Часть 1
10 октября 2022 г., 14:13
Кто-то понты, а кто-то маньяк
До начала конца еще пять лет. Солдатицы сидели на своих койках, понурившись. Ветер завывал за стенками палатки, едва колыша завешанный полог. Все вздрогнули, услышав шорох шагов по песку, и вскочили на ноги. Полог откинулся, и, пригнувшись, внутрь вошла высокая гибкая женщина с короткой стрижкой. Судя по погонам — в сержантском звании. За ней вошла капитанша роты: чуть грузная женщина с неизменным «учительским» пучком под кепкой. Сержантка равнодушно осмотрела всех присутствующих и, засунув пальцы за ремень, тряхнула головой, убирая прядь волос, свисающих на лоб. — Представляю вам новую предводительницу — сержантку Андреа. — Она сделала короткий кивок в сторону сержантки и, презрительно зыркнув на всю команду, ушла. — Итак, предлагаю познакомиться лично, — сказала сержантка тихо и уверенно, — можете звать меня Энди. И я… — она потянулась всем телом и продолжила: — надеюсь, что из нас получится отличная команда. Ну а чтобы познакомиться лучше, приказываю пойти со мной и надраться до беспамятства! Ее идею поддержали смехом, кто-то даже начал аплодировать. Схватив куртки, все вышли за сержанткой. — Всё за мной. Мы наконец оторвемся! — Энди рассмеялась и повела их за границу лагеря к скалам. Редкие прохожие косились на них, но теперь команде было плевать, они смеялись и болтали между собой. Чуть поодаль за командой брела высокая худая солдатица. Её чёрные волосы, собранные в конский хвост, покачивались при ходьбе. На глаза была надвинута кепка, а руки засунуты в карманы штанов. Энди оглянулась на свой отряд, чуть задержав взгляд на ней. Компания остановилась на небольшой поляне. Энди вытащила из-за камня ящик, в котором звонко брякнули бутылки о консервы. — Да вы крута! — не удержалась одна из солдатиц, взмахнув забинтованной рукой. Её шлепнула по плечу рядом стоящая и гнусавым голосом спросила: — Уже подлизываешься? — Завидуешь, что не к тебе? — огрызнулась та. Энди фыркнула и, тоже взяв бутылку пива, отошла в сторону. Солдатицы разобрали бутылки с консервами и, устроившись группами, расселись прямо на земле. — За новую сержантку! — крикнула одна, и все хором поддержали ее. Энди улыбнулась и подняла бутылку. Все дружно выпили. Солдатица, что плелась в конце, уселась в тени куста и медленно ела тушенку, невидимая для остальных. Понемногу внимание солдатиц к новой сержантке начало ослабевать, все занялись разговорами или дурачились, пародируя главных во время собрания. Энди подошла к отшельнице и села в шаге от неё. — Почему не вместе с остальными? — шепнула Энди, откидываясь на скалу, и протянула ноги. — А зачем? — тихо спросила та, не отрывая взгляда от еды. — Ну… Потому что ты в команде… — протянула Энди и, глотнув пива, замолчала. — То, что случилось с твоей предшественницей, тебя не пугает? — отшельница усмехнулась, откладывая пустую банку. — Смерть? — Энди улыбнулась и задрала подбородок, глядя на звезды. — Если она подарит покой, то я желаю её. Отшельница вздохнула и сменила позу, подтянув колени к груди и обхватив их. — Тебя так испугало то, что произошло с ней? — Мне не по себе от того, как это произошло. Энди нахмурилась и взглянула на девушку. Та пожала плечами и отвернулась. — Чувствуешь вину за её смерть? — В какой-то степени. Хотя на самом деле я тут ни при чем. Никто и подумать не мог, что все так выйдет. — Это война. Здесь все идёт как угодно — только не по плану. — Угу. — Девушка вздохнула и собралась встать, как её окликнула Энди: — А как тебя зовут? — Хелен. — Она обернулась и на миг улыбнулась. — Меня зовут Хелен. Энди кивнула и задумчиво посмотрела вслед своей подчиненной. Хелен брела назад в лагерь, думая о новой главе группы. Женщина определённо интересная. Как она ловко влилась в команду. Надо же. И как у людей получается так маневрировать в социуме. Хелен достала бутылку из кармана и отхлебнула. Горький вкус пива заставил её поморщиться. Она сошла с тропы в сторону и взобралась на ближнюю скалу, за ней была ещё одна, чуть ниже, и образовывала ровное плато площадью в пару метров. Дальше росла одинокая сосна и, разогретая за день солнцем, приятно пахла смолой. Это укромное место она нашла в первый же день и отдыхала здесь от людей. Хелен расстелила свою куртку поверх пышного мха и легла. Луна то и дело пряталась за облаками. Ее снова стали одолевать картины недавнего происшествия. Хелен поерзала и, чуть привстав, отхлебнула из бутылки. Задание прошло успешно. Они пленили вражеского офицера, а теперь, уставшие, возвращались в лагерь. Их сержантка отправила пару вперёд на разведку и решила сделать перерыв. Солдатицы из её группы разбрелись по лесу. Хелен первой вернулась и нашла тело сержантки с перерезанным горлом. Пленника не было. Только разрезанные верёвки валялись рядом с телом. Хелен подала сигнал тревоги. Группа собралась в мгновение ока, но, так как никого из старших больше не было, они растерялись. В итоге драгоценные секунды были потеряны, а следы беглеца — затоптаны. В свой лагерь они вернулись, провалив задание и потеряв главу группы. Это заклеймило их как неудачливых идиоток. И теперь каждая из роты считала своим долгом напомнить им о провале. Хелен отбросила пустую бутылку и потерла лоб. Элитные войска — это серьёзно. Здесь даже малейший промах опасен для репутации, а такой провал… считай, конец карьеры. Она уставилась на звезды, слушая стрекот кузнечиков, и думала, как быть дальше. Выбор невелик: либо менять профессию, либо место службы. Недолго раздумывая, Хелен выбрала второе.***
Задача была простой: очистить площадь и вытеснить толпу на узкую перекрытую улицу, где бунтовщиков скуют наручниками и, скорее всего, отправят в больницу. То, как они вели себя и как выглядели, говорило о заражении вирусом. Хелен, приехавшая на подмогу со своей группой, увидела городскую площадь и была шокирована. На площади толпились десятки людей. Главная улица, ведущая к ней, была почти полностью перекрыта высокой металлической стеной. Она была ненадежной преградой между сотнями зараженных и несколькими десятками полицейских и спецназовцев. Еще пара небольших улиц были закрыты наглухо, и дежурившие там бронированные водометные машины щедро поливали бунтовщиков на улицах водой. Хелен огляделась, насколько позволял шлем, и в ногу с товарищами пошла вперёд. Страх смешивался с восторгом единства. Наверное, воительницы прошлого ощущали подобное, идя в бой, но сейчас было не до этого: Хелен крепче хватила дубинку и прижала щит плотнее. Чувства обострились, адреналин заставлял мелко дрожать. Десять шагов. Вопли зараженных становились оглушительными. Пять шагов — и она увидела глаза бунтовщиков — остекленевшие, с покрасневшими белками. Столкновение. Удар был сильным. Первые ряды бунтующих были смяты, на головы бойцов посыпались проклятия, а слюна зараженных, смешанная с кровью и гноем, брызгала на щиты. Хелен вжала голову в плечи, молясь, чтобы на неё не попало. Толпа опомнилась и начала напирать. Некоторые бунтовщики пинали щиты, другие кидали выбранные из брусчатки камни. Силы были неравны, и подкрепления не будет. Хелен ужаснулась, заметив, как один бунтовщик с помощью других больных перепрыгнул через бойцов. Оказавшись позади шеренги спецназа, он напал на одного из них со спины и попытался вцепиться зубами в шею. Спецназовец пытался сопротивляться, но бесполезно. Силы у заражённых во время приступов безумия было намного больше. Хелен, не раздумывая, оторвалась от стены щитов, отступая назад, её товарищи сомкнули за ней ряд. Она подбежала к атакованному бойцу и дубинкой ударила напавшего по голове. Потребовалось два удара с замахом, прежде чем он обмяк и замер. — Проклятье! — закричал спецназовец, рывком скинул с себя труп и поднялся на ноги. Хелен бесцеремонно схватила его за подбородок и подняла голову, осматривая шею. — Жить будешь, — заключила она с облегчением и повернулась к стене щитов. Вдохновленные примером единомышленника, ещё пара бунтовщиков перепрыгнули через стену щитов. Их встретили Хелен и спасенный боец. Ударами ног они кинули нападающих на землю и, сразу оглушив дубинками, оттащили их в сторону. Послышались пистолетные выстрелы. Спецназовцы рефлекторно сжались, борясь с желанием броситься на землю. Хелен быстро огляделась, выискивая стрелка. Стоявший рядом боец вскрикнул и упал. Шальная пуля попала в его шлем. Подбежавшие сзади зараженные набросились на него, и, пока Хелен оттаскивала одного из них, другие впились зубами в его тело, вырывая куски плоти и захлебываясь кровью. Несчастный вопил во все горло, тщетно пытаясь отбиться. — Хелен, вернись в ряды! — заорал их командир, и Хелен повиновалась. Дела приняли совсем плохой оборот. Лучше всего побыстрее с этим покончить. — Ещё поднажмем! — рявкнул командир и показал пример. Все последовали за ним и смогли продвинуться на метр, после чего были откинуты на три назад. Грохнул взрыв, спецназовцев откинуло назад взрывной волной, град осколков застучал по щитам. Бунтовщики разлетелись, словно кегли, Хелен оказалась на земле вместе со всей командой. Почти сразу ее настигла боль от удара, и Хелен стиснула зубы. Защита спасла от осколков, но в ушах звенело и из носа потекла кровь. Хелен огляделась, пытаясь сориентироваться. Рядом стонали и извивались её товарищи. — Всем встать! — Звук вернулся вместе с ором командира: — Вставайте! Пошатываясь, словно пьяные, и тряся головами, они поднялись. Трое остались лежать. Хелен посмотрела на место, где были бунтовщики. Там теперь было пусто, а вокруг валялись изувеченные тела. С отвращением она отвела взгляд, пытаясь сдержать тошноту. — Их мало осталось! Дожмем! — И, не дожидаясь остальных, командир побежал вперёд. Не думая — думать после такого сложно — бойцы кинулись за ним. Хелен чуть отстала, сделав вид, что не сориентировалась. Она заметила струйку слюны в углу рта командира — один из симптомов заражения, и поняла, кто бросил ту гранату. Она неимоверным усилием воли заставила себя отвести взгляд от небольшого прохода между зданиями, через который можно было убежать. Она будет исполнять свой долг, как и присягала, заступая на службу. Бунтующие сбегались со всей площади на звук взрыва. Громкие звуки для них были невыносимы и приводили в ярость. Один парень с разбега налетел на крупную женщину. Та с воплем вцепилась в него ногтями и принялась драть его лицо, пытаясь добраться до глаз. На неё напала другая женщина и вцепилась зубами ей в руку. Люди вокруг не пытались их разнять. Все заняты были тем, что пытались убить всех, кто попадался на глаза. Крики боли и ярости слились в один монотонный гул. Ещё пара групп бойцов растаскивала бунтовщиков, заковывала в наручники и укладывала их прямо на брусчатку в одном охраняемом участке. Микроавтобусы приезжали, в них сажали всех подряд и увозили. Спецназовцы, кое-как построившись стеной щитов, согнали безумцев в толпу и снова начали теснить в узкую улицу. «Жрите, суки!» — крикнул кто-то. Из-за задней части толпы вылетела горящая бутылка и, упав за спинами спецназовцев, взорвалась. Взметнулся огонь, сразу же охватив одежду стоявших в арьергарде бойцов. Пара мужчин кинулась на помощь и, повалив пострадавших на землю, принялась сбивать с них пламя. Остальные спецназовцы продолжили наступать на толпу бунтовщиков. — Хелен, возьми этого, — рявкнул боец, помогая подняться обожженному товарищу. Хелен отбросила щит и кинулась на помощь. — Донесешь до медиков? — Да. — Хелен оглянулась. До медицинского пункта было метров двадцать. Военная закинула раненого на плечи и, пригибаясь под тяжестью тела, побежала к бронеавтомобилю, за которым прятались медики. — Клади сюда! — приказал фельдшер, указывая на носилки. — Увозим его! К нему подбежал коллега, и, подхватив носилки, они унесли раненого в машину. С воем сирен она тут же умчалась с площади. Хелен поправила шлем, переводя дыхание, и вздрогнула, услышав выстрелы. Заграждение главной улицы было снесено, и вооруженные бунтовщики выбежали на площадь, стреляя из пистолетов и охотничьих ружей в уцелевших спецназовцев и всех попадавшихся на пути. К такому их не готовили, выдав обычную экипировку для разгона протестующих, которая не включала в себя огнестрельное оружие. Не раздумывая, Хелен сбежала с площади через небольшой проход между зданиями. Оказавшись на улице, она огляделась, но никто не обратил на неё внимания. Люди были заняты спасением своих жизней или мародерством. Хелен заметила приехавшего на мотоцикле парня. Парень бросил байк и побежал к витрине магазина. Хелен забрала его мотоцикл и, игнорируя возмущенные крики владельца, поехала оттуда. У неё была простая цель: выбраться из города, чтобы выжить.
