Система: «Спаси-себя-от-главного-героя»

***

Между первым и последним наследниками Подземного Царства возникло колоссальное напряжение. Их острые взгляды метали молнии, заглушая раскаты грома. Крупные дождевые капли падали на макушку Фэн Хуа. Каштановые кучерявые волосы стали еще объемнее от влаги. Ледяной ветер, пробирающий до самых костей, ударил в сторону белого призрака. Бровь медленно поползла вверх. Бай Син с поддельным недоумением переспросил: — Книга душ? О чем ты? — Можешь не притворяться. Ты вырвал страницу из Книги душ, — уверенно заявил Фэн Хуа, сверля того взором. После его взгляд опустился на раненного Хуа Фансяня, что мирно посапывал в его объятиях. Похоже, он потерял немало крови, — Отчего-то, думается мне, что на странице отмечена душа этого мальчишки. По словам Владыки, жизнь, отмеченной на странице души, как на ладони владельца; дата и причина смерти прямо перед глазами, а значит, владелец страницы имеет возможность вмешаться в жизнь того самого человека — оттянуть или же ускорить время смерти. Поправь меня, если я не прав. Бай Син тактически сохранял молчание. Дослушав доводы Фэн Хуа до самого конца, он тихо рассмеялся: — И с чего ты решил, что страница у меня? Можешь доказать свою правоту? Фэн Хуа легкомысленно пожал плечами: — Особых причин нет, только предчувствие. Владыка, должно быть, доверял тебе, как первому наследнику Преисподней. Почему бы не познакомить «Его Высочество» с обязанностями Князя, верно? Не знаю, как тебе удалось избежать проклятия Луноликой, но, признаю, ты невероятно везуч: и жизнь свою собачью спас и стащил страницу из Книги душ прямо из-под носа Владыки. Вот только, все не могу понять, зачем ты устроил это представление? Мальчишке еще жить и жить. Он не должен умереть сегодня. Бай Син старался сохранять меж ними дистанцию. Энергия, исходившая от Фэн Хуа, заставляла его насторожиться. Демон явно не глуп и быстро соображает, несмотря на наивное личико. Напустив маску отстраненности и высокомерия, Бай Син пустил в ход блеф: — Акт милосердия. Не хочу, чтобы он разочаровался в своем возлюбленном псе. Каково будет его удивление, когда он узнает, кто станет причиной его смерти в будущем? Причина, палач, точное время и место — мне известно все. Фэн Хуа не удержался от простодушной улыбки. — Какая нелепая ложь! Я был готов услышать всякое, но твоя причина убийства до дрожи смешна! Ты до смерти боишься, что он забудет о тебе! Страшишься, что появится другой человек, к которому он будет питать жаркие чувства, а ты останешься в тени того самого человека; и ведь тебе совсем не важно, что это будет: страстная любовь или жуткая ненависть. Ох, а ведь это происходит прямо сейчас! — личико демона воссияло, словно он разгадал секрет. — Что ты несешь?! Янтарные очи заполыхали яростным огнем. Сиюминутные чувства сожгли все нутро. Резким взмахом руки он обратил мертвых подчиненных против демона ветров, однако те были не так шустры, как прежде. Фэн Хуа повис в воздухе, сверху вниз поглядывая на печального призрака, что цеплялся за душу живого человека, как одержимый. — Ну-ну, зачем же так кричать? Жалкое создание, — сощурив глазки, с отвращением произнес демон. Раскрытый веер крутанулся в ладони и раскидал мертвецов по всему полю, — У меня нет настроения играть с тобой. Я пришел за своим хозяином. Бедняга, совсем выбился из сил. Ты ведь не хочешь, чтобы он окончательно исчез из этого мира, ведь его жизнь раскололась надвое. Бай Син округлил глаза, зрачки стали размером с булавочную головку. Быть того не может! Что не так с этим демоном?! — Ха, снова предчувствие? — Хм-м, не совсем, — отрицал Фэн Хуа, — Жизнь мальчонки разделилась на две дороги. Первая — смерть, изначально описанная на странице. Вторая же появилась совсем недавно. Самоубийство, не так ли? Когда-то давно Владыка Яньло рассказывал легенду о человеческих жизнях. В Книгу душ попадает имя каждого смертного Поднебесья. С самого рождения судьба человека предопределена небесами, вплоть до самой смерти. Но иногда случалось необъяснимое: отчаявшиеся души пытались наложить на себя руки, дабы избавиться от страданий бытия. Ослепленные незвгодами и трудностями, они не видели иного выхода, кроме как покончить жизнь самоубийством. Тогда страница души испещрялась новой кривой линией, что внезапно обрывалась на середине. Эта линия обозначала душу, совершившую тяжкий грех. Похоже, кривая линия появилась на странице с душой Хуа Фансяня. Выходит, он в самом деле размышлял о подобном исходе. Бай Син прижал к груди юношу, словно дикий зверь, сжимающий тушу жертвы меж острых клыков. Фэн Хуа, наблюдавший за весьма интересной сценой, не сдержался от мимолетной улыбки. — Ох, так я был прав? Твой взгляд так и кричит об этом. Коль мой господин решится на самоубийство, существуют два возможных исхода: либо его душа рассеется, либо попадет в Диюй, где ты не сможешь до него дотянуться. Любопытно, какого же опасаешься ты? Фэн Хуа намеренно надавил на болезненные точки демона, спровоцировав слепую вспышку гнева. Он долго раздумывал над имеющейся информацией и пришел к некоторым выводам, которые, на его удивление, оказались верны. Пусть догадки и звучали бепредельно жутко, но белый призрак, что стоял перед ним, ухитрился применить столь подлый прием. На какой же еще безумный поступок он способен? К чему такие издевательства над бедной душой? Взмахнув широкими рукавами, Фэн Хуа направил острое лезвие ветра в сторону Бай Сина. Воздушный поток разрезал белое одеяние и из предплечья хлынула горячая кровь, пропитавшая белую ткань. Повелитель ветров сощурил глазки, присмотревшись к кровоточащей ране. — Занятно, — еле слышно пробормотал Фэн Хуа. Затем его взгляд прошелся по гнилым останкам, из которых торчали иглы. Легкий ветерок прошелся по ошметкам и аккуратно уложил в ладонь парня шесть игл. Сжав ладонь, Фэн Хуа поднял карие с зеленым отливом очи на Бай Сина, — А ты весьма покорный пес, раз не ослушался приказа хозяина. С этими словами Фэн Хуа метнул имеющиеся у него иглы. Бай Син попытался укрыться, однако те вонзились глубоко под кожу, как шипы, распылившие токсин. Острая боль распространилась по телу, чужая духовная энергия расползлась ядовитой змеей. — Отпусти Хуа Фансяня, — приказал Фэн Хуа. Темная радужка глаз окрасилась лазурным. Демон сопротивлялся изо всех сил, обеими руками прижав к груди тело молодого заклинателя. Янтарные глаза ярко заблестели. Черные длинные ногти крепко вцепились в Хуа Фансяня. — Отпусти его, — с нажимом повторил Фэн Хуа. Запретная техника неизменно влияла на разум. Бай Син тряхнул головой, пытаясь заглушить звон в ушах, в то время как Фэн Хуа с интересом наблюдал за его действиями. Техника подчинения слабо действовала на наследников. К примеру, Цзю Шань и вовсе не поддается чужому контролю — воля демоницы сильна, а потому подчинение бесполезно. Молния с оглушительным ревом ударила по черному небу, оставив яркие полосы. Бай Син зажмурился на мгновение, открыв глаза секундой позже, он увидел, как тело возлюбленного покоится в чужих руках — две фигуры исчезли в свирепой буре. Мужчина ударил кулаком по земле, его громкий вопль, разрывающий глотку, смешался в шуме грозы. Коварный демон отнял драгоценное сокровище, укрывшись за черной накидкой бури. Прошло три дня с осады на гору Бэйфэн. Фэн Хуа переместил горного лорда и его ученика в свою обитель. Демон делился с хозяином своей духовной энергией, дабы исцелить его раны как можно скорее. Изодранное тело Хуа Фансяня было окунуто в неглубокий водоем, омывший глубокие раны. Мысли были заняты тем мужчиной в траурных одеждах — не то человек, не то демон. Несомненно, некогда он был награжден почтенным титулом наследника Преисподней, но каким образом он исчез из Подземного Царства? Почему Князь Яньло считает его погибшим? И как ему удалось проникнуть в Диюй и вырвать страницу из Книги душ, если проклятие Луноликой Покровительницы не позволяет даже приблизиться к вратам Царства демонов? Фэн Хуа не мог взять в толк: что за существо способно столь беспощадно измываться над смертным? Пока его голова разрывалась от раздумий, веки Хуа Фансяня дрогнули; впервые за три дня он открыл глаза. Взгляд не мог сфокусироваться на протяжении минуты. Поморгав несколько раз, юноша поднял руку и протер глаза. Ощутив влагу, он взглянул на свою ладонь. Только он хотел подняться, как острая боль импульсом пробежалась во всему телу, поразив каждую конечность и нерв. Холодная ладонь легла ему на плечо: — Отдохните еще немного. Вы были без сознания три дня. Ваше тело еще не восстановилось. Боюсь спросить, сколько раз вы прибегали к запретной технике. Вам чудом удалось выжить хозяин. Брови свелись над переносицей в болезненной гримасе. Тяжело выдохнув, Хуа Фансянь спросил: — Где я? Что случилось? — В моей обители. Хозяин потерял сознание в разгаре битвы — мне пришлось вмешаться и унести полумертвое тело в обитель. Ваш старик-наставник тоже здесь. Недавние воспоминания тяжелым молотом ударили в висок. Хуа Фансянь сжал челюсть и прикрыл глаза. Под веками возникла картина, а в ушах зазвенели знакомые слова и различные голоса, образующие беспорядочный ворох. Воспоминания медленно проникали в голову, расползаясь по всему разуму. — Постой! Ты оставил учеников пика с тем сумасшедшим?! — вскочил Хуа Фансянь, после чего без сил рухнул от резкой боли в каждом участке тела. — Ему нет дела до остальных учеников. Сейчас он занят зализыванием ран, — самоуверенно бросил Фэн Хуа, — Хозяин, вы должны кое о чем узнать. Я надеялся, что все это глупые догадки, не имеющие основания, но три дня назад полностью убедился в своей правоте. — Насколько эта новость меня шокирует? Я бы хотел морально подготовиться, — с серьезным лицом заявил Хуа Фансянь, подняв усталые глаза на демоническое орудие. Фэн Хуа пришлось объяснить свои умозаключения, которые оказались не так уж и далеки от правды. Помимо того, демон рассказал о пропавшей странице из Книги душ и о развилке на карте души хозяина. Хуа Фансяню понадобилось некоторое время, чтобы осознать и принять ситуацию. Как бы ни было тяжело, он обязан смириться с нынешним положением дел. Парень потер лоб, размышляя. Жизнь в современном мире показалось ему сущей благодатью. Отчего же он не ценил что имел? Возможно, кара небесная настигла его душу в следующей жизни и решила воздать по заслугам. А причиной тому послужило легкомысленно отношение к лучшему из всех даров бессмертных — жизнь. — Ха-а, черт, — юный Хуа спрятал лицо в ладонях и сжал губы в тонкую линию, — Как я понимаю, он хотел убить меня прежде, чем я попытался бы наложить на себя руки. Может, мне закончить все здесь и сейчас? Либо я навсегда исчезну из этого мира, либо пройду через судилища. Я правильно понимаю? Метка смертника никуда не исчезнет. Всяко пытки судей милосердней, нежели испытания дьявола. Пучина отчаяния с каждым днем становилась все глубже. Вязкое болото утягивало Хуа Фансяня в бездонную яму, из которой нет выхода — существует только бескрайняя тьма и пустота, от которой исходит смертельный холод. Он чувствовал, как тонет в зыбучих песках, как золотые песчинки преграждают путь кислороду в легких. Безнадега и отчаяние змееями обвивались вокруг его шеи, образуя тугие петли. Твердая поверхность под ногами вот-вот исчезнет, и он задохнется. — Хозяин, не предавайтесь панике. Если признаете силу врага, ему будет легче манипулировать вами. Разве не этого он ждет? Не облегчайте ему задачу! — Я не знаю, что делать, — севшим голосом признался Хуа, — Я действительно не знаю, что делать… Златая клетка заперта на ключ. Черная птица с красным, как капельки крови, оперением, пряталась в ней, так как потеряла надежду на волшебное спасение — крылья чудной птички были сломаны. Жестокий хозяин насмехался над ней каждый день. Заветный ключик лежал рядом с клеткой, но птица не желала смотреть на него. Вот уже долгое время она не грелась под теплыми лучами солнца. Ее мечта о свободе, о бескрайнем синем небе обратилась звездой на небосклоне, до которой никак не дотянуться. С каждым днем маленькая птичка чахла, пока совсем не перестала дышать. Хуа Фансянь же сам запер себя в той клетке, забыв о существовании ключа. Его дрожащий голос полнился горькими слезами, а кадык заходил ходуном. Парень крепко зажмурил глаза и прикрыл их ладонями, будто больше не хотел видеть этот мир. В пустой груди Фэн Хуа распространилось склизкое, мерзкое и отвратительное чувство беспомощности. На долю секунды в глазах возникла пугающая картина: напротив одинокого солдата возвышалась величественная фигура бессмертного генерала, на стороне которого были боги войны. Бесчисленные солдаты громоздились за его спиной, сам же он стоял на телах убитых сослуживцах одинокого солдата — неравный бой и численное превосходство бросались в глаза. «Так вот, каким ты себя видишь? — поразился Фэн Хуа, опустив глаза на молодого господина, — Солдат, восставший против вражеской армии, непременно погибнет в бою». — Хозяин, есть еще кое-что, — продолжил Фэн Хуа, — Я уже говорил, что тот мужчина полукровка, припоминаете? Во время нашего столкновения я обнаружил нечто весьма занятное. В большинстве своем, демоны являются мертвецами, получившими шанс на возрождение. Иногда же созданиями сильных желаний и сожалений, но никак не живыми людьми. Подняв ладонь, Фэн Хуа сложил губы трубочкой и выдохнул струю воздуха. Та врезалась точно в изогнутую линию на ладони и разрезала кожу. Черная густая жидкость стекла по его ладони и окропила зеленую траву у ног. — Это кровь демона. Но кровь того мужчины была как человеческая: красная и горячая. — Хочешь сказать, он и не демон вовсе?! — вскинул брови Хуа Фансянь, — Как же так? Разве возможно изменить свою сущность?! Фэн Хуа отрицательно покачал головой. Рана на ладони затянулась спустя мгновение. Поглядывая на исцеленную руку, Фэн Хуа невнятно пробормотал: — Не человек и не демон… — А вдруг он небожитель? — хоть уши и не верили в сказанное, отрицать подобную возможность нельзя, — Что думаешь? Фэн Хуа отбросил сомнения господина: — Исключено. Небожители возносятся на небеса за счет своих заслуг или неустанных духовных практик. Он не мог занять место среди пантеона небесных чиновников. Даже у старика больше шансов вознестись, чем у того отродья. Между демонами и небожителями давняя неприязнь. Хоть мы и заключили перемирие, но узнай те, что к их ряды затесался демон, его непременно убьют без суда. То же касается и их: богам запрещено вторгаться на нашу территорию, иначе войны не миновать. «Война бессмертных? Любопытно, — задумался Хуа, — Если действительно развяжется война между демонами и небожителями, на чьей стороне будет Бай Син?» — Хозяин, даже не думайте об этом, — закатив глаза, предупредил Фэн Хуа, — Я хорошо знаю, что творится в этой голове. Запомните на будущее: он пойдет на любую крайность, лишь бы завладеть вами. Убьет своими руками, если понадобится, но отступится, коль и сыграете на его слабости. — Сыграть на слабости…