Поцелуев мост

Парни идут по большому длинному мосту, который находится в России, а если точнее — ярком, солнечном и поистине красивым городом "Краснодаре." Кайл и Стэн - путешественники. Эмигранты, покинувшие свою родную страну и город. Их дражайший и маленький городишка, где все знают друг друга словно соседи, когда узнали, что мальцы покинули драгой Южный парк, были слегка шокированы. Кайл Брофловски - самый умный ученик в школе да и не только ведь он самый конструктивный и грамотный человек во всëм Южном парке. Он мог и до сих пор может добиться всего. И его немного чудаковатый дружок с пессимистическим отношением к жизни собрались и исчезли, даже не сказав и слово. Родители Брофловски, миссис Шейла и Мистер Джеральд, на утро после уезда их сына обнаружили белый аккуратный свёрток, что был письмом на прощание, который гласил: «Мам. Пап. Вы будете сердиться на меня, ведь я сделал, наверное, немного необдуманный поступок, который я, к сожалению, никак объяснить не могу. Здесь всë очень сложно. Вкратце я уехал путешествовать со Стэном. Не навсегда. На ограниченное время. Не знаю, когда именно мы вернёмся, но очень не скоро, по всей видимости. Деньги у меня есть, поэтому не волнуйтесь, а как закончатся..мы, что-нибудь да придумаем :) Люблю. Целую. Ваш сын.» Родственники были растеряны и огорчены таким скоропостижным поступком их ребёнка. Брофловски уже было восемнадцать, но его родители по-прежнему видели в нëм рыжего маленького мальчишку, поэтому не были уверенны, что их сын справится во всём самостоятельно. Семье Марша, мягко говоря, было наплевать. Стэнли учился слабо, не верил в чудо и сказки, был "поникшим говном", как говорили абсолютно все, кроме, конечно, Кайла Брофловски, его "супер чудо друга". Если он верил в чудо, то только в него, только в Кайла. Ведь он и есть то самое чудо, что спасло его. Парни обошли пол света за два года. Можно сказать, были везде. Но сейчас им приспичило посетить Россию, а именно Краснодар, хотя изначально они хотели исследовать Питер. Не исключено, что они объедут и другие города России, но проблемы с языком, что у них с русским, что у местных с английским, не дают им возможность обойти всё. Если посмотреть на них со стороны, можно сказать, что они смахивают на хиппарей, что, кстати, даже близко не так. Просто они одеты очень разнообразно и экзотично. Сразу зримо — странствователи. Волосы Брофловски уже не такие рыжие: более тëмные и пушистые. Объяснимо, ведь за долгое время они выгорели на ярком южном солнце и стали напоминать более коричневый оттенок. На зачëтных бëдрах красуются лëгкие голубые шорты с широкими карманами, на ногах же — обычные, удобные, чëрные, пластмассовые шлëпанцы. Футболка, на которой рисуются все цвета радуги, была приобретена с Индии, как и накидка, едва не такая же, только прозрачная и лëгкая, позволяя дышать всему телу. Глаза не слепят. Солнечные очки, что спасают от яркого и назойливого солнца русского города, надеты на его лицо, позволяя лучше осматривать достопримечательности и другие интересные вещи. Краснодар — это юг, а тут почти всегда тепло, особенно летом, как сейчас. Печёт, что, кажется, можно расплавиться. Стэнли Марш выглядит почти так же, но его прикид в более однотонных тонах и не такой аляписный. Лишь браслеты в разноцветных искусственных камнях на руках выдают его. Говоря о том, что он простой турист. — Смотри. Марш тычет пальцем на ограждения металлического крашеного моста. На нëм местяться маленькие металлические замки в виде сердечек, кружочков, да и самые простые надписи имён, что нацарапаны на твëрдом железе. Красуются здесь и привлекают всех к своему вниманию изредка поблëскивая. А это действительно интересно. Не во всех городах присутствуют такие места, а мальчики и вовсе впервые видят подобное. — Хмм.. Может это типо памятники погибшим? Ну.. Брофловски садится на корточки, паралельно снимая очки и трогает данную конструкцию, холодную и, по всей видимости, очень старую. Сердечко, что прикреплено, возвещает надпись "Т+К" и Кайла посещает чувство дежавю, плюсом школьные флешбеки, как будто бы он где-то это уже видел. — Точно нет. Или примечательность какая-то. Нигде не встречали ещё такого. Говорит Брофловски, не в силах больше думать об этом. А ведь они даже не догадываются, что это "Поцелуев Мост" — часто посещаемое место для парочек во время свадьбы или после. — А я думаю, здесь туристы и не туристы оставляют свои.. имена? Вещи. Хрен его знает. Здесь много чего. Я тоже хочу сюда приписать наши имена. Что думаешь? Русский гул проходит мимо ушей, и парни оборачиваются на молодую пару, что присела так же на кортах слева от них. Мужчина с русыми волосами, в костюме похоже на свадебный: достаёт замок, на котором нацарапаны чужие имена и оглядывает сияющую девушку с пышными светлыми локонами. От неё приятно пахнет лавандой, а выглядит она как настоящая русская принцесса из мультика в подвенечном платье. Она смотрит на него влюблённым взглядом, а тот одаряет её милой длинной улыбкой почти до ушей и нескромно кивает. После происходит что-то волшебное, что-то что точно не забудется даже у обычного прохожего. Они вместе цепляют замок с именами на одну из перил, что оборачивают весь мост для безопасного прохождения. Происходит звонкий щелчëк — замок закрыт. Они встают и оглядываются друг друга так, будто бы если они сейчас отвлекутся, а глаза перестанут смотреть взаимно тоня в друг дружке их отправят на разные границы мира и встретиться уже никогда не получится. Казалось, что простоят они так весь день, но парень делает первый шаг на встречу к любимой и когда докасается до еë нежных, крашенных в розовый цвет помады уст, целует так нежно, так аккуратно, будто бы боясь испугать. Ключ неожиданно вылетает из рук девушки за мост, прямиком в воду пресноватого цвета. Она улыбается, прикрывая веки, и охватывает макушку парня, взаимно чмаффая. И всë происходит так медленно, но так быстро, что парни пропускают момент, когда те уходят, державшись за руки. — А.. — Ага. Они поняли всë. Ну, почти всë. — Ну..Может, всё-равно припишем..? — Зачем? Голубые глазки заметались, смотря куда угодно, лишь бы не в блуждающие зелёные глаза, которые, возможно, именно сейчас вызывали сразу три эмоции: негодование, любопытность и растерянность. — Чувак.. Ты же сам видел. Здесь могут только пары оставлять подобные вещи! А вдруг нас поругают. Близко, но немного не так. Ведь подобное могут оставлять только молодожёны, которые только что поженились. Кайл пробежался взглядом ещё раз по замочкам и разным побрякушкам, что оставили люди, и вернул какой-то неуверенный взгляд на Стэна. Марш обиженно молчит, заставляя предпринять меры. — Ну.. Боже.. Приедешь сюда с Венди когда-нибудь да оставите свои имена. В чëм проблема? — Проблема в том, что я не люблю Венди, чувак! — Да ладно тебе. Вы с ней с четвёртого класса уже мутили. — Да откуда тебе знать, что именно мутили? Подростковая влюблённость, не более. Возмущался Стэнли, пока не услышал глухой смешок. — Что смешного? — Да ничего. Думаю, это немного забавно. — Не понимаю, что здесь ты считаешь забавным. Всë, чел, я на тебя обиделся. Марш наигранно надул губки и отвернулся, смотря на какую-то маленькую русскую девочку с рыжей косой лет девяти. Она стояла с сахарной ватой и, возможно мамой, которая разговаривала по телефону, смотря на речку под мостом. — Ладно-ладно. Я напишу. Только не ной. И если что, это было сделано на твоей совести! Да и я всё-равно считаю, что это как-то неправильно.. Решил сдаться рыжий, что потянулся к своему рюкзаку на спине. Небольшой серый ранец, в котором хранятся необходимые документы, вещи для путешествий и маленький медицинский набор на пожарный случай. Оттуда выскальзывает нож, больше похожий на самодельный, чем покупной, и Брофловски на лету успевает поймать его, порывисто крутя на пальцах, показывая свою пафосность. Девочка рядом пискнула, глядя на эту картину, и начала тянуть за ткань кофты, не отзывающей ей матери. Разговор по смартфону такой увлекательный, что ей совсем не до малышки. Марш расцветает. Его взгляд теплеет, а в зрачке сверкнула искра, и он копотливо развернулся, задумчива смотря в чëрную макушку друга, пытаясь ряшливо погладить его по спинке. Но выходит совсем наоборот и так неловко, что Марш стискивает зубы, думая, для чего он это сделал. Нож проходит с мерзким звуком по железу, возрождая новую надпись, совсем незаметную, маленькую, расположившуюся посередине вокруг других букв. «С+К» Влажная ладонь неловко оглаживает совсем новую и немного кривоватую надпись, и Кайл подымается с надломленным хрустом в коленях. Парень, чьë имя только что вписали рядом с именем его друга, оглядывает тëмно-рыжую шевелюру как в детском мультике; зелёные, как изумруды, глаза, в которых легко утонуть, даже позабыв своë имя; и розовые тоненькие губы, в которые прямо сейчас так хочется впиться.. И Марш не замечает того, что он сейчас творит. Руки тянутся неосознанно, медлительно, под порывом ветра, который и впрямь помогает. Смуглые пальцы врываются в волосы, случайно поддëргивая кончики, и он тянет его на себя. — Чувак..Стэн! И именно когда чужое дыхание уже чувствуется на чужих устах, он останавливается на полу-крики своего друга, который, похоже, совсем растерялся, раскраснелся, а тело будто парализовало. У обоих. — Ты чего..? Вся эта ситуация, этот момент так смущает. Что впервые в жизни Кайл Брофловски не в силах посмотреть на Марша в его голубые, как небо, как море — глаза. — В губы.. Ну.. Как та парочка.. Сладким шёпотом отвечает Стэн, видя перед собой лишь два объекта, которые хочется заполучить на данный момент: Брофловски и его тоненькие, но такие аппетитные губки. — Нет.. Но мы же.. Мы.. Это общественное м-место.. и это не то место где такое разреше.. Он не договаривает, физически не получается. Стало как-то тяжко говорить. Язык заплетается, а буквы проглатываются. Он чувствует на себе: дыхание, руки, которые гладят его локоны, и стремительный масленый взгляд Стэна Марша. В такие ситуации он никогда не попадал, да ещё и со своим другом. Стэнли приближается, оставляя расстояние между ними на вытянутый палец, и рыжий поддаётся. Аспект возвращается на родной силуэт, видя, как тот чрезвычайно близко. Возбуждение охватывает второй волной и Брофловски пьянеет, едва заметив, какой Марш настырный и то, что он делает однозначно неспроста. — Да.. Похуй.. Губы неучтиво сталкиваются, пронзительно пропуская ток через всë тело, от кончиков ушей заканчивая пятками. Страстно, мокро и как в последний раз, они целуются с причмокивающими звуками на городской русской улице. Руки Марша плетутся ниже, ведь задерживаться только на волосах не так интересно. Бëдра Кайла, вот что поистине любопытно. Попа дорогого друга выпуклая, округлая, что любая девчонка бы позавидовала таким пропорциям. И вот нахально Марш лапает его задницу прямо в общественном месте, совсем без стыда и совести. Рыжий стонет в поцелуй и не собирается остановить рукоприкладство к его ягодицам. Похоже, его всë устраивает. Возможно, Стэнли Марш загипнотизировал его, ибо ему хотелось лишь больше, что удивляло даже последнюю каплю адекватности самого Брофловски. Но становится уж слишком жарко и боязнь сделать чего-то лишнего всë-таки появляется. Да и дышать уже трудно из-за нехватки воздуха. И они неохотно отскакивают друг от друга, смотря напротив, будто бы в своё отражения затуманенный глаз. Но наглядеться на друг друга им не даëт громкий, звонкий и надоедливый плачь девочки рядом. Они резко разворачиваются и видят мокрую сахарную лужу из ваты, которая видимо упала с хватки ребёнка и от солнечного света быстро растопилась в сахарную жижу. — Мама-а-а! Мама-а-а! Смотри, смотри! Здесь геи-и! Женщина вздрагивает и мгновенно хмурится, смотря на ребёнка, а после на двух путешественников, которые до сих пор непомерно близко стоят друг к другу прижимаясь тëплыми телами. Еë чёрные волосы развивает погожий ветер, и они прилипают к морщинистому лицу, закрывая ей весь вид. Но она тут же бурно смахивает с лица локоны и наигранно хватается за сердце. Ребёнок чуть ли не сигает на мать и прижимает еë локоть к своему маленькому тощему тельцу, будто бы защищаясь от чего-то. — Господи Иисусе! Какой ужас! Какой изврат! Машет она головой, отходя назад. — А ну пошли прочь! Педерасты! Фу! Понаехали Американцы! Какой детям пример показываете! Голос становится громче, и парни делают вывод, что её голос такой же надоедливый, как и у детя рядом. Злая тëтка бешено машет ладонью, привлекая к себе внимания посторонних, которые смотрят на неё, как на чудачку. Они думают, что это женщина больная на голову или скорее какая-то типичная "яжемамаша". Парни стоят, как столбы, неподвижно, не извлекая никаких эмоций. Возможно они вошли в недалёкий транс. — Что она говорит? Опьяненный голос рыжего возвращает Стэна на планету Земля, и тот оглядывает его с таким восхищением, такой любовью, что сам того не замечает. — Она желает нам бесконечной любви и счастья. Хмыкает он, пока в его плечо не прилетает телефон той самой тëтки, а после падает и разбивается об асфальт с болезненным для глаз видом. Осколки от стекла разлетелись по сторонам, некоторые даже за мост в воду. И теперь этот мостишко выглядит не таким уж романтичным и безопасным. — Упс. — Пошли прочь! Резкая хватка и сильная ладонь хватает запястье Кайла и стремительно, со смехом уносит ноги вместе со своим ошеломлëнном другом под вопли злой женщины, которая что-то орëт, да орëт. Но сейчас это совершенно не важно. Важно лишь то, что Кайл с восторгом думает, где Стэнли так отпадно научился целоваться, что ему бы хотелось повторить это снова и желательно без прерываний. Марш же будто читает его мысли и ведёт в ближайший мужской туалет, закрываясь там в одной из чистой кабинке и целуясь столько, сколько им двоим хватит на это сил.