Дорога, зомби и любовь

Любовь, дай мне любовь, дай мне любовь, Мне не нужно это, Но я возьму то, что я хочу из твоего сердца. И я буду держать это в сумке, в коробке Поставлю крестик на полу Дай мне больше, дай мне больше, дай мне больше

***

Магазинчик подержанных товаров миссис Рэйми, расположившийся прямо в ее доме, встречал посетителей сваленными на крыльце цветочными горшками, зловеще приоткрытой дверью и кровавыми следами, хаотично испещрившими местность. Макс сжала губы и поежилась, с тревогой глядя на открывшуюся глазам картину. Даже в этой глуши, в самом малонаселенном районе города, спасения не было. Надежда на то, что происходящее какая-то чудовищная, но локальная катастрофа, которая вот-вот решится, угасала со стремительной скоростью. Каждый район города был заражен. По дороге до магазинчика им то и дело приходилось объезжать перевернутые машины и разбросанные на дороге трупы. Макс даже видела несколько горящих полицейских тачек, а рядом с ними зомби-копов, поедающих своих коллег или горожан. Она сразу подумала о шерифе Хоппере и о том, что его точно нет среди этих несчастных. Она верила в него и знала, что такой крутой парень не мог сдаться без боя. Шериф, наверняка, сумел отбиться от первой волны зараженных и защитил Джойс, Джейн и Уилла. Возможно, им удалось спрятаться в полицейском участке или выехать из города. Вот бы найти его и всех остальных. Он бы точно не был балластом. Макс предложила Билли проверить ее догадки, но он наотрез отказался ехать в участок, особенно после того, как на их пути повстречались обращенные копы. У Билли всегда были натянутые отношения с полицией и с шерифом в частности, поэтому едва ли он был готов рисковать хоть чем-то ради встречи с ним. Чувство обреченности постепенно затапливало Макс, но адреналин и первобытный инстинкт выживания заставляли из последних сил держаться на плаву и не сдаваться. — Это здесь, — подтвердила она, с опаской выглядывая в окно. Они тщательно осмотрели территорию из машины, но двор был пуст. Возможно, хозяйка и ее посетители мертвы или заражены и бродят где-то в поисках пропитания. А может и вовсе затаились в доме. — Надо сделать все очень быстро, — проинструктировал Билли. — Ты там уже была и лучше ориентируешься, поэтому сбор необходимого — твоя задача. Я буду тебя прикрывать. Макс неуверенно кивнула. Ей было трудно на него положиться. Она попыталась мысленно восстановить обстановку внутри, чтобы схватить нужные вещи и не терять ни секунды драгоценного времени. — Получается, мы ограбим ее? — вдруг спросила она перед тем, как открыть дверь машины. — Да, — просто ответил Билли. Он проверил кобуру с пистолетом и взял отцовское ружье. — Но судя по кровавым следам и общей обстановке, она не сильно огорчится. Макс тяжело вздохнула, пытаясь заглушить назойливый голос совести. Миссис Рэйми была чудаковатой и не самой приятной старушкой. Макс часто злилась на нее и называла сморщенной стервой, особенно, когда та заломила неподъемную цену за столь желанную куртку. Но теперь Макс поняла, что отдала бы все на свете, чтобы вновь услышать скрипучий голос хозяйки секонда и потолкаться с друзьями среди полок, набитых, по их мнению, ненужным хламом. А потом вернуться домой и выслушать от мамы причитания по поводу своих взлохмаченных волос и ободранных коленок. Да она бы даже послушала бредни Нила. Но все это осталось в прошлом, растворилось в событиях одного-единственного дня. Сегодня Макс узнала, что все ее претензии к своей судьбе по большому счету были сущей ерундой. Самое худшее, что могло случиться, происходило с ней сейчас. Она вышла из машины вслед за Билли и сразу направилась к дому, стараясь не вляпаться в кровавые следы босыми ногами. Бесшумно проскользнув за дверь, воровато огляделась. Тут явно произошло что-то страшное, кругом виднелись следы жестокой борьбы. Стеллажи были перевернуты, стеклянные полки разбиты, а пол и стены забрызганы кровью. Все это усложняло ей задачу в поисках нужных вещей. Макс продвинулась вглубь, проклиная чертово разбитое стекло, из-за которого приходилось передвигаться, как по минному полю. Она совсем не хотела порезаться и занести в кровь инфекцию. — Осторожно ходи, везде стекло, — шепотом сказал Билли. — Вижу я, не слепая, — огрызнулась она. Билли хмыкнул, и Макс прикусила язык. Дьявол! Зачем грубить в ответ на абсолютно адекватное предупреждение? Наверное, она привыкла, что от Билли не дождешься ничего хорошего, и каждое его слово воспринимала в штыки. Первым делом Макс стащила с крючка, неровно вбитого в деревянную стену, вместительный рюкзак из холщовой ткани с растрескавшимися кожаными ремнями. Она всегда считала, что за такую рвань никто и цента не даст, а теперь была просто счастлива стать его владелицей. Следом перерыла раскиданную по полу обувь. Ей удалось отыскать кеды по размеру, которые она тут же нацепила на голые ступни. Преграда в виде резиновой подошвы воспринималась не меньше, чем зачарованная броня. Передвигаться стало значительно удобней. Затем Макс добралась до сваленных вешалок. Нетерпеливо порывшись в куче барахла, она выудила из завала ту самую мотоциклетную куртку за бешеные пятьдесят баксов. Губы дрогнули в вымученной улыбке, находка значительно воодушевила ее. Было бы обидно, если бы кто-то добрался до вожделенной куртки раньше. Макс не стала пихать ее в рюкзак, рассудив, что она займет много места, и повесила ее на согнутую руку. Прежде чем продолжить поиск, Макс бросила взгляд на Билли. Убедившись, что он все еще прикрывает ее, прохаживаясь по периметру и иногда выглядывая в окно, она вернулась к вещам. Прикинув на глаз размеры и с трудом отыскав подходящие джинсы и черную майку с абсолютно неуместной надписью «Сладкая детка», она переместилась к опрокинутой стойке с нижним бельем. Вспомнился день, когда они с ребятами долго смеялись над тем, что чокнутой Рэйми можно сдать даже собственные трусы, если хочешь разжиться десятью центами. Но сейчас Макс было не до смеха. К ее удивлению и откровенной радости, почти все белье оказалось с бирками. Зачем кто-то покупал его и тут же сдавал в секонд, Макс предпочла не думать, в конце концов, могли ошибиться с размером. Или тот, кому это предназначалось умер. В любом случае сейчас она была благодарна тем, кто сдавал в секонд все подряд. Она закинула в рюкзак несколько трусов и пар носков, а также спортивный лифчик, который выглядел слегка великоватым, но оказался самым приемлемым по размеру. А потом, наткнувшись на мужское белье, она обратилась к Билли: — Тут и мужское есть, — сообщила она, показывая ему свою находку. — Взять? Билли скривился от отвращения. — Я все же возьму, — сама себе ответила Макс. — Можешь кривить ебало сколько угодно, строя из себя калифорнийского красавчика с обложки в трусах от Кельвина Кляйна, но выбора у тебя нет. Лучше набрать необходимый минимум здесь, чем рисковать и соваться в магазины покрупнее. — Выкинь обратно это дерьмо. В машине есть все, что нужно. Я же ехал на ней через все штаты, забыла? Думаешь, я ничего не брал с собой? Точно. Макс и не подумала об этом. Получается, у Билли есть все необходимое, и только у нее ни хрена нет. Что ж, наверное, стоит быть благодарной за то, что он привез ее сюда, а не оставил разгуливать по зараженному городу в одних в трусах. Под пристальным взглядом Билли, она вытащила из рюкзака все лишнее. — Что? — недовольно спросила она. — Я все убрала, не психуй. — Знаешь, а ход твоих мыслей мне даже понравился. Решила для разнообразия включить голову? Удивительно было слышать от тебя что-то разумное после: «поехали за моими друзьями! поехали к шерифу! зачем мне шмотки!» и прочей тупости. Возможно, от тебя даже будет какая-то польза. — За обстановкой следи, а не болтай, — грубо перебила Макс. — Как скажешь, — с приторным смирением ответил Билли. Уже по одной его интонации было понятно, что ее выпад взбесил его. Да похуй, ничего ужасного она не сказала, только правду. Когда Макс встряхнула рюкзак, чтобы вещи улеглись, со двора раздался тревожный звук, похожий на нетвердые шаги, а следом послышался хрип и знакомое рычание. Сердце пропустило удар, а ладони моментально вспотели. Билли выглянул в окно и тихо сказал: — А вот и хозяйка. И не одна. Видимо, прихватила того, кто пришел сюда и обратил ее. Они пока нас не видят, поэтому еще что-нибудь закинь и сваливаем. Билли навел на зомби ружье, а Макс начала действовать быстрее. Она буквально забила рюкзак доверху, не забыв прихватить очевидно полезные вещи. Такие, как аптечка, моток веревки, фонарь, батарейки. А также менее полезные, но очень желанные кассетный плеер и наушники, которые обнаружились в выдвижном ящике стола. Напоследок Макс не очень аккуратно содрала со стены карту США, надорвав ее по краям. И хоть карта была старой, но на ней отчетливо прослеживались основные дороги. Пригодится. — Они близко, пора уходить, — поторопил Билли. — Окей. Макс закинула рюкзак на плечо, поправила висевшие на руке вещи и двинулась к выходу, обвешанная, как рождественская елка. Но увидев открытую кассу, не смогла удержаться и набила скомканными купюрами карманы джинсовки. И только потом подумала, нужны ли вообще в новом мире деньги. Именно в этот момент она будто увидела себя со стороны и испытала отвращение. Это ведь настоящее мародерство. Билли покачал головой, бросив в ее сторону короткий недовольный взгляд. — Лучше биту возьми, — процедил он и указал дулом на одиноко стоящую у прилавка старую бейсбольную биту, с перемотанной темной изолентой рукоятью, будто специально подготовленную для самообороны. — И держи покрепче. Макс покраснела, раздосадованная тем, что сама не заметила биту, а вцепилась в ненужные сейчас бумажки. Взяв биту в руку, она отметила, что та достаточно тяжелая, но благодаря изоленте ее очень удобно держать. Значит тот, кто обмотал ее, сделал это специально, а не из-за того, что бита вот-вот развалится. Конечно, она выглядела старой, настоящее ретро, но при этом ощущалась внушительно. Макс поравнялась с Билли, и они покинули магазинчик. Он держал бестолково кружащих у дома зомби под прицелом, а Макс осторожно шла позади него, стараясь ничего не выронить. Разглядывая несчастную миссис Рэйми и незнакомого мужчину, она заметила, что их ноги путаются в странных растениях, а сок, выступивший из них, окрасил обувь и лодыжки в темный цвет, похожий на чернила кальмара, но с небольшим багровым оттенком. Такого же цвета были уродливые вены, покрывшие сетью их тела, и мерзкая жидкость, обильно текущая изо рта и носа. Определенно, все это как-то связано между собой. — Такие же сорняки были на участке мистера Чейза, — рассказала она. — Сегодня утром он явно пытался выкопать их, а потом вел себя странно, а в итоге… Она не смогла договорить, вспомнив, что именно мистер Чейз сделал с ее мамой. — Тогда держись от них подальше, — посоветовал Билли. — Потом порассуждаем о природе этого дерьма. Валим. Зомби застыли, будто услышали или почуяли их, и медленно обернулись. Макс вздрогнула, задержала дыхание и стремительно ринулась к машине. Им с Билли удалось захлопнуть двери ровно в тот момент, когда истошно вопящие зомби, порывистыми рывками бросились в их сторону, путаясь в извилистых сорняках. Оказавшись в салоне, Макс смогла выдохнуть. Машина помчалась по трассе, и напряжение, скрутившее внутренности, слегка ослабло. Машина Билли, которая раньше была для нее местом дурных воспоминаний — стала своеобразным убежищем. Как и сам Билли, превратившийся из монстра в союзника. Макс закинула рюкзак на заднее сидение и сама перебралась на него, стараясь прикрыть бедра, уползающей вверх джинсовкой. Нужно было срочно переодеться. Собственная нагота под курткой Билли делала ее уязвимой. Она быстро сняла кеды, стягивая их с пяток носками, а потом, немного помедлив, сняла и куртку, тут же закинув ее на спинку пассажирского сидения. Надевая лифчик, она заметила наглый взгляд Билли в зеркале заднего вида. — Какого черта! Не смотри на меня! — воскликнула она, закрываясь майкой. Билли рассмеялся, но все же послушался и уставился на дорогу перед собой. — Чего я там не видел, Макс? Твоих симпатичных маленьких сисек? Макс покраснела до корней волос и едва удержалась от того, чтобы не огреть Билли по голове найденной битой. Какой же он ублюдок! Даже в такой ситуации предпочел вести себя, как конченный мудак. Макс ощутила затаившееся в ней беспокойство, когда наконец-то отчетливо поняла, что теперь она застряла с Билли в небывало тесном контакте и ей от него никуда не деться. Возможно, вариант сдохнуть в их проклятом доме рядом с мамой и Нилом был не так уж плох. — Расслабься, — успокоил Билли. — Я не буду смотреть. Он действительно больше не смотрел на нее, сосредоточившись на дороге. Макс надела майку и джинсы с такой скоростью, будто от этого зависела ее жизнь. Расправившись с носками и кедами, затянув растрепанные волосы найденной в секонде резинкой, она наконец позволила себе устало откинуться на спинку сидения. — Оделась? — спросил Билли со смешком. Ситуация определенно забавляла его. — Да, — едва слышно буркнула Макс. Билли вновь поймал ее отражение в зеркале. — Охуенная майка, — продолжил веселиться он. — Особенно в текущих условиях. Сладкая детка. Мило. — Это была единственная майка темного цвета и по размеру, — попыталась оправдаться Макс, осознавая всю иронию надписи. Да уж, как бы не оказаться «сладкой деткой» в пасти зомби. — Окей, сделаю вид, что верю. — Отъебись. Игнорируя ухмылку Билли, Макс надела свою новую мотоциклетную куртку. Она была немного велика, но в целом сидела отлично. Красная кожа местами потрескалась, но Макс посчитала, что так даже круче, и она выглядит в ней, как заядлая байкерша. Макс вытянула руки, с удовольствием и какой-то гордостью провела по шершавой коже ладонями, поправила воротник-стойку и осталась вполне довольна. — Тебе идет, — внезапно сказал Билли, без стеснения разглядывая ее. — Мы ведь ради этой вещицы навестили магазинчик милой старушки? Макс удивилась его проницательности, но юлить не стала. — Да. Ну и плюсом шло все остальное — удаленность, малолюдность и куча барахла. — Звучит очень логично. Но все же забавно, что ты первым делом побежала грабить эту несчастную пожилую леди. Удивительно, что ты не решилась на это раньше. Наверняка же тебя посещали мыслишки о том, чтобы обчистить старую суку. Кто знает, — задумчиво протянул он, постукивая пальцами по рулю. — Может тебе даже понравится в новом мире, а, Безумная Макс? Она зло посмотрела в зеркало, на мгновение встречаясь с Билли взглядами. Хоть ей и нравилось прозвище, которое он для нее придумал, но вот контекст ее совсем не устраивал. — Не суди всех по себе, — прошипела она. — В подобном дерьмовом мире, где можно безнаказанно грабить и убивать, может понравится только такому отморозку, как ты. — Очень грубо и несправедливо, Макс, — пропел Билли, сильнее вжимая ногу в педаль газа, заставляя машину с ревом мчаться по трассе. — Что ж, возможно, нам обоим понравится в этом дивном новом мире. Макс ничего не ответила. Яростно перевернула рюкзак, высыпав содержимое на сидение рядом с собой, она стала перебирать награбленные трофеи.

***

На одном из поворотов им удалось отыскать маленький придорожный магазинчик, вокруг которого не шныряли зомби. Здесь явно кто-то побывал до них, ликвидировав основную опасность и проредив полки с продовольствием. Несколько окончательно убитых обращенных лежали на земле у входа. Сердце Макс радостно застучало, когда она поняла, что не только они с Билли следуют по этому пути. Есть и другие люди. Выжившие. Те, кто борется. А значит, надежда все еще не угасла. Возможно, вскоре они и вовсе вырвутся из зоны заражения, туда, где все идет привычным чередом, где нет смерти и отвратительного запаха крови и жженой плоти. Зайдя в магазинчик, Макс и Билли двигались очень тихо, стараясь не привлекать внимания. Удача была на их стороне. Они доверху заполнили две корзины водой, едой, сигаретами и средствами гигиены. — Я даже не знаю, как на это реагировать, — ехидно бросила Макс, не в силах удержаться от комментария. — В мире полный пиздец, а ты набираешь эту бесполезную хрень, — она указала на россыпь тюбиков в его корзине. — Лосьон для лица. Серьезно? — Помолчи, — резко заткнул ее Билли. — И возьми себе хоть что-то. Расческу хотя бы, а то смотреть невозможно. Макс поджала губы. — Делать мне нехуй. Сейчас есть вещи поважнее, — немного уязвленно ответила она, а потом все же договорила, — и к твоему сведению, я взяла все, что может понадобиться. И расческа там есть. — Вот и отлично. Они уже шли к выходу, когда Билли внезапно остановился и бегло заглянул в корзину Макс. — А это ты взять не хочешь? Макс нахмурилась. О чем он вообще? Билли закатил глаза и небрежно указал на стеллаж позади нее. Она обернулась, впечатываясь взглядом в разноцветные упаковки прокладок и тампонов, и почувствовала себя полной идиоткой. Разумеется, ей нужно это взять. — Ты же уже взрослая девочка и должна ими пользоваться время от времени, — усмехнулся Билли. — Ага, — ответила Макс. Конечно, она ими пользовалась. Месячные у нее пошли почти сразу после приезда в Хоукинс. Глупо как-то вышло. Макс было неловко от того, что о таких вещах первым заговорил Билли. Она сама должна была сообразить, что, когда придут месячные, ей будет не просто. Но она все еще туго соображала. И, если честно, очень боялась бродить по магазинам. Ей то и дело мерещились силуэты, мелькающие среди стеллажей. Она ходила среди них, как лунатик, и едва ли могла адекватно оценить обстановку. В магазинчике миссис Рэйми она была на каком-то подъеме и могла делать все быстро и ловко, а сейчас опять рухнула в тревоги и страхи. Наверное, так на нее действовали приближающиеся сумерки и мысли о грядущей ночи. Удастся ли ей выжить в темноте? — Хорошо, что мы нашли это. А то заляпала бы мне всю тачку, — пренебрежительно бросил Билли, прервав ее гнетущие размышления. Говорил он таким тоном, словно Макс уже сотворила нечто ужасное. — Бери сколько нужно и за мной. Макс быстро сгребла с полки несколько знакомых упаковок и поспешила следом. Страх сменился колючей обидой. Она не могла решить, как ей относиться к сказанному. С одной стороны, он побеспокоился о ней, точнее о своей драгоценной тачке, но с другой, сделал это с таким брезгливым видом, что Макс почувствовала себя прокаженной. — Ну извини, что я женщина и у меня идут месячные, — взорвалась она, не в силах проигнорировать его тон. — И вообще, то, что тебе так противны женщины, заставляет задуматься. — Женщина, — усмехнулся Билли, мазнув по ней откровенно издевательским взглядом. — Это ты что ли — женщина? Макс едва не зарычала от ярости. — А кто еще? — рявкнула она громким шепотом. — Завались, Билли. — Надо же. Женщина. А я и не заметил. — Ну да, именно поэтому таращился на меня в машине? — ляпнула Макс и сразу же пожалела. Билли помолчал, обдумывая ее слова, а потом ответил, медленно и с упоением растягивая слова: — А ты, значит, хочешь, чтобы я в тебе женщину разглядел? Хм, интересно. — Да пошел ты. Я вообще не об этом. — Ну тогда не выебывайся, раз не об этом. Перепалка притупила их бдительность, и они оба резко отшатнулись, застигнутые врасплох, когда уже у самого выхода им преградил путь здоровенный чернокожий парень в форме продавца. Точнее то, чем он теперь стал. Макс едва удержалась от вскрика и позорного побега. Билли же, не теряя ни секунду, выхватил пистолет и выстрелил продавцу прямо в коленную чашечку, и тот упал, как подкошенный. Макс наконец оценила то, что Билли чертовски метко стреляет, будто всерьез занимался стрельбой. Но сейчас ее волновало другое. Раз он так круто стреляет, то почему не прострелил зомби голову? Раненный зомби продолжал ползти на них, щелкая окровавленной пастью и яростно рыча. Макс всерьез испугалась, что его вопли и звук выстрела привлекут других зомби на мили вокруг. Губы задрожали, она попятилась, но Билли схватил ее чуть выше локтя, выдернув вперед, прямо к ползущему зомби. — Самое время потренироваться. Пули — дорогое и шумное удовольствие, будем использовать их по минимуму. Бита — отличный вариант, когда есть возможность не стрелять. В своей силе и решимости я уверен, а в твоей— нет. Да, ты не безнадежна и иногда можешь постоять за себя. С молотком ты справилась отлично, да и с битой, когда напала на меня. Но это все херня, ты всегда действовала на адреналине. Нужно уметь бить с холодным расчетом. Поэтому, давай, размозжи ему голову. Макс с опаской посмотрела на ползущего зомби, поставила корзину с награбленным, крепко перехватила рукоять биты двумя руками и застыла, парализованная внутренним барьером. Она не могла сделать это. Просто не могла. Билли прав, дома она действовала на чистом адреналине, на желании защитить маму, но теперь, когда мертвец полз по полу и хрипел, будто изувеченный человек, она не решалась занести над его головой оружие. — Ну же, не тормози, — нетерпеливо подтолкнул Билли. — Будешь мешкать — нам пиздец. Сюда сейчас обязательно придут другие. — Я не могу, — мотнула головой Макс и умоляюще посмотрела на Билли. — Зачем делать это сейчас? Ты уже обездвижил его. Давай просто уйдем. Ее мольбы не возымели никакого эффекта. Билли смотрел непреклонно. Так красноречиво, что Макс физически ощущала его решимость довести дело до конца. — Нет. Мы не уйдем отсюда, пока ты его не прикончишь. Бей. Голос Билли был похож на острое лезвие, приставленное к горлу. — Нет, — все еще противилась она. — Я сказал, бей, Макс, иначе останешься здесь с ним. Я не шучу. Что-то было в его глазах — пугающе непоколебимое, упрямое и жестокое. И Макс решила, что он на самом деле не шутит. Черт! Выбора нет — надо бить. Она покрепче перехватила биту, занесла ее над головой и резко опустила вниз. Удар вышел смазанным, металлический набалдашник биты угодил в висок зомби, размозжив его глаз и соскользнув на пол. Голова зомби слегка треснула, обнажая часть мозга, а глаз лопнул. Макс замутило. Кожа моментально покрылась испариной, руки задрожали. — Еще раз, — жестко сказал Билли. — Он двигается. Добей его. У Макс закружилась голова, но она опять занесла биту и ударила дважды. Со второго и третьего раза ей удалось окончательно размозжить зомби череп. Кровь хлынула на пол веером, и Макс едва успела отскочить, чтобы она не запачкала ей новые кеды. Больше зомби не двигался. — Неплохо, — похвалил Билли. Макс пораженно замерла, глядя на то, что сотворила. Зомби, уткнувшийся остатками лица в пол, выглядел совсем как человек. Как человек, которого она убила. Макс пошатнулась, но Билли придержал ее, заставив крепко стоять на ногах. Мысли в голове прыгали с одной на другую. Густая отравленная кровь неестественного оттенка блестела под искусственным светом ламп, а логотип магазинчика, растянутый на толстой спине продавца, будто насмехался над ней. Макс продолжала смотреть, запоминать и убеждать себя, что поступила правильно. Перед ней — уничтоженный голодный живой мертвец, а не человек. Дважды мертвый. Уродливые вены на его пухлых руках и шее явственно говорили об этом. Он был обращен в монстра, и ужасно страдал, а Макс в какой-то степени помогла ему. Да, это благо, дарить зараженным покой. — Я рада, что помогла ему обрести покой, — вслух проговорила она свои мысли. Билли потянулся к прилавку, взял бутылку воды и вылил содержимое на биту, очищая стальную поверхность от крови и частиц плоти. — Если тебе от этого легче — будем называть это так, — пожал он плечами. — Теперь можем идти. Макс окончательно пришла в себя, встряхнула биту, чтобы избавиться от излишней влаги, закинула ее на плечо, подхватила корзину и пошла к выходу.

***

Чем дальше оставался город, тем меньше ужасов встречалось на пути. Иногда могло показаться, что ничего не случилось и мир продолжает жить своей обычной жизнью. Но все это было иллюзией, которая вдребезги разбивалась, стоило им оказаться вблизи любого населенного пункта. Везде, где раньше обитали люди, теперь были зомби. Макс никак не могла понять: вспышка началась везде и сразу или стремительно распространяется от определенного источника — с востока на запад? Пока у нее не было никаких достоверных данных, а Билли не спешил размышлять на эту тему. Где-то на границе штата ей стало скучно сидеть на заднем сидении, и она переместилась вперед, взяв себе в пару пачку чипсов, к которым так и не притронулась. Ни она, ни Билли ничего не ели после маминого обеда. Прошло уже много часов (хотя казалось, что вся жизнь), но Макс не могла заставить себя проглотить даже кусочек. Все тут же просилось обратно. Их спасал никотин. Билли часто курил, и в один момент Макс набралась смелости и попросила у него сигарету. Он только кивнул и не сказал ни слова против. Даже не подъебал, когда она зашлась кашлем после первой затяжки. — На ночь съедем с дороги подальше от поселений и остановимся в лесу. Поспим в машине, а с рассветом продолжим путь, — устало сказал он. Он то и дело тер глаза, под которыми уже начали залегать тени. Макс украдкой посмотрела на него, отмечая изменения в облике. Конечно, он устал. Ведь и прошлую ночь он провел в дороге, а добравшись до Хоукинса, попал в местный зомби-ад. И теперь снова оказался за рулем. Макс тоже чувствовала себя разбито, но она уже несколько раз отрубалась, проваливаясь в беспокойный сон. Какой-никакой отдых. У Билли же его не было вовсе. Солнце неумолимо клонилось к горизонту, окрашивая окрестности мягким золотистым светом. Земля продолжала жить по своим законам, и только для людей все изменилось. Билли опустил козырек, спасаясь от солнечных лучей, и снова потер глаза. — Я могу сесть за руль, а ты поспишь, — предложила Макс, развернувшись к нему вполоборота. — Нет, — отрезал Билли. — Ты тоже не спала. Да и не доверяю я тебе. Не справишься с управлением и угробишь нас обоих. Макс сузила глаза и недовольно фыркнула. — Могли бы спать и вести машину по очереди, а не искать какие-то сомнительные пристанища в лесу. — Посмотрим на твое поведение, может потом и поменяемся. Но сегодня ты за руль не сядешь. Я разве похож на самоубийцу, чтобы вверять свою жизнь в руки девчонки, у которой с минуты на минуту поедет крыша от пережитого шока? — А у тебя не поедет? — Макс, — голос Билли завибрировал от гнева, а пальцы крепче сдавили руль. Мышцы на его загорелых руках напряглись. Он так и ехал в одной майке, оставив джинсовку болтаться на спинке сидения. — Кажется, я говорил тебе не выебываться и делать все, что я скажу. — Я просто пытаюсь помочь. — Хуево пытаешься. Дать тебе совет? Закрой свой блядский рот и дай мне довести нас до безопасного места. Макс закусила изнутри щеку. Ее лицо покраснело, будто Билли залепил ей пощечину. Несправедливо. Он ведет себя по отношению к ней несправедливо! Макс сжала в пальцах пачку чипсов, и они громко захрустели, ломаясь под напором. Билли бросил на нее жгучий взгляд, полный раздражения. — Ну, давай, попсихуй еще тут, истеричка! Макс ответила ему не менее яростным взглядом, но все же перестала комкать пачку. Мерзкий звук бесил и ее саму. — Окей. В лес так в лес. Прекрасная идея! — воскликнула она с очевидным сарказмом. Она насупилась, скрестила руки на груди и отвернулась к окну. Страх сдавливал шею ледяными пальцами, когда она думала о ночной тишине и тенях, что могут бродить в ней. Она не хотела признаваться, но мысль о том, что они перестанут ехать, сводила ее с ума. Казалось, что ее жизнь, подобно жизни акулы, зависит от постоянного движения, и если она замрет, то смерть неизбежно придет за ней.

***

В этой чертовой глуши было по-настоящему темно и жутко. Макс залезла на заднее сидение машины, запахнулась в куртку и закрыла глаза. Спустя короткий промежуток времени стало очевидно, что уснуть не выйдет. Ночь ожидаемо принесла с собой животный страх и чувство скрученных в узел внутренностей. Сгустившаяся тьма и тишина, разбавляемая стрекотом ночных насекомых, выматывали Макс все нервы. Страх сломил ее. Она вышла из машины и обнаружила Билли, лежащим спиной на капоте и выпускающим в небо клубы дыма. Она едва могла различить его в этой тьме, больше ориентируясь по тлеющей в его руке сигарете, разрезающей темноту ярко-оранжевым всполохом. Слабое свечение приборной панели в машине почти не доходило до сюда, а включать фонарик Макс не хотела. Мало ли кого он может привлечь. — Билли, — позвала она очень тихо. Но в этой зловещей и густой тишине каждый звук превращался в ужасный шум. Он ответил не сразу, и внутри Макс все сжалось, словно напряженная до отказа пружина. — Чего? Похуистичный голос слегка ослабил давление внутренней пружины, и Макс выдохнула. — Почему ты не идешь в машину? — спросила она. — На звезды смотрю. Макс задрала голову к небу, но ничего не увидела. Небо заволокло маревом, скрывая и звезды, и луну. Ночь была темная. В любой другой раз, Макс взбесилась бы от слов Билли. Она бы сказала, что он придурок и на небе нет никаких звезд, а он просто издевается над ней, но сегодня изо рта вырвалось совсем другое. — Мне страшно. Билли глубоко затянулся. Свечение горящей сигареты на мгновение озарило его задумчивое лицо багровым светом. — Всем сейчас страшно, — все же сказал он. — И тебе? — Сказал же — всем. Какое-то время они молчали. Билли докурил и отшвырнул окурок щелчком указательного пальца. Он прочертил в ночной тьме дугу и потух навсегда. Билли продолжал лежать на капоте и смотреть в хмурое небо без единой звезды. — Я хочу спать, но не могу уснуть, — призналась Макс, зябко кутаясь в куртку, хоть на улице было по-летнему тепло. Она не могла врать — ей нужна помощь. Его помощь. — А я что могу сделать? Колыбельную тебе спеть? Закрой глаза и спи. — Ты… ты не мог бы вернуться в машину? — запинаясь, пробормотала она. — Мне спокойнее, когда ты там. Она услышала сначала его усмешку, а потом Билли заговорил совсем другим голосом — А что я за это получу? Тягучий, словно патока, голос заставил Макс напряженно замереть. Интонация Билли показалась ей совершенно неуместной в их ситуации. Будто он флиртовал с одной из своих девиц. О, она часто наблюдала за этим и точно улавливала момент, когда его вечно всем недовольный голос менял тональность и начинал ласкать слух, заставляя его девчонок выпрыгивать из трусиков. — Какой же ты… — зло процедила она сквозь плотно сжатые зубы. Он опять усмехнулся, но все же согласился: — Ладно, уговорила. Пошли в машину Макс не нужно было повторять. В машине ей было спокойнее. Она готова была остаться в металлическом плену наедине хоть с самим дьяволом, лишь бы не в одиночку и не с зомби. Она быстро юркнула на заднее сидение и удивленно вскинула брови, когда Билли сел рядом с ней, вместо того, чтобы занять водительское место. Свечение приборной панели позволяло рассмотреть лица друг друга, и Макс, глядя на уставшего, но до абсурда расслабленного сейчас Билли, испытала совсем непонятные ей эмоции, заставившие слегка заалеть щеки. Наверное, все из-за стресса. Или из-за того, что Билли сел слишком близко к ней, буквально в считанных сантиметрах. — Ну так что я получу за то, что побуду твоей нянькой? — не унимался он. Билли склонил голову к плечу, пробежав по Макс увлеченным взглядом. Она опустила глаза, уставившись на его медальон в вырезе майки. Макс сглотнула. Билли был так близко, что она ощущала жар его тела и запах одеколона, смешанный с сигаретным дымом. Она не могла подобрать слов, поэтому просто молчала, таращась на его медальон. Она чувствовала себя очень неловко в этой ситуации. В этой почти интимной близости. Ну что она может ответить ему? Она даже не понимает прикалывается он или на самом деле задумал какую-то херню. — Окей, раз ты ничего не хочешь мне предложить, то пойду прогуляюсь, — он демонстративно открыл дверь, и горло Макс сдавили щупальца ужаса. Иррациональный страх остаться в одиночестве творил с ее мозгом странные вещи. Хотелось послать Билли нахуй, оказаться подальше от него и его намеков, но больше этого хотелось схватить его за руку и никуда не отпускать. Макс, подобно утопающему, хваталась за него, как за последнюю спасительную соломинку. Разумом она понимала, что все это блеф, и он никуда не уйдет, но страх давил на психику и рисовал в голове чудовищные картины прямиком из сценария какого-нибудь дрянного фильма ужасов. Сейчас Билли смеется и хочет разыграть ее, но уже в следующее мгновение падет жертвой злых сил. Его сожрут и он никогда не вернется. Он умрет и оставит ее совсем одну. — Стой! — остановила она его, схватив за голое предплечье. Жар его кожи будто бы обжег подушечки пальцев, и Макс сразу же одернула руку. — Чего ты хочешь? — Самую малость, — он закрыл машину и медленно обернулся к ней, продолжая рассматривать ее, как занятную зверушку. — Скажем, ласковый поцелуй перед сном. Макс нахмурилась. Она никак не могла въехать, говорит он серьезно или издевается над ней. Билли улыбнулся и повернул голову, подставляя щеку под поцелуй. Макс пристально смотрела на него, цепляясь за детали его внешнего вида. За сережку в ухе, за длинные ресницы, за растрепавшиеся пряди волос, за наглую улыбку на губах. Все это было ей знакомо, но при этом ощущалось по-новому. Ведь раньше она никогда не рассматривала его так близко и так пристально. Билли ждал, и Макс, собравшись с духом, быстро склонилась к нему и чмокнула в щеку. Клюнула, как птичка, и тут же отстранилась. Билли прикрыл глаза и снисходительно покачал головой. — Нет, Макс. Этого недостаточно, — прошептал он. — В лобик тебя поцеловать, как младенца? — не выдержала она, начиная закипать. — Нет. Это скучно. Я думаю, ты должна поцеловать меня в губы. — Совсем рехнулся?! — взвилась Макс, распахнув от подобного заявления глаза. — Я не стану целовать тебя в губы! — Почему нет? — набросив на себя самое невинное выражение, спросил он. — Я не в твоем вкусе? — И это тоже. А еще ты мой брат. — Сводный. Да и вообще, мы ведь уже делали это однажды. Просто повторим. Макс словно окатило ледяной водой. Выуженное из недр памяти воспоминание, которое она тщательно запихивала подальше, застало ее врасплох. Она ведь, правда, считала, что этот эпизод никогда не восстанет из прошлого. Она убедила себя, что этого никогда не было. Вытеснила из сознания и была уверена, что Билли тоже. Это была его ошибка, его косяк. — Не мы, а ты, — напомнила Макс, чувствуя, как предательски дрожит голос.

***

Нил весь вечер был на взводе. От него, как круги на воде, расходились волны недовольства и желания почесать кулаки. Поэтому, когда Билли объявился перед домом, вусмерть пьяный и, кажется, даже укуренный, помятый и со следами драки на лице, Макс решила не испытывать судьбу. В их доме и так постоянно гремели скандалы, а ей просто хотелось тишины. Макс удалось отвлечь Нила и провести Билли в его комнату незамеченным. Закрыв дверь, она быстро зашептала: — Билли, ложись спать. И не попадайся на глаза Нилу. Он посмеивался и не спешил слушаться, и Макс пришлось с силой тащить его к кровати. Завалившись на нее, он потянул Макс за собой, вынудив ее сесть рядом. Он закрыл глаза, но продолжил крепко держать Макс за руку, поглаживая кончиками пальцев тонкую кожу на ее запястье. Мурашки расходились по ней от каждого касания, но Макс не могла вырвать из его хватки руку. Он даже не прилагал никаких усилий, но у нее не было шансов без воплей и истерики заставить его разжать пальцы. Билли открыл затуманенные глаза, сфокусировался на ее лице и улыбнулся. — Макс, — прошептал он так мягко, будто был несказанно рад ее видеть. — Это ты. — Ага, — хмуро ответила она. — Спи давай. Он, конечно, ни хрена не послушал ее. Вместо того, чтобы закрыть глаза и уснуть, он сел, оказавшись с ней лицом к лицу. — Макс, — повторил он, ткнувшись лбом в ее плечо. — Не убегай. Он был тяжелый и горячий. Дыхание опалило кожу, и Макс впилась пальцами в его каменные плечи, чтобы не завалился на нее целиком. — Билли, просто ложись спать, хорошо? — упрашивала она. Он кивнул, но не отодвинулся от нее. Провел кончиком носа по ее шее, втягивая воздух, будто обнюхивая. Макс вздрогнула и сжала его плечи сильнее. А потом случилось то, чего она никак не ожидала. Билли медленно поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза. Она и сообразить ничего не успела, когда его ладонь мягко обхватила ее затылок, пальцы зарылись в волосы, а горячие губы прижались к ее губам. Макс застыла, распахнула глаза, дернулась назад, но Билли не отпустил ее, продолжая целовать. Это было совершенно безумно и неправильно. Это была настоящая катастрофа! Макс готова была поклясться, что его поведение сильно напугало ее. Но она отчетливо понимала, что, когда его влажный язык ткнулся между ее губ, она раскрыла их, позволив ему проникнуть в ее рот. Она, черт подери, поддалась ему! Низ живота окатило жаром и влагой, а сердце забилось быстрее. Макс была ошеломлена происходящим, а особенно своей реакцией. Она с силой оттолкнула от себя Билли, а потом даже врезала ему. Ее маленькая ладошка оставила на его щеке красный отпечаток, и его голова слегка мотнулась в сторону. — Мало я получил по ебалу сегодня, — простонал Билли, заваливаясь обратно на кровать. — Мало, — зло прошипела Макс. — Надо было дать Нилу выбить из тебя дерьмо. Спи давай, придурок. Она подскочила с кровати и почти выбежала из его комнаты, испугавшись, что Нил застанет ее здесь и надумает себе невесть что. На следующий день они с Билли делали вид, что ничего не произошло. Макс решила, что он на самом деле был слишком пьян и перепутал ее с очередной своей подружкой, а теперь забыл все напрочь. Ее устраивало это. Макс бы со стыда сгорела, если бы Билли решил обсудить с ней произошедшее. Сама она, разумеется, не стала ни о чем напоминать. И ничего никому не рассказала. Вскоре Билли уехал в Калифорнию, а эпизод с поцелуем окончательно стерся из памяти.

***

Чтобы воскреснуть сейчас. И не только в голове Макс. Конечно, этот уебок обо всем помнил. — Ну а теперь, это сделаешь ты, — совершенно спокойно сказал Билли, возвращая Макс в реальность. — Это совсем несложно. — Зачем тебе это? — прямо спросила она, ощутимо запаниковав. Черт, это плохо. Очень плохо. Мало ли что придет в его больную голову! — Мне скучно, а из развлечений здесь только ты, — небрежно ответил Билли, и это прозвучало очень правдоподобно. Макс вспыхнула, будто спичка. Развлечение! Паника немного схлынула, уступив место негодованию и отголоскам здравого смысла. Она рассудила, что если бы Билли на самом деле задумал сотворить с ней что-то ужасное — он бы это сделал. Они здесь вдвоем, в глуши, и ему бы ничего не стоило подавить ее жалкое сопротивление. Но раз он даже пальцем ее не трогает, а только треплется и подбивает на поцелуй, то скорее всего, ему действительно скучно, и все это своеобразная попытка сбросить с себя напряжение этого чудовищного дня. Макс совсем не хотела быть его развлечением, но и выхода у нее не было. Приходилось подыгрывать ему в этом безумии. Наверное, лучше сделать то, о чем он просит, и уснуть, чем пререкаться с ним, злить и в итоге превратить эту и без того кошмарную ночь в настоящий ад. Ладно, хорошо, она сделает то, о чем он просит. Макс решительно подалась вперед и припала к его губам своими, но отстранилась так же быстро, как при поцелуе в щеку. Но даже это мимолетное касание будто выжгло на ее губах метку. Губы покалывало, а щеки пылали. — Уже лучше, — вкрадчиво прошептал он. — Ты почти убедила меня. — Я сделала все, что ты хотел. Вот твой чертов поцелуй на ночь. Теперь давай спать. Билли коснулся пальцами своих губ и посмотрел на них, словно Макс разбила их в кровь, а он хотел убедиться в этом. Но, разумеется, ничего подобного на его губах не было. — Ладно, так и быть, — сдался он. — Давай попробуем уснуть. Нам нужны силы, чтобы пережить завтрашний день. Он откинулся на спинку сидения, слегка съехал по нему, скрестил на груди руки и закрыл глаза. Макс сделала то же самое. Ее сердечный ритм и пульс участились, но усталость быстро взяла верх. Похуй на все, она подумает о произошедшем завтра или никогда. Макс полностью очистила сознание, сосредоточилась на дыхании Билли и попыталась унять свое. Это подействовало. Чувствуя рядом с собой живого человека, она стала проваливаться в сон. Уже на границе сна и яви, она ощутила, что ее повело в сторону. Она прижалась плечом к плечу Билли и опустила на него голову, но сил как-то изменить положение не нашлось. Билли тоже не стал реагировать на это. А может он уже действительно спал.