Система: «Спаси-себя-от-главного-героя»

***

В следующие несколько дней Хуа Фансянь активно искал богатенького старичка, но сколько не сверли взглядом клиентов, а богаче они не станут. Тогда мальчишка решил найти того самого молодого мужчину из осколка видений прошлого владельца тела. Но эти жалкие попытки бессмысленны: раз в прошлой жизни им не довелось встретиться, то в этой и подавно. «Рано отчаиваться! Немногие откажутся от такого первоклассного товара, как я! И все же выкуп немаленький. Гораздо выгоднее приходить в качестве посетителя», — Хуа Фансянь вздохнул. С самого утра в публичном доме поднялась шумиха. Шуан Хуа рассудил: «Хм? Как странно. Обычно шумно бывает по ночам». — Ин-цзе, что происходит? К чему все эти приготовления? — схватив за рукав одну из девушек, спросил он. — А ты не знаешь? Сегодня к нам придет очень важный гость. Раз в четыре года он спускается с горы и посещает наш Дом Развлечений, — пояснила юная дева. — И кто же обслужит нашего дорогого гостя? — Хозяйка выбрала Сяо Мэй. А что? — Ничего. Большое спасибо, Ин-цзе. «Совсем запамятовал. Я узнал все, что хотел. Прости, сестрица, но придется мне занять твое место. Возможно, он единственный, кто сможет мне помочь». Вечером в двери борделя вошел тот самый почетный гость, что снизошел до милости посетить их публичный дом. Хозяева чуть ли не отбивая земные поклоны, рассыпались в благодарностях. — Благородный господин, мы подготовили для вас замечательную девушку. Надеемся, что она придется вам по душе. Она ожидает вас в комнате. Прошу, проходите! — взволнованно тараторила хозяйка. — … — мужчина ничего не ответил и шел вслед за хозяевами. Супруги указали комнату. Захлопнув дверь перед их носами, мужчина обвел глазами помещение, наполненное сладким запахом румян. В постели сидела прелестница, накрытая ярко-красной шалью. Мужчина подошел ближе, убрал ткань с лица и приподнял ту за подбородок. — Пацан, ты двери попутал? Сердце содрогнулось. Спина Хуа Фансяня напряглась. Как он узнал? Ну и пусть, от плана отходить нельзя. — Господин, сегодня вас обслуживать буду я. — Хм? Вот как? — сложив руки на груди, мужчина скептически выгнул бровь, затем плюхнулся в постель и приказным тоном вымолвил: — Раздевайся. «Попрощайся с девственностью, Шуан Хуа», — пальцы дрожали от каждого движения. — Остановись, я же пошутил, — лицо мужчины напряглось, — Ты действительно собирался это сделать? — К сожалению, у меня нет иного выбора, — Хуа Фансянь свободно выдохнул, ведь ему не придется заниматься всякими мерзостями с неизвестным человеком. — Сколько тебе лет, малец? — облокотившись об стену, он разглядывал Хуа Фансяня. — Четырнадцать, господин, — со всей честностью ответил мальчишка. — Я работаю здесь около шести лет. — Похоже, собственные родители продали тебя бордель, так? Хуа Фансянь утвердительно кивнул, несмотря на то, что не был уверен в этом до конца. — Если знатный господин позволит, я бы хотел закончить свою работу. — Успокойся, малой. Мне не нужны проблемы, да и я здесь не за этим, — поспешил оправдаться мужчина. — Тогда… в чем заключается цель ваших визитов? — метающийся в сомнениях Хуа Фансянь, прожигал глазами вторженца, заливающего о чистоте своих намерений. — Выпить вина в компании красивой девушки, рассказать о своих проблемах, поныть, поплакать, успокоиться и опять по новой. «Мужик, что ты несешь с таким серьезным видом? Какой нормальный мужчина не воспользуется услугами благоухающей красотки?» — Хуа Фансянь не смог стереть с лица выражение а-ля «хорош пиздеть». — Хватит на меня так зыркать. Глаза пожалей, — мужчина налил себе чашу вина и не спеша опустошал содержимое, — А вот какую цель преследуешь ты? Тебя выворачивает о одной мысли, но ты все отчаянно желаешь переспать со мной. Чего ты хочешь? — Господин… — Хуа Фансянь сжал руки в бессилии, — Пожалуйста, купите меня. — Что? — не успел он сделать последний глоток, как нечаянно подавился воздухом. — Малыш, знаешь же, что выкуп немаленький. Какая мне от этого польза? — У меня нет ничего, что можно предложить взамен, но я отдаю вам свое тело. Используйте меня, как хотите. Я ни за что не разочарую вас. — Готов на все, лишь бы убежать? — Истинно так. Сузив глаза, мужчина попытался заглянуть в душу мальчишке, на лице которого застыла непоколебимость. На мгновение что-то удивило гостя и тот поспешил отвести взгляд. Сделав последний глоток алкоголя, мужчина стукнул чаркой и громогласно объявил: — Так уж и быть! Я освобожу тебя, — услышав заветные слова, Хуа Фансянь почувствовал облегчение, пока не последовали следующие: — Если проведешь ночь со мной. Слова клиента застали его врасплох. Разве он не был против такого несколько минут назад? Пока Хуа Фансянь размышлял о двоякости поведения гостя, тот ожидал его с распростертыми объятиями. Осторожными шагами приблизившись к нему, Шуан Хуа стиснул зубы и начал раздеваться. — Воу-воу, пацан! Я не это имел ввиду! — мужчина поспешно заключил его в объятия, — Просто полежи со мной. Это все, что от тебя требуется. Его изумлению не было предела. Под «провести ночь» он подразумевал это? У него слишком странные предпочтения. — Эм… Господин, надеюсь, вы знаете о своих специфических предпочтениях? — Кому какое дело. Может, это все, что мне нужно? — его широкая ладонь, исполосанная шрамами и мозолями опустилась на его голову, — Засыпай скорее. Звуки в комнате утихли, Сяо Мэй же все стояла перед раздвижной дверью. Девушка неторопливо удалилась, лицо было лишено всяких эмоций. Барышня Ин, проходившая мимо, столкнулась с девушкой и поспешила спросить: — Сяо Мэй, разве тебя не выбрали для нашего многоуважемого гостя? — Сянь-эр занял мое место, — бросив несколько слов, она не обратив внимания на смятение на чужом лице, заперлась в своей комнате. Ранним утром мужчина отправился в горы и вернулся с двумя сундуками, что доверху полнились золотом. Хозяева широко раскрыв рты, переводили глаза с мужчины, на сундуки и обратно. — Г-господин… — промямлила вспотевшая хозяйка. — Я покупаю этого юношу, — он указал в сторону Хуа Фансяня. Он направился к своему новому владельцу, опустив голову только для того, чтобы скрыть ухмылку, которая растянулась по всему лицу. — Идем. Выкуп произошел неожиданно и довольно сумбурно. Супруги в ступоре взглянули друг на друга, а девушки зашептались, прикрыв рты. Хуа Фансянь покинул публичный дом, держа за руку своего спасителя. — Малой, почему ты не собрал вещи? — У меня ничего нет, кроме воспоминаний, — он хотел поскорее забыть о борделе и надеяться на то, что ему не придется сюда возвращаться. «Простите, сестрицы. Через несколько лет вас вы станете наложницами императора и тогда вам не придется каждый день ложиться под мужчину, чтобы заработать несколько медяков. Если сможете добиться расположения императора, то заживете роскошной жизнью», — мальчишка не хотел бросать их на волю судьбы, однако ничего другого ему не остается. — Кстати, я так и не узнал твоего имени. Я Лань Е Цзинь. — Хуа Фансянь, — ответил он. — Господин Лань, что вы разглядели в моей душе? — … — подобного рода вопрос застал его врасплох. — Трудно объяснить. Словно она расколота на несколько частей. Если ты не против, я хотел бы ее изучить. — Конечно, — кивнул Хуа Фансянь. Со вчерашнего дня он ощутил в Лань Е Цзине огромное количество духовной энергии, сравнимой только с Хэ Сюэ. Отличие заключалось в том, что лорд горного пика единственный, кто может глубоко заглянуть в душу. Лань Е Цзинь — персонаж, который стоит упоминания. Отправляясь в крупный поход на запад, генерал Хэ Сюэ отправил послание горному лорду с требованием присоедниться к великой войне столетия. Сперва Е Цзинь отказался с просьбой не вмешивать его в дела войны и мира. В ответ Хэ Сюэ двинул войска к подножию горы, тем самым заставив Лань Е Цзиня присоединиться отряду заклинателей. Несмотря на свое мастерство, тот пал на поле боя. Хуа Фансянь догадывался о его роли, и после того, как тот представился, окончательно убедился в этом. Как персонаж он не раскрывается, очередное пушечное мясо. Как бы то ни было, он единственный, кто может обучить его духовным практикам и самосовершенствованию. Из книжной характеристики о Лань Е Цзине можно сказать, что тот справедливый и сострадательный. Видимо, благодаря одному из этих качеств он не смог оставить мальчонку в борделе. «На его теле виднелись следы от побоев. Их почти не осталось, но они имеются. Хотел бы я спросить, откуда они, но думаю стоит об этом промолчать», — рассудил мужчина. — Мелкий, ты ведь сказал, что отдаешь мне свое тело? Тогда станешь моим учеником? — Да, господин. — В таком случае, тебе придется называть меня учителем. Договорились? — Да, учитель, — коротко отвечал Хуа Фансянь, погруженный в думы. Случайное столкновение с незнакомцем вернуло его к реальности. Мальчишка в черном плаще упал перед ним. Хуа Фансянь поспешил помочь и протянул руку. — Извини, я не хотел. Ты в порядке? Мальчик крепко схватился за его руку, приподнялся и все также сжимая чужую руку, сверлил его темными глазами. Пальцы ребенка задрожали, Хуа Фансянь почуял неладное. И только тот приоткрыл губы, на его плечо легла морщинистая рука. — Прошу простить моего внука. Чего же ты молчишь? Извинись перед господами. — П-пожалуйста, извините!.. — поклонился мальчик в плаще. — Не стоит. Все в порядке, — ответил Лань Е Цзинь. — Идем скорее, мама тебя заждалась, — подгонял старик. Но мальчик словно не слышал его и крепко вцепился за рукав Хуа Фансяня. Тогда старик произнес еще раз: — Я сказал, идем. Опустив глаза, он отпустил рукав Хуа Фансяня и ушел вслед за стариком. Шуан Хуа бросал взгляды за спину, однако его маленькая фигура скрылась в толпе людей. Странное чувство тревоги накрыло его сердце, которое исчезло бесследно. — Что случилось? Ты не перестаешь оглядываться назад, — простил Е Цзинь. — Нет, ничего. Просто показалось, — отмахнулся Хуа Фансянь. Уродливая морщинистая рука схватилась за черные, как смоль, волосы, волоча их владельца по земле. — Я же просил тебя не привлекать внимания!!! — срывая глотку, кричал пожилой мужчина. — П-простите, учитель!.. Простите! Этот ничтожный был неправ!.. — захлебываясь в слезах, умолял мальчишка. — Что ты сказал тому сопляку?! Говори! — Н-ничего! Я ничего ему не говорил!.. — оправдывался он. — Придется преподать тебе урок, чтобы такого больше не повторилось! Старик оттащил ребенка в темный подвал и бросил его на холодном каменном полу. Отброшенный на землю, мальчик не шевельнулся. — Три дня без еды и воды образумят тебя! Мелкий паршивец! Будь благодарен мне! Без меня ты не выживешь в этом мире! Дверь захлопнулась, сверху только слышался топот и бормотание. Плечи подрагивали не то от холода, не то от страха, не то от неконтролируемых слез. — Еще немного… — он бормотал себе под нос. Черные волосы расстелились по полу, щека прижалась к холодному камню. Темно-карие глаза приняли нежно-голубой оттенок, магия развеялась. Теперь из голубых глаз тонким ручьем сочились слезы. — Бежать… бежать…