Breaking News: Westeros Lord Marries Stranger? What You Read Will Shock You!

— Что? — Джин-Ву моргнул, глядя на охапку одежды, которая была насильно всучена ему в руки. Казалось бы, он уже должен был привыкнуть к подобным неожиданностям, но нет — он всё ещё не был готов к этому. — Ты сейчас собираешься к своему… другу, — сестра произнесла слово «друг» с каким-то странным нажимом, а её брови дёрнулись так, словно это был непроизвольный спазм. — Так что надень вот это. — А? — Джину был явно ошарашен. Это даже не прозвучало как вопрос, а как утверждение. — Как ты вообще узнала? — По твоему уродливому лицу. Из кухни раздался мягкий укоризненный голос их матери: — Джина. Джина фыркнула: — У тебя тупая маленькая ухмылка на лице… — Какая ухмылка? — перебил её Джин-Ву. Он был уверен, что ведёт себя совершенно обычно, потому что чувствовал себя как всегда. Однако Джина продолжила, будто не услышала его возражений: — …каждый раз, когда ты планируешь навестить свою дерзкую принцессу. Так что я достала для тебя наряд, чтобы ты покрасовался перед своей принцессой. Подождите-ка, что? Какая ещё принцесса? Джин-Ву был почти уверен, что сестра сейчас просто издевается над ним, поддразнивая чем-то несуществующим. Или она намекала на то, что он уделяет ей недостаточно времени? Он задумался о прошедших нескольких месяцах. И правда, прошло немало времени — с тех пор, как мама вернулась из больницы, — как они сидели вместе и смотрели сериалы или фильмы. Может, стоило бы выделить время, но это зависело от того, что именно Джина смотрела сейчас. — Какой сериал ты сейчас смотришь? — Кто-то тут смущается~ — Джина подмигнула. — «Моя неугомонная принцесса». При виде его невыразительно-угрюмого лица она махнула рукой: — Это китайская историческая романтическая драма. А вот это, — она кивнула на свёрток красной ткани в его руках, — наряд прямо из сериала. Поняв, что это его сигнал, Джин-Ву развернул красную ткань, обнаружив золотого дракона, который повторялся по всему шёлковому узорчатому полотну. Когда он полностью расправил наряд, его лицо скривилось в раздражении: — Джина! — резко одёрнул он сестру. Нижняя часть китайского ханфу была со складками, но важнее всего… — Так складки не гладят! А вот так их, между прочим, можно испортить! — он тут же начал перебирать в голове всё, что знал о складках и тканях типа парчи. Потребуется ли утюг? Как лучше всего хранить… — Да-да, — отмахнулась Джина, закатив глаза. — Разберёшься потом. Вот ещё кожаные аксессуары — пояс, наручи, нефритовое украшение на пояс. С этими словами она сгрузила все перечисленные вещи в его и без того занятые руки. — Примерь это прямо сейчас! — освободив руки, она снова вытащила телефон и начала что-то в нём искать. Невзначай она добавила: — А то твой инстаграм давно не обновлялся… — У меня нет инстаграма, — поправил он её. — Ну и ладно, — фыркнула Джина. — Инстаграм твоей гильдии. Твой аккаунт уже давно не постил новый контент. Это хорошо послужит, чтобы показать твою человеческую сторону широкой публике. Джин-Ву вопросительно поднял бровь, глядя на её высокомерный тон. Скорее всего, она просто хотела таким образом пропиарить свой любимый на данный момент сериал. Но поскольку это никому не вредило (ну, разве что Ю Джин-Хо мог бы вздрогнуть от потери «делового подхода»), он покорно подчинился капризам младшей сестры. В целом фотосессия прошла быстро. Несколько кадров, где он неловко позировал перед окном — причём Джина буквально физически поправляла его, пока не осталась довольна, — и всё, дело было сделано. Наконец-то. Хотя, по крайней мере, это был не ещё один книжный проект. Тогда ему пришлось переводить каждую страницу книги по греческой мифологии на общий язык Вестероса. И ладно, с переводами он справлялся легко. К тому же книга была детская, так что и переводить там было немного, плюс он мог проверить, действительно ли книга подходила по возрасту для Джейме и Серсеи. Он не хотел, чтобы Тайвин начал дышать на него огнём за подарок с… ну, слишком «взрослыми» интерпретациями греческих мифов, полными любовных похождений, инцестуозных связей и предательств с убийствами. Чего он не любил — так это аккуратно переписывать всё от руки. В конце концов, он просто нанял каллиграфа. Каллиграф странно на него посмотрела и что-то пробормотала про «маньяков-ролевиков», но он твёрдо её проигнорировал. Просто передал ей книгу, лист с переводами, оплатил работу и закрыл вопрос. Он оставил Джину в гостиной, где она увлечённо тыкала в телефон и делала с фотографиями всё то, что подростки любят делать с этими бесчисленными приложениями для редактирования и фейстюна, и направился на кухню. — Мам, я выйду через пять минут. Он нашёл свою маму, которая стояла на коленях и рылась в одном из нижних ящиков, явно что-то ища. — Давай я помогу, — он настоял, чтобы она перестала нагружать свои стареющие колени и села на стул отдохнуть. — Что ты ищешь? Джин-Ву занял её место, опускаясь на холодный кафельный пол, и мельком взглянул в открытый шкаф, полный всяких вещей, которые он никогда прежде не видел в использовании. Среди них был белый ручной миксер — странно, ведь его мама никогда не была сильна в выпечке. Рядом стоял старинный блендер, выглядевший настолько старым, будто его выпустили ещё в 80-х. Толстый слой пыли на нём был таким внушительным, что Джин-Ву почти был готов поверить в его преклонный возраст. — Много лет назад у нас была изысканная коробка для бэнто — мы с твоим отцом получили её в подарок на свадьбу, но так и не нашли случая воспользоваться ею, — сказала мама, её голос был мягким и размеренным, поднимаясь и опускаясь с каждым словом. Это напомнило Джин-Ву, как сильно он скучал по таким разговорам, пока мама была в больнице — маленьким воспоминаниям о детстве и его отце. Он наслаждался каждой нотой её спокойного голоса. — Лакированное чёрное дерево казалось слишком дорогим для рабочего обеда твоего отца, поэтому я её отложила куда-то подальше, а теперь не могу найти, хотя так хочу её использовать. — Это не что-то особенное, но я подумала, что было бы хорошо приготовить немного еды для твоего друга. Немного кимпаба с пулькоги и чапчхэ— столько, чтобы хватило четырём людям на целый день. Джин-Ву уловил в воздухе насыщенный аромат кунжутного масла и жареного зелёного лука, но всё же сказал: — Мам, не стоило так утруждаться. Я мог бы просто купить что-нибудь на вынос. — Ах, но как ещё я могла бы выразить благодарность человеку, который вытащил моего сына из его скорлупы? Джин-Ву открыл рот, будто собираясь возразить, но в итоге захлопнул его и отвёл взгляд, покраснев. Ну и что, если он был немного нелюдим? Раньше он просто изо всех сил старался заработать достаточно денег, чтобы оплачивать счета и ставить еду на стол. А теперь? Теперь высокоуровневых ворот стало больше, чем охотников S-ранга, которые могли их закрыть. Если бы не странная ситуация с искажением времени в Вестеросе, он и вовсе не приезжал бы в Утёс Кастерли так часто! Но он понимал, откуда берётся беспокойство матери. Спустя мгновение он тихо ответил: — Лучше бы ты заботилась о своём здоровье и не перерабатывала. Она покачала головой: — Это ты уж слишком загнул, особенно учитывая, что сам этого не делаешь. Ничего здорового и безопасного в том, как ты сейчас работаешь, нет и в помине. Джин-Ву только пожал плечами. Как он мог остановиться посреди зачистки врат, просто потому что уже «отработал» свои восемь часов, будто быть охотником — это обычная офисная работа с графиком с девяти до пяти? Когда он, наконец, нашёл бэнто-бокс, его мама быстро вытолкала его из кухни, чтобы спокойно упаковать еду и не отвлекаться. Опасаясь, что Джина снова его поймает ради очередной фотосессии или какого-нибудь нового предлога, чтобы отложить домашние задания, он быстро нашёл несколько ресторанов поблизости и сделал заказ онлайн. При всей той еде, которую приготовила мама, её всё равно не хватило бы, чтобы накормить всю семью Ланнистеров. Лучше уж пусть останутся излишки — так и слуги смогут попробовать, чем остаться без еды посреди трапезы.

***

Киван едва сдерживался, чтобы не захихикать истерически. — Мать сделала это для нас? — переспросил он, чтобы убедиться, что не ослышался. Неведомый кивнул, его внимание было сосредоточено куда больше на наблюдении за тем, как Джейме размахивает деревянным тренировочным мечом, чем на разговоре. Киван был слишком ошеломлён и выбит из колеи, чтобы заботиться о том, чего именно хочет Неведомый в данный момент. Киван бросил взгляд на остальных за столом и убедился, что они выглядели не лучше. Дженна хлопала ртом, как рыба, явно не ожидая такого поворота событий, когда отправляла приглашение на дневное чаепитие после слухов о возвращении Неведомого в Утёс Кастерли. Тайвин сидел так же каменно, как и всегда, но Киван прекрасно видел панику, скрывающуюся в его зелёных глазах. Тайгет и Герион уже были поражены до немоты одной лишь встречей с Неведомым — существом из Й-Ти, миниатюрным и больше похожим на юношу, стоящего на пороге взрослой жизни, чем на бога, тем более на бога смерти. Если бы Тайвин в этот момент был способен мыслить более здраво, Киван был уверен, что тот метнул бы в братьев уничтожающий взгляд за такое глупое поведение, недостойное дома Ланнистеров. Однако сейчас он больше боялся, что Тайвин просто-напросто рухнет в обморок, как это уже случилось однажды, когда Джоанна сообщила ему о скором отцовстве. — Мать хотела показать своё одобрение. Она беспокоится, что я слишком много работаю, — произнёс бог и затем позвал Джейме и Серсею поесть. Как это и водится с детьми их возраста, они тут же сорвались с места и побежали на всей скорости, рискуя упасть в неуклюжей куче. Киван не особо беспокоился об этом: даже если они собьют коленки, у них был восторженный поклонник в лице Неведомого, который тут же подхватит их на руки, отряхнёт и утешит. Они точно будут в порядке. А вот его рассудок… Это уже был гораздо более спорный вопрос. Особенно когда он снова посмотрел на обильное угощение, расставленное перед ним на столе, которое символизировало личное одобрение Матери предстоящего брака Неведомого с Тайвином. Как будто недостаточно было того, что Неведомый явился сегодня в цветах Ланнистеров — алом и золотом, да ещё и в столь богатых одеждах. (Это было особенно разительно на фоне тех редких случаев, когда Неведомого можно было увидеть одетым, как жителя Блошиного Дна: простая туника и брюки из некрашеного хлопка, единственный слой ткани. Но к этому моменту Киван уже почти не обращал внимания на наряды Лорда Сона — Неведомый любил одеваться так, как представители всех слоёв общества. И это было чертовски уместно, если задуматься, ведь смерть забирает всех — независимо от положения, богатства или влияния.) Киван мечтал поговорить с Тайвином о значении этого события. Например, он никогда не задумывался о том, как другие боги и богини отреагируют на брак Неведомого со смертным. Это было беспечно с его стороны — предполагать, что у Неведомого не окажется союзников или семьи среди других бессмертных сущностей. Но это также поднимало вопрос: насколько близки отношения Неведомого с другими ипостасями Семерых? И, конечно, важнейшим был вопрос: как всё это повлияет на будущее Тайвина? Но сейчас было не время задумываться об этом. Киван слышал, как Лорд Сон объясняет детям каждое из блюд, и отчаянно нуждался в том, чтобы тоже это услышать. Он не мог распознать ни одного из угощений, стоящих перед ним на столе. Когда Неведомый второй раз настойчиво призвал всех приступить к еде, Киван начал внимательно оглядывать стол в поисках самого безопасного варианта, чтобы начать трапезу. В итоге он положил себе на тарелку треугольный кусок какой-то лепёшки с расплавленным сыром, томатной пастой и тонкими ломтиками овощей и мяса. С хлебом точно нельзя ошибиться, — подумал он. За первым же кусочком ароматного хлеба, где восхитительная смесь сыра и горячей томатной пасты контрастировала с хрустящей чесночной корочкой, Киван спрятал улыбку. Он видел, как Неведомый подаёт Тайвину большую тарелку еды с небольшими порциями различных блюд. Это была работа слуги, и видеть, как бог выполняет подобную задачу, было… поразительно. Романтично. Дженна даже не пыталась сдержаться и громко выдохнула от умиления. Киван готов поклясться, что кончики ушей Тайвина покраснели. — Это вкусно, — похвалил Тайвин после первого укуса. Это было что-то вроде холодной длинной лапши, которая больше походила на мирийское стекло, чем на обычную пасту, настолько она была прозрачной и сияла на солнце, словно отполированный самоцвет. — Я рад, — ответил Неведомый, и на его обычно сдержанном лице распустилась мягкая улыбка. — Мать беспокоилась, что получится не так хорошо, как раньше, ведь она не готовила уже довольно давно. И вот тут Киван застыл. Он больше не чувствовал, будто находится в лихорадочном сне, наблюдая, как Неведомый вытирает чистой тканью лицо Серсеи, испачканное красным соусом. Он был бодр, его сердце колотилось в груди, и он вдруг стал болезненно осознавать, что именно здесь происходит. То же самое произошло и с его братьями и сестрой — все они стреляли друг в друга недоверчивыми и паническими взглядами. Матерь лично приготовила это? Она не приказала слугам всё сделать?! По рефлексу он бросил взгляд на Тайвина, надеясь получить хоть какой-то сигнал, как себя вести, как реагировать, изменился ли статус-кво, но, как и в начале трапезы, всё было напрасно. Тайвин выглядел так же ошарашенно, уставившись на свою тарелку, словно это была орда дотракийцев. Вид брата, который явно был в таком же положении, как и он, ничуть не успокаивал Кивана; паника и холодный пот накрыли его, как прилив, разбивающийся о песчаный берег. Святые Семеро, что происходит? В этот момент Кивану казалось, что он бы предпочёл даже смерть этому браку; по крайней мере, она была бы более милосердной участью по сравнению с этим бесконечным потоком сюрпризов. Смерть была бы быстрой и окончательной. Особенно если бы она пришла от рук вторгшейся дотракийской орды. Но и смерть не позволила бы ему по-настоящему сбежать от всего этого, учитывая, в чьей власти она находилась, к его глубокому разочарованию. Он определённо должен будет пойти сегодня вечером в септу и помолиться Матери. Просто поблагодарить казалось недостаточным, но не выглядело ли бы что-то большее, как неискренний жест, как сделка, а не искренний дар? Киван снова пожалел, что не существует какого-то свода правил о том, как правильно благодарить богов за их дары. Киван даже не удивился, что тишину прервал именно Тайгет. Тайгет, который в десять лет сражался в Войне Девятигрошевых Королей и убил своего первого врага, Тайгет, который заслужил бы рыцарское звание на той войне, если бы не был слишком молод. Конечно, именно Тайгет не был подавлен всем происходящим и осмелился задать богу прямой вопрос: — Она приготовила всё это? — спросил он с ноткой сомнения, размахивая вилкой в воздухе. Киван хотел было одёрнуть брата за такую неучтивость, но… ну, на столе действительно было достаточно еды, чтобы накормить тридцать рыцарей и их оруженосцев. — Хм? — Неведомый поднял взгляд. — О нет. Мать приготовила еду в бэнто-боксе. Остальное я заказал на случай, если кто-то из семьи Ланнистеров решит присоединиться, а я о них не знал. Неведомый заметил заинтересованный взгляд Тайвина на лакированный ящик. Киван не мог его винить; это было великолепное произведение искусства, совершенно не похожее ни на что, что он видел прежде. Впрочем, многое из того, что Неведомый показывал за последние месяцы, не имело аналогов даже среди товаров эссосских купцов. — Бэнто-бокс? Я не знаю о нём ничего, кроме того, что Мать получила его в подарок на свадьбе, — продолжил Неведомый. На этот раз Киван не был так удачлив. Он поперхнулся вином и закашлялся, отчаянно пытаясь вдохнуть, расплёскивая напиток на переднюю часть своего камзола.