Пространство между нами

      Солнце проникало сквозь шторы и светило Нейту прямо в глаза. Он застонал, схватил вторую подушку и накрыл ею лицо. Помогло ненадолго — как по команде проснулся мочевой пузырь. Нейт героически игнорировал его сколько мог, но в итоге пришлось отбросить подушку и отправиться в ванную. А всё из-за дурацкого здорового образа жизни, которого он зачем-то решил придерживаться и заодно пить больше воды. На обратном пути он сгрёб мистера Усатика и устроил ему несколько минут обнимашек.       Салли ушёл, пока Нейт спал, а сам он до смены в баре был совершенно свободен. За последние шесть месяцев вот так валяться в постели с котом вошло у Нейта в привычку. Когда он выходил из квартиры, обязательно целовал мистера Усатика в макушку. Он надеялся, что коту эта рутина нравится так же, как и ему.       Почему-то в этот день людей на улице оказалось гораздо больше, чем обычно. Хотя это были выходные в Нью-Йорке да ещё и в середине лета — Нейту уже стоило бы привыкнуть к толпе. Но ему всё равно казалось, что такое количество народа он всё же встречает впервые. Вполне возможно, думал он, с большим трудом пробираясь сквозь плотный поток народа, что вечером в городе планировалось какое-то масштабное мероприятие.       И хотя ему было тяжело и неудобно толкаться среди людей, он продолжал по-идиотски улыбаться. Он был счастлив. Счастлив с Салли вот уже шесть месяцев. Звучало глупо, но он не мог перестать чувствовать себя влюблённым идиотом. Может, сейчас у них просто что-то вроде конфетно-букетного периода, но Нейта это не волновало — он летал на седьмом небе от счастья. Жизнь была прекрасна.       А потом он кое-что заметил. Буквально краем глаза. Нечто совершенно чужеродное. Нейт остановился посреди улицы и повернулся налево. На той стороне дороги, посреди обтекающей его толпы, неподвижно стоял мужчина. Чёрные массивные берцы. Джинсы в разгар летней жары. Тёмная грязная футболка. И лицо, которое будет преследовать Нейта в снах ещё пару недель: голубые глаза, длинные неровно остриженные волосы и клочковатая борода. Выдающийся нос, которого Нейт не видел ни у кого, кроме...       Сэм. Конечно, он выглядел старше и был так худ, что своими ввалившимися щеками даже немного походил на вампира. Но это был Сэм, несомненно. Сердце Нейта замерло. Он сделал шаг вперёд. Толпа исчезла, мир сузился до призрачной фигуры брата.       Нейт двигался, не замечая ничего вокруг, пока в шести дюймах от него с визгом не остановилась машина, а водитель не засигналил. Нейт на секунду отвернулся — только чтобы извинительно махнуть рукой разъярённому таксисту и вернуться на тротуар. Когда он повернулся обратно, Сэм уже исчез.       Нейт сорвался. Не думая о собственной безопасности и не обращая внимания на непрекращающиеся сигналы водителей и выкрики злобных нью-йоркцев, он побежал прямо через дорогу. Его чудом не задавили, но едва ли Нейт это вообще заметил. Он перебежал улицу и крутанулся на триста шестьдесят градусов. Ни следа Сэма. Никто не остановился, никто не озирался по сторонам, и никто не смотрел на него. Нейт потерял Сэма. Он быстро пробежался по кварталу, отчаянно пытаясь найти брата. Или мужчину, который выглядел точь-в-точь как его брат. Или... хотя бы подтверждение того, что у него начались галлюцинации.       Последнее казалось маловероятным, хоть и наиболее правдоподобным. Сэм мёртв. Нейт знал это. Салли сказал, что Сэма застрелили, и он его бросил. Много позже, когда Нейт был готов задавать вопросы, Салли рассказал, что пуля вошла в тело почти у сердца. Просто чудо, что Сэм не истёк кровью, пока Салли спасал собственную задницу.       Удивительно, но чем больше Нейт слушал, тем меньше ему хотелось винить Салли. Рана была смертельна, останься Салли с Сэмом, их просто убили бы вдвоём. Поначалу Нейт ненавидел своё отношение к поступку Салли, но позже всё-таки понял его.       Может, поэтому он увидел Сэма. Нейт был счастлив. Счастлив с Салли. А Сэм был мёртв. Может, вселенная таким образом намекала, что он всё ещё должен горевать по умершему брату, которого не видел больше десяти лет. Что он не заслужил того счастья, что испытывал последние месяцы.       Нейт проверил три ближайших квартала. Просто на всякий случай.       Он отпросился с работы — войди в бар сам президент и предложи Нейту миллион только за то, чтобы он красиво улыбнулся, он бы и это дело завалил. Всё, о чём он думал — это Сэм. Безжизненное тело Сэма в луже собственной крови. Пустой взгляд на осунувшемся лице. Неподвижная фигура на той стороне улицы. Шальная улыбка Сэма в тот вечер, когда они бежали от сестры Кларис... Обещание вернуться…       Нейт поспешил домой, отчаянно нуждаясь в Салли. Ему было жизненно важно поговорить с единственном в мире человеком, который мог его понять.       Нейт открыл дверь и бросил ключи на тумбочку рядом с точно такой же связкой. Он поспешно скинул кроссовки и подтолкнул их к ботинкам Салли.       — Салли, ты не поверишь, что я видел. Точнее, кого. Я...       Он завернул за угол и вошёл в гостиную. На диване сидели двое. Один — его парень — выглядел таким напряжённым, каким Нейт не видел его годами. Он сжимал в руке бокал с вином так, словно от него зависела его жизнь. Вторым был мужчина с яркими голубыми глазами. Он больше походил на бездомного, чем на обычного человека. Это был тот же самый человек, которого сегодня Нейт искал несколько часов.       — Сэм, — слово показалось чужеродным и отдавало ядом на языке. Он столько раз за последние десять лет произносил имя брата, но когда обратился к нему напрямую, это показалось страшно неправильным.       — Нейт.       Сэм встал с чёрного кожаного диванчика. Ноги сами понесли Нейта вперёд. Он мгновенно угодил в братские объятия, удивив обоих какой-то злобной силой, с которой сжимал Сэма. Тем не менее тот не думал возмущаться — он обнимал Нейта так же крепко. Из глаз Нейта в любой момент грозили пролиться слёзы.       — Что ты тут делаешь? Я думал, ты погиб! — сказал Нейт, не сразу оторвавшись от Сэма. Даже после того, как они разомкнули объятия, Нейт держал его за плечо и пристально изучал. Сэм выглядел плохо. Тощий, болезненный, оголодавший. Борода всклокочена и бог знает как давно виделась с бритвой. Волосы выцвели и кое-где были нечёсаны.       — Почти так и было. Это долгая история, — ответил Сэм, отойдя на шаг. Рука Нейта соскользнула с его плеча и безвольно опустилась вниз. Сэм взглянул на Салли, который всё ещё выглядел так, словно проглотил острый штырь. — Не знал, что вы с Салли знакомы.       Настал черёд Нейта выглядеть так, словно он проглотил штырь. Он знал и познал Салли в самом интимном смысле этого слова. Он знал его вдоль и поперёк — каждый шрам, родинку, веснушку и каждый седой волос среди копны тёмных волос. Он знал Салли лучше, чем собственного брата.       Он также помнил, что Сэм и Салли были лучшими друзьями.       Нейт понятия не имел, как Сэм отреагирует на новость о том, что его младший брат встречается с мужчиной почти вдвое старше, к тому же бывшим лучшим другом, бросившим его умирать.       Нейт прекрасно понимал, почему Салли был не в своей тарелке.       — Мы нашли сокровище Магеллана, — не ложь. Просто не вся правда. Плюс это был чертовски хороший отвлекающий манёвр.       — Вы что? — спросил Сэм, в шоке уставившись на Салли. — Я ни слова не слышал ни из новостей, ни от тебя.       — Это потому что всё золото покоится на дне океана на Филиппинах, — Салли качнул бокал, запрокинул голову и прикончил вино одним глотком. Нейт никогда не видел, чтобы он так плебейски заглатывал алкоголь.       — Долгая история, — отмерев, повторил Нейт слова Сэма.       — Что же, повезло — у нас теперь есть всё время мира, чтобы наверстать упущенное, — радостно сказал Сэм, усаживая Нейта на его же место рядом с собой на диване.       Было странно сидеть вот так с Сэмом, а не с Салли.       Нейт отбросил эту мысль.       Он наконец встретился с братом, которого считал погибшим. Так какого чёрта сейчас он так остро ощущал, как по венам распространяется тихий ужас, а голову обуревают самые плохие предчувствия?