Мир тёмной стороны души

      Ночь 21       Город Детства       Свет озарил горизонт. Падшая духом, я ощущала коленями твёрдую землю. Руки покрылись пылью и грязью тех пройденных дорог. Привстав, я обратила внимание на здания вокруг. Настолько прекрасны были их очертания, насколько я не могла насытиться ими. Вдоль ухоженных садов выстраивались величественные колоннады.       Солнце, позабытое мной, снова стремилось скрыться за горизонтом. Синие тени домов становились всё длиннее. Повеяло вечерней прохладой. Впереди возвышался чёрный силуэт. Его плащ развевало ветром. Он придерживал шляпу рукой, скрывая за ней лицо.       — Вам не спрятать взгляд за шляпой, господин Дарк. — Я улыбнулась его наглой манерой. — Неужели Вы боитесь, что я смогу разглядеть Вашу боль? Что я смогу заглянуть в глубины Вашей души?       Подойдя поближе и повернув голову, я пыталась увидеть его глаза. Всё чаще он стремился их скрыть.       В ответ господин Дарк лишь усмехнулся и, сняв шляпу, расплылся в самодовольной ухмылке. Я всегда видела в ней лишь язвительную насмешку и ничего более. Заглянув в его глаза, мне пришлось осознать всю тягость его существования. Как он устал быть кем-то другим, притворяясь холодным и мрачным повелителем Тьмы. Неспособный открыть свою тёмную душу, не мог рассказать о своей боли и разделить её с кем-то. Лишь целую вечность обречён скитаться по невыносимой земле вместе с людьми, для которых приходится притворяться докучающим властителем Ада и их чёрной сущностью.       — Люди часто носят в себе боль прошлого. Обременённая собственным отчаянием, Вы считаете, что сможете отыскать тоску в моей душе, мисс? — Чёрный дух рассмеялся. — Вам напомнить о боли, раздирающей Ваше сердце?       Немного наклонившись, теперь он заглянул мне в лицо. Я ощутила дыхание. Страх охватил всё тело и заставил его оцепенеть.       Чёрные глаза переносили в прошлое, где мной овладевала ненависть к миру и к самой себе. Не в силах справиться с ней, я жаждала смерти. Голос господина Дарка был резок и груб, отзываясь эхом внутри моего подсознания. Всё, что я вспоминала, терзало и пытало холодом сотен острых ножей, что впивались и иссушали меня. История прошлого с самого начала была слишком безжалостна, начиная с самого детства, когда меня провозгласили изгнанником, и заканчивая тем, как я превратилась в чудовище, проливавшее кровь. Эти сцены опустошали. И среди ликов забвения в разум ударила молния осознания.       — Ваши глаза крадут человеческую силу, ведь так, господин Дарк? — В его взор прокралось некоторое удивление. В мой голос проникло разочарование. — Сияя глазами цвета бесконечного неба, лекари излечивают раны, отдавая часть своей энергетики. Когда как чёрные духи забирают энергию людей, пожирая властью мрачного взгляда.       Торжество покинуло его лик, сменяясь на недовольные тона. Господин Дарк тут же отвёл взгляд.       — Вы очень догадливы, мисс.       Мрачный силуэт повернулся спиной.       — Меня каждый раз сражает усталость после соприкосновения с Вашим взором. Чернота Ваших глаз, как бездна, в которой исчезает любая воля.       Ветер разносил жёлтые и красные листья.       — Будь Ваше видение мира не столь ограничено тогда, Вы бы узнали куда раньше о пространстве после смерти и о сути человеческого бытия, мисс.       Я коснулась его плеча, что было на уровне моих глаз.       — Зачем Вам моя сила? Роль проводника фальшива, разве нет?       Он умело манипулировал мной, притягивая к тайнам своего прошлого.       — Но, не умея управлять собственной властью, Вы бы не хотели пасть в пропасть забвения, не так ли? — Его фразы окутывались ядом, что ранил, не касаясь. — Без меня Ваш путь оборвется в считанные мгновения. И радужные пейзажи навеки померкнут.       Моя рука всё ещё сжимала его плечо.       — Каждый раз сражаясь, Вы слабеете. Энергия гасит и боль, господин Дарк? Ведь тот, кого её лишают, испытывает лишь страх.       Господин Дарк наклонил голову и прошептал мне на ухо.       — Человеческая боль мне чужда, мисс. Каждый раз Вы не принимаете во внимание, что я лишь часть Вашей души. Я неотделим от Вас, вынужден и жизнь, и смерть идти бок о бок с Вами, как бы мне не приходилось противиться этому. Я лишь чёрный дух, что поселился в разуме. — Он напыщенно лгал, срывая мою кисть со своего плеча. — Я не человек, чтобы ощущать боль и отчаяние, подобно Вам... Восхищение и сочувствие мне непонятны. Я пуст. Но о Вас мне известно всё.       Всякий раз, когда он прикасался ко мне, каждый раз, когда его рука обхватывала мои пальцы, чувствуя пепел, всё больше я не верила его лживым словам. Названный чёрным духом, господин Дарк имел более ощутимое тело, нежели призрак. Его лик был подобен человеческому созданию с необычайно красивыми чертами.       — Если позади и жизнь, и смерть, неужели существование чёрной стороны души не исчерпало себя?       Уже тогда меня пронзали сомнения.       — Чёрная душа вечно следует за своим хозяином, куда бы не отправила его судьба. Вы связаны со мной тяжёлыми цепями. И как низко бы Вы не пали, я вынужден последовать даже в саму Преисподнюю.       Не двинувшись с места, он продолжал шептать. Его близость казалась мне тяжёлой, а взгляд, резко порой направляемый на меня, — обременяющим. Я сделала шаг назад, с трудом не рухнув от тревоги, что вселяли его глаза.       Снова подул ветер, пронеся мимо меня ощущение старых воспоминаний, давно забытых мной. Я была там прежде: среди опустелых дворов и серых зданий. Душу действительно что-то связывало с этим городом. Но как же страшно было вдруг узнать это. Я боялась, что прошлое сломит меня. Оно уже начало истязать изнутри, разрывая на части моё сердце.       Я направилась по ухоженной тропе, кругом были кусты и деревья, чуть дальше стояли пятиэтажные квартирные дома. Их постройки не отличались от тех, что были в реальном мире. Но дворы сравнительно выглядели намного эстетичнее, нежели старые, ничем непримечательные, подобные жилым, здания. Правда не красила их вовсе не древность, а серость и скука. Они были подобны картонной коробке. Тень смиренно следовала за мной.       — Почему же оставив смерть позади, души способны умереть вновь, господин Дарк? Насколько противоречивы законы этого мира? Прежде все утверждали, что смерти здесь нет. Но как возможно предать забвению? Почему у одних есть власть и право на убийство души, а другие вынуждены прятаться, чтобы выжить даже после смерти?       Обернувшись, я вновь принудила остановиться своего тёмного спутника между серых стен домов.       — Жестока участь тех, кто поддался соблазну и нарушил законы мира. Согласен, что они достаточно нелепы, мисс. — Вновь блеснул оскал. — Но мир никогда не станет подвластен одному человеку, даже если он — его хозяин. Потому созданы стражи городов, чтобы контролировать множество душ. Они владеют оружием, способным стереть навсегда из всех возможных пространств и вселенных любую душу. Их меч и клинок — это косы забвения, что подобны косам смерти у жнецов. Но смерть возможна лишь при жизни. А находясь за пределами земных врат, витая между жизнью и смертью, может быть уготована лишь участь забвения — лишение всего, что олицетворяло Ваше существование.       Сверкали последние лучи солнца. Небо покрылось красно-фиолетовым отсветом. Я готова была раствориться в этом бесконечном пространстве. Но внезапно случилось то, что всегда преследовало меня. Бесконечный кошмар, который не оборвать.       С крыши рядом стоявшего здания упали каменные обломки. Это чувство давило тяжёлой энергетикой, словно что-то снова истязало душу изнутри. Господин Дарк повёл меня по неизвестным путям. Позади рушились старые сооружения, рассыпаясь в камни. Они обращались в прах. Прах моих забытых воспоминаний.       — Они вновь пришли за Вами, мисс.       Спрятавшись за углом, господин Дарк высматривал врага.       — Но они ведь явились и за Вами, не так ли? Это Вы не станете отрицать?       Заметив наверху стража, господин Дарк вынул кинжал и метнул его в преследователя. Оружие будто разрезало воздух, не зная сопротивления и промаха. Оно вонзилось в стража и на некоторое время лишило его сил. Тёмный спутник побежал дальше, тянув меня за собой. Его лезвия тоже были особенными, пропитанными тёмной энергией, которая, пусть, и не могла предавать забвению и растворять всё в пепел, но они на некоторое время обездвиживали врага. Так утверждал господин Дарк.       Пробегая кирпичные здания, мы каждый раз сворачивали за угол. И в один из таких поворотов нам встретились ещё пара стражей. Они патрулировали город, и удача внезапно повернулась спиной.       Не тратив времени и оружия на них, господин Дарк повернул назад. Он тянул и сжимал мою руку сильнее, чем прежде. Словно эта ситуация была катастрофичной даже для него, и он не мог её взять под контроль. Пробежав некий широкий двор, мы скрылись в листве деревьев вдоль длинной стены. Она была слишком высокой, за ней слышался людской гул. Возможно, там находился базар. Не останавливаясь, мы следовали в высокой траве. Тёмный спутник вёл меня за руку, будто слепого ребёнка.       — Мисс Кэрринфер...       Он впервые обратился ко мне так. Необычно было слышать подобное из его уст.       — Впредь дальнейший путь Вам придётся держать одной. Через некоторое время я догоню Вас. Мне предстоит сразиться со стражами, чтобы Вы избежали их казни.       Я замерла, дёрнув его руку. Моё лицо застыло. И это явно заметил и он, когда обернулся.       — Я считала, что нам удалось оторваться от преследования. Вы ведь не сможете убить стражей, к чему бессмысленно сражаться с ними?       В такой опасный момент у него на лице всё же проскользнула та наглая ухмылка.       — Вы боитесь потеряться в этом мире, мисс?       И я разозлилась.       — Я не ступлю и шага, потому что Вы лжёте, господин Дарк. Что Вы скрываете? Какие тёмные тайны тянутся за Вами? Мне отвратительна...       Неожиданно он прервал мои слова, ударив по лицу. И холодная боль растеклась внутри души. Меня пронзила злоба, за которой последовало отчаяние. Я сразу поняла, что подобное испытывала прежде. В его чертах я увидела своего отца. Он был жесток. И та жестокость заставляла ненавидеть. Как бы я не пыталась побороть это чувство, оно постоянно преследовало. Эта вспышка воспоминания никак не могла померкнуть. И я впала в осмысление, замерла, не в силах шевельнуться.       — Вы чувствуете ненависть ко мне, мисс? Вновь приблизившись и наклонив голову, он таинственно прошептал. — Я спрашивал это ранее много раз, и...       Я яростно вцепилась в края его чёрного воротника и опустила ещё ниже голову чудовища в громоздких одеждах.       — И что?       Он лишь напомнил мне моё прошлое, которое я ненавидела. Его нос невольно коснулся моего лица, когда я всё сильнее сжимала его одеяния.       — Значит, будучи единым целым с собственной чёрной душой, я должна принять её и полюбить, господин Дарк?       И без того его бледный лик обомлел. Ударяясь друг о друга ножнами, пошатнулись висевшие на его поясе кинжалы.       — Неужели Вы желаете поиграть со мной, мисс?       Недоумение сменилось лукавой улыбкой, что коснулась моей щеки.       Без доли смущения я вглядывалась в его лицо, что так желанно смотрело в моё. Моя душа была ещё не лишена той ярой злости. Но, продолжая подражать его манерам, я прикоснулась кистью к его лику и собирала на пальцах тот же самый пепел и прах.       Его руки твердо обхватили мои плечи. Взгляд остановился. Рядом послышался шорох ветра. Раскрыв его плащ, я вынула из ножен случайный клинок и вонзила лезвие в тело чёрного духа.       — Моя ненависть направлена на ложь, которой пропитаны Ваши слова, господин Дарк. Я убегу, и если стражи расправятся с Вами, я узнаю Истину. Ведь если исчезнет чёрная душа, я исчезну вместе с ней, не так ли? И потому предаться забвению не так страшно, тогда я пойму, насколько Вы были честны... Это существование не стоит того, чтобы жить во лжи и в вечных скитаниях. Быть может, пришёл мой час узнать Правду и навсегда закрыть глаза.       Соприкасаясь с ним взглядом, я поворачивала рукоять кинжала, чье лезвие окутывал чёрный дым. По рубашке лилась алая кровь. Он не останавливал меня, а лишь продолжал пристально смотреть в лицо. Я не могла понять, что чёрный дух чувствовал. Ведь боли не было в его взгляде, как и злости.       — Я найду Вас, где бы Вы ни были. Помните об этом, мисс.       Он сказал это ровно, без грубых интонаций и угроз. Это было последнее, что я услышала от него.       Из-за ближайшего угла вышли стражи, они направились к нам. Я оставила господина Дарка на растерзание голодным волкам и побежала прочь. Правильно ли я поступила, отдавшись во власть ярости? Никто не мог знать, и никто не смел судить человека за его поступки кроме неумолимого времени. В горле застыл ком, я чувствовала вину.       На своём пути я видела лишь бесконечные пятиэтажные дома и дворы, словно попала в лабиринт из серых коробок. Но минуя одни из ворот, я ощутила, что помнила те места. Некое чувство поманило меня к парадной. Тело, не слушаясь, само шло к двери. И лишь от моего желания дверь распахнулась. Я чувствовала на себе чей-то злой взгляд. Но он был не внутри того здания, а наблюдал из двора. Забежав в тёмное помещение, я пыталась закрыть дверь парадной. Но все попытки были безуспешны. То проём увеличивался в размерах, и дверь казалась настолько маленькой, что проходила мимо. У неё просто не было возможности стать оградой. То дверь становилась настолько большой, что просто не могла закрыться на замок, лишь стукаясь о кирпичную стену дома. Мне удалось лишь слегка прикрыть её. И я в спешке направилась к лестнице и поднялась на второй этаж. Парадная казалась слишком тесной и похожей на пещеру. Рука потянулась к двери, и дверь вновь открылась.              Пятиэтажное сооружение       Покинутое пристанище       Помещение было довольно просторным. Но как я успела заметить, ничего в этом мире не было постоянным. Пространство могло расширяться и сужаться, что и происходило с комнатами, каждый раз, когда я оборачивалась. И ставшее изрядно тесным жилище являлось лишь воплощением чьего-то разума. Должно быть, разума того, кто стал создателем и хозяином здешнего мира.       Пройдя в широкий коридор, я осмотрелась. Со всех сторон находились двери в другие комнаты, но путь на кухню вёл через арку. Справа от входа находилась гостиная, куда вела стеклянная дверь, что завешивалась изнутри шторой. Обойное покрытие стен словно истерзалось когтями зверей. Полы измызганы чернотой. Впереди располагался огромный шкаф, который пугал собравшейся вокруг него негативной энергетикой. Его истерзанные дверцы прятали за собой нечто ужасавшее. Я не знала, что представляла из себя черная энергия, но чувствовала её повсюду. Две остальные комнаты являлись спальнями. Я невольно осознала это до того, как вошла в них. Но мой шаг тут же остановился. В них царствовала пустота. Всё это помещение было покинуто людьми, или, как следовало называть, душами. Я закрыла исцарапанные двери, и подошла к большому зеркалу, что располагалось между спальней и гостиной. Под ним стоял старый комод. Оперевшись на него руками, я задела пыль, что, должно быть, копилась там веками. На поверхности в той же грязью были усыпаны некоторые принадлежности, среди них виднелись и шприцы. Смотря в зеркало на своё лицо, я не узнавала его. Длинные тёмные волосы покрывали плечи и тянулись ниже до самого пояса. Их края давно были выжжены химикатами, что даровали локонам ядовитый аметистовый оттенок с рыже-красными вкраплениями. Но чёрные корни оставались пышными и густыми. Юный лик побледнел, покрываясь шрамами, что давно оставили порезы моего старого клинка. Веки почернели, обволакивая своей чернью и ресницы. Сухие серо-синие уста застыли в молчании, зная только голод и невыносимую жажду несказанных слов. Белая рубашка покрылась пылью и чёрными пятнами. Брюки впитывали мерзкую склизкую грязь на коленях. И даже в таком истерзанном обличие я взирала на гордость, что в прожитой жизни выбрала Истину, а не честь. Но это было единственное, что я тогда никак не могла вспомнить в том одиноком пристанище.       Я последовала на кухню и, пройдя пару-тройку шагов, остановилась у окна, покрытого настолько толстым слоем пыли, что невозможно было ничего разглядеть через него. Оставалось лишь провести по нему рукой. И пыль снова оказалась у меня на пальцах. Жив ли господин Дарк? Желала ли я, чтобы он умер? Хотя иначе зачем я вонзила клинок в его тело? Убивая сотни раз подряд, почему я не могла истерзать и его? Из-за невозможности законов пространства или иного чувства, засевшего в моём сердце? Что заставляло меня рыться в этом прошлом? Я вновь окуналась в бездну, окутанную паутиной.       "Человек и его чёрная душа навеки сплетены нерушимыми цепями. Не избавиться и не убить, насколько бы не была сильна ненависть." О чём он говорил? Если исчезнет Тьма, то и душа погибнет? Или же есть Свет в этой истории? Подчиняясь больному разуму, я хотела убить саму себя?       Но в силу человеческой природы я противилась любому ужасу и за край пропасти держалась изо всех сил за то существование, которое у меня осталось. А на дне взирали красные глаза тех, кого я когда-то убила.       Смахнув пыль с окна, я увидела двор, похожий на тот, что я пробегала ранее. Он был пуст. Но туманные краски неба давили неподвластной силой, словно Тьма окутала горизонт и безустанно разыскивала мою душу.       Сзади раздался изнывающий скрип продавленных деревянных досок. Я тут же обернулась, потерявшись в страхе. Он окутал меня с ног до головы. Это было подобно чувству приближавшейся смерти. И никто не мог спасти меня.       Пробегая глазами, я лишь заметила старые кухонные ножи. Будучи живой, находившейся в обычном мире, я могла бы защититься от убийцы. Но поможет ли мне это лезвие убить монстра из мира кошмаров? Выбор был не велик. Я вытянула один из больших ножей для мяса и крепко сжала его в ладони. Дыхание тяжелело. Ноги онемели, и мысли не могли быть ни о чём другом кроме как о забвении.       Кто-то подкрался сзади, и рука закрыла мне лицо. Я вслепую вонзила в тело нападавшего кухонное лезвие. И только после я ощутила от прикосновений до боли знакомый шероховатый оттенок. И пепел коснулся моих губ, не позволяя вырваться крику.       — Вам так нравится убивать меня из раза в раз, словно это приносит высочайшее удовольствие, мисс.       Его голос снова проникал в голову. В опустелое пристанище явился повелитель Ада, которого мне не хватало власти убить.       — Не сосчитать, сколько раз Вы вонзали в меня кинжалы, стреляли из пистолетов, сбрасывали с высотных зданий, когда сами были живы. Ради забавы я наблюдал, как Вы надеялись, что убили меня. Вы действительно умели насмешить.       За моей спиной послышался тихий безумный смех, что касался моей шеи. Его тяжёлое тело прижимало меня к холодному полу, чьё покрытие было прибито гвоздями к деревянным доскам. Среди тяжести злой силы явился чёрный дух, который приказывал не шевелиться, застыть и молчать.       Его образ вновь затерялся на глубине исхудалой памяти. Было ли это его заклятьем? Или же свойством мира? Движения чёрного духа казались грубыми и омерзительными. Сжимая запястья, он запрещал и двигаться, и дышать.       — В этом мире нельзя выглядывать в окна, мисс.       Его шепот проскользил мимо моего затылка. Шероховатые пальцы потирали ладони. Позабыв о терпении, в злобе я снова ударила его ножом. Раздался смех. Он лишь забавлялся, будучи чёрным духом, не чувствовавшим боли.       — Вы покинули игру, которую сами и начали, мисс.       Его лик упирался в мою голову. Тяжёлое дыхание обдавало затылок, а нос водил по распущенным волосам. Я пнула насильника ногой. И в воздухе заблестели ноты язвительного игравшего смеха. В пьянившем хохоте руки разжались, и создание Дьявола отпустило меня. Обернувшись, я увидела господина Дарка. Его расплывавшееся в ухмылке лицо напоминало мне обезумевшего, потерявшего рассудок человека, которого уже невозможно спасти. Но он же не был человеком... Быть может, никогда...       Под звуки неистового смеха по его телу лилась кровь, пачкая его одежду. Это были порезы, которые недавно нанесла ему я. Неужели чёрный дух действительно не ощущал боли, хохоча как шут? То, что показывал этот мир, — сплошной обман? Или же его душа была наполнена лишь фальшью и дешёвым фарсом? Быть может, когда-то он испытывал боль?       Когда чёрный дух посмотрел на меня, улыбка внезапно стёрлась с его лица. Господин Дарк замолчал. Быть может, он разглядел, с каким сожалением я смотрела на его раны. И они тут же исчезли, как и пятна крови.       — Пусть, нельзя смотреть в окна, но, если бы Вы этого не сделали, найти Вас было б гораздо сложнее, мисс.       Снова меня озаряла его прежняя безобидная улыбка. Но по-прежнему сковывал прежний лик безумца.       — Как такое возможно, господин Дарк? Удастся ли хоть раз мне услышать непосредственно от Вас какие-то сведения об этом мире? Раскроете ли Вы хоть какие-то тайны, пока они не развеяться передо мной пеплом?       Кровь устилала мне путь к Справедливости. Но стираясь сейчас на его одеждах, являясь лишь призрачным миражом, была ли так незначительна, как и жизни людей, которых я терзала?       Занавесив окно, господин Дарк присел на табурет.       — Все души в этом мире обладают энергетикой, светлой, тёмной, но границы между ними Вы не найдёте никогда. Стёкла служат усилительным прибором для подобной энергии. Но они не увеличивают Вашу силу, а, скорее, служат распространителями местонахождения души на большие расстояния, развевая попусту энергетику и предоставляя тёмным сущностям найти источник этой силы. Я нашёл Вас именно так.       Его рассказы погружали в атмосферу ужаса. Раз он ощущал эту энергию, стало быть, он действительно являлся злым духом? Но это вовсе не означало, что нас связывала одна личность. Тень предложила мне подняться, протянув руку, которую я отринула, продолжая сидеть на полу.       — Откуда доносился скрип, господин Дарк? Это ведь явились Вы? Или же иной дух?       По его уже успевшей мне осточертеть физиономии снова пробежала ядовитая ухмылка. Чёрный дух, наклонившись, опустил кисть и провёл ладонью по моему лицу, вновь произнеся шёпотом.       — Насколько силён Ваш страх перед неизвестностью, мисс? Мне помнится, Вы были готовы даже к смерти и не дрожали так перед её ликом.       Встав с табурета, после он сделал медленные шаги к коридору. Я последовала за ним, как трусливая мышь. Порой его душа пугала больше, нежели иные духи и чудовища, что только могли существовать. Ведь нет ничего страшнее безумия, поселившегося в голове у любого существа, будь что духа, что человека.       Внезапно его шаг замедлился, чёрный силуэт словно слился с тенью на краю коридора. Господин Дарк остановился. Я не успела затормозить и врезалась в его громоздкие одежды, когда он неожиданно повернулся. Во Тьме сверкали его чёрные глаза, переливаясь сиянием бездны. Это было то зрелище, которое невозможно представить. Взгляд отражал злость, порицание, но и показывал откровенное насмехательство.       — В глубине души Вы ведь надеялись, что я исчезну, мисс?       Набросившись подобно дикому зверю, он силой прижал меня к стене. Надо мной висели оленьи рога, вокруг которых струились чёрные пары.       — Нет ничего сильнее жажды избавиться от меня, не так ли? Но Вы также понимаете, что без меня Вам не выжить в этом мире. — В его фразах засела глубокая обида. — Никто не поможет и не спасёт Вас кроме меня. Как это было и при жизни.       Его бездушные глаза сжигали все порывы жалости к нему. Он действительно был монстром. Но те слова являлись правдой, как бы жестоко он не вбивал её в мою голову. Без него я слаба.       — Простите меня...       Отведя глаза, я посмотрела в зеркало, что висело позади на противоположной стене. Тяжесть взора той Тени давила своей непостижимой энергией. Рассудок овеяло страхом.       — Не смейте заглядывать в зеркало, мисс Кэрринфер. Иначе Тьма, намного тяжелее моей, безжалостно утопит Вас. Вам позволено смотреть только в мои глаза.       Его пальцы, объятые кольцами почерневшего серебра, коснулись меня и невесомо проскользили от виска к щеке, словно являлись не больше, чем пылью. Однако после, вцепившись ногтями в подбородок, чёрный дух сжимал кожу, поворачивая мою голову. Он понял мою неискренность. И снова морально истощал меня. Его чёрные глаза опустошали, отбирая и силу, и саму суть моего бытия. Тогда я была далека от того, чтобы противостоять ему.       — Или же Вы успели заглянуть в это зеркало, мисс?       Взгляд тёмного повелителя сиял хитростью. И под чёрными веками скапливался дым. Он выдохнул, горделиво поднимая голову. Затем я увидела дьявольскую улыбку в упор.       Какой же нужно обладать силой, чтобы противостоять ему? Кто он? Кем он был? И почему именно он притворялся моим спутником? Неужели его изуродовала обида, когда я попыталась убить его? Я всё больше чувствовала, как мутнел и мой рассудок.       Весьма резко и внезапно напряжение исчезло, когда господин Дарк убрал руку и, сняв тяжёлый плащ, повесил одеяния на оленьи рога. Его руки поднялись надо мной. И я под властью творившегося безумства схватилась в оба его предплечья.       — Вы хотели убить меня, господин Дарк?       Улыбнувшись, он лишь невинно поцеловал меня в лоб. Его холодные уста отстранились, я отпустила его руки, и господин Дарк зашёл в ближайшую комнату. Он унял свой гнев. Правда тревога не покинула меня. Чёрный дух не жаждал моей смерти, он лишь считал меня своей игрушкой. Я направилась за темным спутником.       Как только я раскрыла дверь, он скосил взгляд в мою сторону, но тут же равнодушно отвёл. Окно было завешено.       — Этот город... Я, верно, бывала здесь прежде? Вы привели меня сюда однажды глубокой ночью. Но мне и приходилось бывать здесь задолго до этого?       Я снова непринужденно заговорила с ним, пройдя чуть дальше в комнату. Господин Дарк вальяжно расположился на старом дряхлом диване, подняв ноги на подлокотник.       — Вы наконец узнали его, мисс... Тот факт, что Вы снова оказались здесь — доказательство, что родина не отпускает Вас.       Он лежал и смотрел в потолок так беспечно, будто ранее произошедшие события не оставили ни единого следа в его душе.       — Неужели возможно быть настолько привязанным к конкретному месту?       Я медленно зашагала в сторону дивана. Господин Дарк отдыхал.       — Значит, воспоминания всё ещё не вспыхнули, мисс?       Тёмный силуэт сложил руки за головой, продолжая вести беседу.       — А должны? Не Вы ли ведёте меня по этому пути, где всё, что я вижу, заставляет ощущать жестокость, что окутывала всю мою жизнь? — Я перевела взор на исцарапанный угол, чьи обои были сорваны, обнажив бетонную стену. Я увидела мираж совсем маленькой девочки, которая, забившись в отчаянии, роняла там слёзы. — Это старое пристанище, верно, связано с моей ранней юностью, не так ли? Я жила здесь прежде?       Подойдя к дивану, я смотрела сверху вниз на лежавшее чудовище. Конечно, его облик не соответствовал ощущениям, которые передавала его энергетика. Весь его образ являлся обманом. Мне казалось, я впервые засмотрелась на его лицо, размышляя о противоречивости.       — Где бы Вы ни были, в каком бы мире не находились, а образ этого места будет манить Вас вечно, мисс. Вы правы, это место связано с Вами самой судьбой.       Он говорил, но его глаза были закрыты. Казалось, что он дремал и рассуждал во сне.       — И почему же? Эта квартира так дорога мне?       Чёрный дух повернулся на бок.       — Когда-то Вы засыпали на этом диване с мыслями о бренности своего существования, мисс.       Его ладонь ласково провела по потертой ткани. Тогда я, отрицая все непристойные фантазии, невольно притронулась к шторе, что закрывала окно. Но господин Дарк тут же схватил меня за запястье, пресёкши мои действия.       — Вы жаждите раскрыть слишком много тайн. Но, однако, Ваша непослушность не знает границ, мисс. — Его голос обуяла злоба. — Вы самонадеянная и упрямая особа, которая всегда считала, что роль спасителя лежит на Ваших плечах. Не разобравшись и не подумав, Вы врывались в битву с самой смертью. А теперь и вовсе стоите у порога забвения. Вы так безрассудны!       Сильно сжав мою руку, он не отпускал её. Должно быть, тёмный спутник распознал мои помыслы, прочитав их.       — Как давно Вы знакомы со мной, господин Дарк? — Насупившись, мои щёки горели разочарованием. — Всегда ли Вы ненавидели меня? Прежде Вы не утверждали, что наша ненависть была взаимной...       Мрачный спутник поразмыслил.       — Людская ненависть отличается от ненависти чёрных душ. Я не могу с честностью сказать, что Вы не пробуждали во мне отчаянной злости от своих глупых и нелепых поступков. Но моя ненависть к Вам была направлена не из личных мотивов. Я скорее одинаково презирал действия всего человеческого рода.       Будто очарованная его взглядом и размеренным рассуждением, я посчитала его слова искренними.       — Мне невозможно не верить в данный момент, мисс? Это довольно забавно!       Вновь читая мои мысли, он рассмеялся, чем навлек мой хмурый взгляд. Но господин Дарк настолько привык к моей ненависти, что считал её обыденностью. Мне нечем было задеть его чувства, у него их не было. Чёрный дух представлял из себя бессердечное существо без сожалений и сочувствий к кому-либо. Однако моя кисть всё ещё сжимала ткань плотной шторы.       — Не взирая на страх, Вы всё ещё хотите посмотреть в лицо своего прошлого, мисс? Отдернув эту штору, Вам не повернуть назад. Но, быть может, это заставит Вас вспомнить, что так истязало душу.       Всё ещё сжимая моё запястье, он, быть может, невольно ослабил хватку и взял мою ладонь. Отринув отдых, он поднялся и, вздохнув, распахнул штору.       Я увидела бесконечную Тьму, мерцавшую вместо небосвода. И разум заполнился ужасом.       — Взглянув в окно, Вы увидите давно забытые кошмары, что преследовали в далёкой юности. Убегая тогда, позади Вы чувствовали погоню, но погоню не душ стражей, а некой негативной силы, скоплению Тьмы, которая преследовала Вас некогда в каждом сновидении.       Внизу вырисовывались очертания прежде знакомого двора. Но ночь изменила его сущность. Земля была покрыта могилами и крестами. Вокруг блуждали мертвецы, которые желали с упоением сожрать мою душу. Так мне говорил господин Дарк. Своим шёпотом он усиливал мой страх, тем самым, наслаждаясь зрелищем. Ему нравилось смотреть, как я утопала в собственном кошмаре.       Скопление Тьмы следовало по пятам, подбираясь всё ближе и ближе, обволакивая здание чёрной жидкостью. Даже обычные люди с вилами и факелами гневно жаждали ворваться в опустелое пристанище, хранилище всех моих страхов. Все они бились друг с другом. Небо покрывалось мерцавшими чёрными звёздами, что заполонили собой свет.       Позади раздался грохот. Дрожь окутала с ног до головы. Вновь сковывал неподъемными цепями страх. Пытало неподвластное чувство. И я неосознанно цеплялась за руку чёрного духа, забываясь в ужасе.       — Мисс, Вы ведь помните мои слова о зеркалах? Зеркало служит порталом в кошмары Вашей души.       Грохот становился всё звонче и отчётливее. Улыбка господина Дарка — безумнее. Я буквально онемела от пронизывавшего всё моё тело страха и осознания невозможности этому противостоять и бороться. Гром был подобен шагам, что медленно приближались из самого дальнего угла жилища. Словно это намеренно пугало меня.       — Должно быть, самый главный ужас Вашего детства явился за Вами. Он не смог заполучить Вашу душу тогда, и он вернулся, дабы взять то, что не забрал в прошлом.       Дверь комнаты словно распахнулась ветром, но за ней никого не было. Мне показалось так на первый взгляд. Присмотревшись, я заметила открытую дверь дальней комнаты, что располагалась напротив. Вдали из её угла стало приближаться некое обезображенное существо. Его вид был вовсе нечеловеческим. Я замерла, дрожа от неподвластного страха. Чем ближе тот монстр приближался, тем чудовищнее становился его облик. Огромный распухший силуэт не позволял ему быстро передвигаться. Он состоял не из органического материала, его тело было покрыто сшитыми между собой тканями. В различных частях туловища и головы располагались пуговицы. Огромная тряпичная кукла была словно живой и проклятой. Пуговицы, что служили глазами, двигались подобно настоящим. Из швов сочилась чёрная жидкость, похожая на кровь. Чудовище пыталось поймать мой затвердевший взгляд. Я не могла сдвинуться с места. Руки дрожали.       Когда он перешёл порог той комнаты, где стояла я, мой страх достиг своего апогея. Веки закрывались, чтобы открыться в другом мире. Но я не могла спастись. Чудовищный облик лишал всех мыслей, я теряла рассудок. По спине провела лёгким жестом рука.       — Вы хотели бы, чтоб я спас Вас, мисс?       Слова проникли в меня слабым шёпотом. Но меня окутало безразличие и безумие. Я разрывала цепи страха. Но силы покидали. Стиснув зубы, я вырвала кинжал из ножен чёрного духа и бросила в тряпичное чучело. Лезвие разорвало ткани в области туловища, и по комнате расплескалась вязкая грязь. Брызги покрыли стены, чёрного духа и меня. Пуговицы глаз завертелись, и чудовище издало мерзкий вопль. Тогда комнату озарил яркий свет. Когда господин Дарк вышел вперёд к монстру и протянул руку вперёд, подобие огромной ужасавшей куклы загорелось черным пламенем. Оно выло от боли. Тогда тёмный спутник взял меня за руку и повёл за собой, не оборачиваясь.       — Я который раз не смогла совладать со своим страхом, господин Дарк...       Я чувствовала, как по моим щекам текли слёзы от ужаса. И мне не под силу их остановить. Я была слишком слаба и бессильна. Этот мир беспощадно давил своей несокрушимой жестокостью.       — Здесь осталось много закрытых комнат. Но свои тайны они поведают Вам позже, мисс.       Всё, что было позади, заполняли чернота и мрак. Туда уже нельзя возвратиться. Он был прав.       Пробежав мимо гостиной, господин Дарк последовал на балкон. С этой стороны квартиры был уже рассвет. Его атмосфера вселяла некую надежду на спасение. Не раздумывая, тёмный спутник выпрыгнул из окна, потянув и меня. Это необычное чувство было подобно мимолётному полёту.       Из обрывков воспоминаний я видела впереди и по сторонам оживленные улицы, гулявших людей. Мы бежали по тротуару, словно врезаясь в толпы. Но в один миг подул сильный ветер, и всё живое, что я видела, внезапно погибло у меня на глазах. Тем ветром было время, что сдуло минувшие когда-то дни. Я гуляла там прежде, любуясь городскими пейзажами. Самые светлые дни и моменты без боя покорились неумолимому бегу времени. Перед ним всё становилось невластным и покорившимся.       Но я не могла просто забыть своё прошлое. Оборачиваясь назад, я всё ещё видела те оживлённые улицы. А впереди их опустошали падавшие осенние листья, что прятали в себе тоску и скорбь. Небо хмурилось. Облака заслоняли собой свет утреннего солнца. Господин Дарк держал меня за руку. Следом гнались чёрные призраки моих кошмаров.