Помощь

— Это, это что… шутка? Нет, ты так не шутишь… Хотя может я о тебе ещё не всё знаю? Почему ты мне доверил себя? «Инк, привет. Я знаю, я обычно не здороваюсь, и тем более не пишу, но мне нужно сказать кое-что тебе. Мне самому странно произносить много всего вслух, признаю. У меня ещё давно появилось странное чувство, я не знаю, как его описать. Когда ты меня обнял, оно стало сильнее. И вот, недавно ты меня пощекотал! Я до сих пор на тебя зол за это и не жди, что забуду, потому что я отомщу! Я всё осознал только, когда не смог уснуть после этого. Осознал, что люблю тебя. Я не знаю, что с этим делать, но решил рассказать тебе сразу. Если ты согласен, я был бы рад перейти на такие отношения. Если нет, все нормально я приму это решение.» — Нужно подумать… Черт возьми, Дрим уже подозревал такой исход и не сказал мне заранее, хотя я бы узнал, если бы слушал внимательнее… Что мне дела-а-ать??? Что, если он не захочет оставаться друзьями после того как я откажу, что если он взбесится? Да, он написал, что примет любое решение, но... Что, если я неправильно выверяю дозу какой-то краски? Что, если я случайно сделаю что-то… плохое… И так, и так — хреново… Я ведь… Я, конечно, хочу, но… П-почему…? Почему Я хочу, может я на самом деле не хочу? Все эти чувства, что я пытался построить так, чтобы казаться нормальным, они меня путают… Я без них уже не могу существовать… Так сложно! Мне нужно ещё обдумать это, без Дрима, у меня же все-таки есть разум… Хоть и как у овоща хах, ну ладно! Справлюсь, да Бруми? Инк делает портал, оборачивается на письмо с грустным взглядом. «Прости Эррор, я ещё не готов, лучше бы ты влюбился в кого-нибудь, только не в бездушного монстра… И мне надо работать. Вот блин, это ведь хороший ответ, если вдруг я захочу отказаться. Нужно записать!» В прочем, чего ещё ожидать от художника… Вот тут он вспоминает о подаренной кукле и решает взять ее с собой.

***

Прошёл почти месяц. За это время разрушитель ни разу ничего не разрушил, только и занимался тем, что смотрел Андерновеллу, говорил с создателями, волновался из-за признания вязал и ел шоколад. Он уже третий день сидит в Оутертейл и делает кофту, только сейчас понимает, что ждёт мгновенного ответа, от того, кто точно не ответит сразу же. Тем более он же начал сбалансировано принимать краски. Почти перестал делать что-то резкое или пугающее, а значит не ответит согласием или отказом спонтанно, не раздумывая. Глюку не хотелось никуда уходить. Когда он пришел после признания, в пустоте его осыпали кучей поздравлений и не только. Он несколько минут был в смущенном состоянии и не мог ничего поделать с нервами, потом вообще вырубился в итоге «проспав» несколько часов. После которых надо было отдыхать ещё больше, ведь это не было нормальным сном, но и там его не оставили в покое. Приснилось, как хранитель делает ему комплименты. Непонятно, виноват в этом Дрим или это скрытые мечтания самого разрушителя, которые довольно-таки сильны, раз ему что-то приснилось просто так. — К-какой я ленивый, совсем перестал дел-лать работу, эх… А говор-рил не брошу это всё из-за д-дружбы с тобой… — Эррор откладывает вязание и опять достает куклу художника, что сшил в прошлый раз. Он ложится на траву и поворачивается на бок. — Н-не можешь ли ты думать быстрее, Ин-н-к? А то мне нечего делать, я скуч-чаю. Теперь он пристально смотрит в черные глаза пуговки скреплённые разноцветными нитками — И почему я ник-когда не могу это сказать… Х-хоть в прошл-лом, хоть сейчас, я не из-зменился. Без твоих битв я бы наверное п-потерял смысл существования, хах… — Р-руру ты не хочешь покушать-ать…? — маленький создатель начал двигаться в такт словам. — Оооу точн-но, Инк с-спасибо тебе! Совсем забыл что мне н-нужно есть. И отп-правимся мы с т-тобой в Чокотейл-л! — с энтузиазмом воскликнул Эррор, поднимаясь на ноги и поднял руки, а потом медленно опустил их, погрузившись в подавленное состояние. — Х-хватит так делать… Сначала ешь, а потом работай, главное не д-думай о лиш-шнем в битве. Спокойно. — Чернокостный взял пряжи и, вместе с кофтой, кинул в пустоту. Игрушечный Инк остался в куртке.

***

— Ох, кажется, Эррор опять разрушает, спасибо за помощь, мой дорогой друг! — Инк радостно встряхнулся, не показывая своей боли. — Стоп, что уже? Но я ничего не почувствовал… — Да, мне пора, пока! — все пытался отвертеться от Дрима чернильный. — ХВАТИТ ТАК УБЕГАТЬ! Я ещё не до конца воспитал тебя! — схватился за голову позитив. — Пока-пока, Дрими! — Эх… теперь вся надежда на правильные эмоции… Через портал в нужную вселенную вылез хранитель этих самых вселенных — Привет? Эррор, ты тут? — К-конечно тут… Будем драться? — Ну да, а что еще делать? — Ну на что я надеялся…? — пробубнил под нос глючный. — Что? — Н-ничего, за-защищайся! Во время боя разрушитель старался вести себя как обычно, но получалось только иногда, в то время как Инк будто бы и не читал признание в любви. Эррор даже засомневался, писал ли он вообще что-то? Может ему это приснилось, а он уже месяц переживает просто так? Чернильный бы не упустил возможности как-то ответить на письмо, отказом, принятием, шуткой, да хоть чем. Вот только битва переходит в неожиданное русло. Глюк не следит за тем, что выпивает этот говнюк, но видит как меняется ход боя, он ещё не бился с ним так. Хранитель подбирается близко и пытается схватить разрушителя за одежду. Пока тот пытается увернуться от руки, сзади появляется стена в которую его прибивают, не давая двинуться. — И-инк, что ты выпил? Как ты мог побед-дить без ранений на нас двоих…? — Руру, насчёт твоего милого письма… — улыбнулся чернильный. На эти слова глюк перестал трепыхаться, пытаясь убрать от себя другого монстра, уставился на него и застыл. — Я согласен быть с тобой, если ты и в правду меня любишь, если это не какой-то прикол. Творец опять был слишком близко, он ещё и начал приближаться. Эррор растерялся. -Что т-ты… — Я тебя тоже люблю… — произнес Инк в неприличной близости к лицу глючного, после этого мягко поцеловал в губы и отвернулся, закрыв рот рукой, чтобы не наблевать в такой момент. — Что… — только и смог сказать скелет перед тем как зависнуть с неприятным звуком и соскользнуть — Фух… Мне тоже успокоиться не помешает… — Художник быстро отбежал от места происшествия и все-таки его вырвало чернилами. Благо в этот раз пропало действие только одной краски, чистой розовой. Ее пока что не надо было пить, чтобы не наделать ничего лишнего, за что можно и пожалеть. Инк пришел обратно к своему… возлюбленному? И сел рядом с неподвижным телом, которое довольно-таки быстро пришло в нормальное состояние. — Инк? — Да? — С-спасибо… — А? За что? — Ты совсем-м тупой или что? За то, что со-согласился! — Оу, кстати прости что поцеловал. — Все в порядке, мне п-понравилось, на-наверное, или нет, я не знаю-аю… Это-о было немного стр-ранно. — Что будем делать? — У себя спроси, я не планировал-л что мы б-будем делать. — Может ещё один поцелуй? — Н-НЕ-т-Т, Инк, ты нен-нормальный-ный?! — Но тебе же понравилось! — И ч-что?! Мне н-непривычно… — закрылся шарфом Эррор. — Ну хорошо, тогда на! — творец вытащил из только что сделанного маленькой кисточкой портала какую-то раму и протянул соседу держа неправильной стороной — Что эт-то? — Переверни — голос был нетерпеливым и взволнованным. — Хорошо? — сначала нужно было надеть очки, так что он ещё немного копошился пытаясь их найти. На полотне был нарисован разрушитель и просторы его любимой вселенной — Оутертейл. Инк перестал смотреть куда-то в сторону и теперь снова пялился на лицо Эррора в очках. Похоже, тому понравилась картина, раз он так ее разглядывал. — Ты же г-говорил никому нельзя см-мотреть на твои рисунки? — Я решил сделать исключение! Ну, мне все ещё трудно это показывать… — К-красиво… — слова хранителя вызвали теплую улыбку на лице, ее даже не хотелось убирать, чтобы поддерживать образ злобного, жестокого и страшного. Хотя Инк уже давно знает, что Эррор не такой, каким себя выставляет. — Куда пойдем, ко мне или к тебе? — У м-меня мы были много раз-з уже. — Хорошо, тогда ко мне! Оба одновременно встали. Чернильный протянул руку, за которую не возражая взялся глючный.