***
Динеш выползает из своей комнаты почти в обед, когда работа кипит полным ходом. Парни суетятся, что-то кричат друг другу, даже не заметив появление похмельного Динеша. — Как… я оказался в своей комнате? — спрашивает медленно Динеш, на что парни затыкаются и в недоумении смотрят на коллегу. — Ты что, не помнишь, как я привез тебя домой? — оскорбляется Эрлих, жуя свой йогурт. — А, да… А потом… — он сначала молча указывает на доску, а потом переводит глаза на Гилфойла. Они пересекаются взглядами, но Динеш до сих пор убежден, что это был всего лишь обдолбанный припадок, но никак не реальность. — А потом ты блестяще выполнил все свои задачи, — с энтузиазмом подходит Ричард, — даже в… эм, таком состоянии. Молодец! Я выпишу тебе премию, но только если это больше не повторится. Чугтай хмурит брови, уставившись на довольного Ричарда, а потом снова переводит взгляд на Гилфойла. — Да, — подыгрывает Бертрам, — ты такой… молодец. Динеш ошибочно распознает сарказм, как и все присутствующие, кроме, конечно же, довольного Джареда.***
Почти весь день Динеш не может сосредоточиться на работе, перед его глазами постоянно всплывают вчерашние картинки — сверкающие дьявольские глаза Гилфойла, его тихий хриплый голос, вкус и… Парень смотрит на свою ладонь, которая несколько часов назад впервые в жизни трогала чужой стояк. Чугтай пытается привести себя в чувство, потерев глаза, и тихо выдыхает со словами: «боже мой». Он пытается незаметно обернуться к Гилфойлу, что замечает внимательный Джаред. Почему он такой спокойный? Может, ничего и не было?.. Динеш закатывает глаза, когда сам же отвечает себе на вопрос — «ну конечно, как же еще он должен себя вести?». Пакистанец смотрит несколько секунд на его затылок и решается написать Бертраму в лс. «