Худеющий

Мин грубо, со злостью, открыл дверь ногой, выскакивая из помещения, на что та, ударившись о стену, протяжно скрипнула. В пару прыжков преодолел ступени заведения, размашистой походкой, отправился подальше отсюда, неважно куда, лишь бы подальше. Внутри все напряжено и клокочет, сердце стучит, как бешеное, отдаваясь где-то в горле и в ушах, приглушая окружающие звуки. На лбу, от выброса адреналина, чувствуется испарина, которую сейчас обдувает прохладный ночной воздух, иссушая. Позади Мина послышались нагоняющие его шаги, на которые он не обратил внимания, вряд ли это Чимин одумался и решил его догнать. -Юнги! Стой! – слегка запыхавшийся человек, одернул его за плечо, останавливая – он повел плечом, сбрасывая руку, продолжил идти, - Мин Юнги! Твою мать…. Да стой же ты! – догоняя, обхватывают плечи, против воли разворачивая к себе. -Чон, отвали, возвращайся обратно, пока и тебе не досталось, - уставши, бесцветно говорит Мин. -Не достанется, - отозвался он, - ну и куда ты собрался? – в голосе слышно беспокойство. -А что есть, разница куда? Домой. Или в бар. Или под машину, еще не решил… - потеряно, безэмоционально. -Ты меня пугаешь, под какую еще машину ты собрался… пойдем со мной, - приобняв за плечи, Чонгук повел его дальше, за угол, - сейчас мы прокатимся немного, развеемся. Юнги не найдя в себе сил на сопротивление, а может ему и не хотелось противиться Чонгуку, послушно шел, куда сказали. Заведя Юнги за угол, он повернул его лицо к своему, заглядывая в глаза. Юнги был поглощен своими мыслями, казалось бы, делай с ним что хочешь. А Чонгуку хотелось. Ничем не обоснованное желание. Сейчас, хотелось утешить Юнги.В глазах Чона, несмотря на всю ранее проявленную агрессию, он казался хрупким, ранимым и, черт возьми, милым. С чем это связано, а хер его знает! Бывает же, что к некоторым людям просто тянет и все, ни с того ни с сего, как факт. А хотелось Чонгуку обнять невысокого парня, уперев подбородок в его макушку, вдохнуть аромат его волос. Чону интересно, пахнет ли Юнги сейчас тем же травяным шампунем. Но он не может себе такое позволить, Юнги может не так понять. Все, на что решился тренер Чон, сжать плечо Мина, в знак поддержки, похлопав по спине, успокаивающе. -А вот и наш транспорт, - бодро произнес Чон, выходя в поле зрения Юнги вместе с велосипедом. Проморгавшись Юнги в удивлении смотрит на Чона, потом на велосипед, затем снова на Чона, криво усмехаясь. -Велосипед? Я ожидал машину, байк, но никак не велосипед… удивил, так удивил, - не смог сдержать улыбки Юнги. -Да, велосипед. Между прочим, - деловито,- один из самых экологичных и спортивных видов транспорта. А знаешь ли ты, что это отличная кардионагрузка? -Ты за кого меня принимаешь, за идиота? – фыркает Мин. -Садись, давай, и держись покрепче, чтобы я тебя не потерял по дороге, прокатимся с ветерком! – перекидывая ногу через железного коня, усаживается, ожидая, когда Мин примостится на багажник велика. Последовав примеру Чона, Юнги перекинув ногу через велик, уселся, цепляясь под сиденьем руками. Улицы Сеула были почти пустыми, лишь пара одиноких прохожих виднелось вдалеке. Яркие вывески многочисленных зданий рассеивали темноту ночи, освещая их. Транспорт тронулся, постепенно набирая скорость. Ночной свежий воздух приятно холодил лицо, обдувая. Юнги вдохнул ночную прохладу, поднимая голову к небу так высоко, насколько это было возможно физически. Темное, безоблачное, чистое небо, этой ночью, было таким звездным!Бесчисленными мерцающими и ярко сияющими брызгами, они заляпали мрачное небо, пробиваясь сквозь темноту, разбавляя и разгоняя ее. -Куда мы едем? – тихо спросил Мин, все еще наслаждаясь ночным небо, рассматривая звезды, пытаясь припомнить хоть одно созвездие. -Увидишь… - неоднозначно ответил Чонгук, на мгновение, оглядываясь на сидящего позади, контролируя ситуацию. -Ну и ладно, - не стал спорить Юнги, переводя взгляд на мощную, широкую спину водителя, к которой он не был бы против прикоснуться. Почувствовать тепло чужого сильного тела, проскользить по ней руками, огибая бока и в итоге обнять впереди сидящего, опираясь на, наверняка, горячую спину, щекой, доверившись, закрыть глаза и слушать чужое размеренное дыхание, наслаждаться этим моментом. Но нет, это было бы странно, ведь он был даже не пьян. Выпивший, от чего стал более сентиментальным, но не пьян, чтобы поступить так, как хотелось и потом списать это на алкоголь. После почти часовой поездки в молчании, каждый думал о своем, парни прибыли в парк, неподалеку от спортивного комплекса, где работал Чон. Сквозной парк, был небольшим, скорее это была парковая аллея, чем парк. Широкая дорожка, скамейки по обе стороны от нее, зеленая зона, которая была огорожена живой изгородью. За изгородью, метров на 20 вглубь был небольшой лес, кусты и несколько клумб для эстетики, еще чуть дальше небольшое озеро. -Идем, прогуляемся, - протягивает Мину руку. -А то мы не нагулялись еще, - но свою руку в чужую вкладывает, поднимая глаза на лицо Чона - он ему улыбается, поймав взгляд Юнги. Пройдясь по аллее в одну и другую сторону, Чонгук предложил зайти за зеленую изгородь, к озеру и немного посидеть там. Сняв с себя куртку, бросил ее изнаночной стороной на газон, жестом приглашая Юнги присесть. Сидели они буквально плечом к плечу, соприкасаясь, изредка обмениваясь фразами. Юнги, от ощущения близости Чона таращило. Вот вроде бы он поругался с парнем, и его должна волновать тема, как помириться и как дальше они будут вместе, после поступка Чимина и своего поступка тоже. Мин прекрасно понимает, что Чимин привязан к своим друзьям, что дружат они уже давно. Но как теперь уже точно понял Юнги, к «змею-Тэхену» у него, все же, совершенно особенное отношение, что бы Чимин не говорил, как не отрицал. Какие-то чувства, возможно, влюбленность, между ними есть. А уж почему после того случая, как они переспали, отношений не случилось, Юнги не имел понятия. Зато, так же прекрасно осознавал, что с появлением тренера Чона, его жизнь не только качественно изменилась, за столько короткий период времени, но и то, что что-то постепенно пошло не так в отношениях все с тем же Чимином. Симпатия к нему все еще была, но уже другая. Сердце не трепетало от его близости. Чимин красивый и. И только, за ним больше не хотелось наблюдать и восхищаться. Вообще, в последний месяц его партнер его начинал раздражать своими капризами, руганью и Тэхенами. Может быть, это просто сложный период 7 месяцев, а может неотвратимо наступающий конец их отношений. Потому что, с некоторых пор, все вышеперечисленное, но в обратном значении он ощущал рядом с «сопляком», «Бэмби-киборгом»… «он же Чонгук». Совершенно уйдя в себя, в свои размышления, Юнги не заметил, когда положил голову на плечо рядом. Оно было твердым, тело напряженным. Чонгук сидел, словно каменное изваяние, в то время как Юнги под напором обстоятельств, просто их отпустил и расслабился. -Чонгук, - он дрогнул, услышав свое имя, - ты напряжен, мне убрать голову? Тебе неудобно, – тот лишь гулко сглотнул, не отвечая. Со вздохом Юнги поднял голову с плеча, но чужая рука вернула ее на место. Лицо Чона повернулось к Юнги на его плече. В голове Чонгука крутилась лишь одна мысль о близости Юнги к нему, от чего он был напряжен, о его губах, до которых совсем не сложно дотянуться и вполне реально коснуться. Ровная гладь воды отражала в себе небо, усыпанное миллионами звезд. Те же самые звезды Чонгук сейчас видел в глазах Мина, которые смотрели на него снизу вверх. Юнги, все же, поднял голову с плеча, поравнявшись с лицом Чонгука, глядя тому так же в глаза, не моргая, не прерывая контакт взглядов. Их лица находились буквально в паре сантиметров друг от друга. Кто первый подался вперед, сокращая это расстояние до нуля понятно не было. Просто, в какой-то момент, их губы соединились, соприкасаясь в невинном, целомудренном поцелуе, замирая, скрытые пеленой темноты. Просто, в какой-то момент, кто-то из них, шевельнул губами, размыкая их, осторожно целуя сухими, слегка обветренными. Просто, в какой-то момент, второй отозвался на это движение губ напротив, зеркально повторив его своими. Просто. В какой-то момент, чей-то язык проскользнул в чужой рот, аккуратно раздвигая податливые мягкие губы. Горячее дыхание становится одно на двоих. Все вокруг теряет свое значение. Глаза закрываются, полный вакуум от реальности, и лишь в ушах слышен стук своего собственного сердца, сознание накрывает поволокой желания, и запреты отпускают, они целуются. Это был медленный, нежный, с замиранием сердца, осторожный и изучающий друг друга поцелуй.