Город засыпает, просыпается мафия

Леша на бешеной скорости летел в ту сторону, куда показывал GPS, попутно по телефону поднимая всех своих людей, чтобы те искали Михася. Кровь в жилах стыла от понимая того, к каким зверям попало его золотце, но он его не бросит! Надо будет - прыгнет в водопад, пойдет в огонь, да даже на дно гиены огненной опуститься, но вернет его! "Только бы ты дождался, мой хороший. Только бы они не успели сделать с тобой то, чего я так боюсь... Господи, ты не можешь так со мной поступать! Миша в неизвестно каком состоянии, Михасик пропал и я в этой борьбе, как ёж в тумане - совсем один. Но мне некогда опускать руки, потому что во всём этом дерьме они оказались из-за меня!" Алексей резко жмет на педаль тормоза, вылетает из машины и видит, что его друга уже обступила целая толпа людей, к счастью, уже и скорая подъехала. Он дал им указания отвезти Подоляка в его же клинику. Инна уже была предупреждена обо всем, так что тем временем готовила всё нужное к операции. - Миша, держись. Миша, мы еще не такое проходили, - едя со своим другом в скорике, судорожно шептал Леша, держа его крепко за руку, - Шо там по показателям? - У него давление и сатурация падает, крови много потерял, задеты очень важные точки кровоснабжения. Вряд ли довезем. - Довезем, сука! Я сказал, что довезем! Миша, родной, держись! Только попробуй мне погибнуть! Я за тобой на дно адское спущусь и вытащу наверх! - пытался до него докричаться Люцифер, но потом услышал противный писк, - Почему эта штука так пищит? - Остановка. - Чего? - Остановка сердца. Нет смысла его откачивать, ему уже не помочь... - Миша... Да сделайте хоть что-нибудь! Пожалуйста! Миша! - со всей силы стукнув его в грудь, вскрикнул Арестович. - Еще раз! Есть контакт, еще раз так сделайте! Алексею дважды повторять не понадобилось, он повторил свое движение в точь в точь и увидел, что на приборе вместо изолинии появились разные зубцы - это значит, что Миша еще с ними. Довезти успели... Теперь дело было за Инной.

Только справиться ли она с поставленной задачей?

Люцифер, как в тумане, набирает Надю. Та сказала, что немедленно выезжает в больницу, но она спросила и о Михайлике, почему тот ей не отвечает на звонки. Леше пришлось лгать, что тот у него спокойно дома отсыпается после учебы и ничего еще не знает. Сошлись на том, что пусть так и остается.

Но если бы это было правдой...

Гриша после таких новостей пришел в бешенство, он первые пару секунд вообще ничего не отвечал, находясь в полном шоке, вспоминая тот жуткий сон. Но потом, не долго думая, присоединился к Лешиным ребятам и поехал искать Михася. Арестович, порешав все вопросы в больнице, тоже двигался в сторону дома Трульяновых (ведь Мишин смартфон отслеживался именно там), но всех их ждал неприятный сюрприз - они никого там не нашли, даже охраны с прислугой не было, лишь айфон в чехле с забавной мышкой валялся возле входа с надписью:

"Арестович, ты его уже не найдешь, питомец сменил хозяина!"

- Сбежал, крыса одноноглазая! Ничего, когда найду, я ему и второй глаз вырву! А этого лысого хуя - кастрирую! - Фараон старался не паниковать и не поддаваться слишком гневу, это не те эмоции которые им сейчас нужны.

Кровь должна быть горячей, но рассудок - холодным!

- Что делать? Что, блядь, делать?! Точек, в которые они могли податься, много! Но если мы начнем прочесывать каждую - Михась там точно загнется. - Но-но-но! Ты мне такое тут не начинай! Мы вернем Михасика целым и невредимым. - Вернем. Только бы Мышонок дождался... - Алексей пытался себя успокоить, он понимал что от его переживаний Мишеньке легче не станет, надо думать, думать головой, - Искать будем в самом неожиданном месте либо слишком предсказуемом. - Из неожиданных мест - это, разве что, его хрущевка старая за городом, из предсказуемых - та заброшка, в подвалах которой он когда-то своих блядей держал. - Разделяемся. Я в заброшку с ребятами. Алмазный с вами в хрущевку. На созвоне. "Я никак не могу успокоиться, я всё время вспоминаю его испуганные, заплаканные глазки, его дрожащий голос, его тонкие ручки, которые всегда были прижаты к груди, когда он особо чего-то пугался... Господи, мой Михася с ума там сойдет! Котенок, как же я сейчас жалею, что был так скуп на внимание и ласку... Как жалею, что столько времени потратил в пустую. Как жалею, что не приставил к тебе охрану. Нет, ты теперь у меня и шагу не сделаешь без Алмазного. Только бы ты вернулся, зайчик мой!" Леша понимает, что если в тех местах, на которые они поставили ставку, Михася не найдется - нить утеряна, и на поиски могут пойти длинные дни, а то и недели...

И тогда уже спасать будет некого.

*** Михайлик лежал прикован к изголовью старой кровати, пока еще не приходя в сознание и не видя, как на него пялился старый маразматик, что иногда поглаживал его по подтянутому, изящному торсу, предвкушая какие жаркие ночи его ждут с этим милым созданием. Он неосознанно пытался уйти от противной, сальной ладони сквозь сон, но та была настойчива! - Пити... - проснувшись, попросил Подоляк. - Какие мы милые. А голосок какой, - Михась от этого противно-скрипучего писка вздрогнул и медленно открыл глаза, смотря сначала на бежевый потолок. - Де я? Ви ше хто такий? - скосил черные очи на Трульянова парень, пытаясь протереть глаза, но руки отчего-то не слушались, он задирает голову вверх и вздрагивает от увиденного.

"Якого фіга?!"

- Давай договоримся сразу: ты не сопротивляешься, а я пока не делаю тебе больно. Ты же умный мальчик, правда?

"Треба зберігати спокій..."

- Відстаньте від мене, - вяло прошептал Подоляк, отвернувшись от него.

"Йому треба заговорити зуби... Господи, який ж він бридкий!

Ше й так похабно дивиться на мене, наче роздягає...

Нє-нє-нє, я його не хочу! Я нікому не дозволю себе чіпати!

На мене право має тільки Льоша. Я належу тільки йому!"

- Невежливо так со своим господином разговаривать. Весь в своего уже покойного отца.

"Ш-шо він сказав?! Як покійного?! Він бреше!

Ця жирна свиня все мені бреше! Мій тато живий!"

Миша старался обуздать себя и не идти на поводу у этого придурка. Да, он видел, да, он помнил ту жуткую картину, где Хамелеон валялся в луже собственной крови, но надежда не угасала, его ведь могли спасти - они же были совсем рядом с медицинским универом и институтской больницей! - Отвали. И перестань меня лапать, бегемот жирный! Тьфу! - не выдержав этого старого идиота, крикнул, скривившись, Подоляк, а затем и вовсе плюнул в его сторону. - Перевоспитывать и перевоспитывать. Но ничего, сейчас я тебе сделаю одну инъекцию, ты у меня, как шелковый, будешь. Это, пожалуй, уберем! - Трульянов со всей силы дергает подвеску на шее парня и откидывает куда-то в сторону. Михайлик растерянно ахнул и закусил губу от досады - эта вещь для него слишком много значила, это был как оберег от Люцифера. Без нее мальчик теперь чувствовал себя совсем беззащитным.

"Нашо я йому здався? Я ж... Господи, я не хочу! Він такий огидний і лячний.

А ше мене просто тошнить від тих його збочених дотиків!"

У Миши начиналась истерика, поскольку он понимал, что искать его в лучшем случае начнут через несколько дней, а если и найдут, то спустя кучу недель - такой себе расклад, такая себе перспектива... - Не хочу, відстань! Та ж перестань до мене лізти! Я тобі зараз пальця відкушу! - возмущался парень, когда бандит елозил большим пальцем по его щекам. - Боже, какой ты забавный. Малыш, да ты просто находка! - спускаясь руками на пуговицы темно-синей рубашки, шипел тот, пытаясь расстегнуть ее. - Не треба, відпусти! Я сказав - відстань! - Подоляк питался отстраниться от Черепа и все время хотел отбиться от него ногами, ему даже посчастливилось один раз задеть его, заехав прямо в пах. - Ух ты ж, сука! - рвано выдохнул мужчина, а затем угрожающе зашипел, - У тебя такие ребра хрупкие, хочешь, чтобы мои ребята их тебе пересчитали? - Мои хоть посчитать возможно, а у тебя явно третья степень ожирения, если не четвёртая...- ответил мальчик, всё так же пытаясь выбраться из пут, - Отвяжись! - Надо же, какой стойкий. Ну, а что ты скажешь на это? - парень услышал краем уха свист и незамедлительно почувствовал болезненный удар в районе живота. Он стерпел - закусил губу, даже не зашипел, но последующие удары были гораздо сильнее, осыпая бледный торс красными, широкими полосами, сквозь ткань фланелевой рубашки. - Блядь, ти тільки такий крутий, коли зв'язуєш людей? Я б тебе зараз так вмастив по тій свинячій пиці! - пытаясь увернуться от хлиста, сказал Михася, - Ааах! Ну шо ж ти за сволота така, а?! - А ты мне начинаешь нравиться все больше и больше. Люблю ломать таких, как ты. Но давай-ка мы немножко сменим тактику, - мальчик чувствует болезненный укол в районе шеи и перед глазами все плывет, а тело становиться ватным.

"Шо воно таке?! Мені страшно!!!

Я навіть ворохнутись не можу!

Боже, шо він вколов?!"

- А гляди, какие чичи я для тебя приготовил. Михайлик старается не смотреть на эти вселяющие страх предметы - толстые дылдо, цепи, наручники с шипами внутри, вибраторы, зажимы, тонкие спицы и катетеры разной толщины, кляпы, эректильные кольца, ошейники... - Н-нэа! - замотал боязливо Михасик головой и попытался сделать хоть какое-то движение, но казалось, что всё его тело, ниже шеи, теперь принадлежало не ему. - Ну-ну, и куда подевалась твоя дерзость? - больно ударив того плеткой в районе паха, спросил тот, а мальчик широко раскрыл глаза, громко закричав. - Не треба! - просил кареглазый, когда удар повторился. Миша обещал себе, что не станет плакать, но слезы полились рекой, когда он ощутил на себе тяжесть тела Черепа и его противные губы на своих. Он не целовал, он вгрызался в него, как дикое, похотливое животное.

"БОЖЕ-ПОМОЖИ!"

Он срывал с него рубашку, а Михасик даже не мог шевельнутся, его будто парализовало, однако чувствительность, казалось, только повысилась и теперь каждое касание воспринималось совсем иначе. - Отпусти! Отпусти, я не хочу! Помогите!!! - Аха-ха-ха, какой ты наивный, малыш. Ну если уж так сильно хочешь, я позову своих ребят. Они тебе помогут! Освоить основы группового секса. Страх окутывал Мишу со всех сторон, загоняя в угол - выхода нет и мальчик это прекрасно понимает. Он осознает, что у него нет ни одной идеи, ни одной светлой мысли, в голове только Лешино имя и:

"Пожалуйста, найди меня!"

А Черепу всё было мало, он хотел проучить этого дерзкого мальчишку, сломать его, подчинить себе! Ему было плевать на всё, он, как безумный, метил его, кусал, лапал, как какую-то куклу. - Какой ты хорошенький. А кожа какая нежная! Она просто создана для того, чтобы я об нее тушил свои сигары. - Нет, пожалуйстаааа!!! - Михась громко всхлипывает, когда ощущает, как в его соски вгрызаются зубы мужчины, после чего тот болезненно выкручивает их, царапает, щипает. Парень хочет хотя бы стукнуть его еще раз ногой, но та не слушается - она словно живет отдельной жизнью. - А ведь мы могли начать по-другому... Но вы - Подоляки, по-хорошему не понимаете! - Не треба! Не хочу! - кричит в панике брюнет, чувствуя, как с него сдирают брюки, вместе с бельем, - Нє! Ну не чіпай мене! - Шо ты виеживаешься? Невинность из себя корчишь! Знаю же, шо трахался с Арестовичем во все дыри. Раздвинь ноги, я сказал! Михасик пытался со всех сил не сделать этого, но опять таки тело совсем не хотело слушаться. Толстые пальцы сжимают до синяков молочные бедра и разводят их в стороны. Парень весь бледнеет и начинает только громче всхлипывать. - Я не хочу! Будь ласка, відпусти!!! Відпусти!!! - Поздно плакать, - болезненно сжимая мягкую плоть и царапая головку возле уздечки, шипит, словно змей, Трульянов, а затем и вовсе кусает ее. - Не требаааа! Ааай!!! Аааааа!!! - Да, малыш, еще громче! - издевательски шептал тот, упиваясь его слезами и криками. - Не требааааа, - сорвано шептал тот, ощущая холодный тонкий предмет возле уретры, - Не хочу... Не хочууу!!! - Мой хороший, тебе страшно, да? - насмешливо говорил тот, обманчиво ласково водя своими жырними пальцами по заплаканному лицу, - Если поработаешь ротиком, я эту штучку не засуну. - Я не хочу... Відпусти мене до Льоши. Я до Льоши хочу!!! - Аха-ха-ха-ха, Боже, какая прелесть, ты плачешь! Еще поплачь! Слезы тебе к лицу. - Льошааа!!! - от безысходности стал звать его мальчик, а потом заскулил, когда Трульянов стал проталкивать тонкую спицу в уретру. - Не дергайся, больнее будет... - Перестаньте, я не хочу!!! Льошенька, забериии менеее звідсииии!!! - Вот так, сладкий, сейчас я с тобой поиграю, - Миша захлебывается своим криком, когда бандит со всей силы сжимает его член и двигает по нему рукой, одновременно с этим дергая ту злосчастную спицу то вверх, то вниз. - Не т-треба... Льоша... Я хочу до Льоши... - Подоляк окончательно сорвал голос, его всего колотило от невыносимой боли в паху и этой похабной, противной улыбки. - На кой хрен ты ему сдался, а? Я всех его подельничков убил: Хамелеона, Фараона, Алмазного - их нет! Все подохли! Он за свою шкуру переживать будет, но не за твою, ведь ты всего лишь дешевая подстилка! - Череп упивался своей сладкой местью, тиская парня, делая до жути больно своими беспощадными касаниями. - Не п-правда... Льоша п-прийде... Тот снова с силой сдавливает плоть, в которой была холодная спица, заставляя брюнета хрипеть сорванным голосом. Ему нравилось смотреть на то, как Миша под ним не мог даже пошевелиться, он только лишь истерично всхлипывал и кричал, пытаясь вырвать руки из плена жестких веревок. - Пер-рестань... Бол-ляче... Не х-хочу, - чуть ли не теряя сознание от боли, прохрипел Михасик, почти закрывая заплаканные глаза. - Куда?! - громко крикнул Константин и со всей силы замахнулся, дав парню жесткую пощечину, от чего Михайлик заистерил окончательно, пытаясь хоть как-то вырываться и уйти от противной ладони, причиняющей боль, - Шо ты дёргаешься? Ну ты прям напрашиваешься, сучка Люциферская, - противно ухмыляясь, говорит бандит и крепко закрепляет два зажима на многострадальных, розовых бусинах. - Пожалуйста... Ааай... Перестань... Помогите, кто-нибудь помогите... - Что-что? Я не расслышал, - издевательски сказал тот, больно сдавливая яички и резко оттягивая их. - Отпусти... Или уб-бей... Уб-бей меня!!! - Сначала, ты меня, как следует, обслужишь, потом обрадуешь моих ребят своей сладкой дырочкой... Пущу тебя по кругу, будешь удовлетворять всех подряд, до единого и может быть после этого, я всажу пулю в твое крохотное сердечко, - сдавив тонкую шейку, тем самым чуть не задушив кареглазого, сказал Трульянов, но потом вспомнил, - А нет, Витек тоже хотел с тобой поиграть, так что, Михасик, ты еще немножечко поживешь, ведь что с тебя взять? С тобой уже не так интересно, ты ведь у нас использованный!

"Чому за мною ніхто не приходить?

Де Льоша? Де дідусь? Де Алмазний?

Боже, та хто-небудь хай прийде і вб'є його!!!"

Миша поддался истерике окончательно: все тело било крупной дрожью, из глаз водопадом шли слезы, соски горели адской болью, а внизу жутко всё саднило и резало из-за того, что Череп всё время царапал головку, дразня уретру спицей. - Как ты красиво плачешь, какие же у тебя сладкие губки! Надеюсь, Арестович натренировал тебя, как следует, и ты покажешь мне и моим ребятам настоящий, оральный мастер класс! Но перед этим, я тебя всё-таки трахну, - бандит вытаскивает резко спицу, тем самым вырывая из груди Подоляка сдавленный, полный отчаяния стон и отходит, чтобы принять Виагру. - Я не хочу... - скулил Михайлик, мотая головой в разные стороны, видя, как тот расстегивает свой ремень, - Будь ласочка... Нє! Нє! Нєєєє!!! - Давай, мой сладенький, раздвигай ножки. Сейчас повеселимся. Не обессудь, растягивать тебя не буду. Я люблю узких.

"Все... Все, Льоша більше на мене й не гляне...

Тому що я став хвойдою..."

Михась пустым взглядом смотрит на Трульянова, что уже намеревался брать его, но таблетка еще не подействовала, и теряет сознание от того страха, что охватил его, или же такой отрицательный эффект дало то, что мужчина резко сорвал с многострадальных сосков металлические зажимы. - Глаза открыл! Шлюха Люциферская, подъем! Ну сейчас я тебе устрою, - хватая шокер, что валялся рядом, грозился тот и вдруг... - П-папа... - услышал тот за спиной. Он поворачивает голову и видит своего сына, который был запуган до чертиков, а затем послышался глухой удар и Тимофей упал на землю, теряя сознание. - Тимка?! - А ты все такое же похотливое ничтожество, Константин Эдуардович, - подметил Мишкин случайный спаситель. - Оружие на пол, не то мои ребята тебя разорвут! - Кто? Те 4-ро глупых дворняг, которых я зарезал? В этом и есть наше главное отличие - я всегда всё делал своими руками. Шо ж ты не здороваешься, Черепок! А? - Кто ты такой и что тебе надо? - Не узнаешь меня? А так? - снимая балаклаву с лица, говорит Арестович-старший, с ненавистью во взгляде смотря на своего врага, - Час расплаты всё-таки настал! Я вернулся по твою гнилую душонку! - Ч-чего? Но ты должен быть мертвим. - Воскрес специально для тебя, с дьяволом контракт заключил! - расхохотался Коля. Трульянов растерянно смотрит на мафиози, потом его глаза загнано бегают по комнате в поисках "спасения", но от мести Вельзевула еще никто не спасался. Он от своего не отступиться, он не пощадит, он не пожалеет! - На колени, мразь! - направив ружье в сторону Черепа, сказал тот сквозь зубы, от чего мужчина сразу же упал ему в ноги. - Вельзевул... - Пощади не будет. Жри! - кидая ему на пол тюбик с таблетками, крикнул с ненавистью Коля, - Если хочешь жить, жри! - брал он его на понт. - Ч-что это? - Сыроватка правды. Мне нужно знать всю правду! Ведь благодаря твоим (да и не только твоим) стараниям, я потерял память! - и дальше блефовал киллер. Он не отрываясь, смотрел на то, как Череп с жадностью в себя впихивает яд, который был спрятан в тех пилюлях, даже не подозревая, что это была никакая не сыроватка. - Но кое-что я всё-таки вспомнил. Например то, как ты Мишу чуть не изнасиловал, и то, как ты сына моего чуть не расстрелял прямо возле ворот его школы, как ты Фараона свинцом накормил, когда он пытался закрыть меня от твоих дешевых шавок, - держа его на мушке, говорил Арестович-старший, - Но я ведь знаю, что это ещё не всё... - Коля. Коля, пощади! Мы ведь можем договориться. - О чём? Посмотри на меня. Я похож на человека, что готов торговаться с тобой? На пол я сказал! И без глупостей! - Коль, ну, давай, поговорим. Мы ведь можем с тобой подружится, - мужчина на это только громко рассмеялся, а потом вдруг снял с себя верхнюю одежду, обнажая свой торс целиком. - Как думаешь, я хочу с тобой дружить после этого? - тело всё было в старых ссадинах, шрамах и ожогах, нигде не было живого места, разве что, наверху, на плече, кое-где виднелись контуры набитой, черной пантеры, - Это еще фигня. Моя девочка пострадала хуже... Ее по сегодняшний день мучают кошмары, но, знаешь, что самое страшное? Она не помнит ничего и никого, кроме меня. Она даже нашего Лешу не помнит! - Это всё твой брат! Я тут ни при чем, клянусь! Он заставил меня! Коля? Коля?! - хватаясь рукой за глотку, закричал Трульянов. - Шо, Кость, весело быть на месте мальчиков, которых ты убивал, после того, как они тебе надоедали? Нравиться, а? Я бы еще отправил тебя к Мяснику, своему старому знакомому, чтобы тот тебя ознакомил со всеми теми ужасами, которые испытывали те бедные детишки. Но у меня очень мало времени, к сожалению. - Коля, помоги! Коля! - кашляя кровью, шипел тот, чувствуя, как его тело охватывают судороги. - Ох, бедный... Тебе воздуха не хватает, да? Моей Кристинке тоже его не хватало, когда ты ее душил на моих глазах! - Кха! Пожалуйста! - Друг мой, это еще не всё, сейчас у тебя пойдет кровь из носа, изо рта, из ушей, даже из глаз! Помнишь? Как у того охранника - Жени, что хотел освободить меня и помочь уйти с Кристиной, но ты же помешал нам! И его ядом напоил! - Сде... Кха! Кха! Сделай что-нибудь! - У меня есть кстати противоядие, но чтобы заполучить его, ты должен убить своего Тимку. Ну шо, согласен? - Д-да! Да! Кха-кха-кха! Только дай! - Пхах... Ублюдок, - бросив на пол еще один тюбик с таблетками, прошептал Вельзевул, а Череп, пища, как резанная свинья, потянулся за ними, но не успел он дотянуться, как услышал холодной, полный горечи шепот: - За Люцифера, - нажимая на курок и попав прямо в голову, сказал Николай, выпуская пулю и в сердце, рядом же он кладет бордовую розу, лепестки которой вымазал в крови этого ублюдка, - И за Кристинку. А потом седоволосый поворачивается к Циклопу и тянет его к батарее, фиксируя своими фирменными узлами - из таких хрен выберешься. Этого ублюдка он хотел сжечь заживо - ведь Тимофей тоже успел отметиться! Вырос таким же моральным уродом, как и его папаша! - Ааа! - вскрикнул тот, когда ему плеснули в лицо водой. - Ну шо, голубчик, и с тобой я пришел поквитаться! Думаешь, я не знаю, что ты подослал эту рыжую блядь к Алексею?! Думаешь, я не знаю, сколько раз ты на него покушался?! - Отпусти меня, придурок! Сгниёшь вместе с этим блядским Люцифером! - Да ты даже волоска его не стоишь! Ведь кем стал он, а кем ты, Тимоша. Ты всего лишь шавка своего отца! - Отец за меня отомстит! - Кто? Вот эта жирная туша? - отойдя чуть в сторону и показывая плоди своего творения, спросил киллер. - За что?! - За всё хорошее. Хотя, о чем это я? Что вы сделали хорошего в своей жизни? Насиловали подростков, торговали органами, постоянно нападали на слабых, чувствуя себя при этом вожаками? Или же завидовали настоящим лидерам, пытаясь подставить их и, притворившись друзьями, пихали ножи в спину! - Мужик, че те надо, блядь?! Ты псих?! - Вряд ли, - плеская из канистры бензином по периметру комнаты, спокойно ответил Николай, - Я закурю. - Что?! Нет!!! - Не бойся, тебе будет всего лишь душераздирающе и адски больно. Говорю тебе уже как опытный игрок. Отправляйся к папочке, ублюдок! Арестович-старший поджег одну из бензиновых дорожек и огонь, как по заказу, разлетелся по всей комнате, не задевая пока Тимофея. Он специально так сделал, пусть этот гандон помучится перед смертью! Пусть безумные мысли и страхи сведут его с ума! "Что же. Пол дела сделано. Этих свиней больше нет, мешать моему Леше они не будут. Остался только ты, Витя. Из своих скромных источников я узнал, что ты здесь, ещё и трешься со своим псевдобизнесом рядом с моим сыном. И тебя я достану, и тебя, сука!" Вельзевул хотел уже уходить, как вдруг вспомнил, что до своей кончины Череп развлекался с очередным подростком. - Та может пусть тоже подыхает? Психика прежней не будет, да и зачем оно мне надо? - он даже не взглянул на него и пошел уже на выход, но все же решил сжалиться, думая, что лучшим будет пристрелить мальчика, подозревая, что тот итак хлебнул горя сполна. Первым в глаза бросается знакомый маленький рюкзачок, с забавным медвежонком, а вторым... Подвеска, в виде гранатовой розы, что валялась совсем рядом. Эту вещь он бы никогда ни с чем не спутал.

"Это же тот мальчик... Твою мать, как же он сюда попал?!

Да на нем живого места нет, он хоть живой?!"

Мужчина стал искать пульс на сонной артерии и таки нащупал, после чего, без промедлений, развязал парня, закутал в одеяло и унес с собой. Что он будет делать с ним пока не знает, но и бросать его здесь Коля точно не станет. - Відпустіть мене... Мені страшно, я не хочу...- слышит тот краем уха испуганный, загнанный шепот. - Тише, зайчик. - Відпустіть... Я хочу до Льошеньки... Будь ласка, я хочу додому. - Чшшш, я ничего тебе не сделаю. Не брыкайся, не то я тебя уроню и ты упадешь. "Раз украшение Кристины досталось этому парню, значит, он действительно очень важен для Леши. Я должен ему его вернуть, только как это сделать, пока не знаю. Для начала его нужно минимально привести в чувство. Вариантов немного, всего один, надо везти парня к себе домой, Кристина его немного откачает." Вельзевул разместил мальчика на заднем сидении своего внедорожника, тот свернулся калачиком, все еще находясь в полусознательном состоянии, не понимая до конца, что происходит. - Солнышко, мы сейчас поедем ко мне домой, там я тебя подлатаю и одежду дам. А потом отвезу тебя к Леше, договорились? - Ви мене обманюєте... Ви хочете зробити мені боляче. - Зай, даю слово, пальцем тебя не трону. - Застріліть мене, будь ласка... Николай только тяжело вздохнул, поглядывая на Подоляка, тот выглядел совсем хреново, с таким же стеклянным, пустым взглядом, как и его жена когда-то. - Михайлик, - вспомнил мужчина, - Тебя зовут Михайлик, верно? Всё будет хорошо, потерпи немного и увидишься с Лешей. Смотри, что у меня есть, - протянул тот ему рубиновую розу. - Я не вартий... Я не вартий її носити... Я - брудний, я - використаний... - Твое кольцо на левом безымянном пальце говорит об обратном. Ты стоишь многого, раз оно на тебе. - Я теперь никому не нужен. Это все не правда, Леша стоит лучшего... - Мой Леша редко ошибается. Раз эту вещь он отдал тебе, значит ты для него очень много значишь. Миша не придал значения репликам Вельзевула и даже не уловил осечки в его словах. Он был в таком ужасном состоянии, что даже не задался вопросом, кто этот человек, зачем спасает его, откуда знает Лешу? - Малыш, говори хоть что-нибудь. Хочешь, плачь, а хочешь - истери. Но не держи ничего в себе. - Я просто хочу додому... - шепчет тот, беззвучно плача, мафиози же чуть отъехав от старой хрущевки, поставил машину на ручник и обернулся к парню, еще раз бегло его осматривая. - Хочешь пить? У меня чай мятный есть, говорят, он успокаивает, - пытался разрядить хоть как-то обстановку Коля. - Ви не будете мене бити? - Нет. - Душити? - Конечно нет, я же не зверь какой-то! Вот, возьми, только аккуратно, оно немного горячее, - протягивая ему кружку с чаем из термоса, сказал Лешин папа, а потом мягко погладил Михайлика по свободной руке, запястье которой было содрано в кровь, из-за тех ужасающих пут, - Такой хорошенький, просто маленькая копия Хамелеона. Откуда же ты взялся такой? - Я обычный, но жутко невезучий. - Для кого-то всё равно ты будешь особенным и очень важным человеком. Не раскисай, зайчик. Что это? Опа! За нами, походу, хвост... - Вельзевул заводит внедорожник, пытаясь избежать иномарки на знакомых номерах, прекрасно зная, что на такой ездил его сын, либо его охрана.

"А вот объяснения, откуда у меня завалялся Подоляк-младший, я то не сочинил!"

*** - Алмазный, блядь, быстрее! Шо ты там копошишся?! Жми на газ! - Та и так жму дальше некуда! Вы бы пристегнулись. - Ай! Боже, хоть бы я нашел его там. Обезьянка моя маленькая... А из больницы никаких вестей нет, Леша ничего не писал? - К сожалению, все по-прежнему. - И этот геройствовать без пистолета полез... Господи Ты Боже Мой! Но я знаю, что он у меня сильный. Очень сильный. Выкарабкается. - Дон говорил, что у него по дороге была остановка сердца. - У меня знаешь, сколько таких остановок было? Меня Вельзевул раненный на плечах тащил к больнице и ничё - откачали обоих! И Мишеньку откачают. Я точно в этом уверен, - говорил Фараон, хотя нихрена и не был уверен в своих словах. Он молился... Прямо как тогда, у кровати Ирки, которая с каждым днем только сильнее угасала, становясь похожей на живой труп. Гриша боялся. Боялся, что потеряет Мишу так же, как и ее. А он еще столько хотел сделать, сказать ему. Но сердце разрывалось и из-за Михайлика.

Который был неизвестно где, но известно с кем!

- Григорий Фёдерович, там горит квартира наверху. - Блядь, только не это. Бегом-бегом-бегом!!! - выпрыгивая из джипа, в панике говорит голубоглазый и влетает в подъезд, а за ним и Андрей. Их догадка оказалась верна - горела квартира Черепа... Дышать было почти невозможно, но Фараон шел вперед, затыкая нос своей кофтой. Он облазил все комнаты, осталась последняя, там, где разгорелось больше всего. - Помогитеее! - Михасик? Тьфу ты! Отродье одноглазое! - Разв... Развяжите меня!!! Пожалуйста!!! - Где Михайлик?! Сука, где мой внук?! - Его мужик забрал... Хромой... Страшный, весь в шрамах и ожогах... - Что ты мне чешешь?! Где Михасик?! - Я не знаааю!!! - Алмазный, отвяжи его, выруби и кинь в багажник к ребятам, пусть с ним развлекутся как следует. Пока не убивать. Я с ним потом лично поговорю! - голубые глаза бегают по горящей комнате и вдруг натыкаются на жирную тушу Черепа. - Калибр такой знакомый... Роза бордовая в крови. Хромой, в шрамах? Но разве Вельзевул когда-то хромал? - рассуждал себе под нос Григорий, поскольку его начали посещать очень странные мысли. - Что вы говорите? - Валим отсюда, говорю! - Да узлы настолько тугие, будто сам дьявол затягивал! - Фараон чувствует, как холодок прошелся по всему телу - это не могло оказаться совпадением.

"Или я сошел с ума. Или здесь был Коля!"

- Режь, по-другому не выйдет! Григорий вылетел на улицу, видя одиноких граждан, что выбежали из подъезда и поджидали пожарных. Там он разговорился с одной милой дамой, которая ему и старика описала хромого и даже номера машины подкинула, а что самое главное - сказала, что тот нес парня на руках. - Алмазный - на пассажирское, - когда тот наконец-то упаковал Циклопа скомандовал мужчина. - Но куда вы в таком состоянии? - Сел, блядь! 4666 - номерок, гляди в оба, потому что у меня зрение хуевое. А теперь погнали!!! Мужчина гнал, как бешенный, пытаясь нагнать внедорожник, который ему описала та женщина, всем сердцем надеясь, что Михайлик цел и невредим. Но еще ему было интересно, кто же такой этот Хромой... - Есть - 4-6-6-6. - Отлично. Надеюсь, это не любимая машина Арестовича? - У-у, - замотал головой телохранитель. - Нет? Ну тогда и побить не жалко! - Фараон обгоняет внедорожник и резко тормозит, в ходе чего тот легко врезается сзади - Вельзевул в отличие него экстремалом не был, поэтому машину вел спокойно. - Вы хоть в порядке? - Да, как новенький. Из машины не ногой! - Но, Григорий Федерович! - Сидеть.

"Блядь, где эта чертова балаклава? Маска где?! Этот бес меня узнает, его обвести во круг пальца я точно не смогу! И тогда все! Конец..."

- Уважаемый, вылезай, - постучал тот кратко ему в окно, чувствуя, как колотиться сердце. - Малой на заднем сидении, забирай, - пытаясь говорить спокойно, сказал Николай, всё еще надеясь, что Фараону не хватит мозгов, чтобы его, такого обезображенного, узнать. - Я никому не расскажу, только выйди. Пожалуйста, - Арестовичу ничего не остается, кроме как выйти, пряча свои усталые глаза. - Коля... Ты охренел?! - выдохнул, не веря, тот, а потом крепко обнял его, - Твою мать... Где ж ты столько пропадал? Коля, ты хоть понимаешь, что натворил? - Это не я. Это судьба, - обняв своего друга в ответ, прошептал кареглазый. - Куда ты исчез?! Я же собственными глазами видел, как тебя хоронили! - Трупы были поддельные шо мой, шо Кристинки. - Кристинки? А ты хоть знаешь, что ее (или уже не ее?) твоему сыну на каждый день рождение присылали по частям?! Коля, блядь, ты вообще отчет себе отдаешь?! Как ты мог столько времени скрываться?? Как ты мог поступить так с Лешей?! Да ты хоть представляешь, в каком состоянии он был и есть по сегодняшний день?! - Заткнись. Ты ничего не знаешь. Я только недавно всё вспомнил. Все эти годы я благополучно скитался по Сибири, без памяти, вместе с больной женой... Если бы я вспомнил хоть что-то раньше, то... - Какая нахрен Сибирь?! Кто тебя туда отправил?! - Витек. Сначала меня.. А потом и мою бедную девочку... Гриш, все не надо. Я не хочу об этом говорить. Ты меня не видел - я тебя не слышал. Пацана забирай и проваливайте. - Коль, постой. Ты не можешь так поступать. Как же Алексей? Не бросай его. - Нет. Ему ни слова... Он нас уже похоронил и забыл. Не надо портить ему жизнь. - Он при любом удобном случае тебя вспоминает. Он всегда тебя вспоминает. Ты ему очень нужен. Очень! Вельзевул, он твой сын, не делай моих ошибок. Не делай того, о чем потом пожалеешь! - Я свое слово сказал. А ты обещал, что меня не выдашь. Ты мне друг? - Тупой вопрос. Я буду молчать, но это пока. И только из благодарности за... А почему он лежит?! Что с ним?! - Досталось ему от нашего общего, покойного знакомого... - Не-не-не, не мог же он... Боже правый! - ужаснулся мужчина, когда увидел бордовые следы на тонкой шее и фиолетовые разводы по всей груди и торсу, вперемешку с красными полосами. - Прости, что так поздно... - Я бы пришел еще позднее. Домой его надо срочно. Или сразу же к врачу? Или к психотерапевту?! - Парень крепкий, так что все будет в порядке. Лешу... Обними от меня, - прошептал Николай, сажаясь за руль и быстро уезжая, кому-кому а Фараону он доверял безгранично, если тот дал слово - значит не выдаст. - Куди ви мене несете? Будь ласка, я не хочу... - Тише, Михасик, мы едем домой. - Будь ласочка, не треба більше, мені дуже страшно... - препарат перестал действовать и Михась стал колотить его слабо ручками в грудь, - Не хочу... Не хочу-не хочу-не хочу!!! - Чшшш. Мартышка, это же я! Дедушка твой. Разве ты не узнаешь меня, котенок? Смотри, это Андрюша, Алмазный. Видишь? - запрыгнув с ним в машину, говорил Фараон и ласково обнимал мальчика, целуя всё время то в щечки, то в висок. - Михайлик? Господи, малыш, что эти гниды сделали с тобой? Да я этого блядского Циклопа сам удушу собственноручно, - ужаснувшись от вида Подоляка, зашипел телохранитель, - Ты хочешь пить? Смотри, у меня есть твой любимый сок - вишневый. Вот, возьми. - Я не хочу. Я хочу до тата. Де мій татусь? - Михасик... Давай, мой маленький, поспи. Я тебя отвезу к Леше, а там уже разберемся. - Де татусь? Чого ти мовчиш?! Де тато?! - Спокойно маленький. Не плач.

Миша проревел всю дорогу на дедушкином плече.

А в конце и вовсе отключился, видя в снах Хамелеона,

который принес ему в руках белого голубя...