Неси мне свет

С разочарованным вздохом я в очередной раз закрыла дневник матери. Наверное, это отчаяние, искать ответы в до боли изученных строчках? Рука вновь зазудела. С того вечера я толком ничего не помню. Сон забрал какие-либо воспоминания, оставив в памяти лишь смутные образы и чувство стыда. Но всё же было что-то светлое в небольшой амнезии — мы с Брелиной начали общаться. В комнату ещё не попадал солнечный свет, и каменые стены лёгкой дымкой освещались ядовитыми колокольчиками эльфийки. Брелина проснулась самой первой. Ей важно было успеть собраться к сегодняшниму распределению. Я же, лежа в кровати, до последнего оттягивала этот момент сборов. Мне итог был понятен. «С Толфдиром встречи так и не случилось… похоже, меня ждёт школа восстановления и извечные издевки меров…» — в последний раз потянувшись, я спрятала дневник под подушку. — Онмунд вчера так и не зашёл к тебе? Ты всё-таки все выходные провела в комнате… — закалывая пучок спросила Брелина. — Нет. Если и другие девочки видели мои уши, то это уже давно известно всей школе, а ты знаешь его отношение к мерам. Теперь он будет избегать меня. — Пусть. Если его предрассудки сильнее, значит, он действительно идиот. — алые глаза уставились на меня, строгие, но поддерживающие. — Не думай об этом сегодня. Её внимание заставило меня смутиться. По тому, как она резко отвернулась я поняла — и её тоже. Больше мы не смотрели друг на друга, нарочито быстро занимаясь сторонними от нашего разговора делами. Я заглянула в своё медное зеркальце. В коллегии моим извечным спутником стали небольшие синячки под глазами. Неважно, много я сплю или нет — здесь просто невозможно отдохнуть как надо. Хотя должна признаться, сейчас атмосфера будто бы поменялась. Не знаю, что случилось за выходные, но я очень рада, что больше не чувствую тяжёлой энергии призрачных существ. Распределение проходило у зала Стихий. Студенты, укутанные в меховые шубы, слегка дрожали от морозного, утреннего ветра. Я и сама проклинала традицию коллегии проводить распределение на улице. Даже в ботинках кончики пальцев немели от холода. Вскоре все преподаватели стояли перед колыхающейся толпой. Отсутствовал разве что Толфдир, может, он подойдёт позже? Архимаг кивнул на удивление не такому мрачному Советнику и тот, произнеся странное заклинание, выстроил магический купол, что укрыл нас от нападков непогоды. Студенты роем облегченно вздохнули. Кто-то удивлённо смотрел на альтмера, кто-то перешептывался. Даже Брелина поддалась соблазну: — Такая магия доступна только членам Доминиона. «Только Доминиону?.. Интересно, это заклинание требует настолько мало маны или…» — я сильнее сжала край тёплой накидки. — »…с советника сняли все ограничения?» Подкрепляя мои мысли, альтмер с лёгкой ухмылкой сжал подрагивающие кисти рук, пряча их за спиной. Его упоение собственными силами было видно каждому. — Дорогие студенты Коллегии, я рад видеть всех вас на долгожданном распределении. Этот момент помнит каждый стоящий здесь… Я чувствую волнение, которое испытывает пепел, — он посмотрел на нашу группу и по отцовски улыбнулся. — Запомните, нет ни плохой, ни хорошей школы магии, поэтому несмотря на результат, гордитесь, что вы наконец-то станете полноправными учениками Коллегии! Студенты воодушевленно захлопали. Особый интерес к распределению проявляли студенты альтмеры. Они перешептывались и хихикали, поглядывая в нашу сторону. — Но перед распределением я бы хотел озвучить другие новости. — Архимаг прочистил горло. — Время не щадат никого, в особенности людей. Наш всемилюбимый профессор Толфдир, к сожалению, сейчас находится слишком близко к этериусу, чем мы с вами. Однако Коллегия надеется на его скорое выздоровление… Повисла напряжённая тишина. Ученики один за другим склонили головы, приложив правую руку к левому плечу. Норды и бретонцы, кажется, были не довольны, что Архимаг выделил их расы в таком ключе. Меня же укололо неприятное чувство не из-за этого. Похоже, Толфдир просто физически не мог принять меня на выходных… Да и метка, которую я бы получила за дополнительный урок от него, навряд ли бы сильно помогла мне в распределении… «Может, так всё и должно было случиться?» — из раздумий меня вывела следующая новость директора: — Заминить профессора согласился наш советник, Анкано. — альтмер криво улыбнулся. — Школа иллюзии теперь будет изучаться под его руководством, и я надеюсь на вашу благодарность. На последнем слове Архимаг понизил голос. Ученики сдержанно похлопали новому педагогу. И я тоже, старательно контролируя дрожь в руках. «Только не это… А что если… Может…может, мои уши действительно «подарок» предков и волноваться мне нужно только из-за провокационных записях в дневнике моей матери? Слишком много «может» за последнее время…» Директор ждал, что советник произнесет речь, которая успокоит взволнованых учеников, но альтмер воздержался от каких либо слов, и Архимаг, заминая ситуацию, начал распределение. Проходило оно просто: нам всего лишь нужно было подойти к фокусной точке, протянув магическому потоку свою руку. Если луч менял свой цвет на красный — ученик причислялся к изучению школы разрушения. Фиолетовый означал колдовство, жёлтый восстановление, голубой иллюзию. И хоть коллегия по словам учителей больше не преподаёт школу изменения, мне было интересно, найдётся ли среди нас одаренный в этой ветви магии. Так, каждый из нашей группы по очереди подходил к фокусной точке. Из всех талантов Брелины особенно выделилось колдовство. Ученики этой школы поприветствовали новую ученицу аплодисментами. Братьев лесных эльфов магический поток определил в школу разрушения, Дж'зарго тоже. Их встретили радостным смехом и улюлюканьем. Аргонианку определили в школу восстановления, что само собой вызвало противные смешки меров. Однако ученики этой школы оставались равнодушны и, кажется, были рады видеть в своих рядах новенькую. Остались только мы с Онмундом. Мне не хотелось пересекаться с ним даже взглядом, и я собиралась идти к фокусной точке первой, но он, слегка толкнув меня плечом назад, пошёл вперёд. Его рука, точно клинок, прорезала магический поток, окрашивая луч в насыщенный голубой цвет. Все кругом замолчали, и только голос Архимага стрелой пробил тишину: — Иллюзия! Я не знаю, кто скривился больше — меры, что чудесным образом образовали группу из себе подобных в школе иллюзии, или Онмунд, который теперь будет учиться с ними? Более того, учиться магии придётся не у Толфдира, а у него. Я поежилась. С напряжением в теле, норд встал недалеко от своей новой группы. «Я. Теперь нужно идти мне…» — с этими мыслями я подошла к каменому бортику «колодца». Находясь настолько близко к фокусной точке, было слышно, как искря переливается мана, струящияся ввысь. Странно, но в этот миг меня окатило чувство невероятного спокойствия. Нужно ли боятся той магии, что течёт во мне? В конце концов, школа восстановления поможет мне выстроить границы с неприятными личностями… И пускай все смеются за спиной. В моем то положении, что плохого в маске дурнушки? Громко выдохнув, я пустила свою руку под белоснежный поток… «БООЛЬ… ТЫ ЧУВСТВУЕШЬ НАШУ БООЛЬ?» — замогильный голос ударил в коробку черепа из ниоткуда. Сквозь мои пальцы успели сорваться лишь пару жёлтых искор, прежде чем голубой поток с ещё большим напором врезался в защитный купол. Крики. Кричали вокруг, или только в моей голове? Вены поднятой руки бурлили, и я вспомнила. Вспомнила тот вечер, книгу, её голос: «Я хочу, чтобы ты несла мою волю в вашем мире. Хочу, чтобы ты явилась ко мне на поклон, когда твоё время придёт…» Я выдернула из потока руку. В ушах звенело. Лица вокруг слились в сплошную, мутную массу. — Иллюзия! — вынес вердикт Архимаг. Я оперлась о холодные камни перед собой. Мирабелла, стоявшая неподалёку, настойчиво взяв меня за плечи повела к Онмунду. — Всё нормально? — еле слышно спросила бретонка, на что я неуверенно кивнула. Не отпуская руку, она осталась стоять подле меня. Голова кружилась, но крепкая поддержка женщины помогла чувствовать себя лучше. Архимаг продолжил свою речь, завершая распределение. — Это точно какая-то ошибка! Норд и перевертыш в нашей группе, как мило… — выплюнув эти слова достаточно громко, чтобы мы услышали, золотоволосая альтмерша продолжила шептаться с парнями, к которым не так давно мне не посчастливилось ворваться в комнату… Сердце стучало в ушах. Затравлено я посмотрела на советника. К моему ужасу, его взгляд так же был направлен на меня. Мирабелла, заметив это, больно дёрнула мой рукав. Я поняла её жест и тут же отвернулась, уставившись куда-то в небо. Облока, серые и тяжёлые, быстро плыли по небу, огибая каменную фигуру принцессы дня и ночи...