — отрезал Локид. — Девочка! — Мальчик! — Девочка! — Мальчик! — Девочка! — Мальчик!       Адалин мирно кусала мороженое, хихикая; Елизавета, закрыв лицо ладонью, бормотала что-то о том, как они ее задолбали своими спорами; вернувшийся Влад уместился на краю скамьи, закинув руку за спину жены. — Значит, давай так, — разбушевался Локид, гаркнув на весь сквер. — Если девочка, то я на тебе женюсь! А если мальчик, то ты выйдешь за меня замуж! — Согласна! — в запале рявкнула Фиона.       Иеле и ведьмак с хлопком сцепили руки, как при споре, и Локид разбил их быстрым жестом.       В сквере стало тихо. Все на минуту замерли, повернув голову к Фионе и Локиду. Адалин начала расплываться в радостной улыбке; Елизавета опешила; Влад беззвучно рассмеялся; Алекс и Лео приоткрыли рты; дети перестали играть.       Локид бесшумно выдохнул. Это не было хитрым планом. Это… Просто это — честное, искреннее, желаемое — вырвалось, не спросив разрешения у разума. И только теперь он начал осознавать, что сказал, как сказал и где сказал.       Один раз она уже сказала: «Нет». А тут такой ва-банк. — Тогда я… — Локид разволновался. — Поехал за кольцом. — Да с чего ты взял, что ты выиграешь?! — Фиону всё ещё обуревал запал спора. — Может, будет де… — она осеклась. — Погоди-ка… — иеле моргнула.       Если девочка, то он на ней женится. А если мальчик, то она выйдет за него замуж. Фиона прокрутила в голове условия спора ещё раз. И ещё раз. И ещё раз. Так это же… — Да, ты всё правильно поняла, Фиона, — насмешливо произнес Влад. — Это безальтернативный спор.       Иеле растерянно хлопнула ресничками. Открыла и закрыла рот, как выброшенная на берег рыба, так ничего и не сказав. Еще раз открыла и закрыла рот. И еще раз.       Все, притихнув, ждали. Фиона та еще своенравная дама: ей все равно, что тут толпа народу. Она вполне может психануть и, не пощадив чувств Локида, вообще сбежать отсюда.       Замирание всё больше сковывало Локида, который хоть и улыбался, но потряхивало неслабо. Ведьмак перестал шевелиться, смотря в тёмные глаза иеле: дьявол, точно откажет. Надо срочно всё выводить в шутку, а то грандиозного скандала не избежать.       Фиона, выдохнув, сложила руки на груди. — А если двойняшки? — она прекрасно знает, что ребёнок один. Но надо было что-то сказать.       Затишье перед бурей. Осознание накатывало быстро и верно. — Это «Да»? — уточнил Локид. — Это «Ты козел, кто так замуж зовет», — съязвила Фиона, сверкнув черными глазами. — Так ты нормально не шла, — еле-еле сообразил Локид, унимая внутреннюю дрожь.       Фиона наигранно надула губы, а затем, рассмеявшись, обхватила ведьмака за шею. Локид обнял ее за талию и, оторвав от земли, прижался к губам. — Наконец-то! — громыхнуло над сквером. — Ура!       На ведьмака и иеле накинулись со всех сторон: соскочила с места Елизавета, бросились вперед Алекс и Лео, и дети рванули вперед, воодушевленные радостью взрослых. — Хах. Лео, с тебя сотка! — хохотнула Алекс.       Страж и авгур поспорили на свадьбу Фионы и Локида? Ведьмак и иеле рассмеялись, пока их радостно тормошили.       Ленни, поздравив, отодвинулась чуть в сторонку, чтобы не касаться друзей и тех, кто набросился на них с поздравлениями — счастливыми глазами она наблюдала за Фионой и Локидом, посмеиваясь над звучащими шутками. Радостная, но так очевидно… одна.       Она не пускала это чувство в сердце.       Не пускала, честно. Изо всех сил. Но оно, как изворотливая змея, проскальзывало под кожу, царапая рёбра холодной чешуёй.       Одно дело — сидеть дома и почти никуда не выходить. Нужда в прикосновениях ощущается не так остро, когда почти ни с кем не контактируешь. Но совсем другое — быть в толпе, окруженной близкими и… И ничего. Желание прикоснуться стремительно перерастало в потребность. Тактильный голод приобретал галактические масштабы. А неспособность его удовлетворить душила, веревками сдавливая грудь. Кто бы мог подумать, насколько это важно, — касаться.       Где-то на задворках подсознания мелькнуло: никогда в жизни, даже в самые темные времена, когда боль безжалостно дробила кости, вынуждая выть от горя, она не была настолько невыносимо и отчаянно одинока, как сейчас, находясь в окружении самых близких и любимых. …« — И что… Что самое трудное в вампирской жизни?       Влад молчал. Знал ответ и молчал. Но затем все-таки произнес: — Одиночество…»       И она познаёт самую изощренную форму этого чувства — одиночество в толпе. Но она улыбается. Смеется. Шутит о том, что свадьба Фионы и Локида будет на болотах.       Адалин обвила себя руками, кончиками пальцев погладив бока живота.       Я тебя люблю. Я очень тебя люблю, малыш, слышишь? Но я тебя прошу… Я тебя умоляю! Перестань защищаться от них. Они твоя семья.       Пальцы вцепились в запястье Влада в попытке ухватиться, пока совсем не затянуло. Вампир вздрогнул от внезапного прикосновения. — Прости, — Ленни быстро отдернула руку. — Я случайно.       Влад улыбнулся и, обвив ее за плечи, прижался губами к макушке. Ленни натянула рукава водолазки на свои ладони, пряча руки. — Холодно? — вампир заметил жест. — Нет, — помотала головой Ленни. — Да, — тут же исправилась она.       Влад стянул с себя пиджак и опустил его на плечи жены. Ленни торопливо укуталась, обхватив себя руками: ткань пропитана теплом Влада и ароматом его парфюма. Стало уютнее и спокойнее.       Ленни мысленно себя отпинала: всё, хорош! Прочь, хмурые мысли! Пошли вон! Не о себе сейчас надо думать, а о планировании свадьбы Фионы и Локида. О семье, о близких, а она все скатывается в самокопание и самонакрутку. Аж саму от себя воротит. — Влад, на минутку, — Локид оттянул друга в сторону, пока девчонки щебетали. — Лео, идем тоже.       Что-то там в речи ведьмака было о мальчишнике, о кольце или даже кольцах. Адалин не слушала мужчин, потому что свадьбу Фионы и Локида девочки стали планировать со скоростью света: конечно, 13 лет всё-таки ждали. — Девчат, потише, — смеясь, попыталась остановить их Фиона. — Да какое потише! — бодро перебили Лиз, Алекс и Адалин.       Но обсуждать толком мешали кружащие вокруг скамейки Злата с Артуром и Тедди. — Хватит тут носиться, — осекла Елизавета. — Идите на площадку бегать.       Дети послушались и рванули в сторону, попутно опрокинув сумку ведьмы со скамьи. — Вот неугомонные! — возмутилась Елизавета им вслед. — Никакого спокойствия с ними, — ведьма встала и присела на корточки, собирая вылетевшие из сумки вещи. — Так, Ленни, а с твоим платьем подружки невесты…       Но Адалин пропустила окончание фразы мимо ушей, вперив немигающий взгляд в черную бархатную коробочку, выпавшую из сумки Елизаветы. Ту самую, которую она видела на столе Влада в офисе. — Это откуда? — голос предательски сел, и Ленни кашлянула, выровняв интонацию. — А, это, — Елизавета, рассмеявшись, запихнула все вещи в сумку, но шкатулку оставила в руке, покрутив ее. — Я заказывала у Лорейн цепочку.       Отлично. А теперь объясни мне, как цепочка, заказанная у Лорейн, оказалась на рабочем столе моего мужа?!       Александра нахмурилась, ощутив острую, как заточенный кол, вспышку злобы от сестры. Но Адалин, втянув воздух в грудь, уняла ее со скоростью света.       Молчи, дура. Молчи! Ещё не хватало закатить скандал у всех на глазах и испортить Фионе такой день. Потом со своими тараканами разберешься. — Покажешь? — Адалин натянуто улыбнулась. — Конечно, — Елизавета с готовностью раскрыла шкатулку.       Цепочка, усыпанная россыпью бриллиантов, сверкнула на солнце. Невообразимо красивое украшение. Изящное. Дорогое. Очень дорогое. Возмутительно дорогое. — Прелесть, да? — ведьма любовно погладила украшение. Трепетный, бережный жест. — Что скажете, девчат? — Лиз, улыбаясь, перевела взгляд на подруг. — Ой, какая красивая, — восхитилась Фиона, перегнувшись через руку ведьмы. — Потрясающая, — похвалила Александра. — Я ослепла от блеска бриллиантов, — голос скрежетнул гвоздем по стеклу. По крайней мере, самой вампирше так показалось.       Прекрати! Уймись! Включи хотя бы остатки мозга: неужели считаешь, что Влад задаривает бывшую жену дорогими цацками, которые она прямо показывает его нынешней жене? Ну, бред ведь! Но даже если бредить, то когда он, по-твоему, это сделал? Лиз уехала посреди собрания, а Влад всё это время был в офисе, с тобой. Просто коробки у ваших украшений одинаковые. Наверное.       Адалин сделала глубокий, успокаивающий вдох. Черт, эти скачки настроения, эти абсурдные вспышки ревности утомляют даже её саму.       Как тяжело быть мной. Кошмар. Не приведи дьявол это всё вслух озвучивать. Никто вокруг не виноват, что у меня помешательство. — Что ты там о платье говорила? — вампирша вернулась к прерванной теме.       Всё, хватит. Фиона и Локид. Свадьба. А на паранойю выделю время в воскресенье в полдень.

*** Дом Дракулы.

— Влад, разденься.       Вампир встрепенулся, чуть не выронив планшет из рук. — Отцовская виза одобрена?! — обрадовался Влад, развернувшись к жене.       Он обхватил Ленни, но сразу же получил от ворот поворот и ругнулся: не, детский КПП по-прежнему суров и неприступен. Адалин скептически выгнула бровь, уперев руки в бока. — Я спать собираюсь, — объяснила Адалин. — В этом, — она ткнула пальчиком в его рубашку.       И неважно, что в гардеробе висит полно его рубашек. Ей надо ту, что на нём. Адалин нетерпеливо притопнула ножкой и, через пару секунд получив желаемое, схватила рубашку и довольная унеслась переодеваться. — Могла бы и при мне переодеться, — прозвучало ей вдогонку. — Чтобы ты опять ребенка нервировать начал? — рассмеялась Ленни из ванной. — Это кто кого ещё нервирует, — проворчал Влад себе под нос. — Пока что я ему всухую проигрываю. — Я всё слышу!       Влад усмехнулся и взял смартфон, когда экран загорелся новым уведомлением.       22:04. Елизавета: «Мы с тобой сегодня едем?».       22:04. «Нет. Ленни не спит». Вампир быстро напечатал ответ и кинул смартфон на прикроватную тумбочку, а затем перенесся в гардеробную.       Адалин в этот момент выпорхнула из ванной и, поправив подушку Влада, собралась забраться на постель, как телефон на тумбочке коротко прожужжал. Ленни машинально повернула голову.       22:05. Елизавета: «Вот не вовремя ей Раф витамины прописал 😂. В общем, если уснёт, набери. Я пока ещё не собираюсь ложиться».       Адалин остолбенела, смотря на сообщение от Елизаветы.       Покосилась на гардеробную и внезапно для самой себя сделала то, чего никогда прежде не делала: схватила телефон мужа и влезла в его переписку, зажав диалоговое окно так, чтобы во всплывшем окне было видно сообщения, но сами они оставались непрочитанными.       «Мы с тобой сегодня едем?» — «Нет. Ленни не спит».       Ленни чуть не пролистала выше, но из гардеробной раздались шаги, и вампирша, положив смартфон на место, прыгнула в постель. Села, прижав к себе одеяло. — Ты же спать собиралась, — улыбнулся Влад, когда увидел вампиршу сидящей, а не лежащей. — Да, собиралась, — Адалин нарисовала на лице ответную улыбку.       Не буду тебя задерживать. Тебе же не терпится к бывшей жене сбежать.       Свет в спальне погас, и Адалин повернулась на бок: спиной к Владу. Он лег рядом. Как обычно: близко, но не касаясь.       Ни одной мысли в голове. Вакуум. Ноль по Вселенной. Только сердце стучит где-то в горле. Замирая. Ожидая. Она знает, что стоит ей уснуть — он уйдет. Она в этом уверена.       Пусть. Пусть уходит. Пусть проваливает к ней, если так хочет.       Нет, не уходи. Я тебя прошу, не уходи. Только не это. Только не снова.       Ленни закрыла глаза.       Скажи. Скажи ему, спроси. Не молчи. Расставь всё по местам. Выясни.       Надо, но не могу. Страшно. Так страшно услышать то, чего я боюсь.       Нет, всё, хватит. Надо успокоиться и поспать: сегодняшний день порядком вымотал с непривычки.       Спи давай! Хватит хернёй страдать. Или сядь и поговори с ним.       Поговорю. Потом. А сейчас нельзя спать. Нельзя.       И так по кругу. По замкнутому кругу. Бесконечному кругу. Как по накатанной. Но дыхание ровное и спокойное. Даже удивительно, что оно такое размеренное и глубокое, как будто и нет этого предательского шума в ушах. Главное, не спать. Спать нельзя. Если она уснёт, то он уйдет.

*** Причал. Полвторого ночи.

— Спит? — поинтересовалась Елизавета, попивая крепкий кофе и сидя на ограждении причала.       Влад кивнул и наклонился, чтобы отшвартовать катер. Елизавета сделала глоток кофе. Адалин подперла плечом ствол дерева в сквере.       Ей не составило труда сделать вид, что она уснула. Когда за Владом тихо закрылась дверь, внутри установилась оглушительная тишина. Она знала, что он уйдет. Так и получилось.       Надеть джинсы, кроссовки и бесшумно выскользнуть следом, не попав в поле зрения Влада, Стефано и охраны, тоже оказалось несложно. Ее не ожидали увидеть, поэтому и не искали ее взглядом, не прислушивались к ее шагам. — Только давай договоримся, — Влад, находящийся в катере, поднял строгий взгляд на Лиз. — Мы возвращаемся, и ты идешь нормально спать, чтобы как сегодня не было. — Да поняла уж, — отмахнулась Елизавета. — Но вообще, это твоя вина. Ты всю ночь с меня не слезал, вот я и не выспалась.       Адалин холодно усмехнулась. Есть что-то в этой прохладе на губах, в этом морозе в янтаре глаз. Может быть, так проявляется шок? Когда ты смотришь на всё вокруг, как на кино, не веря, что это происходит с тобой. Потому что в твоей жизни не может быть измены мужа, предательства подруги.       Ты думаешь, что это не про тебя, не про твою жизнь. Ты думаешь, что ты, мать твою, в сказке живешь. В которой близкие не умирают, мужья не изменяют, друзья не лгут и не предают. — «Лиз, сделай то», «Лиз, сделай это», — ведьма передразнила Влада. — Ты сама немало инициативы проявляла, — хмыкнул вампир. — Давай, залезай, — он пригласительно кивнул на катер.       Ощущение прожигающей реальности цепко сдавливает глотку, скребя по костям. И никакие аргументы не работают. Всё, что прежде было белым, окрашивается в чёрный. Всё, что было наверху, падает вниз. Всё, что было справа, перемещается влево. И от этого всё вокруг кажется не тем, чем было.       Ревность. Гадина, слепая ко всем доводам. Мразь, глухая ко всем крикам. — Да выбрось ты уже кофе, Лиз. — Я без кофе еще одну ночь с тобой не переживу, — хохотнула Елизавета.       Вампир, усмехнувшись, подал руку ведьме, и та ступила на край катера, при этом отпивая кофе. И, как следствие, неаккуратно шагнула: нога соскользнула, и Елизавета с визгом полетела вниз. — Убейся еще тут, — рассмеялся Влад, поймав ведьму.       Адалин убрала руки в карманы джинс, дернув уголком губ вверх. Насмешка кривого зеркала.       Что-то не на живом и даже не на мёртвом, а на каком-то пустотелом мазохизме — вот так стоять в тени, в стороне и смотреть на их прикосновения друг к другу. Смотреть, как она держится за него, как за опору, смеясь, а он спокойно обвивает ее рукой в ответ и улыбается, помогая выровнять баланс на покачивающемся катере и разместиться на сиденье.       И в их улыбках… В их жестах… Этих, дьявол, ничего не значащих жестах! В них застыл мир. — Новую куплю, — извиняюще произнесла Елизавета, указав на пятно от кофе, которое частично попало на рубашку вампира. — Забудь, — отмахнулся Влад, заводя мотор судна.       Катер отплыл от причала, а Ленни прислонилась спиной к стволу дерева, задрав лицо к зеленой кроне. Раньше она сорвалась бы сразу и не раздумывая. Но сейчас она, как приколоченная, стояла на месте, невесомо касаясь живота: как будто в попытке успокоить то ли ребенка, то ли себя.       И ничего в этот момент больше не произошло. Не громыхнул гром. Небеса не разверзлись, не хлынул ливень, планета не сошла с орбиты, а океан не вышел из берегов.       Мир остался невыносимо прежним. Снаружи.