Цветение орхидей

По всей комнате раздавались сдавленные хрипы, а пальцы человека, которого столь бесцеремонно схватили за горло, сжимали нижние полы его одеяния. Искаженное гримасой ужаса лицо прикрывали черные волосы мужчины. Он пытался позвать на помощь, но даже если бы ему это удалось, никто бы ни пришел. Стража, что караулила у покоев Его Величества, была повержена, стоило только нападающему взмахнуть мечом. — Кх-кх… Акх… — лицо императора уже порядком потемнело, а глаза начали закатываться. — После всего того, что ты делал с неповинным людьми, именно такого конца ты и заслуживаешь. Надеюсь, это представление утолит твою скуку! — старший сын императора громко посмеивался, произнося эти слова. Он уже давно решил, что именно такого конца заслуживает тиран, которого назвать своим отцом у мужчины даже язык не поворачивался. — Те, кто убивают ради удовольствия, прикрываясь властью и правосудием, не заслуживают не только спокойной жизни, но и спокойной смерти! — с этой мыслью мужчина завершил начатое. Вскрики и хрипы прекратились. Император больше не пытался вдохнуть. *** — Честно говоря, даже немного жаль, что его придется убить. Он настолько жалок и слаб, что убить его — задача проще некуда, так что я доверю ее тебе. После сможешь разделаться с его слугой, что так унизил тебя во время выбора телохранителя для моего младшего братца, если пожелаешь, конечно. — Можете быть уверены, с этой работой я справлюсь лучше кого угодно, — глаза юноши холодно блеснули при мысли о расправе. — Ну, я надеюсь. Все остальные детали ты знаешь, действуй. — Как пожелает господин. *** Всё-таки сон принца был не настолько крепким. Столь напряжённое противостояние и звук ударов железных мечей не могли не разбудить Его Высочество, так что спустя пару минут битвы двух юнош он все же начал просыпаться. Наконец глаза сфокусировались, и он понял, что происходит в его покоях. Его охватил страх, что сковывал конечности и заставлял дыхание замедлиться. Неужели всё повторяется? Его телохранитель защищает его, рискуя своей жизнью, а он даже ничего сделать не может. Неужели из-за него снова суждено погибнуть человеку, что стал ему дорог? Неужели ему правда следовало умереть ещё тогда? Или, может быть, не следовало рождаться вовсе? Из столь гнетущих мыслей его выводит падение одного из сражающихся юношей. В темноте комнаты принц старается разглядеть, кто же это. Возможно ли, что Чэн Цянь?.. Как тут с губ юноши, который сейчас явно находился в более выигрышном положении, уложив соперника на лопатки и приставив к его горлу меч, сорвалось удивлённое: — Хань Юань?.. «Слава богам!» — подумал Янь Чжэнмин. — Значит, дела Чэн Цяня не так плохи, как у его соперника. Но подождите. Хань Юань? Звучит знакомо. Разве это не тот юноша, что проиграл в битве за должность его телохранителя? Неужели он изначально представлял такую опасность?! — Какого черта?! Что ты творишь? — Прошу прощения, что помешал тебе уединиться с твоей ненаглядной принцессой. Хотя, знаешь, мне ни капли не жаль. Убьешь меня за это? О великий и непревзойденный Чэн Цянь! Ты ведь у нас самый сильный и умный, все мы никто, по сравнению с тобой! — смеясь, сказал Хань Юань. — Что ты несёшь? О чем ты? — удивлённо спросил Чэн Цянь. Воспользовавшись секундной потерей концентрации юноши, Хань Юань оттолкнул его и вновь бросился на Чэн Цяня, желая как можно быстрее покончить со всем этим. Битва продолжалась, а Янь Чжэнмин молча наблюдал. И вот Хань Юань стоит спиной к принцу, не ожидая нападения, ведь, по словам его старшего брата, тот и поесть без слуг не может. «Идеальный момент», — проносится молнией в мыслях Янь Чжэнмина, и он хватает стоящую на тумбе возле кровати расписную вазу, со всей силы ударяя ей о голову Хань Юаня. Раздается звон разбитой керамики, и все замолкает. Чэн Цянь ошарашенно смотрит на Янь Чжэнмина, а тот лишь думает о том, что наконец-то смог сделать хоть что-то собственными руками. Он не стоял, молча наблюдая за происходящим, как декорация, а наконец начал действовать. К тому же тот факт, что тем самым он защитил дорогого человека, радовал его ещё больше. Но такой привилегии, как время, у них уже не было, неизвестно, как скоро к ним вновь ворвутся с целью убийства, так что действовать нужно было незамедлительно. Первым от шока оправился Чэн Цянь и, схватив принца за руку, потащил его к выходу, на ходу хватая обувь юноши. — Куда мы бежим? — обеспокоенно сказал Янь Чжэнмин. — В конюшню. Возьмём лошадь и уедем как можно быстрее. — Стой! — сказал принц и остановился. — Я не могу просто сбежать, а как же Хань Тань и наложница Вэй? Я не могу их бросить. Чэн Цянь какое-то время смотрел на Янь Чжэнмина, думая, что ему ответить, как вдруг почуял запах дыма. Янь Чжэнмин тоже его почувствовал и воскликнул: — Да что же тут творится! — выкрикнул принц, подойдя к раскрытому окну. Несколько построек полыхали. Янь Чжэнмин, перепуганный этими обстоятельствами, схватил Чэн Цяня за кисть и рванул из покоев, направляясь в сторону покоев наложницы Вэй. Стоило им оказаться на улице, как им открылась ужасающая картина. Если ад и существовал, то сейчас он был именно здесь! Огонь перекидывался с одних покоев на другие, и даже «Страна нежности» уже частично была охвачена огнём. Повсюду носились имперские солдаты. Они дрались с поджигателями, тушили пожары, а некоторые уже лежали на земле не шевелясь. Теперь уже Чэн Цянь схватил потрясенного этой картиной Янь Чжэнмина за руку и рванул в сторону императорских садов. — Там можно обойти всё это кровопролитие, — Чэн Цянь уже на ходу решал, куда пойти, чтобы остаться незамеченными. Огибая горящую беседку, юноши убедились, что покои, восточная сторона которых была охвачена пламенем, никто больше не стережёт, Чэн Цянь на ходу выкрикнул Янь Чжэнмину: — Не отставай от меня ни на шаг! Тогда я смогу защитить тебя, как и обещал! — юноша выбил дверь и побежал вверх по лестнице, таща за собой принца. — Тётушка Вэй! Хань Тань! — наследный принц орал во всё горло, подбегая к их покоям. На потолок этой части здания уже перешло пламя и опускалось по стенам, усложняя дыхание. За треском дерева не сразу удалось разобрать шаги. — Мин-эр! — женщина, что выбежала из одной из последних комнат в этой части здания, вела Хань Тань перед собой. — Тётушка Вэй! Бегите скорее сюда! — Янь Чжэнмин был готов расплакаться от того, что с ними всё хорошо. Сравнявшись, они побежали к лестнице. Однако когда до неё оставалась буквально пара шагов, из-за угла выскочил мужчина, чья одежда была перепачкана гарью и кровью. Чэн Цянь выхватил меч, и они сцепились в драке. Янь Чжэнмин и наложница Вэй отошли от них, а Хань Тань вцепилась в полы одеяния старшего брата. Меч Чэн Цяня умело отражал удары и наносил свои. Сталь их оружия звенела, соприкасаясь, и, казалось, полыхала, отражая огонь, что окутывал стены. Несмотря на напор оппонента, последний удар был за Чэн Цянем. Втыкая в грудь противника меч и ударом ноги впечатывая его в ближайшую стену, от которой еле успели отбежать принц с наложницей и её дочерью, он нанёс последний удар в область шеи. К тому моменту, как мужчина был повержен, потолок и деревянные балки, что его удерживали, уже сдавали позиции под влиянием стихии. А после того, как в стену с одной из них впечатали тело, дерево начало сыпаться, и в конце концов потолок не выдержал. Наложница Вэй, которая в этой суматохе раньше всех среагировала на звук, подняла глаза, чтобы увидеть горящий потолок, что уже падал им на головы. Молниеносно среагировав, она оттолкнула Хань Тань, что стояла рядом, в сторону наследного принца, который в тот момент уже успел подбежать к Чэн Цяню, чтобы узнать, не ранен ли он. Янь Чжэнмин стоял к наложнице спиной, поэтому среагировать не мог, но Чэн Цянь, глаза которого от этой картины стали размером с монету, схватив летящую в его сторону Хань Тань и Янь Чжэнмина под руку, поспешно начал спуск с лестницы. До наследного принца не сразу дошло, что происходит, он успел расслышать только звук падения чего-то тяжёлого. — Тетушка! — крикнул Янь Чжэнмин и бросился в сторону огня в надежде спасти уже мертвую женщину. Но огонь не позволял юноше и на шаг приблизиться к цели. Чэн Цянь больше не мог смотреть на попытки принца побороть огонь, да и времени у них оставалось немного, девочка на его руках уже потеряла сознание из-за дыма. Он схватил Янь Чжэнмина за плечо и, развернув, посмотрел тому в глаза, на которых уже проступали слезы, и громко сказал: — Хватит! Мы уже не можем ей помочь, но ты же обещал, что защитишь ее дочь. Мы должны уходить, пока нас также не погребли под горящим потолком! — после этих слов Чэн Цянь схватил принца за руку и потащил к выходу. К счастью, с новыми препятствиями по дороге они не столкнулись. Втроём они побежали в сторону конюшни, и Чэн Цянь на бегу крикнул: — А как же Ли Юнь? Разве мы не должны и его забрать? — За него не беспокойся, он умный, сам разберётся, как сбежать отсюда. Да и потом, сомневаюсь, что им есть дело до слуг. Посадив принца на коня и перекинув на него же Хань Тань, Чэн Цянь залез на другого жеребца, и они неспешно поскакали к главному выходу из дворца. Нападавших было не так много, поэтому Чэн Цянь, надеясь на силу императорской стражи, направился прямиком через ворота. Но он никак не ожидал, что у ворот окажется целая засада. Выпрыгнув кто откуда, трое мужчин атаковали лошадь телохранителя, что скакал впереди. Один из мужчин подстрелил его лошадь, отчего та свалилась на скаку. — Чэн Цянь! — и без того перепуганный, принц не знал, что ему делать. Стоит ли остановиться? Чэн Цяню удалось спрыгнуть. Выхватив свой меч, он стал отражать атаки вражеского оружия. — Янь Чжэнмин! Убирайся отсюда скорее! — юноша орал так громко, как только позволяло его горло. Наследный принц, скрепя сердцем ударил по вожжам. Так Чэн Цянь мог сосредоточиться на драке. Лезвие его меча создавало ужасающий напор, под которым враги падали замертво. В голове юноши ещё крутились мысли о предательстве Хань Юаня и о ужасной гибели ни в чем неповинной женщины. Он крепче схватился за рукоять меча. Несколько ударов, и один из мужчин уже валялся мёртвым, а второй поспешно уносил ноги. Измотанный битвой Чэн Цянь не стал его догонять. Только он хотел выйти за ворота, как в его левое плечо прилетела стрела. За время его сражения третий мужчина успел скрыться за одним из домов и атаковал его. Решив, что на этом его работа сделана, он поспешил удалиться. Чэн Цянь упал на одно колено, придерживая больное плечо рукой. Он должен идти. Люди, что нуждаются в его помощи, ждут его. Чэн Цянь поднялся и пошёл вперёд. Только он вышел за пределы дворца, как к нему подскочил чёрный конь. На коне сидел наследный принц, у которого под рукой лежала девочка. Увидев, что творится с его телохранителем, юноша поспешил спешиться. — Чэн Цянь! Что с тобой? Тебя ранили? — держа на руках девочку и подбегая к юноше, обеспокоенно сказал Янь Чжэнмин. — Я в порядке, мы должны идти, — сказал юноша, сжимая кулаки от боли. Он не хотел, чтобы принц беспокоился, хотя стрела ему сильно в этом мешала. — У тебя стрела в плече, как ты можешь быть в порядке! — Мы должны уходить, у нас нет времени на разборки! Янь Чжэнмин ничего не ответил, лишь резко развернулся к своему коню. — Давай я понесу её? — Чэн Цянь даже сейчас беспокоился о физическом состоянии Янь Чжэнмина. — Ты совсем кретин?! — принц совсем не старался сдержать гнев. — Ты думаешь, что в твоём состоянии это хорошее решение? Я не настолько наглый, чтобы приказывать тебе такое, и не настолько бесполезен, чтобы даже пару метров её не пронести! Хм! — Ну, сомневаюсь, что ты теперь вообще что-то сможешь мне приказывать, хах, — Чэн Цяня позабавил его ответ, и он попытался хоть немного расслабить Янь Чжэнмина. Тот же ничего не ответил. Они забрались на коня и неспешно поскакали в безопасное место. Когда они подъезжали к лесу, в котором находилась старая хижина, где они и планировали остановиться на сегодня, Хань Тань начала приходить в себя. Она приподняла голову и еле шевеля губами спросила: — Гэгэ? Где мы? Янь Чжэнмин резко повернул голову в её сторону и прижал девочку ближе к себе. — Хань Тань! Ты меня жуть как напугала! Больше не смей падать в обморок! — после столь невыполнимого требования девочка улыбнулась. — То место, куда мы едем, там безопасно. — А мама?.. — Хань Тань не видела, что произошло с наложницей Вэй, но она слышала крики Янь Чжэнмина. — Где она? Наследный принц не нашёлся что ответить девочке. Вспоминая произошедшее, он сам еле сдерживал слезы, а как он должен сказать об этом ей? — Наложница Вэй… Тётушки Вэй больше нет с нами… — юноше было страшно смотреть в глаза девочки, но, понимая, как она сейчас нуждается в его поддержке, он пересилил себя. Её глаза были мокрыми. Она плакала, и пустой взгляд её был устремлён в никуда. Девочка молча сжала руку Янь Чжэнмина в своей маленькой ладошке. Теперь они плакали вместе. Даже Чэн Цяню, что был мало знаком с той женщиной и её дочерью, было тяжело. Атмосфера давила на всех. Когда они добрались до хижины, Хань Тань снова заснула, а Янь Чжэнмин и Чэн Цянь молча слезли с лошади и вошли внутрь, уложив девочку на верхнее одеяние принца. Здесь, где не слишком далеко от окраины города, им предстоит пожить какое-то время, надеясь, что со временем атмосфера в стенах дома улучшится. Девочка спала, а двое юношей сидели на крыльце перед входом в дом. — Ты же делал это не из-за того дурацкого обещания? — сказал Янь Чжэнмин, будучи не в силах поднять взгляд на человека рядом. — Что? Неужели ты решил, что я настолько сентиментален. Я бы не стал рисковать своей жизнью из-за этого. Я рисковал ей из-за тебя, я люблю тебя, — без колебаний, так, как будто это само собой разумеющееся, ответил Чэн Цянь, смотря на Янь Чжэнмина. Он осторожно приобнял его за плечи и положил его голову себе на плечо. — Я тоже люблю тебя, — после долгого молчания тихо сказал Янь Чжэнмин.