Система: «Спаси-себя-от-главного-героя»

***

«Что это значит? Звучит жутко. Какое послание скрыто за этими словами? Эй, ублюдок, что ты хочешь сказать?!» Он повторял эти слова раз за разом, но так и не пришел к достойным умозаключениям. После Цзинь Луна было принято решение обучать Вэнь Лина духовным техникам. То, что он слышит голоса мертвых, в том числе и сумасшедший, тянущий к нему когти, определенно являются тревожным знаком. В роли учителя и духовного наставника выступит сам Хэ Сюэ. Советник разглядел потенциал в юном принце, а значит, упорные тренировки в самосовершенствовании принесут хороший результат. Занятия начинались на рассвете и заканчивались на закате. Хуа Фансянь беспокоился, как бы столь упорные тренировки не отразились на здоровье принца, однако тот утверждал, что сможет справиться с трудностями. По крайнем мере, он отвлекал себя от гнетущих мыслей, что приносили с собой духи, говорящие с ним. Помимо духовных тренировок, Вэнь Лин обучался наукам, каллиграфии и фехтованию. Каждая минута была расписана, на отдых совсем не оставалось времени, а все из-за страха. Вэнь Лин хотел стать сильнее. «Слабых унижают, слабых притесняют, слабых считают за скот. Слабые люди самые жалкие. Твоя матушка тоже жалкий человек. Не будь как я, А-Лин». «Матушка хотела, чтобы я стал сильнее», — когда Вэнь Лин чувствовал слабость в теле, он продолжал повторять это снова и снова, как мантру. Первые дни обучения казались бесконечными, невыносимыми, зато после Вэнь Лин стал понемногу привыкать к ним. Занятия больше не казались утомительными, ведь каждый день он узнавал что-то новое и делился познаниями с Лю Мин, которая всегда его выслушает. Прошла неделя, две, три, четыре, пять… Сегодня должны прибыть послы из разных провинций, дабы обсудить текущее положение дел. Так как Хэ Сюэ временно занял место императора, он обязывался лично присутствовать в дискуссии и отменил духовные практики на сегодня. Это значило, что после обеда Вэнь Лин был свободен, но ему не хотелось целый день сидеть в своей комнате. Послы не должны увидеть наследника престола, а потому Хэ Сюэ просил Вэнь Лина не выходить из комнаты, но разве он послушает? Конечно, нет. Он был спокойным и послушным ребенком, но даже в нем начали просыпаться бунтарский дух и любопытство. Хэ Сюэ на совещании, Хуа Фансянь и Лю Мин помогают на кухне, а демонята спустились в Подземный мир из-за приближающегося праздника. Вэнь Лин ощутил небывалую тоску. Он выглянул из окна и глаза зацепились за высокие ворота. В голове промелькнула мысль, которую принц тут же отогнал, но бросив взгляд еще раз, он загорелся идеей. Он захотел убежать. Нет, не сбежать из дворца навсегда и не возвращаться, только прогуляться. Все-таки он будущий правитель империи и должен знать как живет его народ и в чем нуждается. С благими намерениями, Вэнь Лин накинул черную мантию и незаметно, как мышка, выбежал из дворца. Через главные ворота выходить опасно, поэтому Вэнь Лин отыскал ту самую лазейку, по которой они выбрались в прошлый раз. С помощью цингуна он с легкостью запрыгнул на стену. — Пожалуйста, простите, учитель Хэ, наставник Хуа. До главной площади рукой подать. Через три иня до ушей донеслись громкие крики да брань местных жителей. Рыночная площадь кипела жизнью. В последний раз Вэнь Лин был здесь чуть больше месяца назад. И если в день праздника каждый прилавок забит угощениями, то сегодня, помимо них, расположились лавочки с лекарственными растениями, красивыми тканями, искусными ювелирными украшениями и даже мастерская кузнеца. Принц словно попал в другой мир. Воодушевленно наблюдая, Вэнь Лин не заметил, как ноги привели его в оружейную. Хозяин спросил: — Ты что-то хотел, парень? — Д-да, этот кинжал… он очень красивый, — он указал на оружие с нефритовой рукоятью. — А-а, этот кинжал принадлежал самому императору династии Цин, — гордо произнес продавец. — Эй! Старик Ли, прекращай обманывать молодых! — Но это чистейшая правда! Гляди, парень. Рукоять из белого нефрита, ножны из красного сандалового дерева. До чего искусная работа мастера! Клянусь богом торговли! Этот кинжал принадлежал императору! — Я вам верю, — не имело значения чьей собственностью он являлся. Холодное оружие с легкостью приманило принца. Как говорил учитель Хэ, мужчина должен уметь пользоваться всеми видами оружия, даже палка в руках умельца будет не хуже сабли. Руки потянулись за мешочком с деньгами, как вдруг промелькнула тень и руки опустели. Его обокрали? Снова? В этот раз Вэнь Лин не намерен отпускать воришку. Содержимое кошелька ничуть не беспокоило, его лишь волновал сам мешочек. Эта простая вещица была очень дорога ему, поскольку ее сшила для него покойная мать. Он пустился в погоню за черной тенью. Зима была в самом разгаре, дороги заснеженные и скользкие, воришку же не останавливали подобные трудности. Он проворно скрывался в толпе и пользовался тем, что принц плохо знаком в площадью. Раз у него так много денежек, наверняка отпрыск богатенькой семьи, что редко высовывает нос из дому. Упорные практики в самосовершенствовании дали о себе знать во время погони. Принц вскоре нагнал преступника, однако не поспешил вернуть себе свое. Сильный ветер сдул капюшон и шелк белее снега рассыпался по плечам. Лицо скрывалось за старым шарфом, но глаза отлитые из золота ярко сверкали, словно этот человек являлся посланником божьим. Вэнь Лин остановился, узнав в нем того самого юношу, что обокрал его в день Золотого дракона. Принц решил схитрить и понаблюдать за ним. Разбойник быстро накинул капюшон обратно, огляделся по сторонам и с чистой совестью скупил на награбленное теплой одежды и пропитание. Принц решил, что воришка решил воспользоваться возможностью и потратил деньги на себя и свои нужды, что было бы совершенно не удивительно. Вэнь Лин продолжил шпионить за ним. Негодяй необыкновенной красоты свернул в пустой переулок. Принц хотел остановить слежку и отобрать кошель силой, если тот не собирается его возвращать, однако услышав голоса маленьких детей, Вэнь Лин спрятался на крыше и принялся наблюдать. — Лу-гэгэ! Лу-гэгэ вернулся! — востороженно кричали дети. Разбойник стянул с себя капюшон и разодранный шарф с лица и улыбнулся ребятишкам в лохмотьях. — Сорванцы, глядите, что принес ваш братец! Он спустил со спины холщовый мешок. Детишки накинулись на него и изумленно ахнули. Он сверху донизу был наполнен едой и теплой одеждой. Также внутри одежды в маленьких мешочках покоились молочные конфеты. Всего немного, но этого хватило, чтобы вызвать у них восторг. — Теперь вы сможете пережить эту зиму. — Спасибо, Лу-гэгэ! — ребята один за другим осыпали молодого человека благодарностями. Детишки же, что были ему по колено, обхватывали его ногу руками и висели как обезьянки. — Братец, покушай с нами. — Я не голоден. Кушайте сами, — дети печально опустили головы. Им было неловко принимать такие подарки и хотели разделить с ним. Парнишка почесал голову и взял одно яблоко, чтобы не обидеть их, — Мне хватит и этого. Принц был поражен до глубины души благородством этого человека. В первую очередь, он подумал не о себе, а о других. В нем поселилось теплое чувство. В этом мире все еще существуют люди, которые ставят других выше себя. Он помахал на прощание детишкам, снова накинул капюшон и разодранный шарф и вышел из переулка, подкидывая в руке яблоко. Через некоторое время за ним потянулся хвост из трех рослых мужчин. Благородному разбойнику не составило труда опознать в толпе преследователей. Ему пришлось заманить в пустой переулок. — Эй, уродец! Мы видели тебя на рынке с кучей бабла! — Вздумал нас обманывать, щенок?! — Послушайте-послушайте, у меня в кармане нет ни гроша. Я абсолютно чист, — выставив перед собой ладони, тот хотел показать, что ему нечего скрывать. Несмотря на искренность его слов, несчастному не поверили. Мужчины хотели отобрать деньги силой и присвоить их себе. Они приняли решение напасть всем вместе. Ни один мускул не дрогнул на лице парня. Вэнь Лин хотел вмешаться, но не прошло и минуты, а бандиты лежали на земле. — И почему меня никто не слушает? — он скривил губы, сетуя на безмозглых бугаев. «Удивительная сила! У него мощная духовная энергия!» — подметил Вэнь Лин, продолжая смотреть на него с широко раскрытыми глазами. Солнце близилось к закату, а разбойник продолжал наматывать круги по безлюдным улицам, не собираясь возвращаться домой. Принц собрался выйти из своего укрытия, но внезапно услышал: — Благородный господин, мне льстит ваше внимание в такой персоне, как я, но не могли бы вы показаться передо мной? Не устали прятаться? Принц почувствовал, как его обуял страх, как холодный ветер змеей проник в его сердце. Все это время он знал, что некто подозрительный следит за ним и молчал? Почему он позволял наблюдать за собой? Вэнь Лин не стал ждать второго приглашения и высунулся из укрытия. — А ты довольно-таки упертый, да? Весь день преследовал меня из-за этого? — он покрутил тканевой мешочек с узором цветка из пяти лепестков перед глазами, — Уж извини, я потратил все содержимое. — Меня не волнуют деньги. Пожалуйста, верни мне мешочек. Он дороже мне любых денег, — Вэнь Лин не хотел терять подарок матушки. Если понадобится, он пустит в ход кулаки, применит с трудом накопленную духовную энергию, но непременно его вернет. Паренек оглядел принца с головы до ног. Он не мог разглядеть его лица, с виду же можно сказать, что он довольно богатый человек. Так на кой черт сдался ему этот кусок ткани он не понимал. — Сними капюшон, — потребовал незнакомец. Принц замешкался, но все же опустил капюшон и явил свой лик. Разбойник застыл на месте, затем залился смехом. — Ха! Неужели это снова ты? Я уже успел обокрасть тебя однажды во время Цзинь Луна! Может быть, это судьба? — парень тоже захотел похвасться природными данными. Он прошелся пятерней по белоснежным волосам и безумно улыбнулся, — Кто же ты такой? — Это не имеет значения. Просто верни, что взял и я уйду. — Так не пойдет. Разве ты не знаешь законы улиц? Ах, да, ты ведь из богатенькой семьи и понятия не имеешь о том, что такое нищета. Так вот я объясню тебе: равноценный обмен. Я возвращаю тебе то, что ты так сильно хочешь получить, но я хочу получить за это дополнительную плату. — Пф-ф… — Вэнь Лин прикрыл рот рукой, сдерживая приступ смеха, — Кое-кто учил меня, что стоит отказываться от сомнительных сделок, в которых я проигрываю. Да, этому его научил великий наставник по фамилии Хуа. — Эх, а тебя так просто не обманешь, — златоглазый почесал затылок. — Держи! Он бросил заветный мешочек, Вэнь Лин поймал его и мягко улыбнулся. — Я не такой негодяй. — Ты очень добрый юноша, — седая бровь паренька взметнулась вверх от неожиданной похвалы, — хоть и по-своему вредный. Вэнь Лин поклонился ему на прощание и собирался уйти, но тот окликнул его: — Подожди! Как твое имя? — с неподдельным интересом спросил юноша. — Я Вэнь Лин. А как звать тебя? — спросил принц в ответ. — Бай Лу, — с этими словами он бросил яблоко Его Величеству, — Приятно познакомиться, господин Вэнь Лин. Он ловко поймал подброшенное яблоко и с теплой улыбкой произнес: — Мне тоже. Бай Лу провожал его фигуру в черной мантии. Уголок его губ приподнялся, на щеке образовалась очаровательная ямочка, словно наполненная самым сладким медом. — Вернется ли он? — гадал Бай Лу. Скорее всего нет, поскольку по возвращении по дворец двое мужчин ждали его у ворот, скрестив руки на груди. Они метали молнии одними глазами, вокруг них стояла витала зловещая аура. Как говорится, муж и жена — одна сатана. — Где ты был? — произнесли они в унисон. Вэнь Лин почувствовал, что допустил ошибку, когда решил самовольно покинуть дворец. В лучшем случае от него останется только лужа. — О чем ты думал? Это слишком опасно! С тобой могло произойти все, что угодно! — Хуа Фансяня бросило в озноб от одной только мысли. Он потер точку между бровей, пытался успокоиться, но страшные мысли плотоядными червями продолжали сверлить голову. Хэ Сюэ похлопал его по плечу. Он знал, что Хуа Фансянь не хотел, чтобы история с потерянным малышом Сяо повторилась. Он все еще не имел понятия, где он был все это время и что делал. Если бы Вэнь Лин пропал, Шуан Хуа ни за что не простил себя за это. — Зачем ты это сделал? Знаешь, как мы за тебя беспокоились? Не вернись ты сегодня, завтра вся армия империи прочесывала бы город, — Хэ Сюэ был зол не меньше. Совет прошел успешно и он был в приподнятом настроении, однако, когда Хуа Фансянь ворвался в главный зал в новостями о пропаже, Хэ Сюэ мертвенно побледнел. Перевернул замок вверх дном, но так и не нашел принца. Даже демоны не могли ему помочь в поисках. — Учитель Хэ, наставник Хуа, пожалуйста, простите. Я не знал, что вы будете так переживать за ничтожество вроде меня. — Не говори так. Ты не пострадал? С тобой все в порядке? — Вэнь Лин качнул головой. Хуа Фансянь приподнял его лицо и рассматривал со всех ракурсов. Не обнаружив на нем ни царапинки, он почувствовал облегчение. — Почему ты не потерпел несколько дней? Лунный Новый год уже на носу. Думаешь, мы стали бы сидеть в четырех стенах? Пообещай мне, что больше не убежишь, хорошо? — Обещаю, — кивнул Вэнь Лин. В кармане черной мантии, отброшенной на кушетку, Хуа Фансянь заметил небольшой блеск. На удивление, этот блеск источало красное наливное яблоко. — Ты купил яблоко? — со скрываемым смехом в голосе, спросил Хуа. — Ради него ты убежал? — Нет, его подарил мой друг, — его лицо просияло от одного упоминания о нем. Мысль, что у него, как он считал, появился друг, согревала сердце. — О-о, друг? И кто же это? — с любопытсвом спросил Хуа Фансянь. — Его имя Бай Лу. На вид он бандит, но у него очень добрая душа! — с ласковой улыбкой произнося его имя, Вэнь Лин вспомнил благородный поступок, свидетелем которого стал. — … — Хуа Фансянь не проронил ни слова, услышав знакомое имя. «Бай Лу, говоришь?» — мужчина настрожился. Он выпытал у Системы имя одного из персонажей в обмен на очки. То существо и Бай Лу могут быть связаны или же Хуа Фансянь обычный параноик? — Он ведь не навредил тебе? Не сказал ничего странного? — Шуан Хуа сжал его плечи и пристально посмотрел в глаза. Вэнь Лин отрицательно кивнул, но осторожность все же не помешает. — Больше не встречайся с тем юношей.