Буревестник

Так прошло две недели. Новоиспеченные старосты школы почти не пересекались. Лишь изредко взгляд Гермионы, которая выходила из комнаты, мог зацепиться за высокую фигуру в темном облачении, растаявшую в дверном проеме общей гостиной. Она уходила, он приходил. Первую неделю у них не было совместных занятий, а Малфой постоянно пропадал на тренировках. Он изменился. Гриффиндорка всегда была внимательна к деталям, и столь очевидные перемены не могли остаться незамеченными. Он всегда был холоден. Но если раньше от него веяло надменностью и раздутым эго, то теперь он словно пребывал в прострации. Не осталось ни следа от прежнего бахвальства. Нет, Малфой, конечно, смотрел на всех свысока, а собравшиеся за слизеринским столом Большого зала заглядывали ему в рот. Но это было не напускное. Оставшись тем, кем был с самого рождения, Малфой все же растерял те маски, с помощью которых хотел (должен был) казаться лучше. Его отрешенный взгляд не выражал ничего. Было что-то еще, что никак не поддавалось анализу. – Куда ты все время смотришь, Гермиона? – Высокий голос Рона вернул девушку к реальности, – у тебя с хорьком неприятности? – Нет никаких неприятностей, Рональд. Мы с ним даже не пересекаемся. Просто… Рано или поздно их относительно мирное сосуществование должно было закончиться. В среду МакГонагалл хотела видеть старост на общем собрании. Эта новость испортила настроение с самого утра, о чем девушка и поведала друзьям. – Ты не жалеешь? Ну, о том, что стала старостой. – Чепуха! Все, о чем я жалею, это то, что кому-то хватило наглости вернуться в Хогвартс. – Но Гермиона, Малфой ведь тоже внес свой вклад в победу. Он кинул мне палочку… – Палочку, да, я помню. Ты его уже выгораживаешь, Гарри? – Нет, я просто хочу сказать, – Поттер нервно прокашлялся, – сказать, что возможно он не так уж и плох. У всех должно быть право быть прощенным. Гермиона непонимающе уставилась на друга. – Просто я… знаешь, мне просто кажется, что я устал от этой вечной вражды. Главное зло повержено и теперь не надо думать, о том, кто на чьей стороне. Если мы положили конец войне, то пора научиться жить в мире. – Хм, возможно ты прав! Я обязательно поразмыслю об этом на собрании старост, где мне предстоит узнать еще очень много нового, я уверена. Гарри виновато уставился в тарелку с недоеденным беконом. Он никак не хотел сильнее разозлить и без того взвинченную подругу. Последний урок пролетел незаметно. Лекция по трансфигурации еще никогда не заканчивалась настолько быстро. Возможно потому, что меньше всего на свете Гермиона хотела, чтобы она заканчивалась. С той ошеломительной встречи в Башне Старост прошло две недели и с тех пор она ни разу не оставалась с Малфоем в одном помещении. Это если не считать, что их комнаты разделяла всего лишь одна маленькая смежная ванная. Гермиона так нервничала, что как только прозвенел звонок, она подскочила как ошпаренная. Застежка сумки никак не хотела закрываться, а свитки валились на пол. Девушка знаком показала друзьям, чтоб не ждали ее. На сегодня их пути все равно расходились. Провозившись со злосчастной сумкой дольше, чем рассчитывала, гриффиндорка не заметила, как осталась в классе одна. У нее оставалось десять минут, чтобы привести себя в порядок до собрания. Благо женский туалет находился на этом же этаже. День не мог стать еще более неудачным, пока она не распахнула дверь кабинета и не врезалась в чью-то фигуру. – Господи, Малфой, не мог бы ты соблюдать хоть немного личные границы! – Это ты в меня врезалась, овца! – Что ты тут делаешь? Собрание старост в другой стороне или ты как всегда решил забить? – Я оставил здесь перо и если ты дашь мне пройти и забрать его, я буду на седьмом небе от счастья. – Я думала у тебя достаточно денег, чтобы обеспечить себя запасными перьями, – лицо девушки начало покрываться красными пятнами. «К чему вообще эта полемика?», пронеслось в голове. Устремив на него свой лучший уничижительный взгляд, она вдруг поняла, что от нее так стремительно ускользало. Малфой не только вел себя иначе, он и выглядел иначе. Его радужки, словно затянувшиеся тонким слоем серого льда, предвещали бурю, но под глазами залегли синяки. Они выделялись на его бледной, землистого оттенка коже, темно-фиолетовыми мазками. Тонкие черты лица уже не были как у подростка. На нее смотрел уставший молодой человек и лишь глаза его горели ледяным пламенем. Малфой повзрослел. Он вытянулся, плечи стали шире. Гермионе было некомфортно, ведь он был на голову выше и ей никак не удавалось посмотреть на него как на жалкое пресмыкающееся. – Проваливай с дороги, гряз.., – Малфой запнулся на полуслове и, видимо, не желая показывать свое замешательство, оттолкнул ее плечом, устремившись вглубь класса. До Гермионы донесся запах драконьей кожи и кориандра. Она моргнула, пытаясь переварить все, что увидела и услышала. – И поторапливайся, собрание через десять минут. Не хочу оправдываться перед твоей обожаемой старухой, где застряла эта клуша, – Малфой умчался также быстро, как и появился. Второй раз с начала года после встречи с ним гриффиндорка оставалась полностью ошеломленной и безоружной стоять посередине комнаты. Да сколько можно?! Негодуя про себя, она вышла из класса. Собрание вот-вот должно было начаться, и у нее оставалось немного времени, чтобы освежиться. Женский туалет был заполнен ученицами со всех факультетов. Галстуки разных цветов пестрили, сливаясь в одно пятно. Гермиона подошла к раковине и зачерпнула воды. Устало вздохнув, девушка оперлась руками о края умывальника и посмотрела на свое отражение. Все в порядке – было, есть и будет. Гермиона была на седьмом небе от счастья, когда ей прислали значок старосты. Она так долго к этому шла и никакой Малфой не омрачит эту радость! – Драко Малфой, – слух уловил чей-то шепот и сдавленное хихиканье. Гермиона сконфуженно оглянулась. У ряда умывальников стайка девушек на два курса младше что-то увлеченно обсуждала, — вы видели его? Я специально приходила на тренировки Слизерина, чтобы посмотреть. Нет, ну вы видели эти мускулы? – Я согласна с Линдой, я думаю, я бы дала ему второе место среди всех парней нашей школы. – А кто тогда на первом? – Что скажете о Тео Нотте? Гермиона едва не клацнула зубами. Малфой в Башне Старост, Малфой в женском туалете, Малфой в голове и на собрании у МакГонагалл! До «долгожданной» встречи оставалось не более пяти минут, и ничего не оставалось кроме как поплестись в аудиторию, смерив перед выходом расшумевшихся девушек строгим взглядом.

***

Чего еще можно было ожидать от сборища этих кретинов? Старухе МакГонагалл лишь бы промыть мозги. Она точно издевалась. Патрулирование три раза в неделю в компании Грейнджер! Это же именно то, о чем Малфой и мечтал. Он развалился на стуле за партой, вытянув ноги, и с наслаждением наблюдал, за гриффиндоркой, которая постоянно кидала в его сторону полные недовольства взгляды и время от времени нервно поправляла галстук. Затяни его потуже, остолопка, тебе, кажется слишком много кислорода поступает в мозг. Малфой начал покачиваться на стуле. Необъяснимое удовольствие ему доставляла ее реакция. — Вы согласны, мистер Малфой? — Минерва направила на него недовольный взгляд из-под очков. — Всецело, директор, — передние ножки стула, на котором он сидел, застыли в воздухе. – Значит приступите уже в эту пятницу. – Как скажете, директор, – Драко едва расцепил зубы для ответа. Гермиона виновато покосилась на МакГонагалл. Давай, почувствуй себя не в своей тарелке, как это чувствую я последние полгода, Грейнджер. Раздели со мной эту боль. – На этом, я полагаю, собрание можно завершать. И не забудьте, мисс Грейнджер, подойти ко мне завтра насчет расписания, – старуха продолжила вещать, но в голове Малфоя опять стоял белый шум. Видимо, его лимит на сегодня исчерпан. Он перенес вес тела на край стула, и тот с размаху врезался ножками в каменный пол, издав лишний шум. Как ты на это отреагируешь, Грейнджер? Та лишь закатила глаза, но быстро сфокусировала взгляд на директоре. Недостаточно. Драко был готов схватить в руки арматуру и начать крушить весь класс, лишь бы снова и снова вызывать у всех вокруг замешательство, недоумение, панику. Он резко поднялся, словно вот-вот воплотит свою задумку в жизнь, но вместо этого сдержанно кивнул и направился к выходу, обрывая пустую трескотню. Все и так понятно – патрулирование, расписание и дома быть в девять. Чтобы донести все это, достаточно было послать сову. Или этой остолопке все необходимо разжевывать? Сегодня среда, а значит уже послезавтра состоится их первое патрулирование. Вечер обещал быть томным. – Малфой! – ну а как иначе? – Ты что-то не поняла, а переспрашивать было неловко? – Хватит вести себя как козлина! Я всего лишь хотела условиться о патрулировании. – Значит все-таки не поняла. МакГонагалл вроде доступно объяснила: патрулирование в пятницу в десять. Надо обойти все этажи и к одиннадцати вернуться в Башню. Или надо повторить для тупых? – даже не обернулся. Он осознавал, его желание вывести Грейнджер на эмоции было нездоровым. Он старался не смотреть на нее лишний раз, чтобы не искушать судьбу. Размашистым шагом он сокращал расстояние до Башни, и Гермионе приходилось чуть ли не бежать следом из-за разницы в росте. – Малфой! – с него хватит. Драко резко остановился, и гриффиндорка чуть не впечаталась в него со всего маху. – Грейнджер, соблюдай свою обожаемую дистанцию! Не хочу, чтобы кто-то увидел нас вместе. Нет, это был он. Все тот же избалованный, наглый, напыщенный индюк. И как Гермиона могла так обмануться? Ее эмпатия до добра не доведет. Хотя нет, это была жалость! И ничего более. Потому, что он не достоин большего. Гарри ошибся, когда пытался что-то там сказать о шансе на прощение. Палочка? Пусть запихнет себе эту палочку в жопу. Да, он кинул ее Поттеру в решающий момент, но лишь потому, что хотел спасти свою задницу. И где теперь твоя задница, Малфой? Она должна быть где угодно, но только не в соседней комнате. Не достоин, не достоин, не достоин! Гермиона было замедлила шаг, оглушенная этой мыслью, но быстро спохватилась. Не в этот раз. Сейчас она не позволит себя обойти. Она ускорилась и, пихнув слизеринца плечом, готова была нестись в гостиную на всех парах, лишь бы дать понять, что это она завершает диалог. Внезапно мантия стянула грудь. Малфой ухватился за ее подол и резко дернул на себя. Схватив Гермиону за плечи, он встряхнул ее, наклонился и заглянул в глаза. Воздух застрял в легких от этого жеста. – Слушай меня внимательно, сейчас я иду в гостиную, а ты держишь дистанцию. Я не хочу ни видеть, ни слышать тебя до пятницы. И, не дай Мерлин, ты попадешься! Вы все меня изрядно достали за сегодня. – Ты мне угрожаешь? – Гермиона задохнулась подступившим к горлу гневом. – Только попробуй сделать что-то и ты тут же вылетишь из школы! Ты и без этого ходишь по краю, и если ты не видишь, что тебе дают второй шанс, то разуй глаза. После всего, что ты сделал… – Еще раз повторяю! Не смей. Высовывать. Свой мерзкий. Нос, – нельзя показывать, насколько она близка к истине. Второй шанс. Сдался этот второй шанс. Ему не нужны жалость и подачки. В плечо прилетел удар, и Малфой отпрянул от неожиданности. Грейнджер бурила его свирепым взглядом. Янтарь в ее глазах плавился. Она задрала подбородок и собиралась что-то сказать, но ее перебили. – Я полагаю, вы договариваетесь о маршруте патрулирования, молодые люди? Оптимальнее всего начать с верхних этажей и идти вниз, – за спиной стояла МакГонагалл, – и хочу напомнить, что распорядок дня так или иначе распространяется на всех учащихся, – твердой походкой Минерва прошла мимо, задерживая строгий взгляд на каждом по очереди. Не в этот раз, Малфой. Сегодня последнее слово не за тобой. Не успел Драко прийти в себя, как Грейнджер уже топала за профессором, высоко подняв голову.

***

В библиотеке было как всегда тихо. Лишь изредка до Гермионы доносилось похрапывание мадам Пинс. Девушка снова и снова перелистывала пожелтевшие страницы одного из десятка фолиантов, лежащих перед ней. Гарри и Рон должны были вот-вот подойти, но неожиданно задерживались. Кто бы сомневался, что добраться из Большого Зала до библиотеки после обеда будет непосильной задачей для мальчишек. Гриффиндорка провела подушечками пальцев по гравюре старинного порт-ключа. Он выглядел как брошь в виде пятиконечной звезды. Золотые лучи его были украшены маленькими камушками, а посередине светился крупный рубин. Этот портал был сделан в XVIII веке директором французской школы Шармбатон на случай, если взбунтовавшиеся революционеры доберутся до замка. Гермиона никак не могла оторвать от него взгляд. Магическая реликвия завораживала. В холле послышались шаги и через мгновение за стеллажами показались Гарри и Рон. Довольные, раскрасневшиеся и растрепанные. – Мы не видели тебя на обеде, Гермиона. – Я захватила пару сэндвичей с собой, чтобы побыстрее оказаться в библиотеке. Мы же с вами договаривались! – Прости, – хором протянули мальчишки, понурив головы. – Сядьте, – по ковру зашуршали ножки отодвигаемых стульев, – я хотела обсудить с вами важный вопрос. – Ты составила график подготовки к ЖАБА? – Нет, Рон, сейчас все куда серьезней! – воскликнула Гермиона. Гарри схватил первый попавшийся том из вороха книг. – «История создания и способы применения порт-ключей», – прочитал он. – Но, Гермиона… – Послушайте вы хоть минуту! – две пары глаз устремились на девушку. Ее тон не терпел возражений, – Я вам не все рассказала. Надо было коснуться этой темы еще летом, но дел и так было невпроворот. – Да, ничего не могло быть важнее, чем принятие тебя в старостат, – беззлобно сказал рыжий, но, заметив выражение лица Гермионы, опустил голову. – Если вы помните, – продолжила гриффиндорка, нехотя отводя взгляд от друга, – мне пришлось отправить родителей в Австралию. Гарри и Рон активно закивали. – Теперь стоит вопрос, как вернуть им память. – Мне казалось, наиболее безопасным способом будет обратиться в Министерство. Они всегда знают, что делать в таких случаях. – Нет! – Гермиона вскрикнула громче, чем позволяла ситуация. Зажав рот ладонью, девушка прислушилась к похрапыванию мадам Пинс, – Гарри, ты не понимаешь, – мягко продолжила она, – как мы можем доверять министерству после всего, что было. Если хочешь сделать хорошо – сделай это сам. К тому же, я самостоятельно наложила на них Обливиэйт, мне его и снимать. В Особой секции я нашла парочку книг и изучила необходимые заклинания. Все, что мне сейчас требуется – создать порт-ключ. – Ты ведь понимаешь, что это незаконно, Гермиона? – высокий голос Рона вновь прорезал тишину. Когда Уизли нервничал, всегда начинал гнусавить. – Мы с вами нарушили столько правил, что изготовление какого-то порт-ключа вряд ли войдет в топ десять. Однако создать портал, который перенесет нас на столь большое расстояние, оказалось не так-то просто. Именно поэтому мне и нужна ваша помощь. – Австралия, это вообще где?, – поймав раздраженный взгляд подруги, Уизли быстро добавил, – извини, я просто пытаюсь разрядить атмосферу. – То есть тебе нужна наша помощь только потому, что ты не знаешь, как сделать порт-ключ в Австралию? Так бы ты все это провернула сама? Без нас? – Гарри придвинулся ближе и навалился на стол, непонимающе глядя на Гермиону. – Нет конечно! Не говори глупости. Просто я бы избавила вас от подготовительного этапа. Похоже, Гарри этот ответ устроил. Он выпрямился, его глаза заблестели и он с готовностью зашептал. – Какой у нас план? – кажется, ему не хватало авантюр последние полгода. Гермиона, ощутив прилив нежности, неуверенно улыбнулась. Гарри готов прийти на помощь в любую секунду и неважно, насколько безрассуден был план. Он всегда подставит плечо, выслушает и, если потребуется, отдаст за друга жизнь. В памяти Гермионы всплыли дни, проведенные в Норе. Ей даже отчётливо почудился запах свежескошенной травы и пирога с патокой. Так пах уют и полуночные посиделки с самыми близкими людьми. Сейчас же ее близкие люди находились на другом континенте. Эти несколько недель, после занятий, оставшись в небольшой комнатке Башни Старост, девушка ощущала себя самой одинокой волшебницей из всех когда-либо существовавших. Конечно, не стоило забывать о Гарри и Роне, которые почти всегда были рядом. И Джинни. Младшая Уизли стала Гермионе верной подругой. Они оказались на одном курсе из-за того, что ребята пропустили год школы, скитаясь по степям и лесам. Это сблизило девушек как никогда прежде. Но ведь родители это совсем другое. В сердце Гермионы словно не хватало одной маленькой, но такой значимой детали. Пришло время поставить ее на место. Может быть тогда ее пребывание в Башне перестанет быть столь тяготящим. Глядя в зеленые глаза друга, Гермиона набралась смелости и выпалила на одном дыхании. – Я думаю нам стоит посетить Лютный переулок, – даже храп мадам Пинс оборвался, – Я… мне кажется, там должны продаваться порт-ключи. – А мне кажется, лучше нарушить все правила и создать его самостоятельно, чем таскаться по этой помойке, не имея ни малейшего представления, что и где искать! – Ты совсем меня не слушаешь, Рональд? Тебе лишь бы правила нарушить! Слишком рискованно самим создавать порт-ключ на такое большое расстояние. А если у нас разовьется портальная болезнь или забросит в Сахару через месяц? – Гермиона невольно покосилась на одну из книг на столе. «Квиддич сквозь века» как раз упоминает этот неприятный случай с судьей и заколдованной метлой. Она никогда бы не подумала, что придётся брать в руки фолиант с таким названием. – Я думаю, Гермиона права, – примирительно сказал Гарри. Сколько раз он произносил эти слова за семь лет? – не думай даже, мы отправимся с тобой в Лютный переулок, да ведь, Рон? Уизли нервно сглотнул. Гермиона с благодарностью посмотрела на Поттера. – Нам надо управиться с этим как можно скорее. Согласно плану, к Рождеству мы должны оказаться в Австралии! – Грейнджер победно улыбнулась. Наконец появилась надежда.