Breaking News: Westeros Lord Marries Stranger? What You Read Will Shock You!

Кеван медленно смаковал вкус восхитительного напитка, что Неведомый вручил ему. Сам сосуд был весьма любопытным — его текстура напоминала бумагу, но куда более толстую и прочную, чем та, что ему когда-либо приходилось видеть. Тем не менее, этот бумажный сосуд вовсе не выглядел мокрым, несмотря на жидкость внутри. Чем дальше, тем любопытнее. Он снова поднёс чашу к глазам, чтобы ещё раз рассмотреть её. Рисунок был выполнен изумительно: на нём изображалась дама с длинными волосами и в короне. Зелёная краска была плотной и непрозрачной, но при этом гладкой — не оставляла следов, как это бывает у масляных красок. Она была настолько тонкой, что казалась почти эфемерной, но при этом удивительно насыщенной. Хотя он не мог прочитать текст на чаше — божественный язык, непостижимый для смертных, — его всё равно не покидало любопытство, почему кто-то из рода Баратеонов вдруг занялся приготовлением напитков для Неведомого. Несомненно, это был какой-то второй или третий сын; он не мог себе представить гордого наследника, который в будущем станет лордом, склоняющего голову для выполнения такой работы, даже если это была честь — служить одному из Семерых. Или, возможно, учитывая название «Star Bucks» и молодость дома Баратеонов, напиток был творением кого-то из рода Дюррандонов. Ведь хотя Баратеоны и унаследовали трон и герб Дюррандонов благодаря браку Ориса с Аргеллой Дюррандон, это вовсе не значило, что Дюррандоны отказались от своего символа в загробной жизни. Это объясняло бы корону на голове длинноволосой дамы — она явно отсылала к гербу Дюррандонов, где венценосный олень возвышался над всем. Выходит, дама символизировала последнюю Дюррандон — леди Аргеллу? Но что означала «Star»? И почему на рисунке были чешуйки, как у рыбы? Неужели кто-то из Дюррандонов женился на Талли? Или это был символ чего-то иного? Киван задумчиво почесал подбородок. Конечно, он мог бы спросить об этом у Неведомого, но был не уверен, что создателю этих напитков — неважно, Дюррандону или нет — было бы полезно привлечь к себе внимание одного из Семерых. Он не хотел злить Неведомого и обрывать возможные связи с умершими ещё до того, как сам отправится в загробный мир, чтобы встретиться со своими предками. Кроме того, кто знает, что могло бы вызвать гнев богов? Боги, как известно, капризны, что это утро было лишним подтверждением. Просто вспомнив об этом, Кеван почувствовал усталость. Например, у Тайвина и Тайгета всю ночь был понос. По словам Дженны, никто больше не страдал от подобного недуга, что привело Кивана к теории, будто это было наказание от Матери за то, что они осмелились усомниться в её кулинарных способностях. — И, позволь спросить, что наша милая сестрица удумала на сей раз? — прошипел Тайвин, разъярённый, словно мокрый кот, когда ему сообщили, что Дженна освободила остаток его утра. Она поручила Тайгету и Гериону встречать знаменосцев, прибывавших сегодня для обсуждения торговых соглашений и прочих дел. Кроме того, она сняла с Тайвина обязанность слушать прошения простых людей из Западных земель, снова переложив это на младших братьев Ланнистеров. Всё ради того, чтобы заняться чем-то, что не было запланировано самим Тайвином и не касалось его наследника. Как и следовало ожидать, Киван лишь улыбнулся и пожал плечами, внутренне смеясь над тем, как легко в последнее время удаётся вывести Тайвина из себя, особенно если дело хоть как-то касалось Неведомого. В те месяцы, что предшествовали родам Джоанны, Тайвин почти не улыбался. Лицо его становилось всё более хмурым и морщинистым, а даже мелкие шалости могли вызвать бурю ярости. Тогда в голове Тайвина копились один за другим страхи — предчувствия возможных конфликтов и рисков. Но появление Неведомого — и то, что он символизировал, — стало чем-то успокаивающим. И это было ещё одним поводом для благодарности Неведомому. Киван бы даже сказал, что подшучивать над Тайвином стало проще и естественнее. Тайвин больше не смотрел на него, как на подчинённого, поручая ему дела, которые Киван выполнял самостоятельно, не дожидаясь указаний. Конечно, Тайвин потом всё проверял, чтобы не допустить катастрофы, но Киван и так знал, что делает — ведь он был правой рукой своего брата. Теперь же он чувствовал себя более равным с блестящим старшим братом. Хотя их разделяло всего два года, дистанция между ними казалась огромной и непреодолимой пропастью. Поэтому Киван был доволен ролью человека, идущего по стопам Тайвина — подсказывать и оспаривать спорные решения, но в конечном итоге подчиняться. Но теперь такая иерархия не могла продолжаться. Тайвин не говорил этого вслух, но Киван знал — по порученным ему задачам — что его обучали обязанностям временного Лорда Ланнистера. И когда придёт время, Киван передаст учение Тайвина Джейме, если возникнет необходимость. Однако с благословением Матери… кто знает, что ждёт их впереди, когда Джейме подрастёт, а Тайвин устроит свою судьбу. — Скажи, а ты заметил какие-нибудь физические знаки благословения Матери? — поинтересовался Киван за утренней трапезой. Они вдвоём завтракали, разбирая вчерашний ужин по мелочам. Каждую деталь следовало обсудить с разных сторон, прежде чем Тайвин позволял перейти к следующему вопросу. На этот раз Тайвин одарил его убийственным взглядом. Когда рядом были посторонние — включая слуг, — Киван не позволял себе так свободно дразнить брата. Но в личном кабинете Тайвина, где он обычно ел и работал в тишине, не было никого. Появление их милой сестры прервало их утренний покой. Дженна ввалилась в комнату без лишней суеты, а позади неё бежал в панике слуга, который, очевидно, пытался её остановить, но безуспешно. — Когда вы, мужчины, наконец закончите? Я уже отправила слуг подготовить детей к прогулке. И вот они здесь: Киван выполняет свою роль сопровождающего, наслаждаясь самым любопытным фруктовым напитком, что Неведомый вручил ему, Тайвин обсуждает с Дженной что-то насчёт «дома Бургеров», а близнецы визжат от восторга. Киван всё ещё не видел особого смысла в поисках дома Бургеров, который когда-то правил какой-то землёй. Учитывая количество королей в Вестеросе до завоевания Таргариенов 300 лет назад, не говоря уже о предшествующих столетиях, Киван не мог понять, как знание о родословной этого «короля Бургера» могло бы помочь. Или почему подобная информация могла бы когда-либо пригодиться. Вероятно, дом Бургеров уже вымер, будь то подобно Дюррандонам, у которых осталась только женская наследница, или же все мужчины семьи пали в битве. Возможно, их завоевали и свергли, но всё это было древней историей. Зато еда у них была отличной. Киван кивнул в знак одобрения и произнёс несколько слов похвалы, когда слуги, одетые в туники с красно-золотыми ланнистерскими гербами, что означало их высокий ранг среди слуг, вынесли деревянный стол и несколько стульев. Увидев, как их лица озарились улыбками, он напомнил себе также поблагодарить кухонных слуг за то, что они нарезали ещё немного особенных груш Неведомого для его утренней трапезы. Он старался перенять привычки своего будущего зятя — отдавать словесную благодарность за труд простых людей, ведь это повышало моральный дух и качество работы, не требуя затрат. Дополнительным преимуществом бесед со слугами было то, что это отвлекало его от созерцания близнецов, как полный дурак. Одно дело — знать, что у Неведомого, конечно же, есть личные слуги и что эти слуги, самые святые и преданные (иначе боги не позволили бы им продолжать служить), не обязаны быть людьми. Совсем другое — видеть исполинского муравья, облачённого в личные цвета Неведомого — чёрный и фиолетовый, — играющего с детьми Тайвина. Киван завидовал безупречному самообладанию Тайвина. Тот продолжал разговор с Дженной, не выглядя при этом ни ошарашенным, ни удивлённым происходящим перед ними зрелищем. Ну, Киван предположил, что у Тайвина было больше взаимодействий с сиром Игрисом, теневым рыцарем Неведомого и, похоже, его главнокомандующим? Киван всё ещё не был уверен, как устроена иерархия в армиях и среди слуг Неведомого. А уж тем более он был не уверен, где в этой иерархии находился муравей. Естественно, Неведомый вёл себя так, будто всё это было нормальным, весёлым и даже обыденным делом. И это продолжалось даже тогда, когда из теней начали выходить ещё слуги Неведомого, формируя две небольшие вооружённые группы, которые тут же начали сражаться под командованием своих «генералов» — Серсеи и Джейме. Судя по позе лорда Сона, который расположился на одном из принесённых стульев и лениво раскинулся в сиденье, у него не было ни капли беспокойства, которое испытывал Киван. Киван поморщился, когда дерево рухнуло на землю. Ах, судя по лицу Дженны, ей это явно не нравилось. — Возможно, стоило бы перенести это показательное сражение во двор для тренировок? — неуверенно предложил он, чувствуя себя снова восьмилетним, когда помогал Тайвину спорить с их отцом о помолвке Дженны. Он осторожно следил за масштабами разрушений, которые тени-солдаты уже успели устроить за считаные минуты несмотря на то, что явно сдерживались. Такая… сила не должна была быть в руках детей, особенно тех, кого считали слишком юными даже для того, чтобы стать оруженосцами. Маленькой милостью было то, что ни один из близнецов не находился в самом эпицентре событий. Они выкрикивали «приказы», которые больше походили на радостные вопли и неразборчивые крики, с безопасного расстояния, где их сопровождали сир Игрис и исполинский муравей. Судя по их расположению, Киван предположил, что сир Игрис временно подчинялся Серсее, а муравей — Джейме. Муравей даже помогал Джейме удерживать напиток в руках; иначе, при таком размахивании руками и экспрессивном крике близнецов, их новые ланнистерские наряды — роскошные красные, подходящие для королевского двора с их жемчужной и золотой вышивкой — испачкались бы. (Теперь Киван был весьма любопытен узнать, каким вкусом обладают напитки близнецов. Их чаши отличались по форме и цвету от его собственного.) — Хм? — протянул Неведомый, бросив на Кивана вопросительный взгляд. Однако Игрис, как-то умудряясь услышать сквозь лязг клинков с другого конца поляны, наклонил голову и заставил войска замереть в разгар битвы. Это всё равно не спасло третье дерево от крайне неравномерной «стрижки». Ох, боги. Дженна точно не сможет устроить чайные посиделки в этом саду в ближайшее время. Но сейчас лето, а значит, деревья быстро отрастят новые ветви и листья, чтобы скрыть свои раны. После внезапного конца шуточной битвы воины растворились в тенях, а вместе с ними исчез и Сир Игрис. По тем немногим встречам, что у него были с этим загадочным рыцарем, Киван успел понять, что Игрис — достойный подчинённый и искусный воин. Кивану было ужасно любопытно узнать, что же за человек скрывается под доспехами — возможно, рыцарь из Долины? Тогда он бы спросил Игриса о его опыте службы у божества и о том, как он попал на службу к Неведомому. (Седьмое пекло, его внутренний монолог начинал звучать подозрительно похоже на Джейме, выпрашивающего всё новые и новые истории о Королевской гвардии.) Но стоило теням исчезнуть и перестать отвлекать внимание, как стало ясно, что Дженна и Тайвин закончили свой разговор. Киван сделал длинный глоток своего зелёного напитка, пока они подходили ближе. Слуги, стряхнув с себя страх перед гигантскими монстрами, вернулись к своим обязанностям и продолжили приносить закуски и напитки для утреннего чаепития. Киван пробежался взглядом по тарелкам с угощениями, выискивая признаки ещё большего количества «особых» груш, но, увы, таковых не было. Как не было и фруктовых пирогов или рассыпчатых десертов. Какая жалость. Не найдя ничего, что могло бы немедленно привлечь его внимание, Киван вновь вернулся к мысли о своём фруктовом напитке. Его взгляд метнулся к ярко-пурпурному напитку Неведомого в белом бумажном стакане. Этот напиток, будто созданный из звёздного сияния, переливался всеми оттенками радуги. Какие же особые ингредиенты могли скрываться в нём? И сможет ли кухня Утёса Кастерли воссоздать подобное чудо? Хотя, размышлял Кеван, напиток, подаваемый в чертогах богов, вряд ли мог быть сделан из простых фруктов Простора или даже из редких плодов, экспортируемых из Дорна. Нет, это слишком вкусно для чего-то столь обыденного. Ответ на его вопрос был очевиден. Другой, не менее важный вопрос заключался в том, насколько этот напиток оставляет пятна? Хватит ли его привычки окунать расщеплённую веточку в мисочку с солью и содой и энергично чистить зубы, чтобы они не приобрели зелёный оттенок? Кеван пожалел, что он (и Дженна) были здесь лишь для того, чтобы исполнять роль компаньонов для помолвленной пары. Тогда бы он не чувствовал такого беспокойства по поводу беседы с Неведомым. Но увы, это утро было отведено Тайвину, чтобы лучше узнать своего жениха. Может быть, позже, после утреннего выхода Тайвина и Неведомого, ему удастся протиснуть пару вопросов. Да, это был вполне разумный план.