𝓕𝓻𝓮𝓮𝓭 𝓶𝓪𝓷

      — Я сейчас приеду обратно. Это долгая история как они все пошли со мной, не по телефону расскажу.       — Уже слишком поздно, Гончарова, завтра важный день.       — У меня с собой есть вещи, которые я одену на последний звонок, если вы об этом.       Дана лишь тяжело выдохнула.       — Спасибо, в пути, — сказала ученица.       — Я против, Арина.       Молчание. Около секунд 20 на том проводе телефона не было слышно ни звука. Фридман решила обосновать:       — Тебе не кажется, что такое неформальное общение учителя и ученицы не является нормой? Мне уже неловко от того, что ты знаешь мой адрес, так ещё и привела с собой целую толпу. Да и, что таить греха, мне всё ещё стыдно за то, что у нас тогда произошло. Не пойми меня неправильно, но вдруг я была бы раздета или не одна дома?       Дана услышала, как на том проводе Арина, очевидно, улыбнулась сейчас.       — То есть и такой сценарий у вас был, Дана Вячеславовна?       — Я образно. Оставайся дома. У нас будет время ещё обсудить это, если я захочу выслушать тебя, а сейчас я насытилась уже общением, Гончарова, поэтому буду отключаться.       — Тогда до свидания.       Фридман поставила телефон на зарядку и легла в постель. Завтра будет весёлый день.

***

      Во дворе школы поднялся галдёж. Ребятня с каждого корпуса собралась, чтобы проводить очередной учебный год. Учительский коллектив находился в центре этой П-образной ширенги.       Школьники один за другим дарили учителям цветы, конфеты, поздравляли с последним звонком. Дану тоже не оставили без внимания несмотря на то, что она тут чуть больше месяца работает.       — На крыльцо приглашается Валерия Захаровна Вещук, Дана Вячеславовна Фридман, Наталья Викторовна Филатова, Мария Александровна Левенко и Анна Владимировна Мазурова — кафедра искусства!       Учителям вручили букеты цветов, а после направили в кабинеты к тем классам, у которых они ведут. Дане достался 8-А.       Классный час проходил спокойно — дети читали стишки, рассказывали о весёлых моментах, которые произошли в этом году, кушали конфеты и, естественно, галдели.       Например, Дану удивил рассказ Никиты Донченка про случай в новогоднюю дискотеку, когда, как ни странно, он обнаружил Шестопала, распивавшим алкоголь в школьном туалете.       Улыбнуло и то, что в столовке Дима Стушев, проиграв спор, исполнял танец лебедей вместе с одноклассником Ильей Бинским.       Фридман ещё немного посидела с ребятами, а позже попрощалась и вышла. Ей хотелось подышать свежим воздухом, сесть куда-то на лавочку в теньке, расслабится. Вся эта школьная суматоха, конечно, нравилась Дане, но слушать от учителей добрые слова, зная как в учительской детей поливают грязью, было тошно. Но, к сожалению, сегодня корпоратив, покинуть школу раньше, чем 17:40, не получится.       Вячеславовна села на один из дальних диванов на втором этаже и просто задумалась о том, что происходит последнюю неделю в её жизни.       После того самого случая одна из главных задир в школе стала более спокойной, но какой ценой? Дана что, вынуждена теперь с каждым выскочкой спать, дабы убавить их пыл?       Даже подумав о том, что её глаза видели голую Гончарову, стало тошно от себя. Дана, само собой, и не вспомнит как выглядит то тело, но важно ли это?       Позволила какой-то малолетке воспользоваться собой, а сейчас эта же Арина не даёт покоя — то позвонит в разгар событий в клубе, то устроит какую-то сцену, домой вечно просится. Зачем?       «Потому что люблю».       Эта фраза не даёт покоя. О какой дружбе с этой персоной может идти речь, когда в любой удобный момент она, если захочет, разрушит даже не начавшуюся толком карьеру Фридман? Да и как быть другом с тем, с кем ты спал по пьяни?       Все эти мысли заставляли сердце Даны очень больно покалывать, а глаза чаще моргать. Но хуже всего становилось от мыслей о той, кто бесшумно сел рядом с Фридман на диван и наблюдает за безразличными карими глазами, которые смотрят в сторону кабинета 32.       Кто же ей Гончарова на самом деле? Кем она видит её в своей жизни? Друг? Навряд-ли, скорее просто шантажист. Да и хочет вообще, чтобы эта особь присутствовала в её жизни?       — Ваш наряд сегодня красив, — обратилась, наконец, ученица.       — Спасибо, Гончарова. Это всё, зачем ты тут?       Обернулась в сторону Арины. Сейчас та сидит далеко не в джинсах и рубашке, как обычно, а в красивом платье голубого, словно волна, цвета. На правой ладони два кольца из серебра, на шее подвеска с каким-то красным камушком.       — Вообще нет. Я очень хотела бы объясниться за вчера.       — За толпу десятиклассников у меня в квартире? Слушаю.       — Изначально я хотела приехать одна. Гуляла в парке, стало скучно, и написала смс. В эту же секунду меня встретил Олег и остальная компания. Я не знаю, как мне пришло в голову это, но я позвонила какому-то незнакомцу, притворяясь, что общаюсь с Евгенией Николаевной, якобы узнала адрес. А потом позвонили вы. И я не смогла предупредить, простите.       — Гончарова, который раз удивляешь, — единственное, что смогла ответить Дана.       Арина какое-то время сидела молча, Фридман тоже. Им есть что обсудить, но точно не в этом помещении. Не тут, и не сейчас.       — Так а сегодня можно?       — Корпоратив.       — Тем более тогда приеду, — хитро улыбнулась Арина, посмотрев прямо в карие глаза собеседницы.       Из стороны коридора послышались шаги. Пришлось импровизировать, поэтому Дана решила рассказать Гончаровой о импрессионизме. Та, само собой, сразу не поняла, почему учительница резко начала читать лекцию, но против не была. Фридман провела взглядом проходящую рядом учительницу математики и встала с дивана.       — Вы куда?       — В учительскую.