Часть 2
2 мая 2023 г., 09:39
Хелен приехала к небольшому дому среди холмистых полей. Зелёная трава и яркие пятнышки одуванчиков в ней. На рокот мотора из сада выглянула косуля и, увидев человека, ускакала в лес. Ветер доносил едва уловимый запах озера. В кронах яблонь суетились птички. Казалось, что лишь здесь все осталось прежним.
У двери в дом Хелен огляделась и нагнулась. Её пальцы скользнули в щель между порогом и стеной и вытащили оттуда связку ключей.
В доме пахло пылью и совсем немного — сыростью. Последний раз Хелен была здесь чуть больше года назад после сдачи экзамена и получения заветного бордового берета — высшая форма отличия военнослужащих. Еще девчонкой побывав на показательном выступлении военных, она захотела стать такой же сильной, уверенной в себе и храброй. Спустя неисчислимое количество тренировок, несколько лет службы в армии, постоянное участие в военных операциях — и вот ее детская мечта стала явью. Теперь ее парадная форма стала включать в себя бордовый берет вместо обычного синего.
Хелен прошлась по дому как по дворцу памяти. Всего здесь было три комнаты, теперь ставшие такими тесными и темными. Одна гостиная с панорамным окном и две спальни.
Хелен отдернула занавеску и чихнула. На подоконнике валялись три дохлые мухи под слоем пыли. Распахнув окна настежь, она вышла во двор, глубоко вдыхая теплый, свежий воздух весны.
Из хозяйственных построек во дворе стоял недостроенный хлев и дровяной сарай. Все двери были заперты на тяжелые замки, сейчас покрытые ржавчиной и паутиной. Если сарай для хранения дров был необходимостью, то хлев отец решил построить, чтобы в будущем купить лошадей и заниматься ими, уйдя на пенсию. Идея всем знакомым и родственникам казалась если не глупой, то определенно наивно-романтичной. Но отговаривать его никто не стал.
Хелен огляделась и, достав связку ключей, долго перебирала их, прежде чем нашла нужный. Замок сарая с неохотой открылся. Ряды дров возвышались, заполняя его наполовину. Посередине стояла колода с воткнутым топором. Хелен рывком забрала топор и осмотрела его, проводя пальцем по ржавому металлу и иссохшему деревянному топорищу. На дереве отчетливо виднелись засечки. Три крупных и две поменьше напоминали о старых рекордах Хелен. Большие засечки означали крупные поленья, которые она смогла расколоть одним ударом.
Сейчас Хелен лишь улыбнулась, вспоминая то жаркое лето, когда выйти из дома можно было, лишь пока солнца не было видно в небе. Они с отцом много смеялись буквально над всем, что попадалось им на глаза. Наверное, потому, что отец мало бывал дома, занятый рабочими поездками, и каждую свободную минуту старался посвящать единственной дочери.
Лишь перед сном она рыдала в подушку от жгучей боли в ладонях от лопнувших мозолей и ноющей спине. В такие моменты ее одиночество становилось невыносимым и накатывала такая жуткая тоска что Хелен хотелось выть. Но конечно она сдерживалась. Только так она не могла расстроить отца и показать свою слабость остальному миру.
Хелен оглядываясь вернулась в дом и заперла дверь на замок, после подергав ее для проверки.
Рассохшиеся половицы тихо поскрипывали под её тяжёлыми берцами. В ярком свете солнца на пыльном полу отчетливо были видны ее следы.
Хелен скинула плёнку с дивана в гостиной, оглянулась на входную дверь и легла на диван, повернув голову к окну. Так она могла контролировать все, но на деле лишь смотрела на зеленеющее поле, за которым шумели еще маленькими листочками заросли лозы.
Как ни хотелось Хелен наслаждаться свежим ветром и перекличкой птиц, скоро ей пришлось закрыть окна и занавесить их шторами. Сейчас идея отца купить ставни не казалась излишней. Тогда его остановило лишь отсутствие умелого мастера, способного вырезать на ставнях выбранный отцом узор. В этом месте было слишком много воспоминаний, но лишь здесь Хелен чувствовала себя уверенно.
***
От ностальгии отрезвила сумасшедшая боль. Она набросилась, словно оголодавшая псина на кусок мяса. Хелен зажмурилась, ощущая головокружение и гадая, не стошнит ли её. Сильно саднила кожа на спине, но сил на обработку ран не было. Хелен долго корчилась от боли, пытаясь найти удобное положение на жестком диване и скорее упала в омут обморока от изнеможения, чем уснула.***
Но покоя не было. Хелен снова проживала события на площади, только во сне она была одна против всех. Крепко сжимая в руке топор, Хелен долго вслушивалась в тишину. Больше на отдых не было никакой надежды. Медленно и осторожно Хелен сняла с себя защиту и одежду. В одном белье она пошла на кухню и щёлкнула рубильником. Электричество все ещё работало, и это было удивительно. Но воду пришлось греть на газовой плите в большой кастрюле. Здесь они жили лишь летом и каждый день на велосипедах ездили купаться на озеро, поэтому обещание отца сделать душевую так и осталось обещанием. Хелен по привычке заглянула в холодильник. Но тот, конечно, был пустым. Впрочем, аппетита все равно не было. А вот жажда уже давно мучила. Пока закипал чайник, Хелен нашла в настенном шкафчике жестяную банку с чаем. С кружкой чая в руках Хелен вернулась в гостиную. И огляделась, пытаясь привыкнуть к обстановке, едва различимой в свете из кухни. Большой стол стоял у стены напротив. На тумбочке в углу отсвечивал тёмным экраном телевизор. Ещё шкаф и пара секций. В шкафу должны быть одеяла и подушки. Отпив горячего чая, Хелен подошла к шкафу. Внутри хранились упакованные в пластиковые мешки одеяла, подушки и даже постельное белье. Она усмехнулась этому, пытаясь вспомнить, кто оказался таким предусмотрительным, и не смогла. Когда вода наконец согрелась, Хелен сняла с крючка на стене большую металлическую ванну и наполнила её водой почти наполовину. После этого разделась, сделала глубокий вдох и занялась тщательным осмотром тела в зеркале на рукомойнике. Кожа на спине почти полностью была синей, в остальном обошлось без открытых ран. Стиснув челюсти, Хелен села в ванну и зажмурилась. Размер был мал, поэтому об удобстве речь не шла. Несмотря на результаты осмотра, Хелен вдруг начинало казаться, что слюна заражённых неизвестным образом попала на неё, а может, даже их кровь. Только остывшая вода вынудила ее оставить в покое натертую до красноты кожу. Обнажённой Хелен залезла под одеяло и долго лежала на боку, обдумывая план действий. В итоге решила выжидать. Возвращаться к людям не было ни малейшего намерения. Пусть эти идиоты строят из себя героев, а ей и живой неплохо.За полгода до начала апокалипсиса
Энди шла по оживленной вечерним временем улице, держа в руке пышную розу с обрезанными шипами. Сегодня она сменила военную форму на джинсы и кожаную куртку. У небольшого кафе Энди замедлила шаг и по привычке незаметно огляделась. Люди шли по своим делам, машины стояли в пробке — никто не пытался сделать вид, что не обращает на нее внимания, и никто не казался подозрительным. Энди вошла в кафе и, окинув взглядом помещение, моментально нашла свою цель сидящей у окна. Нацепив свою лучшую улыбку, Энди подошла со спины к хрупкой женщине с распущенными кудрявыми волосами. Светлые волосы четко выделялись на фоне темного бархатного платья. — Добрый вечер, Ирэн. — Энди, я заждалась. — Женщина оглянулась, улыбнулась и, вскочив на ноги, порывисто обняла Энди. — Кхм, неужели я опоздала? — Минут на десять, — нервно поправляя прическу, ответила Ирэна, отступая на шаг, чтобы не приходилось задирать голову, глядя в лицо собеседницы. Заметив розу, она смущенно хихикнула. — Какая красивая! Энди протянула цветок со словами: — Я надеялась, что тебе понравится. — Ты знала, что я люблю розы, иначе какая ты разведчица, — прошептала Ирэна, поднося розу к лицу, но продолжая смотреть в глаза Энди. Приглушенный свет в кафе играл ей на руку, расширяя зрачки и делая цвет радужки более темным. Ни одна еще не смогла устоять, когда на нее смотрели с таким неприкрытым восхищением и желанием. Конечно, все это было отлично известно Энди, ведь иначе она не смогла бы сделать карьеру в разведке — самом сложном виде военного дела. Вечер плавно перетек в ночь, а план Энди все ещё не был завершён. Она лежала в постели, переводя дыхание и пытаясь сдерживать растущее раздражение. Слишком много ресурсов вложено. Она не может допустить провала. С тяжелым вздохом Энди села на постели и прислушалась. Вода в ванной мерно шумела — значит, Ирэна ещё не скоро выйдет. Энди поднялась и подошла к своим джинсам, которые висели на стуле. Не спуская глаз с двери ванной, она достала из кармана маленькую ампулу. Стекло тихо хрустнуло в пальцах, Энди вылила содержимое в стакан, добавила воды и слегка взболтнула. Стакан сразу вернулся на столик, где уже стояла открытая бутылка вина и пара бокалов. После этого чуть успокоенная Энди вернулась в постель и, закинув руки за голову, замерла в ожидании. Наконец, крепко держась за дверь, вышла Ирэна, оглядела Энди и хихикнула: — Ну почему ты такая горячая? Энди улыбнулась, медленно встала, не разрывая зрительного контакта, она подошла к Ирэн и, взяв стакан, протянула его ей. — Выпей воды. Организму нужно восполнить потери жидкости. Ирэна расхохоталась, но послушно выпила. — Слушаюсь и повинуюсь. Энди искренне улыбнулась и провела рукой по её волосам, кончиками пальцев коснувшись шеи. Легкая дрожь охватила ее. Энди убрала руку резче чем следовало и поспешила махнуть ею в сторону кровати. — Теперь можем немного полежать, чтобы ты отдохнула. Ирэна упала на постель и, смеясь, закрыла лицо руками. Энди легла рядом, внимательно наблюдая. — Как дела на работе? — Уф, полно проблем. — Ирэна отняла руки от лица и нахмурилась, глядя в потолок. — Неужели ты не можешь с ними справиться? — Если бы я руководила этим проектом, то никаких проблем не было бы! — Ирэн попыталась приподняться, но рука Энди мягко вернула её назад. — А так… Ну что может сделать лаборантка? — Твоя роль очень важна, — серьёзно сказала Энди, мягко поглаживая её грудь. — Правда? — Ирэна посмотрела сначала на руку любовницы, а потом на нее саму. — Разумеется. Одна твоя ошибка — и все кончено. — Там особо и нечего кончать. — Ирэна хихикнула, прикрыв рот ладонью. — Уже год топчемся на месте. А прогресса нет! — Почему? — Он слишком тупой, чтобы сделать прорыв. Все, что он делал все это время, это сидел и наблюдал, как вирус мутирует. Ах, да! Ещё придумывал названия самым полезным вариантам. — Какой вирус? Ты про то исследование гриппа? — Что?! Нет! — Ирэна попыталась посмотреть с возмущением, но не смогла сфокусировать взгляд. — Я про вирус бешенства. Тупой вирус, я думаю. Для биологического оружия лучше подошло бы что-то типа сибирской язвы или чумы. Классика! — Против этого вируса давно есть вакцина, и передаётся он труднее. Подумаешь, бешеные люди, умирающие через пару недель. — Энди презрительно фыркнула. — Не бешеными, а измененными. Нам не говорили, но я сама все поняла. Он хочет добиться, чтобы вирус избавил людей от страха и поднял уровень агрессии на максимум. Конечно, это в идеале… — Разве вирус не разрушает нервную систему? — От этого недостатка избавиться как раз проще всего. Но вот вывести штамм, который будет делать только это, уже сложнее. — Почему он против разрушения нервной системы? — Энди недоумевала. — Если в финале нужна смерть. — Не-а. — Ирэн рассмеялась и, облизнув губы, продолжила: — Я много думала об этом. Ты представляешь, сколько денег тратят на то, чтобы устроить революцию в неугодном государстве? Организация отнимает много времени и сил, и все для того, чтобы сделать нужную картинку. Картину разрухи и борьбы людей против «псов режима». Для этого нужно собрать подходящих людей, заплатить им и так далее. И то не факт, что получится. А с этим вирусом… достаточно пустить его в страну, чтобы население поголовно сошло с ума и начались конфликты. Политические игры становятся все сложнее и тоньше. Ирэна замурлыкала какой-то мотив, тупо глядя в потолок. Энди помахала ладонью перед ее лицом и, не получив реакции, задумалась, что ещё стоит спросить. В общем, ей все теперь было известно, поэтому нужно уходить. Женщина рядом с ней стала тихо посапывать. Лучшим вариантом было бы прикончить свидетельницу и замести следы. Но Ирэн права. Нужно действовать аккуратнее. На следующий день Энди взяла месячный отпуск и занялась делом. Как и многие военные, она стала параноиком и решила подготовиться как можно лучше. Этот новый вирус её обеспокоил. А учитывая напряженную ситуацию в мире… Лучше быть наготове.***
Энди сидела на крыше одинокой высотки. Рядом лежал рюкзак с заранее приготовленным снаряжением. В запертую дверь пару раз пытались вломиться. Но на это Энди даже не обернулась, наблюдая за происходящим на улицах в бинокль. Когда началась эта свистопляска, Энди бросила все и забралась сюда, желая быть в курсе событий и одновременно вне досягаемости тварей и людей. Хотя для неё разницы никогда не было. Энди видела, как полиция и армия пытались сдержать обезумевших людей, и видела, как провалились все их попытки. Отняв бинокль от глаз, Энди достала из рюкзака бутылку джина и сделала пару хороших глотков. Запасов провизии оставалось мало. Скоро придётся спуститься и войти в чистилище. Зачем тянуть с неизбежным? Энди решительно запихнула бутылку в рюкзак. Солнце начинало припекать, а значит, было время на то, чтобы избежать встречи с зараженными. Они не выносят яркий свет. Надев рюкзак, Энди подкралась к двери и прислушалась. Ни звука оттуда не доносилось. Тогда Энди вытащила пистолет, отперла дверь и, держа его на изготовку, другой рукой взяла из бокового кармана рюкзака фонарик. Луч запрыгал по пустой лестничной клетке. Стараясь ступать бесшумно, Энди начала спускаться. Одни двери были распахнуты, измазанные кровью. Другие — заперты. Сильно воняло кровью, мочой и гнилым мясом. Дверь подъезда оказалась приоткрыта. Энди выглянула в щель и заметила плешивого мужчину. Он стоял спиной к подъездной двери и, размахивая руками, громко и неразборчиво что-то говорил. Энди затаила дыхание, прислушиваясь. — Я не могу себя контролировать! Прости! Не могу! Я извинился. Прости! Отсутствие других голосов удивило Энди, и она легко толкнула дверь плечом, держа мужчину на прицеле. Дверь тихо скрипнула. И мужчина резко обернулся. Энди выстрелила в него три раза. Он, казалось, не заметил этого, только смотрел на неё тяжело дыша. Энди нахмурилась, ожидая падения, но он прыгнул на нее. Пуля, снесшая полголовы, его остановила. — Беспредел, — прошептала Энди, обходя труп по широкой дуге, чтобы не наступить на ошметки мозга, и быстро пошла прочь. Шум мог привлечь внимание, а этого ей было не нужно. Солнце поднималась над чистым горизонтом все выше, угрожая сделать день ослепительно жарким. Энди заняла удобную позицию у аптеки. Медикаменты важны, но у нее и так был хороший запас. Больше всего её интересовало, кто придёт в аптеку. Она, словно анаконда, затаилась в засаде, ожидая, кто придет. Её интересовали все: и хищники, и их жертвы. Энди услышала тихий рокот мотора и встрепенулась, прогоняя дрему. Объезжая брошенные на дороге машины, ехал микроавтобус. На крыше сидел вооружённый до зубов человек в полицейской форме. Микроавтобус остановился, и из него высыпались люди в защитной форме, вооружённые автоматами. Цепочкой, прикрывая друг друга, они направились к аптеке. Сидящий на крыше остался, озираясь по сторонам, он держал автомат наготове. Водитель сидел за рулём, не глуша мотор. Энди замерла, наблюдая за ними и только губы растянулись в широкой улыбке. Ее план оказался отличным. Больше всего ее сейчас интересовало, кто выжил и какие группы сформировались. Бойцы исчезли в помещении. Через несколько минут двое вышли и заняли охранные позиции. Остальные, повесив автоматы на плечо, из мешков и коробок вытаскивали медикаменты. Полностью забив микроавтобус, они, так же соблюдая осторожность, забрались в него и уехали прочь. Энди ещё подождала и, не заметив никого больше, вышла из укрытия и быстрой перебежкой оказалась в аптеке. Внутри царила разруха. Воняло тухлым мясом. Брезгливо переступая через запекшиеся лужи крови и отгоняя рукой мух, Энди прошла в складскую часть и тихо присвистнула. Склад вынесли подчистую. На полу валялись раздавленные таблетки и несколько разбитых бутылочек. Полки были пустыми. Энди покачала головой и через чёрный ход вышла на улицу. Внимательно огляделась, готовая реагировать на любое движение, и пошла вслед за уехавшим микроавтобусом. Она очень хотела узнать, где засели копы. Эти ребята имели высокие шансы на выживание. Хорошо обученные, с оружием… наверняка ещё собирают всех с военным опытом. И запасов у них много. Чем не предлог присоединиться к ним? Энди шла по улице, прикидывая в уме, где они могут расположиться. В идеале им стоит занять тюрьму. Если из неё сложно выбраться, то и забраться в нее тяжело. Отличный вариант. Нужно наведаться и туда. Разведать.
