Прикладная психология

***

— Солнышко, повесь её над книжным шкафом. Кажется, молоток Дори оставила где-то на кухне… — Не называй меня так! — Как скажешь, солнце. Только будь осторожным, не поранься!..       Украшение главного холла шло полным ходом. Вокруг сновали яичные приспешники Пентиуса, которые больше мешали, чем оказывали реальную помощь, раздавались чертыхания Дороти, снующей с валиком и поминающей лихом мою любовь к мятному цвету, из-за которой стены ждали потрясения, а я поражала окружение тем, что надела брюки (кажется, Дори удивилась этому больше, чем моей идее об искуплении грешников).       Но теперь заниматься ремонтом было куда веселей, ведь у нас появился первый постоялец с весьма двояким именем Дик. Решив, что начинать нужно с малого, я припомнила мелкого беса, что однажды ловко выдернул у меня из сумки кошелёк. Получив закономерную расплату, он после насланной иллюзии разгневанного повелителя любезно вернул мне всё и даже приплатил сверху. Маявшись в тот день мигренью, я решила милостиво замять инцидент за вкусный ужин и быстро того разговорила, что он не заметил, как сам дал мне контакты и в своей манере начал наставлять быть внимательней на улице.       Это был весьма посредственный внешне демонёнок, смерть которого явно посетила не позже шестнадцати, с чёрными рогами, горящими жёлтыми глазами и длинным хвостом, своей внешностью ностальгически напоминающий мне первые попытки кинематографа изобразить нечистую силу. Случай он представлял простой настолько, чтобы и не вызвать у меня скуку и не довести до слепого азарта.       Хорошо, что я поддерживала с ним связь и, что и говорить, этот прохиндей никогда бы не упустил возможности бесплатно жить в роскошном доме и питаться за чужой счёт. Когда я придирчиво отбирала на складе кисти, решив разнообразить стены приятным рисунком, в проёме появилась Дори и с расширенными больше, чем обычно, глазами оповестила: — К нам только что пришла какая-то шлюха… Не верю, что говорю, но похоже, это к тебе. — Ох, — расстроенно вздохнула я, уже и правда несколько подзабывшая о своём стриптизёре. — Дай мне минутку, детка. Ты же впустила его в дом? — Ага… Объяснишь? — Хочешь сказать, ты упустишь возможность подслушать? — подмигнула я, поднимая коробку. — Ты слишком хорошо меня знаешь, — усмехнулась она, медленно сливаясь со стеной.       Стоило мне спуститься на первый этаж с коробкой и доброжелательно улыбнуться, Энджел Даст — хорошо, я успела выяснить его имя, что, впрочем, с его известностью в определённых кругах проблемы не составило — перестал страстно собачиться с Диком и своеобразно поприветствовал меня: — О, а вот и ты, конфетка! — подмигнул он мне, указав на меня пальцем. — Неужто не нашлось места для перепихона получше? — Да как ты смеешь, ты, грёбанный ублю!.. — Дик, разве так мы общаемся с гостями? — мягко, но с читающемся в тоне предупреждением, спросила я, кладя коробку на стол. — Но этот членосос!.. — невнятно возмутился он, поражённо указывая на него рукой, чтобы я уж точно поняла, о ком речь. — Малыш, я бы посчитала, что тебя удивляет возможность подобного действия, если бы не знала, куда ты спустил карманные на прошлой неделе, — легко пожурила я покрасневшему подростку. — Ты ещё не повесил картину? Солнце, давай быстрее! А пока мы с гостем займёмся важными вещами… — Но Лили!.. — смущённо воскликнул Дик, явно нафантазировав себе, чем я могу заняться в подобной компании. — Ну что, молокосос, выкусил? — не преминул гордо фыркнуть за моей спиной Даст. — Закрой рот, ублюдок!..       Вздохнув, я наигранно покачала головой, не замедляя шаг. Когда они перестали препираться, и Энджел понял, что ждать его я не собираюсь, за нами закрылись двери комнаты, и паук с ухмылкой оглядел кровать, споро на неё приземлился, тут же принимая сексуальную позу. — Надеюсь, ты знаешь мои расценки, конфетка, — самолюбиво начал он. — Признаться, не каждому выпадает такая возможность… Можешь не сдерживать счастья! — И правда, я вся трепещу, — хмыкнула я, разливая вино по бокалам. — Как-то не видно, — ничуть не обидевшись, протянул он, водя пальцем по покрывалу. — Не везло тебе с прошлыми любовничками, да? Ну не переживай, после секса со мной ты быстро забудешь о прошлых неудачах. — Звучит заманчиво, — хитро сощурилась я, протягивая ему бокал, который тот не замедлил выпить. — И как тебе у меня? — Чего? — Тебе нравится этот дом? — покачивая бокал, пояснила я. — Ну-у-у, — задумчиво протянул он, демонстративно оглядывая помещение. — Не сказать, что дерьмово… Но вкуса у тебя нет. — А хочешь изменить комнату, полагаясь на свой? — тепло спросила я, улыбаясь одними глазами. — Пф! — фыркнул он. — Конфетка, поверь, последнее, на что ты будешь обращать внимание, это цвет обоев! — Но если ты будешь здесь жить, разве тебе не будет приятен соответствующий интерьер?       Энджел удивлённо замер, перестал пить вино, посмотрел на меня и, не чувствуя от меня угрозы, спросил: — Зачем бы мне куковать в этой дыре? — Разве не за этим ты пришёл? — наигранно удивилась я. — Наш отель занимается реабилитацией грешников, чтобы они смогли искупить свои грехи и попасть в Рай.       Энджел моргнул, фыркнул и громко захохотал, и я, легко предсказавшая его реакцию, продолжала невозмутимо улыбаться — Попасть… куда? — хихикнул он, не определившись, считать меня за придурковатую или чокнутую. — В Рай, душа моя, прямо в Рай, — с улыбкой пояснила я, и он, почувствовав, что я уверенна и спокойна, притих тоже, хоть и не перестал ухмыляться. — Хотя эта цель глобальная. Для начала я хочу, чтобы те, кого я пригласила, были счастливы. И начальные условия для этого хороши. Постояльцы получают бесплатное жильё, еду и приятную компанию. Взамен им лишь нужно принимать участие в семейных сборищах и стараться следовать небольшим правилам… — О, и каким же? — ядовито протянул он, явно веселясь. — Не пей, не кури, не богохульствуй… И далее по списку, — со скучающим лицом махнула рукой я. — До каждого из них постоялец доходит сам. Если ты считаешь, что тебе это не нужно, можешь им не следовать, и… — Так, стоп-стоп-стоп, дорогуша, — замахал руками он. — Моё время, знаешь ли, дорого, и если ты продолжишь в том же духе… — Я понимаю, — грустно вздохнула я и, достав из тумбы пакет, вручила его растерявшемуся парню. — Если ты так улыбаешься часто, то нет ничего удивительного, что у тебя столь много друзей и поклонников… А раз мы не дружим, надеюсь, этого будет достаточно.       Он посмотрел на деньги, на меня, снова на деньги и растерянно поинтересовался: — За что? — За лучшую улыбку и бесценную компанию, — подмигнула я. — И… Может, немного за мою надежду увидеть тебя вновь.       Он внимательно всмотрелся в мои глаза и, отыскав там что-то, фыркнул. — Зайдёшь завтра на обед? — тихо спросила я, заправляя за ухо прядь. — Посмотрим, — тряхнул волосами он, и я робко улыбнулась, прижав руки к груди.

***

      Вальяжно прохаживаясь по улице в районе Каннибалов, я постукивала концом длинного микрофона по брусчатке, ловила на себе неверующие взгляды и с любопытством наблюдала, как прохожие с поражающей воображение скоростью убирались с моего пути. Столь дикий ужас я не видела даже у пациента с шизофренией, которому время от времени мерещились такие вещи, что создатели фильмов ужасов на его рисунках могли заработать «Оскар».       Дойдя до паба с винтажной светящейся надписью «У Эрла», я вошла внутрь и, с удовольствием отметив, как напрягся сидящий за барной стойкой волк, с чинной невозмутимостью прошла к нему, не обращая внимания на спешащих убраться вон демонов. — Опять ты, — поведя носом, прорычал недовольно волк, когда я села за барную стойку. — Как по-жи-ва-ешь, Эр-ли? — поворачивая тонкую шею под невероятным углом, шипящим мужским голосом членораздельно спросила я, пока в глазах бешено вращались циферблаты. — Заебала. Прекращай маскарад.       Личина Радио Демона быстро спала с меня, обнажая то, как я невозмутимо попивала позабытый посетителем чай. — Здравствуй, милый, — махнула рукой я, очаровательно хлопнув ресницами.       Вместо ответа волк вздохнул. — Порой я поражаюсь, как ты прожила здесь столько лет, ебанутая ты сука… — Я тоже рада тебя видеть, — хмыкнула я и, демонстративно перевернув опустевшую чашку, добавила: — Нальёшь?       Когда передо мной предстала любимая Маргарита, Эрл, скинув заляпанный фартук, убрал затёртый до дыр стакан и посмотрел на меня крайне подозрительно. — Надеюсь, ты распугала моих клиентов не просто так, — скрестив внушительные руки на груди, хмыкнул он. — Ты не справедлив ко мне, милый. Разве я когда-нибудь с тобой шутила? — предпочтя проигнорировать насмешливый фырк, я невозмутимо продолжила: — Я знаю, что всегда могу на тебя положиться, дорогой. Так что кусайся сколько влезет, меня не обманешь! — И не пытался, — огрызнулся он, глотнув прямо из бутылки. — Так что тебе нужно? — Твоё внимание? — улыбнулась, кладя подбородок на сложенные руки, я. — И… Возможно, самую малость досье на Валентино.       Эрл подавился, и я любезно постучала его по спине, пока он хрипел и пытался переварить сказанное. — Валентино?! — прорычал он, пытаясь найти в моём лице хоть тень шутки. — Молеподобный ублюдок? Совсем сбрендила, дурная ты баба! — Я же не для собственного развлечения тебя об этом прошу, — демонстративно надула губы я. — Это-то и пугает! — выплюнул Эрл. — Чем тебе переступил дорогу один из повелителей? Перехватил мужика? Бабло? Цветастую тряпку? — Ты правда хочешь знать? — наклонила голову я. — Пожалуй, нет, — нервно ухмыльнулся он, скорее автоматически, чем осознанно, подливая мне в стакан. — Эрли, ты помнишь, о чём я с тобой говорила в последний раз? — посерьёзнела я. Он растерянно пожал плечами. — Моё предложение в силе. Ты же знаешь, у нас обоих есть… нюх на сделки, что имеют будущее. И ты знаешь, Отель одна из них. Искупление ведёт не только в райские вершины, но и на вершины, которые так мечтал покорить здесь ты… Но я надеюсь, ты найдёшь в моём предложении не только выгоду, но и… что-то, чего так жаждешь.       Он поднял на меня усталый взгляд и выдавил кривую ухмылку. — Зришь в корень, шельма, да?.. — вздохнул он, доставая папиросу. — Самоуверенная прохвостка, как и всегда… — Я прошу лишь дать мне шанс, — положив свою руку на его, горячо сказала я. — Дать шанс Отелю… Дать шанс себе. — Убирайся, — категорично отрезал Эрл, выдернув руку и отвернувшись. — Меня не волнуют глупые игры… Я попробую нарыть что-то на Валентино. Не жди многого, это не простой демон из Имп Сити. И… Постарайся не влипать в неприятности, шельма. — Как скажешь, милый, — грустно улыбнулась я, прикрыв глаза. Всё верно, ещё не время.       Встав со стула, я крутанулась на месте, возвращая внешний облик Аластора, и протараторила весёлым приглушённым, как из радиоприёмника, голосом своей личины, заставляя Эрла вздрогнуть и с насмешливой ухмылкой обернуться: — Ох, вот и пришло время разлуки, мой добрый друг! — пытаясь подражать манере разговора радио ведущего, задорно и быстро провозгласила я. — Хоть время с тобой и летит незаметно, как сказал однажды Бенджамин Франклин: «Время — деньги», и мои слушатели склонны с ним согласиться!..       Не обратив внимания на угасшую ухмылку Эрла и посеревшее лицо, я продолжила театрально помахивать радиоприёмником и идти к двери задом наперёд, украдкой доставая из кармана визитку. — …Пока время трансляции ещё не окончилось, в заключении хочу рассказать поучительную для многих пословицу! Запомните великую народную мудрость, дорогие радиослушатели, «сколько волка не корми — в лес-то смотрит, но со двора ни ногой». Найдите в этом свой смысл, чтобы не быть, как у ментов, волком позорным и будьте счастливы! А сегодня эксклюзивный подарок получает… — Лили! — крикнул Эрл так, что я остановилась, вздрогнула и, проследив за его взглядом, медленно обернулась.       Возвышающийся надо мной Радио Демон улыбался во всю ширь острыми жёлтыми зубами и смотрел прямо на меня. За одну секунду меня настигло осознание, и улыбка личины, повинуясь настоящим чувствам, дрогнула на короткое мгновение. Отстранённо отметив, что рост личины я не рассчитала, и настоящий Радио Демон был выше на полголовы, я развела руки в стороны и в том же тоне радостно провозгласила: — Новые радиослушатели! Как жаль, дорогие друзья, что пополнение пришлось на конец трансляции. Постарайтесь более не запаздывать, — наигранно погрозила я пальчиком проследившему за моим жестом Радио Демону. Вопреки ожиданиям он не откусил его сразу. — И что вы говорите, дорогой друг! К нашей трансляции не присоединялась никакая Лили! К слову, такое глупое имя я не слыхивал столько, сколько живу в нашей уютной обители! А раз так, то наш приз получает везучий только присоединившийся джентльмен! Подарим же ему визитку и бурные аплодисменты, а-ха-ха!..       Протянув визитку, я замерла, когда он сузил глаза и с той же улыбкой наклонил голову, оглядывая клочок бумаги. — А пока джентльмен не может поверить своему счастью, расскажем больше о его выигрыше! — провозгласила, не растерявшись, я. — Этот купон дарует везунчику невероятный шанс присоединиться к Отелю, первому в своём роде преследующему цель реабилитировать грешников! Почти прямая путёвка в Рай, выгодно и без пересадок! Что уж там, такого выгодного предложения не найти ни в одном кольце Ада! Да-да, господа, не сдерживайте стоны отчаяния! Понимаю, как этому джентльмену свезло! К слову сказать, возвращаясь к нашей волчьей тематике, интересный факт: волчье мясо крайне противно, излишне горчит и вяжет, как и ваш, ха-ха, совершенно невкусный и худой радиоведущий. Вот в Отеле-то том кормят!.. И индейка, и говядина, и свинина, любые доступные деликатесы на любой вкус, только скажи! На крайний уж случай всегда можно укусить и владелицу, ха, и она привезёт совершенно законным путём из любого конца Ада то, что любите вы. Заметьте, законно! Отель обещает выровнять любые вкусовые предпочтения! Поразительно, неправда ли?..       Стоило Аластору взять визитку из моих рук, как моя личина улыбнулась ещё шире. Он снова уставился мне в глаза, и я не замедлила продолжить: — А теперь слово победителю! Наших зрителей волнует вопрос: «Как относитесь вы к волчьему мясу?» Не спешите с ответом, подумайте! Говорят, оно вызывает несварение и диабет! — Признаться честно, волчье я ещё не пробовал. И послушав эту передачу… — проскрипел ехидно помехами он, сделав напряжённую паузу, всё также улыбаясь и не отрывая от меня глаз. — Решил, что вероятно, и не буду. — Мне сразу понравился этот джентльмен! — бодро заявила я в микрофон и, осторожно обходя его бочком по дуге к выходу, также жизнерадостно закончила: — Спасибо всем за трансляцию, дорогие радиослушатели! И помните о том, что если держать на других зло, будет несварение! Не будьте же, как мой друг, волком позорным, и будьте счастливы! До новых встреч!       Захлопнув дверь, я тут же сменила личину и припустила куда подальше, сливаясь с толпой и через определённые промежутки меняя облик. Стоило мне чуть успокоиться и значительно отойти, как я достала телефон, набрала номер Дори и, услышав не менее бесящее, чем на земле, «Аппарат абонента…», затараторила в голосовой набор: — Детка, ради всего святого, съёбывай с Отеля! Ты как всегда права, и я конченная идиотка, влипающая в дерьмо на ровном месте. Не бери вещи, вали сразу, как прослушаешь! Передай по возможности другим!..       Телефон Дика был вне доступа, а, набрав Энджела и услышав хитрое и томное «Оставь сообщение, красавчик, великий Энджи тебя услышит…», я ударила столб, застонала от боли в руке и набрала номер такси, обещая любые бабки тому, кто заберёт меня в кратчайшее время.