Перерыв: Бенни Уоттс

Бет позвонила Аве утром в канун Нового года. Они болтали о том месяце, который Ава провела в доме у Мод. — В этом году были только я и Джоли. Честно сказать, это было лучшее Рождество в моей жизни, — поделилась Бет. Ава никогда не спрашивала Хармон о Джоли, но у неё было ощущение, что их отношения – нечто большее, чем просто дружба. Слушая, как Бет рассказывает об их истории в приюте, где они познакомились, о том, как Джоли пришла на помощь перед отъездом в Россию, Ава испытывала тёплое чувство – похожее на то, что появлялось у неё, когда Бенни был рядом. — Так какие у тебя планы на сегодня? — спросила Бет. Щёки Авы тут же покраснели, стоило ей вспомнить о приглашении Бенни на ужин. — Вечеринка в «Монте». Аманда практически потребовала, чтобы мы пошли, — Ава сделала паузу, издавая смешок, который затих вместе с её мыслями. — Мы с Бенни поужинаем у него дома, прежде чем встретимся с ребятами в «Монте». Когда Бет замолчала, Ава поняла, что та ухмыляется: — Поужинать? — игриво переспросила Хармон. — У него дома? Одни? — Ой, да брось ты, — не выдержала Ава, отчего Бет засмеялась. Этого оказалось достаточно, чтобы девушка покраснела от смущения. — У вас с ним что-то было? — Нет, — ответила Ава почти мгновенно. Она знала, что Бет не поверит, но технически это была правда. — Ну, если не считать того, что на День благодарения он держал меня за руку, ночной визит в мою комнату и нервный срыв, — добавила она. — Что это значит? — Это значит, что я не думаю о Бенни Уоттсе в романтическом смысле. Вообще нет. — Ты хорошо играешь в шахматы, Ава, но не врёшь. — Очень смешно, но я серьёзно, — сказала Парк, но на этот раз более строго. Бет снова усмехнулась. — Как скажешь. Но имей в виду: Бенни много чувствует. Он просто не умеет показывать эти чувства, — Ава слушала девушку, впитывая каждое слово. — Если он ведёт себя странно, то, скорее всего, потому что хочет что-то сказать, но не знает как. — Спасибо за подсказку, — тихо поблагодарила Ава. *** Когда Ава собралась идти к Бенни, слова Бет снова и снова прокручивались у неё в голове. Она собиралась поужинать с ним наедине. В этом ужине было что-то... более интимное. Это раздражало её. Она много раз была наедине с Бенни, но почему-то именно сейчас всё ощущалось иначе. Ава мысленно дала себе пощёчину. Она была двадцатичетырёхлетней девушкой, которая слишком много думала о планах на ужин. Шатенка никогда не умела замечать, что кому-то может нравиться, поскольку считала это невозможным. Хотя во многих случаях всё оказывалось правдой. Это было похоже на заученный механизм. Ава привыкла к тому, что люди хотят с ней сблизиться из-за положения, которое занимал её отец. Даже если им были безразличны шахматы, стоило ей произнести слова «мой отец – Чемпион мира», как взгляды сразу менялись. Поскольку Бенни был так погружён в свой мир, Ава сначала подумала, что и здесь всё объясняется уважением к её отцу. Но после того случая в доме Мод между её разумом и сердцем началась война. Разум буквально кричал ей, что это ничего не значит, что ему просто нравится играть с ней в шахматы. Однако сердце говорило совсем другое. Ава взяла свою сумку и, повесив её на плечо, вышла из квартиры. Лёгкая хмурость оставалась на её лице всю дорогу до дома Бенни, пока сердце колотилось в груди. Она убеждала себя, что всё это ерунда, слишком боясь того, что, если позволит себе в это поверить, сделает что-нибудь невероятно глупое. Например – влюбится в него. Ава остановилась перед дверью в его подвал, заставляя себя расслабиться и перестать вести себя как деревянная доска. В своей голове она представляла шахматный стол. С одной стороны сидела она, положив руки на колени, ожидая, когда начнут бить часы. С другой – Бенни, с локтями на столе и озорным выражением лица. Ава не могла позволить себе придвинуться к нему ближе, чем на то расстояние, которое разделяло их за игровым столом. Она постучала. Через несколько секунд дверь открыл Бенни. Его щёки были красными, а волосы растрёпанными. Изнутри доносился вой пожарной сигнализации. — Чёрт, — выругался Бенни, забегая обратно в комнату. Ава последовала за ним, закрыв за собой дверь. Она увидела Уоттса, который выключал плиту и ставил сковородку в раковину. Блондин открыл кран, заливая сковороду и всё, что в ней было, пока кухня не перестала наполняться дымом. Ава сдержала улыбку, зная, что было бы слишком подло смеяться над его попытками готовить. Бенни повернулся к ней, отбрасывая волосы с глаз. — Пицца? Они вдвоём сидели на полу, между ними стояла большая коробка из-под пиццы. Ава взяла ломтик и откусила огромный кусок. Она никогда не понимала, почему люди так любят пиццу, пока не переехала в Нью-Йорк. В каждом квартале было по пиццерии, и каждая утверждала, что у неё – лучшая пицца в городе. Часто после «Монте» Ава отправлялась в первую попавшуюся, чтобы съесть самую большую. То, что они сидели на полу и ели пиццу, помогало Аве чувствовать себя более непринуждённо. Если бы Бенни преуспел в готовке, то они, скорее всего, сидели бы за столом, напротив друг друга. И это было бы больше похоже на свидание, чем на дружеский ужин. — Бет звонила тебе сегодня? — внезапно спросил Бенни, отчего Ава чуть не подавилась куском моцареллы. — С чего ты это взял? — Сегодня утром она попросила у меня твой номер телефона. Так она звонила? — Да, звонила. — Хорошо, — выдохнул Бенни, откладывая пиццу, и вопросительно посмотрел на Аву. — О чём вы говорили? Девушка отложила свой кусок и вытерла рот салфеткой, пытаясь придумать ответ, но в голову пришло только одно: — Это не твоё дело, Уоттс. Бенни сделал глоток пива, всё ещё не сводя с неё глаз. — Это значит, что вы говорили обо мне. Ава раздражённо вздохнула: — Как будто ты с ней не говорил обо мне. — Конечно, говорил, — прямо ответил Бенни. — Честно сказать, иногда я просто не могу не говорить о тебе. Он сказал это так просто, будто это было что-то, что он говорил постоянно – как, например, когда бесконечно упоминал свою чёртову книгу. Ава буквально застыла на месте, она не могла оторвать от него взгляд. От того, как он откусывал пиццу, как двигалась его челюсть. От угла его плеч, от того, как болтались его цепочки и как сияли его кольца в тусклом освещении подвала. Когда Ава всё же отвела взгляд от его рук, Бенни уже смотрел на неё, и ухмылка сразу же появилась на его лице. — Ты просто проверял меня? — шатенка прочистила горло, чтобы задать ещё один вопрос. — Что ты хочешь? Лицо Бенни смягчилось, но взгляд стал ещё пристальнее, чем раньше. — Давай сыграем в «двадцать вопросов»? — Что? — переспросила Ава, доедая пиццу и откидываясь на подушки, которыми был устлан пол. — Я задаю тебе вопрос, потом ты задаёшь его мне, и так далее, — объяснил Бенни, на что Ава издала смешок. — Нам что, по пять лет? — Нет, — усмехнулся он. — Я просто хочу получить возможность узнать о тебе непристойные вещи. — Тогда абсолютно нет. — Но ты можешь сделать это в ответ. Вероятно, в этом мире не было ничего, что нравилось Аве больше, чем возможность поставить чемпиона в неловкое положение. Парк была хороша в уклончивых, «политических» ответах – этого было достаточно. Она схватила своё пиво, сделав несколько больших глотков, на всякий случай. — Прекрасно. Ты первый, — предложила Ава. Бенни не стал тянуть с вопросом: — Какое было твоё первое впечатление обо мне в пятьдесят шестом году? Ава сломала голову, пытаясь вспомнить, что она подумала, когда впервые увидела Бенни. — Мне понравилась твоя шляпа. Моя очередь, — торопливо сказала Ава. У неё было ощущение, что это игра должна пройти в ускоренном темпе, как игра в быстрые шахматы. — Ты действительно думал, что я играю в шахматы в Лас-Вегасе? — Да, — сразу ответил он. — Сколько раз ты читала мою книгу? — Три раза. От корки до корки. Ты спал с Бет Хармон? Бенни сделала паузу, и его губы изогнулись в лёгкой улыбке. — Да, — сказал он. Теперь мяч был на его стороне, когда Ава затронула более личную тему. — У тебя когда-нибудь был парень? — Нет, — прямо ответила Парк. Она заметила, как Бенни прищурился, глядя на неё. Ава точно знала, каким будет его следующий вопрос, но всё равно продолжила. — Ты когда-нибудь был влюблён? — Один раз, — чётко сказал Бенни. — У тебя когда-нибудь был секс? Ава рассердилась на то, насколько прямолинейно он это спросил. На его губах появилась лёгкая улыбка. Впрочем, это было справедливо – после её вопроса о Бет. — Да, — ответила Ава. Она ожидала, что он удивлённо поднимет брови, думая, что она никогда ни с кем не спала, но этого не произошло. Выражение его лица осталось прежним, но было заметно, как завертелись шестерёнки в его мозгу. — Зачем ты пригласил меня в дом Мод? — Потому что захотел, — ответил он, но на этот раз нахмурившись. Бенни смотрел на Аву так, будто она была головоломкой, в которой не хватало последнего кусочка. — Мы друзья? Да или нет? Впервые с начала игры Ава потеряла дар речи, но быстро вышла из ступора. — Конечно, — она внезапно задумалась, почему он спросил её об этом, если ответ кажется очевидным. — Почему ты спрашиваешь? — В половине случаев ты выглядишь удивлённой тем, что я хочу быть с тобой рядом. Ты смотришь на меня так, будто, если бы ты была взятой шахматной фигурой, я бы не пытался поставить пешку на конец доски и вернуть тебя в игру. Ава была рада, что сейчас не её черёд отвечать на вопрос, поскольку она бы даже не знала, что сказать. То, как взгляд Бенни скользил по её лицу, заставляло девушку чувствовать себя уязвимой, незащищённой. Он слегка приоткрыл рот, как будто собирался что-то сказать, но остановился, чтобы ещё раз обдумать. — Мы просто друзья? Это уже не был вопрос, на который можно ответить «да» или «нет». Ава не знала, что сказать, когда всё, что приходило ей в голову, – это осознание, что чёртов Бенни Уоттс только что спросил её, есть ли возможность для чего-то большего. Большего, чем просто дружба. Было стыдно так долго складывать два плюс два. Ава не просто нравилась Бенни – судя по его предыдущим вопросам и ответам. Бенни блядь Уоттс был влюблён в неё. Как десятилетний школьник, влюблённый в свою умную одноклассницу. Это был самый спокойный человек, которого она когда-либо видела. Пока его глаза были прикованы к её взгляду, Ава вспомнила слова Бет о его обаянии. Только теперь она поняла, что Хармон имела ввиду. То, как легко Бенни умел удерживать её взгляд без колебаний. То, каким был наклон его головы, когда он держал что-то в руке. Бенни знал, как флиртовать, и он знал, чего хочет. Это был первый раз, когда Ава воспринимала его сексуальным – в любом смысле. Его дыхание было поверхностным и терпеливым, когда он ждал её ответа, зная, насколько она будет удивлена таким прямым вопросом. Ава наблюдала, как его взгляд метнулся к её губам, прежде чем снова вернуться на её глаза. Это был тот же взгляд, которым он смотрел на неё в «Монте», в свой день рождения, – только в этот раз он был более открытым. Аве было интересно, какой будет его реакция, если она сделает так же. Девушка перевела взгляд на губы Бенни и сразу же вернула его обратно. Она наблюдала, как он сглотнул, как дёрнулся его кадык. Ава и не подозревала, что может оказать на него такое воздействие. — Я не знаю, — прошептала она. Кажется, это был самый честный ответ, который она могла ему дать. Внутри неё метались разум и сердце, буквально крича друг на друга, когда вдруг раздался стук в дверь. Бенни сел прямо, не сводя с Авы пристального взгляда. Она ожидала, что он встанет, откроет дверь и просто оставит этот вопрос открытым. Но вместо этого он наклонился вперёд, схватил её за запястье и крепко сжал. — Игра ещё не окончена, Парк. Аве нечасто приходилось видеть Бенни таким требовательным, и осознание того, насколько серьёзно он к этому относился, ударило её под дых. Она сама не заметила, как наклонилась к нему ближе – так близко, что их носы почти соприкоснулись. Ава хотела увидеть, что она могла с ним сделать. Как он отреагирует на её прикосновения, на слова, на чувства. Точно так же, как он сам много раз ловил её на собственных уловках. Ава выдохнула, не сводя глаз с чемпиона. — Перерыв.