Запутанные игры в любовь

Если и было что-то, что Сынмин ненавидел сильнее фальшивости своей обыденной частной жизни с родителями, так это то, когда эта самая частная жизнь смешивалась с публичной. Тем более, когда всё это происходило в ужасно пафосных местах под прицелом ни разу не желательного внимания от посторонних. Однако как бы он того ни хотел, в свете произведённой ими с Минхо шумихи, избежать совместного ужина с их родителями не представлялось возможным. Холод, идущий со стороны отца Сынмина, казалось, покрывал льдом присутствующих не только на этом ужине, но и всех находящихся поблизости. Хотя, возможно, так казалось только Сынмину, потому что Минхо выглядел довольно непринуждённо. На удивление. Откровенно говоря, тот явно чувствовал себя увереннее всех. Даря ослепительные улыбки окружающим, Минхо поддерживал светскую беседу с матерью Сынмина, которая ради столь торжественного случая выделила время на эту встречу. Плавно обходя вниманием прокурора, он ухитрялся не показаться невежливым и на лёгкой полушутливой волне, играючи общался со своими родителями, не забывая при этом успокаивающе гладить Сынмина по колену. Этот жест никто не видел, в нём не было постановочной необходимости, но парень был чертовски признателен Минхо за это незамысловатое действие. Оно заземляло, помогало держаться на плаву, напоминало о том, что здесь и сейчас расслабляться нельзя ни на мгновение. — И всё же, не понимаю, что привело вас к столь скоропалительному решению, — максимально допустимо этикетом высказалась Пан Сенён, с улыбкой, полностью соответствующей её положению, отставляя свой бокал. Тёмно-красная жидкость колыхнулась, гипнотизируя взгляд Сынмина рубиновыми всполохами. Скорей бы это всё закончилось. Иначе закончится он сам. Не выдержит. — Отчего же скоропалительному? — улыбнувшись женщине, Минхо перевёл тёплый взгляд на теперь уже мужа. Тот коротко улыбнулся в ответ. — Мы проводили вместе всё свободное время, и то, что давно уже зарождалось между нами, наконец победило. «Не выдумывай никаких новых фактов о наших отношениях, — советовал Минхо Сынмину перед этим ужином. — Постарайся придать существующей правде нужную нам форму, позволяя интерпретировать её как потребуется». Что ж, они действительно проводили всё свободное время вместе. — Удивительно, что мы совершенно не уловили этот момент, — холодно бросил Ким Вонхэ, совершенно не впечатлённый их представлением. Сынмина аж передёрнуло. К счастью, никто этого не заметил, лишь Минхо чуть сжал его колено. — Отнюдь не удивительно, — мягко отбил Ли-младший и эту подачу, учтиво склонив голову. — Факт того, что господин прокурор и госпожа посол являются одними из самых занятых людей в стране, а их сын находится на последнем курсе университета, что накладывает отпечаток и на его занятость, привёл к тому, что начало наших отношений осталось незамеченным со стороны. — Но едва ли это прошло мимо ваших родителей, — Пан Сенён переключила своё внимание на них. — Не так ли? «Конечно же, потенциально задетая гордость матери полностью перекрывает то, что её сын, на секундочку, вступил в брак, — с горечью думал Сынмин. — Какая разница, что у него там за отношения, ведь кому-то могло быть известно то, что не было известно ей. Только вот о сыне она знает не намного больше случайного прохожего». — Уверяю вас, что мы точно так же впервые услышали об их отношениях уже после факта бракосочетания и их публичного объявления, — отозвался Ли Бёнхон. Равно как и отец Сынмина, он не выглядел восторженным из-за происходящего, однако, по крайней мере, не вызывал мороз по коже. И на обоих парней смотрел без налёта высокомерия. Он словно… спокойно изучал их, решив не торопиться с выводами. — Безусловно, мы были удивлены данным решением, — продолжил он. — Однако наш сын взрослый человек, давно обеспечивающий себя самостоятельно. И он вполне в силах позаботиться о семье, которую захотел создать. Этот вежливый пинг-понг выматывал даже при том, что Сынмин в нём, по сути, не участвовал. Интересно, хоть когда-нибудь необходимость за всё отчитываться пропадёт? Минхо, почувствовав лёгкую дрожь мужа, ободряюще улыбнулся и погладил его по ладони. — Почему же нельзя было, объявив о помолвке, остановиться на ней? — не удержалась мать Сынмина, сверля их обоих взглядом. — Зачем сразу вступать в брак, не поставив нас в известность и не дождавшись более подходящего ситуации торжества? — Простите, это полностью моя вина, — Минхо незамедлительно встал с места, отвесив учтивые поклоны в знак извинения. — То был порыв эмоций, с которым, безусловно, стоило бы справиться, но, увы, не получилось. Устоять перед столь очаровательным молодым человеком оказалось решительно невозможно. Сынмин всеми силами пытался удержаться от нервного смешка. Очаровательным его не называли примерно… никогда. — Полагаю, нам стоит быть признательными, что вы придержали эту правду от широкой общественности, — с иронией обратилась к сыну Юн Йехи, на что Минхо тонко улыбнулся в ответ. Он знал, что она приняла его позицию, особо не вдаваясь в подробности. В конце концов, это всего лишь брак, да ещё и с равным по положению. Всё лучше каких-нибудь скандалов, бросающих тень на всю семью, не так ли? — К слову, о торжестве, — склонил голову Минхо с максимально ангельским выражением лица. — Мы считаем, что сейчас лучшее время для церемонии, какой бы вы ни захотели её устроить. Каникулы между семестрами позволяют провести всё на должном уровне, не отвлекая Сынмина от учёбы. К тому же, в это время года у меня есть возможность взять отпуск для полноценного свадебного путешествия. — Что ж, резонно, — Пан Сенён, внимательно их осмотрев, отпила вино и обратилась к остальным родителям за столом. — Что скажете? — Они уже всё решили без нас, — недобро усмехнулся хранивший до этого молчание прокурор. Он даже не пытался выглядеть хоть сколько-то вежливо, еле держа себя в руках и периодически прожигая сына тяжёлым взглядом. — Что им наша воля? — Они взрослые, пусть решают сами, — отозвался отец Минхо, не собираясь публично вмешиваться в дела сына. Сынмин дорого бы дал, чтобы его отец хоть немного походил на Ли Бёнхона. По крайней мере, никто из их компании ни разу не слышал ни единого слова о любых проявлениях жестокости с его стороны. Речь шла, скорее, о чрезмерной занятости и ничтожно малом уделённом сыну времени. Лично Сынмину хотелось, чтобы ему тоже уделяли как можно меньше времени и внимания. — Согласна. Какие у вас планы, мальчики? — спросила Юн Йехи с озорным огоньком в глазах. — Ждут ли нас ещё какие-нибудь сюрпризы? — Ничего неожиданного, только закономерное, — учтиво ответил её сын. — Теперь мы будем жить вместе. Не хочу упускать ни дня из нашей совместной жизни. — Что же скажет Сынмин? — ласково улыбнулась женщина, с интересом подмечая нетерпение Минхо. Она единственная из всех воспринимала происходящее вокруг… забавным. Тот прокашлялся под пристальным вниманием всех присутствующих, судорожно хватаясь за протянутую ему под столом ладонь Минхо. — Что я полностью разделяю мнение своего мужа. — Отдаю вам должное, молодой человек, — обратился к Минхо Ким Вонхэ с презрительной усмешкой. — Рядом с вами наш порой чересчур норовистый сын стал таким… покладистым. Вы хорошо на него влияете. — Просто рядом со мной он счастлив, — парировал Минхо, улыбаясь одними губами. Неприязнь к этому человеку заставляла ступать на тонкий лёд. — Как и я рядом с ним, впрочем. Сынмин не мог не восхищаться тем, как ловко тот отбивался от всех каверзных вопросов и замечаний. Минхо чувствовал себя как рыба в воде, не испытывая видимых проблем ни с соблюдением этикета, ни с полным контролем того, что, кому и как он говорит. Очень хотелось научиться тому же. Крайне полезный навык для жизни в театре абсурда. — Сегодня после ужина едем ко мне, а завтра ты переезжаешь, — невесомо касаясь щеки Сынмина поцелуем, прошептал Минхо, воспользовавшись моментом, пока родители обсуждали грядущее торжество. — Я не оставлю тебя в этом дурдоме ни на день. — Спасибо, — еле слышно отозвался Сынмин, поймав его серьёзный взгляд. — Ты лучший. Минхо мягко улыбнулся ему в ответ. — Предлагаю нам отпустить мальчиков, — усмехнулась Юн Йехи, заметив эту сценку. — Похоже, что наши молодожёны не прочь уединиться. — Да-да, пусть идут, вы согласны? — обратился к родителям Сынмина поддержавший жену Ли Бёнхон. Кривая ухмылка исказила лицо прокурора, но он промолчал, продолжая красноречиво смотреть на сына и предоставив слово супруге. — Конечно, — кивнула та. — Сынмин, Минхо, мы ждём от вас пожеланий по поводу церемонии и обсудим всё на следующей неделе за ужином. Можете идти. Парни, вежливо поклонившись, попрощались с родителями и с еле скрываемым облегчением выскользнули на улицу. — Наконец-то, — выдохнул Минхо прямо в губы Сынмину, впечатываясь в них поцелуем. Завуалированный способ общения в небезопасных условиях, который им предстояло закрепить в привычку. Сынмин согласно промычал. Отказавшись от услуги парковщика, они прошлись до машины, держась за руки. Прерывать молчание в этом месте не хотелось, поэтому Минхо просто поглаживал тыльную сторону ладони Сынмина большим пальцем. — Боже, как ты с ним жил столько времени? — плотину прорвало, стоило только переступить порог дома Ли. — Он же буквально способен испепелить взглядом! — Не похоже было, что ты испытывал хоть малейший дискомфорт, — ответил Сынмин, проходя вслед за мужем вглубь апартаментов. — Держался потрясающе. Минхо довольно хмыкнул, ослабив осточертевший галстук и откидывая его прочь. — Пришлось научиться в своё время. Возьми сменную одежду в гардеробной, — кивнул он в нужную сторону. — Бери всё, что захочешь. Это теперь и твой дом тоже. — Какие наши дальнейшие действия? — поинтересовался Сынмин, прежде чем выйти из комнаты. И пояснил на вопросительный взгляд Минхо: — На сегодня, в смысле. — Хочешь чего-то конкретного? — приподнял брови тот, снимая запонки. — Спать. Или выпить. Хорошенько так выпить и спать, пожалуй. Было бы идеально. — Не проблема, — Минхо, расстегнув верхние пуговицы рубашки, улыбнулся. — Здесь или в клуб поедем? — К чёрту клубы, — Сынмин раздражённо осматривал снятый галстук, будто тот был виноват во всём, что происходит сейчас в его жизни. — К чёрту посторонних людей. — Как скажешь, родной, — Минхо, проходя мимо, забрал несчастный кусок ткани из его рук. — Ступай в душ, переоденься, я пока всё подготовлю. Когда чуть позже Сынмин появился в гостиной в одной из шёлковых пижам Минхо, тот, тоже уже переодетый, присвистнул с игривой улыбкой: — Красавчик! — Только заметил? — ухмыльнулся Сынмин. — Спасибо. Мне вот интересно, тебе правда так нравится шёлк или ты просто выпендриваешься? — А что, совмещать уже нельзя? — хитро прищурившись, поднял на него взгляд Минхо. — Вино? Или чего покрепче? — Давай покрепче, — Сынмин устроился на диване, с удовольствием откинув голову назад. — Поверить не могу, что мы это провернули. — Со льдом? — спросил Минхо, наливая янтарную жидкость. — Да, спасибо. Протянув ему стакан, Минхо мягко опустился рядом и поднял свой напиток. — За успешно выполненный очередной шаг! — О да, — простонал Сынмин, поддерживая тост лёгким звоном стаканов друг о друга. — Знаешь, твои родители кажутся на редкость приятными людьми. Особенно на контрасте с моими. — Я бы сказал, что не знаю их достаточно для этого утверждения, но рядом с твоими ледники Южного полюса стыдливо краснеют. Так что да, мои явно приятнее. Минхо достал пульт и включил музыку. — Для настроения, — пояснил он свой выбор, когда мелодичный джаз заполнил комнату обволакивающими волнами. — Иди сюда. Сынмину, в общем-то, было всё равно на окружающие их звуки. Никто ничего не требовал, не надо было кем-то притворяться и бесконечно помнить о выражении лица. Можно было просто послать всё к чёрту хоть ненадолго. Такой желанный покой. Лучшая часть ублюдского дня. Отставив опустевший стакан на столик, Минхо притянул Сынмина ближе, уложив его спиной на свою грудь. — Можешь расслабиться, здесь отец тебя не достанет, — услышал мягкий шёпот Сынмин и, позволив себе отпустить тревоги, заснул так, убаюканный мелодией и тёплыми объятиями.