Symbol Excelsitas

Встреча выпускников.

      После официальной части гости были приглашены в ресторан на праздничный ужин. Но на парковке около университета Намджун и Сокджин неожиданно предлагают друзьям сбежать с неформальной части и устроить небольшую вечеринку в их загородном доме.       — Хоби, что скажешь? — насторожено смотрит Юнги на Хосока. Как бы ему не хотелось пообщаться с братом и его мужем, он ни за что не оставит Чона, если тот в силу своих чувств ехать к Джуну откажется.       — Почему нет? — пожимает плечами Хосок. — С удовольствием.       По пути к Кимам, компания заезжает в супермаркет за выпивкой и закуской. Позже в машине Юнги замечает пристальный взгляд Чона на переплетенных пальцах Кимов, привычно устроившихся на бедре Намджуна, сидящего за рулем. Он слегка касается руки Хосока и произносит одними губами:       — Все в порядке?       Тот переводит взгляд на Мина, испытывая странное спокойствие, неожиданным гостем, поселившимся в его сердце. Он, не раздумывая, кивает.       Из колонок слышится песня, которая была популярна, когда они учились в университете, и Хосок, окончательно расслабившись, начинает подпевать:       — Что мне сделать, чтоб быть с тобою в эту ночь и потом всю жизнь? Как поцелуй твой получить и целовать тебя вечно?       На последних словах запинается и встречается глазами с Юнги. Тот смотрит прямым пронизывающим взглядом.       Первый раз в жизни Хосок чувствует непреодолимое желание добровольно пережить паническую атаку, чтобы Юнги снова…       — Мы на месте, — сообщает Намджун, не замечая молчаливого диалога на заднем сидении.       Хосок трясет головой, пытаясь отогнать нелепые мысли. Пару минут он в одиночестве сидит в машине. Выбравшись, с облегчением замечает, что Джини и Юнги уже направляются в сторону дома, в дверях которого успел скрыться Джун, чтобы принять душ и переодеться. Нет, он не хочет, чтобы Мин был далеко. Шокированный отчетливой мыслью, он вдруг понимает, что боится того, что тот окажется слишком близко.       Пока Сокджин и Юнги накрывают стол на веранде, Хосок рассматривает семейные фото на стенах. Если память может подвести, а точность событий когда-нибудь исказится под гнетом времени — эти фото всегда скажут правду.       Вот Кимы на свадьбе — Сокджин счастливо улыбается в камеру, а Джун смотрит на мужа; вот с годовалыми сорванцами Элли и Алексом в тот день, когда им, после длительного сбора документов, разрешили забрать двойняшек домой. Джини со слезами на глазах смотрит в объектив, а Джун — на мужа. На каком бы фото не остановил взгляд Чон — тот везде смотрел на супруга, потому что Сокджин его свет, его дом, весь его мир.       — У тебя все хорошо? — на плечо Хосока ложится рука друга.       — Как ты понял, что это — то самое? Ну, что Джини — твоя судьба? — игнорируя вопрос Намджуна и не отрывая взгляда от фотографий, спрашивает Чон.       — Ну, так просто и не объяснить, да и не романтик я, — задумчиво отвечает Джун. — Притяжение, взаимоуважение, общие интересы и цели.       — Ты описываешь дружбу, — уверенно парирует Хосок, вскидывая указательный палец.       — Да, согласен, но все не так просто, — добавляет Ким. — В дружбе притяжение — это когда приятно проводить вместе время, но стоит оказаться на расстоянии друг от друга, люди продолжат жить своими собственными жизнями. В любви быть рядом — это насущная потребность, и даже если вы далеко друг от друга, ваши души неразрывно связаны. Твой друг, безусловно, может влиять на принятие тобой каких-либо решений, но, если ты любишь кого-то, каждое твое действие будет для этого человека. Это касается не только помощи и поддержки, ты достигнешь любых вершин, всего добьешься исключительно для счастья любимого. Друг будет искренне переживать, если с тобой случится беда, но только любящее сердце будет рваться на части от боли вместе с твоим или от невозможности помочь. А общие интересы и планы — это не у тебя и у него, а у вас.       Намджун какое то время молчит, а потом добавляет с теплой улыбкой:       — А еще, это когда он решает заварить тебе твой любимый чай, просто чтобы показать, что он рядом.       — Чай?! — Хосок с недоумением смотрит на Джуна.       — Ну, я художник, я так вижу, — смеется Намджун.       — А Джини не жалеет, что ушел за тобой после первого курса? Сейчас он простой мед брат в клинике, а ведь мог стать…       — Джини не жалеет, — Сокджин проскальзывает под руку мужа и прижимается спиной к его груди.       — Так и скажи, что пришел в Университет не за дипломом журналиста, а за мной! — дразнится Намджун, зарываясь носом в макушку мужа и крепко прижимая его к себе       — Кстати, где мои племянники? — в гостиной появляется Юнги.       — У моих родителей, — отвечает Сокджин и добавляет, подмигивая Джуну, — пойдемте уже за стол, любовью сыт не будешь.       — Сколько уже, пятнадцать? — спрашивает Намджун Хосока и Юнги, когда с ужином было покончено, и компания наслаждалась теплым вечером и холодным пивом.       — Двадцать четыре в трех сезонах, следующий выпуск — юбилейный, — отвечает за парней Джин, истинный поклонник шоу «На чистую воду».       — Ого, — присвистывает Джун, — двадцать четыре! Вот это да!       Сам он, чтобы больше времени проводить с семьей, отказался от карьеры журналиста в пользу должности главного редактора мужского журнала «Аристократъ».       — Какие же вы, парни, молодцы! — восхищенно вздыхает фанат. — Общее дело вместе с нуля подняли. Два друга — идеальная команда!       — Ну да, — соглашается Юнги.       Чон и Мин мгновение смотрят друг на друга, а потом взрываются дружным хохотом.       — Хоби однажды стул сломал об меня, когда наши взгляды на шоу не совпали, — добавляет он, глядя на вытянувшиеся лица Кимов.       — Я тебя не заметил! Я был так зол, хотел выбросит его в окно, но задел тебя, — оправдывается Хосок.       — О том, что этому стулу было около шестисот лет и нам его любезно одолжили в одном из музеев для серии снимков, мы умолчим, — добивает друзей Юнги.       Намджун даже хрюкает, пытаясь сдержать смех:       — Ну вы даете!       — А ты помнишь, Джун, — обращаясь к мужу, спрашивает Джин, — мы всю ночь не спали, когда нам сообщили, что в пещере, куда эти двое спускались три года назад произошел обвал и Хосок потерялся?       — Да уж, прибавили вы тогда нам, парни, седых волос! — соглашается Намджун.       — Я потерялся?! — в притворном возмущении заходится Чон, — это они там где-то заблудились, а я шел по маршруту!       — По своему, собственному, видимо. — Не соглашается с ним Юнги и добавляет, обращаясь к друзьям, — я сам чуть не поседел, пока мы с осветителями, ассистентами, проводниками и спасателями пытались его извлечь из-под завала. А когда расчистили проход, он нам сообщил, что подружился там с какой-то слепой саламандрой, назвал её в мою честь и планирует забрать её домой, чтобы она жила у нас как домашнее животное.       На этих словах, Джун наконец-то рассмеялся в голос, а Джини подавился пивом.       — Я то с саламандрами дружу, а к тебе в трусы в прошлом году в джунглях залез опарыш, и ты бегал по кругу с криками, что тебя в зад укусила ядовитая змея! — не остается в долгу Хосок.       — Ты уж береги свою сладкую попку, — заливается смехом Джини.       — И это мне говорят те, рядом с которыми моя задница априори в опасности! — Юнги уже икает, хватаясь за живот.       — Уф, — утирает слезы Намджун, — я чуть со стула не упал, давно так не веселился.       — Куда теперь? — спрашивает Сокджин. — Уверен, двадцать пятый выпуск будет бомбой!       — Мы послезавтра с утра вылетаем в Перу! — сообщает друзьям Хосок. — Хотим пообщаться с одним шаманом.       — Ого! — удивляется Сокджин.       — Ну он, может, и послезавтра с утра вылетает туда, — обращается Мин к Джину и добавляет, повернувшись к Хосоку, — а у нас с тобой билеты на завтра на одиннадцать вечера.       — Вот чтобы ты без Юнги делал? — улыбается Джин Чону.       — Совсем пропал бы, — отвечает тот, с нежностью глядя на Мина.       — Кстати, все забываю рассказать, — спешит поделиться Сокджин, — у нас в клинике проходила лечение одна женщина. Она утверждала, что знает настоящую колдунью, — Джини кривит нос, показывая свое отношение к этой теме. — С пеной у рта доказывала, что эта шарлатанка способна исполнить любое ваше желание! Представляете, у нее даже офис есть! Как раз в том торговом центре, куда мы заезжали с вами сегодня, на цокольном этаже. Кажется, ваша область.       Уже поздно вечером, прощаясь с друзьями у такси, которое должно отвезти Чона и Мина домой, Хосок поворачивается к Джуну и уверенно отвечает на заданный им ранее вопрос:       — Теперь все точно будет хорошо!