Атланта

Паника и страх накрывшие город продолжали заполонять собою воздух, делая его невыносимо удушливым. Взрывы, огни, сгоревшие машины и дома, облака чёрного дыма вздымались вверх, как маяки, давая сигнал о бедствиях, да только тушить эти огнища никто не торопился. Машины патрульных, пожарных и скорой помощи были заняты другими делами — они носились по округе добивая мёртвых, что вставали вновь и пожирали тех, кому не удавалось спастись, они заражали всё больше и больше, распространяя опасный и страшный вирус. За считанные часы по городу будто прошла сама Госпожа Смерть в истинном обличии и покосила всех неугодных, начиная второе пришествие конца света. Безжалостный жнец в чёрном плаще, безликая, без страхов и сожалений вздымала острую косу и забирала жизни, наслаждаясь последствиями. Но не одна Смерть безжалостна в этой войне выживающих, сами люди забыли о том, что такое человечность, сострадание и помощь. Здесь, как и в Атланте и в других последующих городах люди превращались не только в мёртвых, но и в животных, поддающихся фантомным инстинктам. Витрины магазинов разлетались от выстрелов, от кирпичей, летевших в них, от железных бит, которыми их околачивали. Хрупкое стекло, как вода в фонтанах, брызгало в разные стороны, оставляя здания обнажёнными и беззащитными. В руки к хищникам попадало всё: украшения, дорогие сумочки, за которые хотелось убивать, кожаные ремни, мобильные телефоны, плееры и новые игровые приставки. Никто не скупился в своих изощрённых желаниях сделать всё то, что до этого запрещал закон. Машины полиции слепо проезжали мимо, понимая, что этот хаос уже не остановить, что все механизмы запущены и остаётся либо подчиниться им, либо сделать всё, чтобы остаться в живых. — Мы тут уже долго сидим, а на улице становится всё хуже, нужно что-то предпринимать, нужно что-то делать, уходить. — Подала свой дребезжащий и всё такой же неуверенный, как на суде голос, мисс Чендлер. Возможно именно он и не помог выиграть дело. — Да и спасать нас не торопятся, сколько полицейских проехало мимо и ни одна не остановилась посмотреть, есть ли тут кто. — Поддакнула женщина, что переживала за больного отца, но конечно боялась уйти одна. — Вы были правы, что-то это всё затянулось. — Охранник с серебристым бейджем на форме, где потёртые буквы представляли его как Лестер Митчел, отошёл от автомата со снеками. — А вы меня не слушали, мистер. Газеты надо читать! — Хмыкнула старушка, поправив очки, сжимая в руках сумочку с документами, будто боялась, что её макулатура вообще кому-то нужна. — Давайте сейчас не будем выяснять, кто прав, кто виноват, нам наоборот нужно сплотиться. По одиночке точно никто не выживет. У кого будут предложения? Конечно же все смолкли, поглядывая друг на друга в ожидании каких-нибудь версий. Каждый крутил в голове шестерёнки, чтобы собрать пазл, вспоминая о том, что видел и слышал, о том, как поступить. Кто-то просто анализировал ситуацию, всё ещё желая остаться здесь, думая о безопасности места, но резкий стук в дверь рассеял и молчание и тяжкие раздумья. Компания дёрнулась, разыскивая источник приглушённых ударов. — Что за чёрт, вы слышите? — Да, мы все это слышим, дамочка, не нервничайте. — А вы уже перестаньте звать меня дамочкой. Я понимаю, что ваше имя светится во всю на вашем отполированном бейдже, но вы хотя бы удосужились спросить, как зовут меня. — Фыркнула старушка в очках. — Если вы не заметили, то мне насрать как вас зовут. — Охранник не был скуп на слова и выражения, всегда говорил то, что думал. — Точно как мой покойный муж. Такой же брюзга! Желчный брюзжащий старик. — Так что ж вы с ним жили, да-мо-чка?— С ехидным "подколом" спросил мужчина, поправив кепку. — Вы должны знать только то, что теперь он помер! Вот и думайте, от старости, аль от моей руки. — Осадила его "дамочка" и довольно ухмыльнулась. — А вас не заботит, что с нами прокурор, вы себе на статью наговорили. — А ещё тут адвокат, и она точно знает, что это не достаточные до... — Да заткнитесь вы уже! — Прошипел полицейский, отходя от главной двери. Все снова затихли и замерли, слушая, как продолжается стук. — Кажется это у заднего выхода. Тут никого. -- Прошептала женщина, аккуратно выглядывая в окно, прячась за углом. — Да, и правда, звук идёт с другой стороны, — хмыкнул сержант сделав несколько уверенных шагов, но остановился, — кто-нибудь хочет пойти со мной, проверить? — Я пойду, если позволите. — Отозвался Адам. Сержант кивнул, но не был доволен компанией. — Оставайтесь все на месте, мы просто посмотрим, что там и вернёмся. —Приказал сержант МакКортни, сопроводив слова жестом, когда просят остановиться. Мужчины побрели по тёмному коридору, высматривая пустые кабинеты, прислушивались к каждому шороху и не решались беседовать друг с другом, оставаясь во вражеских позициях. Полицейский отстегнул кобуру и аккуратно положил руку на оружие, опасливо озираясь по сторонам. — Не делайте того, о чём вам придётся пожалеть, сержант М..Мик, Майк? —Адам посмотрел на нашивку, где была лишь первая буква имени. — Марк. — Сухо ответил мужчина. — Я вижу в ваших глазах огонь, вы желаете спасти себя или всех? — Вы ни черта обо мне не знаете, прокурор. Не стоит делать выводы. И тем более не стоит перечить тому, у кого в руках пистолет. — Сержант был настолько самоуверен в себе, что это эго просто не оставило место кислороду. — Я даже не думал о том, чтобы вам перечить. Я стараюсь думать здраво и рассуждать логически, а вас почему-то это задевает. Боитесь быть ведомым и не стать ведущим? — Вы пошли со мной, чтобы промыть мне мозги, прокурор? — Марк уже раздражительно фыркал. Ноздри раздулись, а челюсть ходила ходуном, показывая напряжённые скулы. — Чувствуете? Пахнет кровью. Идите сюда. — Вновь проигнорировал вопрос Адам и махнул рукой, заметив, как одна из дверей была испачкана. Небольшие мелкие липкие капли, как созвездия, рассыпались и блестели на полу, ведя тонкую извилистую дорожку к аварийному выходу. — Для рабочего дня, и тем более такого значимого в городе, тут слишком тихо. — Все убежали в панике, когда началась стрельба на улице. Видимо выбегали отсюда. — Предположил Уильямс, осторожно открывая дверь, стараясь не запачкаться в застывшей крови. Глухой стук продолжал доноситься с улицы, словно кто-то с той стороны бился головой о стену, но когда Адам нехотя скрипнул дверью, на секунду всё прекратилось, а потом возобновилось с новой силой. Уверенные удары становились всё громче и громче, долбили уже не головой, а руками, желая прорваться через преграду. — Я пойду первым, посмотрю, что там. — Переступив лужу крови оповестил полицейский, вытаскивая пистолет. — Может не будете геройствовать, сержант? Пойдём вместе. — Если не заметили, то ствол у меня. — Горделиво ответил мужчина, приподняв бровь. — Вы бы поберегли себя для семьи. — Хмыкнул Адам, рассмотрев золотое обручальное кольцо на пальце полицейского. — Мы в разводе. Она забрала дочь и уехала к своей матери в Чикаго. — С толикой грусти ответил Марк, делая неуверенные шаги к лестничной клетке. Нервно мигающие лампочки вызывали чувства тревоги. Липкие ощущения подступающего страха сковывали ноги, обвивая тонкими щупальцами, присасываясь, как ужасное чудовище. Это были знакомые чувства, такие, когда пересматриваешь фильм и точно уверен в том, кто скрывается за дверью. Ты знаешь главного героя, наблюдаешь за ним, сидя в кресле, выпивая очередную бутылку "Будвайзера" и снова кричишь красивой фигуристой блондинке не идти в темноту. Сейчас Марк ощущал себя той самой "блондинкой" и желал, чтобы кто-нибудь крикнул ему уходить. Но мужское чувство достоинства, что сжалось у него в штанах, заставляло показывать себя героем, достойным героем, иначе для чего на нём форма полицейского? Застывшие брызги крови продолжали витиевато бежать вниз, где-то размазываясь по стене, оставляя отчётливые следы пальцев. — И почему мы раньше ничего не проверили, тут могут быть люди... — Прошептал мужчина сам себе, нежели собеседнику. Адам молча шёл позади и его очень беспокоило то, что руки были свободны, не имея никакого инструмента для защиты. — Не думаю, что тут кто-то ещё остал... Стук снова стал раздаваться по ту сторону окровавленной двери. Мужчины спустились по лестнице, видя, как проход был завален стеллажами из кладовой. Именно эта баррикада не давала кому-то пробраться из вне, но вот кто же там был... *** — Это будет глупостью, если мы потащим его с собой. — Но нельзя его оставлять, он же человек, чёрт вас побери! — Вы видели его руки, ребята, тут уже всё понятно. Он бледный, холодный весь. Дай бог через пол дня не откинется и то хорошо. Компания собралась в углу, стараясь перешёптываться. — Эй, я вас слышу. — Закашлял Гас на другой стороне закусочной. Мужчину бросало в жар, пот, и жутко трясло. Царапины на руке постепенно темнели, зудели и чесались, их хотелось разодрать до крови, снимая кожу. — Оставьте меня, я не желаю быть обузой. — Хмуро заявил дальнобойщик, рассматривая мёртвую девицу рядом, прекрасно понимая, что его ожидает. — Нужно что-то делать. Долго мы тут не протянем. Надо выбираться и уходить. — Вы правы, Уильям. Но куда? Разбредёмся по своим домам за вещами и разбежимся? — Эрик задавался вопросами, на самом деле не желая оставаться в одиночестве. Бетти согласилась пойти с ним, но что она может против мертвяков, а ещё хуже, против живых? — Не знаю, парень, не знаю. Я заметил, что ни одна машина военных не останавливалась, они просто проезжали мимо, а значит, они не спасают людей. — Я услышала по телевизору, что в некоторых городах есть лагери карантина. — Влезла в разговор Бетти. Сейчас их никто не воспринимал за детей или несмышлёных подростков, и Эрик и Бетти так же пытались вносить свою лепту, без истерик и слёз. — Можно попытаться добраться до ближайшей, а там видно будет, конечно, если это правда. — Странно, что связь очень быстро оборвалась. Сколько прошло после репортажа? Час? Бетти посмотрела в экран мобильного телефона, который стал бесполезен за считанные минуты. — Мобильной сети тоже нет. Никаких звонков. Только экстренные вызовы, которые, я уверена, тоже не работают. — Она пожала плечами, шморгнув носом. Стивен безо всякого зазрения совести продолжал опустошать алкогольную заначку, а Уильям уже не обращал на это никакого внимания. — Стивен, может тебе хватит? Если Молли узнает, что ты всё выпил... — Кстати, а где Молли? — Бетти обернулась, выискивая глазами женщину, что давно ушла за товаром, но так и не вернулась. Все подскочили, тоже желая знать, куда пропала хозяйка, ведь в суете про неё забыли. Компания прошлась по пустой кухне: несколько плит горели, наполняя небольшую серую комнату жаром. Эрик быстро выключил огонь и на всякий случай схватил со стола большой нож. Тут было всё обычно, будто все просто ушли на перерыв или перекур. Недоделанные бургеры, заготовки, пакеты с заказами — всё оставалось на местах. Дверь заднего входа была нараспашку, из-за угла виднелся фургон с доставкой свежих овощей, но никого не было рядом. — Пойду проверю улицу. — Эрик пошёл вперед, крепко сжимая нож двумя руками. Парень медленно вышел, внимательно оглядывая открытую машину. Рядом были разбросаны ящики и коробки с едой, растоптанные помидоры смешали свой сок с алой густой кровью, что омыла дорожку вместе с разноцветной яркой лужей бензина. Кровь была и на машине, ведя свой след от ладони по всему фургончику, замазывая чёрные буквы логотипа. Седовласую голову Эрик заметил в глубине переулка за мусорными баками и мигом помчался туда. Картина пред его юными серыми глазами была ужасающая: изуродованная изглоданная старушка лежала на мусорных пакетах в неестественной немой позе. Бездонные мёртвые глаза с заметной катарактой смотрели в высь неба, нос и губы отсутствовали, наверное давно перевариваясь в гниющих желудках зомбаря. Вывернутые кисти рук примыкали к груди и так же были искусаны. Противный морковный цвет, образовавшийся от слияния крови и белёсых седых волос впивался в глаза, не желал, чтобы его забывали. Эрик хотел отвести взгляд, чувствуя, как к горлу подступает завтрак, оставаясь горечью на языке, но не мог, попросту оцепенев. Взор просто зацепился за рот женщины, точнее, что от него осталось: виднеющиеся мышцы и сухожилия, остатки порванной кожи, висевшей на подбородке и вставная челюсть в страшной гримасной приоткрытой ухмылке. Этот вид впечатывался в мозг, запоминая каждую деталь, каждый укус, каждую каплю крови, что до сих пор сочилась из ран, впитываясь в рваную цветастую кофточку. Наконец парень отошёл, прилипнув к противоположной стене и разомкнул руки, бросив нож под ноги. Его завтрак всё же вырвался наружу, пачкая обувь. Жёлтоватая бледная масса с неприятным кислым запахом осталась возле бака. Эрик закрыл глаза, продолжая блевать, но потихоньку стал отходить от трупа, обратно к двери, откуда выглядывала Бетти. Девушка боялась выйти, видя лужи крови. — Эрик, что там? — Окликнула она товарища, а он лишь молча махнул рукой, стараясь второй прикрыть рот, чтобы хоть как-то сдерживать рвотные позывы. Он быстро вернулся к двери, ощутив зловонные запахи позади. Это были не запахи мусора, а гнилостные, тухлые, словно недалеко умерла кошка, но обернувшись парень увидал с дюжину мертвяков, что двигались на шум. Не смыслящая девчушка привлекла зомби криком, а может и Эрик, когда уронил нож, и те повылезали, как тараканы из щелей. Озлобленные, рычащие, желающие полакомиться и разорвать сочащую горячей кровью плоть. — Твою мать, быстро внутрь, закрывайте двери! Быстро, быстро! —Парень забежал на кухню, пытаясь закрыть массивную дверь, но та предательски зацепилась за ящик, который попал под щель меж низом двери и асфальтом, и никак не давал ей сомкнуться. — Помогите мне, заело! — Хрипло прошипел Эрик, потягивая дверь со всей силы на себя. Уильям и Стивен оттолкнули девчонку, чтобы не путалась под ногами и выскочили на помощь. Мужчины схватились за металлическую ручку и стали тянуть дверь на себя, но конечно ничего не выходило. Уильям вышел и попытался разломать ящик ногой, выглядывая из-за двери. Трое мертвяков уже приближались, перешагивая через кучу мусорных пакетов — их ничего не останавливало, до сытного ужина оставалась пара метров. — Давай же, кусок дерьма! — Продолжал Эрик, и наконец ему удалось сломать деревяшки, что выскочили из-под щели и дали двери закрыться. — Тащите что-нибудь, нужно забаррикадировать вход. Быстрее, быстрее! Бетти подбежала к ближайшему стеллажу с соусами и стала двигать его к двери. Мужчины подсобили и завалили проход, в дверь которого уже долбились зомби, выбив маленькое стёклышко, просовывая истощённые искусанные руки. — Надо уходить отсюда и как можно скорее. Мы не можем здесь оставаться. — Бетти стала паниковать, видя как страшные руки тянутся внутрь. Стеллаж потихоньку отодвигался, создавая небольшую щель, давая возможность просунуть ногу. — Так, у меня на парковке машина, собирайтесь, живо, — растерянно засуетился Уильям, не зная, за что хвататься, — поедем... куда-нибудь, подальше, потом сообразим. Давайте, чего встали! — Он махнул руками, выгоняя всех из кухни и прихватил с собой парочку ножей. Гас лежал на полу в луже собственной рвоты и подрагивал, словно мужчину охватил припадок эпилепсии. Странно было наблюдать за тем, как вирус действует на человека, всегда ли он одинаково проявляет себя или же находит изощрённые способы и лазейки, чтобы изничтожить организм? -- Не смотрите на него ребята, мы уже не можем ему помочь. Быстрее, берите свои сумки и уходим. — Подгонял всех кассир, он был громким голосом разума, хоть и дрожащим. Девушка, что была укушена и умерла возле двери, стала... приходить в себя. Она хрипло закашляла, пытаясь пошевелиться. Белёсый мутный взгляд искал двигающихся людей, но видел лишь какие-то невзрачные точки. Мёртвое тело ощущало, наверное ощущало, лишь запах людской плоти и крови. Этот живой аромат был повсюду, манил, соблазнял, придавал сил каждому зомбаку в любом состоянии двигаться к нему. Девчушка продолжала кашлять, все сильнее и сильнее, пока из её рта не стала вырываться грязная мутная слизь, будто все кишки перекрутились внутри и выходили наружу. — О Господи, я будто смотрю "Чужого" в реальности. — Застопорилась Бетти, глядя на эту картину. — Да, только там Чужой вырывался из живота, не тормози... — Эрик взял подругу за плечи и отодвинул в сторону. — Уил, где твой револьвер? -- — У меня. — Патроны есть? — Стивен упаковывал в пакет полупустые бутылки с водкой. Уильям порыскал под барной стойкой и нашёл две неполные коробки. — Немного. — Он передал одну коробку Эрику, а тот сунул её в рюкзак. — Оставим их такими? — Девушка не могла успокоиться, думая о несчастных. — Не будем тратить патроны. Забудь о них. — Уходите... — Захрипел Гас, скребя ногтями по плитке. — Всё, пошли, пошли. — Уильям приготовил ключи от машины. — Я уберу её, выходите. — Стивен подошёл к девчушке у двери и аккуратно схватив, откинул в сторону. Компания выскочила на улицу, пробираясь сквозь завесу дыма к старому красному пикапу. Улица была охвачена мертвецами, криками живых, мародёров, жадных до потребления ненужных вещей и военных, которые становились бесполезными, умирая и заражаясь. Вирус не только беспощадно проникал через укусы, но и просто заражал тех, кто видимо лишился иммунитета. Мёртвых становилось больше, чем живых с каждой минутой. Они слонялись по округе, не разбирая дороги, спотыкаясь о магазинные тележки, врезаясь в машины и стены, но уверенно шли к цели — пожирать и уничтожать