Очень красиво, Антош

Смотря в окно ты видишь во сколько теперь темнеет или светает, хотя раньше время было другим. Не такая уж большая разница между месяцами, но ощутима для глаз. Утро началось не с кофе. Не с унылого настроения. Не с солнечного луча в лицо. Утро началось с непонимания, почему уже август. Слишком много вопросов, а так мало ответов. Арсений активно просил Диму не звать пока Антона гулять. Не гладко могло это закончиться. Ведь Шастун знал их, и что у них произошло – до сих пор неизвестно. Эта тема не поднимается. Однако компания ему нравилась. Уже не было той скуки, что неделю назад. Вот только Ира не давала полного покоя. С каждым днём наступило ощущение, что она не ровно дышит к нему. Эти вечные касания, обнимашки, поправка волос, ходьба рядом, заинтересованность личной жизнью. Видомо это вторая причина, по которой Антона не хотелось пока звать, нужно разобраться для начала. Парень полностью предан ему и хотел быть рядом. Но увы, молчанка продолжается. Как рассеивается дым от сигарет, так и рассеялся Шастун. Быстро и без остатков. Лишь запах его воспоминался отчётливо. Приятный, обволакивающий, горький из-за сигарет и такой родной. Хотелось прижать того к груди. Аккуратно гладить по голове, перебирая кудрявые русые волосы, а другой рукой обнимать за талию. После чего отстраниться и поцеловать приоткрытые губы, полностью овладев ими. Хотелось спросить у себя же, когда это всё началось? Нормально ли это? Почему такие резкие чувства? "Сука, снова" Пронеслось моментально внутри, после чего Арсению пришлось тряхнуть головой, да бы избавиться от этой ереси. После чего пойти на улицу к новым приятелям. *** Все дни перемешались воедино. Было незамеченно утро, как и наступающий вечер. Спина болела от сгорбленного состояния, рука – от нависшего, шея – от вечного напряжения. Портрет изображался красиво. Но искренне хотелось передать всю суть человека на рисунок. Особенно теплоту не только души, но и тела. "Он как батарея ёпт твоя мать, отопление в доме ему не нужно!" За то создаётся контраст рук. Вечно холодные у Шастуна и горячие Попова. Они явно дополняли друг друга во всём. Антон, конечно, скучал. И очень даже сильно. Всю голову занимал этот прекрасный парень. Хотелось почувствовать его близость снова. Но что-то вечно останавливало написать. Гордость, а может стыд? А может чувство, что его больше не ждут? Как бы то ни было, надо выйти подышать воздухом, а то в глазах уже двоиться от своих четырёх стен. Кое-как пробравшись через бардак, он нашёл чистые вещи и направился вниз. Солнце неприятно дало по глазам, пришлось сощуриться и почувствовать, какого живётся кротам. Маршрут был к Роме и обратно. Пройдя мимо одного из домов, на дорогу выбежал местный кошак. Большой чёрный кот с янтарными глазами. Животное подошло к Антону доверчиво и приластилось. Тот в свою очередь почесал за ушком. Безумно милое существо. Недалеко была слышна музыка какого то рэп исполнителя. Попрощавшись вслух с котом и отряхнув своё колено, Шастун отправился дальше по начерченной дорожке в голове. Но уже подойдя к цели, его ноги остановились недалеко от компании, а взгляд зацепился за знакомые фигуры. Особенно за ту, чью он хотел увидеть столько времени. Ту, которую он видел каждый день в голове и на холсте. Ребята не спеша шли к пруду, проходя через Рому. Кузнецова взяла за локоть Попова, прижавшись полностью телом. Словно пиявка присосалась к жертве. Тот же, не обратив внимания, шёл дальше, беседуя с Пашей, пока Дима с Макаром плелись за ними. В сердце Антона словно вбили кол, и тот, как вампир, хотел вот-вот рассыпаться в пыль. Почему ему так противны касания Иры? Почему вообще эти двоя с ними? Так и не дойдя, Антон разворачивается назад. Злость затмевает разум. Это его друзья, это его Арсений. Но тут же приходит печаль. " Я больше им не нужен." *** — Давайте в правду или действие? – тон Ильи звучал устрашающе, для большего коварства ему нужно было потереть руки друг об друга, – жёсткое правда или действие. — А ты уверен, что все смогут действия выполнять? Чувствую, тут много ссыкунов, – криво улыбнулся Паша, смотря в сторону новеньких. Позов хотел возразить, но взгляд его зацепила идущая к ним девушка. Брюнетка с карими глазами, овальным лицом и ровным носом с горбинкой. Её длинное серое платье развевалось от небольшого ветра. Подойдя к ним, она поздоровалась с ребятами и села рядом. — Вижу новые лица. Я Катя, – тепло улыбнувшись, она смотрела на присутствующих, пытаясь не замечать заворожённых глаз Димы. Перед лицом очкарика щёлкнули пальцами, и тот дёрнулся, словно проснувшись. — Кажется, кто-то влюбился, – хихикнула Ира, прикрыв рот рукой, – надвигается вторая парочка. — Вторая? – зацепив это слово, Арсений вылупился на Кузнецову. — Ага, ведь первой будем мы. Громкой "оооооо" растянулось из уст Паши с Макаром. Для них это было что-то весёлое, но в это время у Попова завязался узел в животе, а к горлу подошёл ком. — Ир, а как же Тоха? Ушла любовь, завяли помидоры? – Добровольский слегка ухмыльнулся. — Фу, гадость он полная, – девушка залилась смехом, а Арс сжал в это время кулаки до побеления костяшек. "Сучка.." — Кстати, о нём, вы пацаны говорили, что позовёте его, – Илья нахмурил брови. Видимо, время поджимает. Взяв телефон, Попов набрал знакомый номер. Первый гудок, второй гудок. На третий произнеслось тихо "Ало" — Выходи на улицу. С какой же тревожностью были сказаны эти слова. Повисла тишина. Антон умел сделать её угнетающий. Прошла минута, может связь плохая? Все сидели в ожидании, но когда послышалось "Скоро буду, где ты?" Стало ещё труднее дышать. Перекрыли кислород, не хватало воздуха. Кажется, их молчанка сегодня и закончиться.