Дорога "Совёнка"

Утром всё было как обычно: темнота за окном и звук будильника. Каждый раз я сам назначаю вечером сборы на пять утра, и каждый раз потом утром удивляюсь, как подобная идея вообще могла мне прийти в голову. Не без труда удалось всё же встать и начать приводить себя в порядок. Нам сегодня предстоял рывок до столицы. Тысяча километров. По вполне себе цивилизации. Хотя нам и настойчиво рекомендовали не вступать с этой "цивилизацией" ни в какой контакт, во избежание неприятностей. На кухне сегодня я был самым первым. На столе лежала распечатка нашего маршрута. Это была легенда вроде раллийной, но более подробная. Потому что там было указано не только где и какой поворот, но и куча дополнительных ориентиров: название городков, которые мы должны проехать, расстояния прямиков (чтоб мы понимали, когда ожидать следующий поворот, иногда это были десятки и даже сотни километров) и разные мелкие уточнения. Не всякий электронный навигатор из моего мира сможет так подробно знать маршрут. Кроме этого, была ещё записка от руки. Там хозяева извинялись, что не могут нас проводить, но в холодильнике собраны два пакета еды нам в дорогу, а на плите суп, который мы можем разогреть и покушать горячей еды перед дорогой. Учитывая ситуацию, это была неплохая идея, пусть и не такое меню ожидаешь на завтрак. К тому времени, как немаленькая кастрюля нагрелась, в кухню подтянулась часть моего отряда. Вожатая меня клятвенно заверила, что остальные уже тоже собираются, она абсолютно всех разбудила и проконтролировала, чтоб они поднялись и начали собираться. Так что скоро все будут готовы. Я первым покончил с завтраком и пошёл переносить вещи в машину. В моей сумке заняли место новые вещи из этого мира. А все вещи, что были у нас раньше, мы договорились скидать в одну кучу в багажнике. Всё равно мы их надевать не будем, но раз к ним есть интерес у учёных из столицы, то их надо передать в полном объёме. Конечно, до сих пор не верилось немного... Вот, например, моя старая кофта на змейке, которая оказалась в багажнике ещё вчера. Я выиграл её в конкурсе на конференции производителя, в те времена, когда ещё думал, что я такой же коммуникабельный, как и все нормальные люди, и принимал участие в подобных массовых мероприятиях. Следующие лет пять я носил эту кофту постоянно, пока на ней не начали расходиться швы. Затем она оказалась в моём затерянном в лесах домике, а последнюю неделю спасала от холода вожатую. А теперь это не просто старая тряпка, а инвестиция! И есть люди, которые готовы за это заплатить, а потом, с дрожью предвкушения, приступить к её изучению. Да уж, интересная жизнь выдалась у моего старого тряпья. Интересно, а за ношеные носки дадут больше, чем за стиранные? Или их ценность для науки одинакова? С этими мыслями я перенёс все свои вещи в машину. Больше всего возни было с дурацким костюмом. Я даже подумывал запихнуть его в шкаф и успешно там "забыть", но в итоге всё же запаковал в чехол, который к нему прилагался, и повесил на крючок в багажнике. Там он будет мешать меньше всего. Пионеры тоже понемногу переносили свои пожитки в машину. Теперь у них появились личные вещи. Только купить себе рюкзаки или сумки они не догадались, так что всё тащили в пакетах. Несмотря на то, что запасов провизии и топлива у нас практически не было, мы умудрились забить весь багажник тряпками: как тем, что приехало из моего домика, так и пакетами со свежими покупками. Но машина в очередной раз проявила себя практически безразмерной, поэтому всё это удалось запихнуть. В салон взяли только еду, которую нам приготовили. Ну и все остальные элементы будуара там находились по-прежнему. Правда, к печали пионеров, всё это было промёрзлым, да и в салоне было холодно. Я не заводил машину, чтоб не будить отдыхающих хозяев дома и их соседей. Мотор хоть и работал теперь намного тише, но в утренней тишине спящего городка его будет отчётливо слышно. Это вам не большой мегаполис, где жизнь не останавливается ни на секунду, и там хоть реактивный двигатель под окнами запускай - никто ничего не заметит. Завёл машину я только когда все погрузились, а Шурика (как самого подходяшего кандидата) отправил открыть ворота. Выкатившись за ворота, я подождал, пока кибернетик их закроет и сядет обратно в машину, после чего мы медленно спустились на площадь караванов и повернули в сторону столицы. Тогда я слегка прибавил газу, понемногу набирая скорость в утренней мгле. Машина ещё не прогрелась и на все мои действия реагировала слегка заторможенно, как человек, которого поднять подняли, а разбудить забыли. Но дорога была пустой, и нам никто не мешал плавно и неспешно набирать темп без резких движений. Понемногу в салон пошло тепло, пионеры стали устраиваться поудобнее, разбирать пледы и переходить к своему любимому занятию в дороге: спать. В целом ощущалось, что ребята уже подустали от нашего бесконечного вояжа по дорогам новой для нас реальности, и после двух ночей в человеческих условиях, прогулок по городу и домашней кухни им не слишком хотелось опять мчаться в неизвестность в нутре жестяной коробки. Но вариантов у нас не было, так что мы снова в дороге, и наш могучий Шеви вновь несёт нас навстречу новым открытиям. Кажется, из всех нас именно ему это нравилось больше всего. На новом топливе у него открылось второе дыхание, и он был как огромный дружелюбный сенбернар, радостно рвущийся с поводка навстречу приключениям. Несмотря на то, что формально здесь уже была весна, зима не спешила так просто сдавать свои позиции. Хотя днём и было достаточно тепло, но по утрам, как правило, прохладно. Вот и сейчас шёл мелкий снег. Он ни на что не влиял и с дороги его моментально сдувало ветром. Пожалуй, он лишь добавлял уюта в нашу поездку. Так приятно, когда где-то там снаружи идёт снежок, а ты в тепле и комфорте просторного салона не спеша катишь по пустой дороге. Хотя с "не спеша", пожалуй, стоит завязывать, так что я слегка прибавил скорости, по сравнению с той, с которой мы проделали большую часть нашего путешествия. Нам нужно за день преодолеть тысячу километров. Хотя Патрик и сказал, что нас в любом случае встретят по приезду, не важно, во сколько именно мы приедем, но это не повод растягивать время в дороге. Сейчас в машине все, кроме меня, спали. Даже сидящая на переднем сиденье вожатая, которая вроде не участвовала в полуночном киносеансе и сама утром вызвалась выступать штурманом. Вот в чём плюс электронной навигации - она не будет спать, откинувшись на подголовник и выронив планшетку с дорожной легендой. Ну да ладно, у нас тут не раллийный спецучасток, я вполне могу и вести машину, и следить за картой. Так, что там у нас... Значит, ехать ещё чуть больше трёхсот километров по трассе для караванов, никуда не сворачивая. Потом эта трасса будет уходить в сторону, а нам надо будет съехать на съезд прямо и потом немного попетлять по каким-то попутным городам. Ну, пока проще пареной репы. Так что я отложил в сторону бумаги и просто ехал вперёд. Хотя дорога не изменилась, но изменилось всё вокруг, став значительно более цивилизованным. Достаточно часто к основному пути примыкали другие дороги, явно регулярно используемые. Время от времени были видны какие-то населённые пункты, расположенные невдалеке. Не вплотную к дороге, но достаточно близко, чтоб можно было подробно рассмотреть домики, автомобили и живность, гуляющую во дворах. За следующие полтора часа нам даже встретилась пара автомобилей, едущих по каким-то своим утренним делам. Наша машина несколько выделялась на фоне здешнего трафика, но не то чтоб сильно. Она была вполне подходяще-угловатой. Пожалуй, если тут существовали какие-то модерновые автомобили, соответствующие эпохе 70-х в моём мире, то на их фоне мы будем выглядеть едущими на устаревшей машине. Какие-то местные вариации NSU Ro80, например, или Alpine A110. Постепенно снег перестал идти и сменился просто серым облачным утром, а мы всё так же покоряли километр за километром дорогу караванов. По пути нам встретилась пара примыкающих к дороге городков, построенных по такому же принципу, что и поселение Патрика: сбоку от дороги город, а дорога расширяется в площадь. Только площади тут были поменьше: видимо, сюда приезжают один-два грузовика с необходимыми грузами, а не целый караван. А у Патрика они останавливаются из-за того, что это последний форпост цивилизации перед долгим рейсом на восток, поэтому там такая большая площадь. Пока я это обдумывал, мы проехали ответвление от основной трассы в виде такого же пути для караванов. Мы продолжали двигаться на запад, а куда-то на север ушла ещё одна аналогичная дорога из асфальтобетона с примесью волшебства. Кажется, они не только от края до края материка ездили. Или, во всяком случае, не только из одной точки. Не считая некоторой необычности самой дороги, всё остальное за окном выглядело вполне привычно. Ну как, для этих мест привычно. Двух- и трёхэтажные домики с покатыми тёмными крышами, свободно располагающиеся по склонам. Вот мы проехали какое-то озеро, засаженное вдоль дороги живой изгородью. Какое? Да шут его знает. Это в моей реальности я в любой момент мог глянуть метки в гуглкартах. А счастливые обладатели Теслы, с навязчивым навигационным телевизором в пол-торпеды, даже если и не хотели - всё равно бы узнали ответ на вопрос "что это такое мы только что проехали". Но в этой реальности у нас были только распечатка от Патрика и общее направление. Все мои подопечные по-прежнему сладко спали. Конечно, время от времени происходило какое-то копошение, как в коробке с котятами, когда кто-то один пытается устроиться поудобнее и начинается волна подвижек и шевелений. Но меня от дороги никто не отвлекал, и я просто ехал, стараясь не слишком глубоко задумываться о том, что нас ждёт. Что толку гадать? Пока всё шло достаточно неплохо, пусть и совершенно странными для моего мира путями. Остаётся лишь надеяться, что и дальше будет хотя бы не хуже. В любом случае нас ждут учёные специалисты по изучению иномирцев. По заверениям Эми, у них тут не практиковалась карательная наука, да и пример Маши с соплеменниками показывал, что вполне можно пережить встречу с этим их "институтом" и только выиграть от этого. Ну да, политические разногласия возникли, но даже после этого никто их не изолировал от общества в стерильном боксе. Так что перспективы выглядят достаточно неплохими. Помнится, чуть меньше недели назад я бил себя пяткой в грудь, что помогу пионерам всем, чем смогу. Знал бы я тогда, что мне предстоит... От слов своих я отказываться не собирался, но насколько же странные и неожиданные вещи произошли с тех пор... Я усмехнулся своим мыслям, и мы продолжили мчаться в сторону столицы. Ещё примерно через час сквозь облака стало иногда выглядывать солнышко, и утро стало ещё приятнее. Эх, сейчас бы кофе... Пока мне тут его ни разу не встречалось. То ли это редкий деликатес, то ли его тут не растёт в принципе. И почему нас угораздило попасть именно в мир, где сложности с железом и кофе? Ну да, титан и какао - это, конечно, тоже альтернатива. Но скольких сложностей можно избежать, имея дешёвые сплавы на основе железа и возможность выпить кофе утром! - Ой, прости, я уснула, - встрепенулась вожатая, доказав в очередной раз, что кофе по утрам действительно не хватает. - Вроде и легла не поздно, но как-то разморило, и ещё погода такая... - Не переживай, всё в порядке, - я передал обратно планшетку с записями маршрута. - Поищи в бардачке ручку и вычёркивай те ориентиры и повороты, которые мы проехали. - А зачем? Я и так всё запомню! - Оля, поверь более опытному в этих делах человеку... То есть мне! Это сейчас у нас триста километров без каких-либо поворотов и маршрутных точек. А там дальше будут участки, где мы каждые десять минут будем куда-то сворачивать, и стоит только отвлечься, как можно сбиться. Поэтому лучше возьми ручку и перечёркивай то, что уже проехали. - Жалко как-то, такую красивую схему портить... - продолжала нехотя сопротивляться вожатая. - Ну тогда ставь галочки сбоку, я не знаю. Но в общем надо как-то отделять то, что уже проехали, чтоб можно было сразу, за секунду, понять, какой ориентир или поворот будет следующим. Оля всё же нехотя согласилась с моими доводами, нашла в недрах бардачка ручку и приготовилась делать пометки. Хотя пока было ещё километров сорок до первой возможности что-то отметить в карте. Там, где мы свернём на обычную дорогу. Потом будет полстраницы езды с регулярными изменениями направления, потом ещё один длинный и прямой участок дороги, на несколько сот километров. А после него, до самой конечной, будут то развилки и съезды, то просто извилистая дорога. Скорее всего потому, что мы будем снова взбираться в горы. Пока же продолжалась монотонная чёрная дорога из волшебного асфальтобетона. К счастью, нам в дорогу дали не только питательной еды, но и разных сладостей. Красивая дорога с шоколадными конфетами куда приятнее, чем просто дорога. А осознание того факта, что остальные ещё спят и нам с Олей больше достанется, дополнительно радовало маленькое зелёное земноводное где-то в глубине моей души. Не то чтоб мне было жалко поделиться с ребятами... Но дружба дружбой, а шоколадные конфеты - врозь! - Знаешь, я хотела тебя попросить... - начала вожатая, внимательно осматривая очередную шоколадную конфету из наших запасов. - Не оставляй их самих по себе. Они ещё сущие дети, - наконец выдала она. Вот же... Я только час назад об этом думал. То ли у дураков мысли сходятся, то ли тут какие-то флюиды по пути, что все мысли сворачивают к одному и тому же. Оля неправильно истолковала моё молчание и продолжила: - Ты жил один, ты привык быть один. Каждый раз, как только у тебя появляется возможность, ты сразу куда-то исчезаешь от всех. - Но это не значит, что я сразу растворюсь в закате, как только нам подпишут чек за всё, что мы сможем продать интересного. - Я не об этом. Ты можешь быть сам по себе даже в толпе. Я же вижу твоё выражение лица, когда ты за рулём. Или как ты успешно игнорируешь всех за общим столом. Вроде как с нами, даже что-то отвечаешь, если спросить. Киваешь и посмеиваешься в нужных местах, но ты же в это время совершенно где-то в другом месте мыслями! Ну, надо признать, что образование и опыт - это сила. Я, может, кое-где толковый самоучка, но Оля - человек, которого профессионально учили видеть реакции других людей, хотя наверняка натаскивали в первую очередь на детишек. Может, тонкости в поведении взрослого человека она и не уловит, но уж такое "бревно в глазу", как моя замкнутость, не заметить трудно. И она нашла себе в моём лице не просто помощника (как Славя), а кого-то, с кем можно разделить все тяготы воспитания семерых подростков разом. И не собиралась так просто позволить мне самоустраниться от участия в жизни нашего... сообщества. - Тем более что у тебя отлично получается руководить! - попыталась перейти на лесть вожатая. - Меня это выматывает, - кратко охарактеризовал я своё отношение к организации рабочих процессов. - Но... - не нашлась что сказать Оля. Наконец она сообразила, что есть некая нескладность в том, что я говорю: - А как же твои подчинённые в твоём мире? - Бесили меня абсолютно каждый рабочий день, - честно признался я. - Просто я не хотел клиентов подводить, но сколько раз жалел, что занялся расширением бизнеса... Надо срочно сдавать проект, который вроде почти готов. Но один исполнитель вдруг решил, что он художник и по-своему видит то, что должен был сделать. Другой исчез на неделю, потому что ему срочно понадобилась психологическая разгрузка, и он ушел в горы, никого не предупредив. У третьего всё нормально, кроме того, что всегда есть сто тысяч пятьсот причин, почему в очередной раз недельная задача заняла полтора месяца... И так абсолютно каждый день. - Ну не может же всё быть так плохо... - несколько растерялась вожатая от моей тирады. - Да нет, это нормальный рабочий процесс абсолютно любого руководителя. И чем большим количеством людей руководишь, тем больше головной боли и постоянной ответственности. - Мне кажется, ты преувеличиваешь, - попыталась переубедить меня Оля. - Вот представь себе, что было бы, как Лена предлагала в первый день. Тебе дали ручных гоблинов, дракона и свою деревню. Сказал, что надо сделать, и всё. Кто не согласен или не сделал, тот пойдёт на корм дракону. Всё просто! - А почему ты считаешь, что всё будет так просто? Вот представь себе, первый день в роли главы деревни. Поля цветут, всё работает. Но собралось несколько крестьян... Или гоблинов... В общем, не важно. Подчинённых твоих несколько собралось под окнами твоей опочивальни и изволят вежливо просить выслушать их проблемы и решить. Вроде ж свои. И просят вежливо. Не скармливать же их за это дракону, верно? - Ну... Пожалуй, нет, - согласилась вожатая. - Вот видишь, уже первая проблема. Ты хочешь отдохнуть после долгой дороги и сытного обеда, а они стоят под дверью и байки свои гоблинские травят. Мешают отдыхать. - Ладно, можно и принять. В конце концов, пионеры меня тоже несчётное количество раз отрывали и от обеда, и от отдыха. - Ну тогда, значит, первая проблема. Одному крестьянину не повезло, участок его на камне сплошном, нужник выкопать негде. Так что он изволит ходить гадить в реку выше по течению от деревни. Остальные жители деревни не в восторге, мягко говоря. Что будешь делать? - Пусть вниз по течению ходит гадить! - А там уже не наша территория. - Ну тогда пусть в чей-то туалет ходит. - И кто будет этим счастливчиком? - Я откуда знаю. Наугад кого-то выбрать. - А наугад может оказаться, что назначенный нужник на другом конце деревни, и там и без нашего речного сруна очередь, ведь кроме хозяина с женой у них ещё четверо детишек и престарелые родители, которые в удобствах времени проводят больше, чем в поле. Что поделать, старость не радость... - А если... - начала вожатая, но я не дал ей закончить: - Вариант забить бедолаге чопик поглубже не рассматривается. - Да я не это хотела предложить! - отмахнулась Оля. - Хотя идея и неплохая! Но что если ему выделить ещё кусочек земли, где можно отхожее место вырыть? - Вокруг участка другие люди живут, там их земля, с трудом очищенная от леса. У кого предлагаешь отобрать землю в пользу сруна? - Сеня, ты так всё это живо описываешь, как будто действительно когда-то с таким сталкивался! - сдалась вожатая. - Ну не то чтоб прям лично сталкивался... Но это хороший пример ну очень мелкой проблемы руководителя. Ведь всё может быть в сто раз сложнее, и любое решение будет так себе. И придётся выбирать меньшее из зол. - Ага, пожалуй, в данной ситуации меньшим из зол будет чопик, - ехидно сказала Оля. - А если будет хорошо себя вести, то чопик будет даже предварительно отшлифован. - Ну или можно сэкономить время и силы и сразу его скормить дракону. И участок освободится, и речка чище будет, и никаких расходов на чопик. - Метод будет работать, пока будет кого дракону скармливать. Или пока у него несварение не начнётся, от переедания. Так как желающих прополоскать тебе мозги будет примерно вся деревня. Не одномоментно, но постоянно кто-то будет тебе тащить какую-то гадость, которую они не могут сами решить. В надежде, что ты придумаешь какое-то волшебное решение, которое понравится абсолютно всем сторонам. - Счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженным! - процитировала вожатая известные и в нашей реальности слова, как нельзя больше подходящие к данной ситуации. Я лишь только хмыкнул, соглашаясь. Какое-то время мы ехали в тишине, но мой мозг продолжал обдумывать всю эту проблему с разных сторон, так что минут через десять молчания у меня появился вопрос: - А с чего бы моё (или твоё) мнение вообще имело вес в данном вопросе? Может, определят нас в какой-то клан, и дело с концом. И пусть у главы клана голова болит, как и чем нас занять. Я вот понятия не имею, на чём тут можно заработать деньги, а на чём только головную боль, и не готов сразу бросаться в омут. Вполне может быть, что пока мы не освоимся, я бы подписался на какое-то время к кому-то в организацию. - Пока то, что я увидела тут, очень похоже на наш мир. А если сходство и дальше продолжится, то даже в такой ситуации твоё мнение в этом вопросе будет иметь приоритет. - Это с чего бы вдруг? - удивился я. - Есть главный, мы его подчинённые. - Нет, всё не так просто. У вас же тоже в компаниях, наверно, есть самый главный директор, но есть директора помельче. А потом начальники отделов. И, может, ещё бригадиры. Я права? - спросила вожатая. Мне оставалось только согласно кивнуть. - То же самое и в общине. Если ты относишься к какой-то общине, но у тебя есть своя команда или семья, то ни один здравомыслящий глава не станет через твою голову что-то делать в отношении тех людей, которые как бы непосредственно твои вассалы, хотя они и входят в общую организацию. Хоть они и его вассалы тоже, но в первую очередь всё же твои. Понимаешь? - Вассал моего вассала на твоего вассала нассал? - Ну вроде того. Ой, ну то есть нет! Сеня, что ты вообще такое говоришь? При чём тут это? - Оля не знала, хихикать ей или изображать оскорблённую невинность. Но в целом смысл я понял. Если я сам не буду отбиваться руками и ногами, то предполагается, что я теперь старший над всей этой разношёрстной компанией, состоящей из личностей разных полов, возрастов и даже видов. За разговором мы добрались до нашего съезда с дороги караванов. Лента волшебного асфальтобетона уходила куда-то влево, а нам прямо, на обычную дорогу из привычного асфальта. Дорога была хорошего качества, и впервые за всё время в этом мире я увидел разметку. Обычная белая разметка. Никаких вам велодорожек, "кошачьих глазок" или полосы для автобусов. Не знаю, хорошо это или плохо, но хотя бы самому факту наличия разметки я был рад. Цивилизация, однако! Хотя очень скоро цивилизации стало даже многовато. Объяснение целой вязанке поворотов и развилок в нашей дорожной легенде оказалось очень простым: мы въехали в большой город, где не было объездной дороги. Почти сразу на нас навалились и светофоры, и пешеходы, и активное городское движение. Конечно, совсем не тот уровень заторов, какой привычен жителям мегаполисов 21 века, но после нескольких дней полной свободы на дороге пришлось заново привыкать к оживлённому городскому движению. Так что меньше чем за час этой толкотни у меня вся спина была мокрая. Вот уж точно, что к хорошему быстро привыкаешь. Ведь раньше я не испытывал почти никаких проблем, ездя по современному городу-миллионику. А тут всё куда лайтовее, но я с нетерпением ждал, когда же мы выберемся из городской черты и вновь будем практически один на один с трассой. Чтоб совсем было весело - штурман из вожатой был так себе. Например, она регулярно забывала сказать заранее о предстоящем повороте. - Ой, нам тут налево! - в очередной раз вспоминала она в последний момент о следующей пометке в дорожной легенде. Под рёв мотора метнуться через четыре ряда на огромном внедорожнике размером с небольшой грузовик? Знаем, умеем, практикуем... В общем и целом, когда мы выбрались из зоны городской застройки, я был счастлив. Из пары почти слившихся городов запомнились в основном дорога, светофоры и рандомные повороты то в одну сторону, то в другую. Практически ничего не могу сказать ни об архитектуре, ни об общем впечатлении от городов. Только ощущение того, что, пользуясь малым количеством машин, движение организовано из рук вон плохо. После этого марафона петляний стало попроще, но всё равно населённые пункты продолжались. Так что слишком уж я не расслаблялся и соблюдал что-то, отдалённо похожее на городской скоростной режим. Это-то нас и спасло. А ещё мои отработанные рефлексы. Я увидел боковым зрением нечто, что вот-вот окажется на нашей траектории, и ударил по тормозам, даже не раздумывая. Пионеры посыпались с сидений, вожатая успела вцепиться в ручку на потолке и не улетела ни во что. Всё, что было не закреплено в салоне, отправилось в свободный полёт вслед за пионерами, не ожидавшими ничего такого. Но красно-оранжевая машинка, выскочившая из перпендикулярной улицы, успела проскочить прямо перед нашим бампером - и скрыться где-то в дебрях старой застройки по другую сторону от центральной улицы деревни, по которой мы ехали. Нажми я на тормоза на долю секунды позже - и мы бы своими тремя тоннами ткнулись в бок мелкому седанчику, проскочившему перед нами. Учитывая, что видом и размерами он напоминал что-то уровня Рено 12, нам бы ничего не было, а от забавной машинки осталось бы в основном только пятно оранжевого цвета на какой-то из окружающих перекрёсток построек, в которую она бы впечаталась в результате этого дорожного карамболя. Если бы я не тормозил вообще, то этот болид прилетел бы нам в бок. Опять же с куда более фатальными последствиями для маленькой машинки, чем для нашего мастодонта. Но всё равно наши планы были бы здорово испорчены. А так мы просто замерли посреди перекрёстка, всё же сумев разминуться в сантиметрах со скрывшейся в клубах пыли машиной. От одного из кафе, расположенных прямо вдоль дороги, к нам уже бежали люди, которые до этого сидели за столиками. Вид у них был довольно сконфуженный. Я открыл окно. Первый из подбежавших обратился ко мне на каком-то незнакомом языке. Увидев мою растерянную физиономию, он переключился на русский через долю секунды. - Простите Лу! Он молодой, глупый! Мы сколько раз ему говорили не гонять, а он всё не успокоится, - начал тот из мужчин, что подошёл к нам первым. Я так понял, тут тоже действовали привычные уже общинно-клановые привычки, поэтому знающие этого лихача люди сразу за него начали извиняться. Думаю, они ещё поговорят с ним потом, тет-а-тет. Но пока опасаются (и достаточно обоснованно) за жизнь и здоровье своего... Ммм... Не знаю, как у них называется тот, кто приходится близким по клану. А может, и не только по клану: если людей мало, а неко балуются с генетикой, как нам говорили, то, может, тут вся деревня - кровные родственники. Пока я это обдумывал, остальные тоже подошли к машине, и самый старший тоже начал извиняться: - Простите... - начал он и положил руку на машину, чтоб отдышаться, так как короткий спринт его вымотал. Ощутив характерный холод от металла, он изменился в лице и сдавленно добавил: - ...Господин. Остальные непонимающе смотрели на реакцию старца, а вот я, кажется, всё понял. - Всё нормально, - бросил я в открытое окно и вдавил педаль газа до середины. Рыкнув мотором, машина довольно резко прыгнула вперёд, и когда риск придавить кого-то ненароком нам больше не грозил, можно было втопить в пол, что я и сделал. Под утробный рык многолитрового дизеля мы довольно быстро набирали скорость. - Где следующий поворот? - резко спросил я у вожатой, непонимающе смотрящей на меня. - Через шесть километров дорога будет плавно уходить вправо, - достаточно точно ответила та, заглянув в дорожную легенду. Всё же мои регулярные наставления весь последний час - как читать легенду - не прошли даром. - Что случилось? - недоумевающе спросил Шурик, который ещё толком не проснулся после встряски. - Мы сваливаем, - кратко объяснил я, стараясь не отвлекаться от дороги. - Ты думаешь... - неуверенно начала вожатая. - Не думаю, а уверен. Ты видела его реакцию? - спросил я у неё. - Да. Он прямо поменялся в лице. - Вот-вот. Не думаю, что вот эти почтенные господа попытаются что-то сделать - не в том они возрасте. Но какие-нибудь молодые, вроде того придурка, которого мы чуть не протаранили, вполне могут рвануть за нами, с не самыми великодушными намерениями. - И что мы будем делать? - подала с заднего сиденья голос Алиса. - Как обычно. Постараемся сделать так, чтоб между нами и ними было как можно большее расстояние и чтоб оно не сокращалось, - объяснил я, после чего добавил: - Пристегнитесь на всякий случай. Все начали возиться с ремнями - тут они были на всех местах, но не все трёхточечные, как в современных автомобилях. И ещё у нас был небольшой перебор, о чём и уведомила Ульяна, которую при торможении стряхнуло с полки на третий ряд, где она и сидела сейчас. - А мне как быть? - немного обиженно спросила она. - Сядьте с Юлей вместе, - посоветовал я, мельком глянув в зеркало, кто рядом с кем сидит. Они обе небольших размеров и сидят как раз рядом, так что вполне могут это провернуть. Да, это не совсем правильно. Но задача была хоть как-то зафиксироваться в креслах, чтоб в случае манёвров всех не перекидывало из одного конца салона в другой. Тем более что на скоростях мой внедорожник, с его высоким центром тяжести, мотает довольно прилично. Мы как раз подъехали к развилке на дороге. Я, не зная реальной крутизны и сложности поворота, постарался максимально скинуть скорость, понадеявшись, что все уже успели пристегнуться. А если не успели, то хотя бы будут сейчас готовы к подобным сюрпризам. Затем мы, кренясь на правый борт, завалились в левый поворот. - Теперь на двести километров никаких поворотов, - обрадовала меня Оля. Очень своевременно! Наша машина могла неплохо идти по прямой, тем более на местной соляре супер-высокого качества. Но повороты нам были противопоказаны. Справедливости ради, всё же немного управляемости у нас было. В Дженерал Моторс приложили хоть какие-то силы к тому, чтоб "семейный внедорожник" не был смертельно опасным на хайвее, коих у него на родине несчётное количество. Так что он был более предсказуемым и покладистым на высокой скорости, чем какой-нибудь Ленд-Крузер 70 или даже более современный L200. Но, пожалуй, на этом его способности к скоростной рулёжке и заканчивались: просто эта машина не пытается вас убить. Выйдя на прямую, я снова утопил педаль до пола, машина быстренько положила стрелку спидометра, скромно размеченного только до 160 километров, и продолжила набор скорости. В моей реальности я бы мог узнать точную скорость при помощи программ в смартфоне, использующих спутники. Но в этом мире оставалось лишь догадываться, сколько мы едем. Если я правильно помнил соотношения передаточных чисел в трансмиссии, то у нас закончатся обороты где-то в районе двухсот километров в час, что таки дофига для подобного автомобиля. На новом топливе у могучего V8 добавилось прыти, и вполне может быть, что мы сможем приблизиться вплотную к этой скорости, несмотря на огромный вес, аэродинамику кирпича и громадные потери мощности на пути от мотора до колёс. Конечно, у нас было ружьё и значительно больший вес, чем у любой местной машины, способной нас догнать. Вполне можно было бы поиграть в стрельбу по движущейся мишени или просто спихнуть преследователей с дороги. Но я был солидарен с неким древним китайским полководцем, который считал, что лучшая битва - та, которой не было. Так что пока перед нами расстилалась свободная от поселений и автомобилей трасса, я выжимал всю скорость, которую мог развить наш автомобиль. Пионеры притихли и молча наблюдали за мелькающим за окном пейзажем. - Врррр! - рычал на высоких оборотах двигатель, ему вторил шум шин, не предназначенных для подобной езды, и громкий аэродинамический шум от элементов автомобиля, тоже не рассчитанных на такие скорости. Тут не складывались на скорости зеркала и не отрывало плохо прикрученные детали, но в остальном у нас была одна из наиболее неподходящих машин для подобных спринтов. Вообще сейчас самым выступающим элементом были закреплённые на крыше спальники. Но они были обтянуты палаткой и намертво принайтованы к поперечинам, да и невелика потеря, если сорвутся. Дорога впереди была условно прямой. Если бы мы ехали вдвое медленнее, то плавные изгибы и переходы спуск-подъём даже не замечали бы. Но на нашей скорости все эти вещи были довольно заметны и требовали аккуратного подруливания, дабы не создавать лишней раскачки и всё же как-то вписываться в ширину дороги. Я даже не пытался держать машину всё время строго в своём ряду. Рулёжка напоминала управление огромным танкером, который разогнали до скорости атакующего эсминца. Рррраз - мы проскочили какую-то деревню у дороги. Фьють - и мост через реку скрылся где-то позади. Вррр - мы в секунду обогнали тихоходный универсал и моментально скрылись от него за гребнем очередного холма. Интересно, тут есть дачники, едущие на свои дачи? С рассадой, собакой, тёщей и полным багажником хлама? Если есть, то, возможно, это был один из них. Пока я обдумывал такую возможность, мы промчали ещё десяток километров. На такой скорости километры пролетают очень быстро. Ещё бы машину более подходящую... С другой стороны, этот немного безумный спринт был разовой акцией, и повторять его я не собирался. Мои пионеры сидели тихо, а если о чём-то и говорили, то негромко, и сквозь шум и гул их голоса не пробивались. Так что я полностью сосредоточился на ощущениях от машины. Хотя обратная связь тут была очень опосредованная, но всё же она была, так что я старался не упустить ничего из того, что бы говорило об опасной близости к пределу или о каких-то неполадках. Когда по одометру начала приближаться двухсоткилометровая отметка, я стал высматривать впереди какие-то признаки разветвления дороги. Населённый пункт там, или просто группу деревьев, отмечающую развилку. Но ничего этого не было. Хотя впереди дорога уходила в камыши и, похоже, куда-то поворачивала, потому что где-то дальше лента асфальта терялась от моего взгляда, а весь последний час дорога, даже если не шла идеально прямо, всё равно просматривалась на километры вперед. Никакого явного преследования не было видно (а я очень внимательно осматривал окрестности в зеркалах заднего вида каждый раз, как мы взбирались на гребень холма), а вот что впереди, мы не знаем, разумным будет сбросить скорость. И в этот раз дорожная интуиция меня не подвела. Камыши оказались заболоченными плавнями реки, а дорога начала виться среди них как змея-паралитик. Видимо, строители выбирали наименее заболоченные участки. К счастью, мы ехали уже достаточно медленно, чтоб стрелка спидометра отклеилась от правого края шкалы и начала показывать снижение скорости, но всё же в середине первого поворота накренились больше обычного, а колёса начали протестующе шуршать, соскальзывая вбок. У меня была хорошая современная резина, которая не пищит при любой повышенной нагрузке, а только лишь шелестит, когда начинает проскальзывать. Но вот сейчас был самый предел... К счастью, коварный поворот (чей угол был меньше на входе и неожиданно увеличивался в середине поворота) вышел на короткую прямую перед тем, как свернуть в другую сторону, а у нас был запас места в виде свободной встречной полосы. Поэтому никто, кроме меня, не понял, как близко к неприятностям мы были. Самое интересное, что дальнейшие повороты были не такие затяжные, не такие резкие и без сюрпризов с увеличением крутизны поворота посреди него. Думаю, в то время, когда здесь активное движение, из болот в окрестностях первого виража регулярно вылавливают тех, кто после прямой не успел подготовиться к такому вероломному изменению дорожной ситуации. Дальше мы попетляли по зигзагам дороги и наконец добрались до развилки. Странно, что эти повороты не были отмечены в нашей легенде, хотя развилка была и находилась ровно там, где это было указано в схеме. У дороги были указатели населённых пунктов, и они совпадали с тем, что было отмечено у нас дальше в распечатке. Трасса в очередной раз просто расходилась на две других равнозначных дороги. Хотя принципы главной и второстепенной дороги в этом мире были известны (я видел соответствующие знаки в городах), но на большинстве загородных путей это начисто игнорировалось, видимо, в связи с низкой загруженностью. Я хотел бы продолжать движение и дальше, без задержек и проволочек, но раз мы уже всё равно остановились для сверки табличек с легендой, то решено было сделать тут короткий привал. Если кушать мы могли и на ходу, то вот некоторые другие вещи на ходу делать не очень удобно, так что пионеры разбрелись по окрестным кустикам с наказом возвращаться побыстрее, а я заодно осмотрел машину. Вроде всё в порядке. Ничего не капает, не дымит, не издаёт нездоровые звуки. Под капотом тоже всё без изменений. Да, слегка потеющие соединения явно не рады были таким нагрузкам, на что намекал свежий блестящий слой масла, но в целом это было нормально для старого американского дизеля. И всё это было разве что слегка неэстетично, но не более того, так как нигде ничего не выдавило в товарных количествах. Убедившись, что всё в пределах нормы, и собрав обратно всех пионеров, мы продолжили наш путь. Теперь можно было успевать смотреть по сторонам, отвлекаться на подаваемые вожатой напитки и закуски и вообще снова получать удовольствие от самого процесса перемещения из точки А в точку... В какую-то точку. Правда, один нюанс после часа езды на пределе всё же появился. Может, человек, не знакомый с этой машиной, его бы и не заметил на фоне общих шумов, которые издавал автомобиль, но я отчётливо слышал новый звук, как будто от резины появился новый гул. Я знал этот звук: подшипник ступицы. От небольшого шума до серьёзных проблем, как правило, лежит много километров пробега. Даже если всю оставшуюся дорогу до столицы проделать в режиме максимальной скорости, то он эту поездку выдержит. Но всё же этот посторонний гул означал, что у какой-то из передних ступиц пошёл обратный отсчёт. Сильно сомневаюсь, что где-то в этом мире есть магазины со ступицами на старый Шевроле из другого мира. Уверен, что при большом желании эту проблему можно будет решить при помощи местных обходных технологий. Но это будет сложно, долго, дорого и станет разовым решением одной поломки. В целом владение (и пользование) машиной из другого мира здесь получится очень дорогим хобби. Чуть дороже, чем модернизация авианосца, и чуть дешевле капиталки двигателя на Бугатти Вейрон. Мы больше не делали остановок. Хотя никакого хвоста за нами, похоже, не было, но большого желания сделать перерыв никто не высказывал. Мы перекусили прямо на ходу, а под чутким руководством Ольги Дмитриевны, возможно, при этом даже никто ничего не заляпал: ни себя, ни салон, ни пледы с подушками. Я же привычно накрошил кучу крошек со всего, что в состоянии крошиться, и так же привычно смахнул их с сиденья на коврик. Ну что поделаешь, если умением аккуратно кушать за рулём я так и не обзавёлся за все прошедшие годы. На все вопросы вожатой и пионеров я отвечал односложно и, может, даже не в тему. Но ничего важного сейчас у нас на повестке дня не было, так что они в итоге просто оставили меня в покое. Это в игре Семён за неделю превращается из гадкого интроверта в прекрасного... Ну, может, не экстраверта, но точно в менее замкнутую личность. А у меня не было недели каникул в теле подростка. Вместо этого было несколько дней работы. Приятной и любимой мною работы, в непривычной обстановке. Но всё же это была работа. У меня ныли ноги и шея от такого долгого сидения за рулём. Я, выходя из машины, продолжал чувствовать вибрации мотора, которые весь день передавались ко мне через руль и педали, как моряк, сошедший на берег, продолжает ощущать морскую качку. Мне надоело практически каждый раз, как я смотрю в зеркало заднего вида, видеть там не дорогу позади, а чью-то улыбающуюся физиономию. Справедливости ради надо признать, что пионеры были практически идеальными попутчиками. Только мне не требовалось общество в дороге. Когда все пионеры занялись обсуждением чего-то своего и оставили попытки меня расшевелить, я смог наслаждаться теми видами, которые открывались перед нами. Вот очередная деревня, и почти у самой дороги стоит полутораэтажное здание из тёмного дерева, увитого плющом. Возможно, это когда-то была конюшня, которую переоборудовали в гараж, а мансардный этаж теперь не место хранения сена, а модное жилище в стиле "лофт". На краю деревни стоял старый костёл, тёмная башня колокольни которого возвышалась над всеми окружающими постройками. С другой стороны почти сразу начиналась другая деревня, вытянутая вдоль озера, находившегося в стороне от дороги. А почти у самой трассы виднелась большая плакучая ива, в тени которой уютно разместились несколько скамеечек. Я бы с удовольствием ехал ещё медленнее, чтоб прочувствовать все эти красоты вокруг, а ещё лучше приехал бы сюда один и без спешки, чтоб спокойно походить среди всей этой красоты, а когда надоест или станет холодно - то снова прыгнуть в машину и ехать дальше, пока опять не увижу что-то, ради чего решу, что стоит остановиться, взять какой-нибудь горячий напиток в вездесущем картонном стаканчике и пойти снова походить среди... - А когда мы уже приедем? - неожиданно вторгся в мои мысли звонкий требовательный голосок Ульяны. - Скоро, Уля, ещё час примерно, - ответила вожатая с переднего сиденья. - Уууу, так долго... Может, будем ехать быстрее? - продолжала капризничать мелкая. Очень хотелось сказать что-то вроде "кому не нравится - тот может пойти пешком", но я промолчал. То ли лесть вожатой работала, и мне не хотелось своими резкими репликами портить впечатление хорошего руководителя всего этого балагана, то ли с возрастом я таки стал умнее и мог хоть иногда держать своё (несомненно ценное) мнение при себе. Так что я лишь вздохнул и ничего не сказал, получив в награду лёгкую улыбку от Оли, сидевшей на сиденье вполоборота. Она тоже явно устала от бесконечной дороги, и не факт, что ей эта поездка приносила хотя бы какое-то удовольствие. Это я многим в этой поездке наслаждался, но вполне возможно, что далеко не все пионеры разделяли мою радость от самого факта того, что мы покоряем всё новые километры пути и видим виды, которые не видели раньше. Может, они вообще держатся из последних сил, утешая себя лишь тем, что не идут пешком, по колено в снегу. Кроме демарша Ули, больше ничего интересного у нас не происходило. Ну да, всё те же симпатичные деревни и аккуратные поля. Вот даже какой-то фруктовый сад проехали. В течение нескольких минут слева и справа от дороги мелькали только ряды аккуратных деревьев, а потом они резко закончились и потянулись всё те же, привычные уже за целый день, виды. Все волновались по поводу того, что же нас ждёт по прибытии, но все возможные варианты уже обсудили, и большинство не один (и даже не два) раз, а никакой новой информации у нас не было, так что и новых идей не возникло. Эйфория первых дней дороги уступила место мрачной решимости доехать до Цюриха и своими глазами увидеть, что же нас там ждёт на самом деле. Поэтому разговоры в машине практически полностью сошли на нет и все теперь просто ждали. Наконец мы обогнули по объездной дороге последний город на нашем пути. В легенде осталась последняя отметка: Цюрих, 15 км. Там нам нужно будет заехать на заправку, на которой нас должны ждать. А вокруг нас постепенно набрала силу достаточно активная жизнь на дороге, непривычно много машин ехало как в попутном направлении, так и в противоположном. Их понемногу, весь последний час, становилось всё больше, но как-то было не так заметно. А сейчас трасса стала четырёхполосной, и я неожиданно осознал, что все четыре полосы используются достаточно активно даже по меркам автодорог моей реальности. Наконец показалась и нужная нам заправка. На этот раз я ожидал этого момента, поэтому вожатское "ой, нам же на этой заправке нужно остановиться" не застало меня врасплох. К моменту, как она заметила то же название, что и в легенде, я уже снижал скорость и, с правым поворотником, перестраивался на полосу торможения перед заездом на территорию, расположенную чуть поодаль от дороги, на возвышении. Долго искать наших встречающих не пришлось. Как только мы вальяжно зарулили на парковку, из тёмно-синего автомобиля (больше всего похожего на старый Рекорд, хотя и не семидесятых, а посвежее) выскочили двое ребят, которых иначе как "полицейские, но не в форме" трудно было охарактеризовать. Они сразу начали махать нам руками, и мы подъехали к ним. - Добрый день, меня зовут Людвиг, я начальник вашей охраны, - обратился на русском, с забавным акцентом, тот из них, что был постарше, когда мы остановились рядом с их машиной и я опустил стекло. - Следуйте, пожалуйста, за нами, мы проведём Вас к вашему особняку. Мне оставалось только кивнуть, двинуться к выезду и подождать там, пока наши сопровождающие развернутся и выедут впереди нас. Даже ноги размять не дали... Ну ладно, надеюсь, уж теперь-то нас ждёт действительно последний отрезок дороги! В наш особняк, куда нас сейчас ведёт автомобиль впереди. Где едет начальник нашей охраны и ещё кто-то, кто сидит за рулём. Похоже, мы действительно теперь важные гуси... Только почему меня это не радует? Посмотреть центр города нам не удалось, так как буквально через пару километров с центральной дороги мы свернули куда-то влево. Дорога тоже была широкой, но попроще, и движения было меньше. Вокруг нас становилось всё больше частных домов и всё меньше больших многоквартирных. Хотя пока ничего действительно большого мы не видели, максимум пять-шесть этажей. Зачастую вообще два-три. Мы всё пробирались пригородами. Дорога постепенно спускалась вниз, хотя и без больших перепадов высоты. Пару раз где-то справа от нас мелькала вода... Кажется, Цюрих находится на берегу озера? Если так, то мы всё ближе к этому озеру. Дома вокруг становились всё крупнее, заборы всё выше, а газоны всё ухоженнее. На одном из перекрёстков мы свернули направо, прямо в сторону озера, там упёрлись в набережную, ещё раз свернули - и поехали вдоль воды. На другом берегу озера виднелись дома и улицы, на воде было несколько отчаянных яхтсменов, которые решили выйти в заплыв, несмотря на довольно прохладную погоду и тот факт, что начинались сумерки. Затем дорога ушла немного в сторону от воды, набережная закончилась парковкой, а дальше, по стороне озера, начались самые высокие заборы из тех, что я видел за сегодня. Нет, это не были капитальные заборы из профнастила или камня, как мне было привычно видеть. Непосредственно сами заборы были невысокими ажурными конструкциями из дерева или бетона (или того и другого вместе). Просто за этими милыми оградками начиналась такая высокая живая изгородь, что пройти через неё будет даже сложнее, чем перелезть через каменный забор с колючей проволокой. И хотя вдоль улицы были разные участки, с домами разных стилей позади изгороди и разными заборчиками, но все их объединяло одно: трёхметровая живая изгородь из каких-то вечнозелёных растений, а также полоса деревьев между домами и улицей. Ну да, в нашем мире было примерно так же. Непростые люди, в абсолютно любой стране мира, старались отгородиться неприступной стеной от всех прочих. Просто в цивилизованных странах это делалось не так демонстративно, как пятиметровый каменный забор со стеклянными перегородками поверх всего этого. У людей, живущих тут, больше вкуса, но такое же нежелание пускать кого-либо в свою жизнь. Возле одного из домов мы сбросили скорость, и машина сопровождающих включила левый поворот, собираясь свернуть в маленький переулок между двумя неприступными изгородями. Мы ждали, пока проедут встречные автомобили, а я за этот коротенький промежуток успел рассмотреть дом слева от нас. Ну, вернее, то, что было видно через деревья и высокий живой забор. Это был достаточно современный большой трёхэтажный дом, но выполненный в стиле старинных замков. Там были балконы с лепными перилами и полосатые маркизы над окнами. Часть окон закрывали внешние жалюзи зелёного цвета. С дороги было видно два крыла дома, и на крыше одного из них, по всей видимости, была обустроена площадка, так как там виднелись перила и какой-то каркас для крыши, а также пара больших растений в горшках. Второе крыло было выше того, где была площадка, и там было что-то, что можно было считать четвёртым этажом. Во всяком случае, в черепице крыши виднелись круглые слуховые окна. Со стороны улицы во двор вела только неширокая резная калитка, несколько заросшая плющом сверху и какими-то сорняками снизу. Кажется, этот вход хоть и был парадным, но им давно не пользовались. А главное, непонятно, куда машину-то девать. Ответ на этот вопрос мы получили, когда свернули в переулок между домами: он почти сразу заканчивался чьим-то лодочным сараем, а слева и справа находились караульные помещения и запертые ворота. Хотя те, что слева, уже отъезжали в сторону, и из караулки вышел охранник. Он коротко переговорил с Людвигом, ехавшим в первой машине, и мы заехали во двор. Я как-то смотрел репортаж про резиденцию одного из бывших президентов США, которую он выставил на продажу. Она была скромнее. С другой стороны, владения некоторых бизнес-магнатов были значительно роскошнее... В общем, предоставленный нам особняк был довольно немаленьким домом с большим участком. Он выходил прямо к озеру, но был закрыт от воды очередным слоем живой изгороди. К лодочному сараю примыкали гаражи, а к ним небольшой домик для гостей или прислуги. Между домом, воротами и гаражами была большая площадка, вымощенная плиткой, где мог бы развернуться целый автобус. Икарус, ага. Не хватало только фонтанчика посередине этой площадки. Ну или постамента с Гендой, если учесть, кто будет теперь в этом особняке квартировать. К слову о пионерах - как только мы и наши сопровождающие припарковались, то они все радостно высыпали из машины и с восторгом глазели на наше жилище и окружающее благоустройство. Я же сидел в машине. Ко мне подошёл Людвиг: - Сегодня тут только дежурные охранники, уже завтра прибудет прислуга, дополнительная охрана и должны будут приехать сотрудники из института изучения параллельных реальностей. А пока обустраивайтесь и отдыхайте. Всё необходимое в доме есть. - Спасибо, - кратко ответил я, так как мысли разбегались во все стороны и путались. С чего бы нам такие почести? Нет, ну я понимаю, что нас девять человек. Но не обязательно ведь селить нас в стильном особняке на берегу озера, да ещё и с круглосуточной охраной и прислугой. Вряд ли это гостевой домик от университета, который собирается нас изучать. И вряд ли это обычный уровень рядового жителя Цюриха. Мы достаточно проехали по городу, чтоб я мог заметить, насколько этот дом больше и... породистее, что ли, чем обычное жильё, которое нам встречалось по пути. И я пока совершенно не понимаю, где именно тут собака порылась. Но так или иначе, мы приехали. Я положил руку на ключ зажигания, чтоб заглушить мотор... и не мог собраться с духом это сделать. Все остальные выслушали тот же спич от нашего шефа охраны, после чего с радостными криками рванули в дом, разбирать комнаты. А я продолжал сидеть в машине, всё не решаясь повернуть ключ в последний раз. Обычно для меня автомобиль - это одна из моих вещей. Да, всегда любимая и достаточно ценная. Всегда обслуживаемая по регламенту и выглядящая не позорно. Но при всём этом, когда приходит время продавать, то продаю без сожалений. Потому, что это всего лишь вещь. Но только не в этот раз... Мой Шеви, после того как выехал за ворота завода, сменил нескольких владельцев на двух континентах, но при этом за ним всегда следили. Из-за этого я и приобрёл именно этот экземпляр. Я добавил ему несколько вещей, которых не было с завода или не поставили предыдущие владельцы. И потом просто использовал по назначению. Точно так же, как, например, авторучку или микроволновку. До тех пор, пока на мою бедную голову не свалился отряд пионеров из другого мира. И тогда этот автомобиль стал для нас всем. Мы пересекли на нём половину континента. Прошли через бездорожье, неизвестность, опасности ничейных земель. Он был с нами в заброшенном "Совёнке" этого мира. Мы прорывались с ним сквозь ночной шторм и полоумный трафик в городской черте. Он не подвёл даже во время скоростного заезда на несколько сотен километров, а это вообще совершенно не его предназначение. Мой Сабурбан прекрасно вёл себя все эти дни, несмотря на то, что нам постоянно требовалось от него 110% его возможностей. Всех возможностей: скоростных, внедорожных, дальнобойных... И он с этим всем справлялся. А теперь ему предстоит сделать для нас свою последнюю работу: стать подопытным в институте по изучению других реальностей. Так как он представлял собой действительно прекрасный образчик инженерной школы другого мира. Не самый совершенный и современный, но достойный образец как дизайна, так и надёжности. Может быть, ему повезёт и он в итоге займёт место в каком-то музее, как образец технологии другого мира. А может, в музее окажется мой ноутбук, в котором гораздо меньше ценного железа. А Шеви пойдёт на переплавку ради стратегических интересов нашей новой реальности. Но как бы дальше ни повернулась его судьба - сейчас, скорее всего, я в последний раз вёл этот автомобиль куда-то. После всего, через что мы прошли за эти дни, я впервые осознал, что для меня именно эта машина - уже не просто вещь. В своём мире я бы просто после этого поставил его в сухой гараж и ездил бы на нём только по выходным и в хорошую погоду, а всё остальное время сдувал бы с него пылинки, вспоминая эти удивительные события. Но я был не в моём мире, и тут не мог себе этого позволить по многим причинам. Так что всё же пришлось найти в себе силы заглушить тихо урчащий на холостом ходу мотор и выйти из машины. Но просто развернуться и пойти в дом я не смог. Ещё какое-то время стоял рядом со своим полноразмерным семейным автомобилем, потом обошёл его вокруг, чтоб убедиться, что всё по-прежнему в порядке. Да, он выглядел всё так же невозмутимо исправным и готовым к любым приключениям. - Спасибо. Спасибо тебе, друг, за всё, - наконец сказал я, похлопав его по огромному тёплому капоту, после чего отправился в дом следом за пионерами.