Записки психопата

Я сижу на паре по коммерческому праву и решительно ничего не понимаю. Кажется, что я взяла слишком много предметов, мне никто так и не сказал, сколько было надо, поэтому я перестраховалась и взяла больше. И хоть я сдала язык на высокий балл, я практически ничего не могу ухватить из того, что говорит учительница, или что написано на слайдах. Остальные пары хоть и даются мне с диким трудом, но даются, а коммерческое право... я даже не сколько не знаю, как бы к нему подступиться, сколько не могу найти на него время. Очень тяжело, я учусь каждый день, пока мой мозг не отказывается обрабатывать информацию, но этого мало. Я надеюсь, что мне станет легче... опять учительница спрашивает что-то у класса, и я трусливо прячу глаза в своем конспекте, чтобы меня не вызвали отвечать. Я так не хочу снова позориться и даже если бы я знала, я так сильно не хочу привлекать внимание... хотя даже если бы я знала, я бы не смогла ответить нормально, и все бы смеялись надо мной. Возможно, я немного утрирую реакцию студентов. Вообще-то они выглядят такими приятными и веселыми, и кажется, что протяни руку, и я тоже буду с ними шутить, тренировать язык, я найду новых друзей, и они даже помогут мне понять это дурацкое коммерческое право, и я стану более полноценным человеком, но... мне кажется, что между нами пропасть. Настоящая физическая пропасть. И если я встану, чтобы подойти к ним, я никогда не дойду. Я застыну навсегда, стоя с одной поднятой ногой, неловкой улыбкой, обращенной будто бы не к ним, будто бы я самодостаточна и смеюсь с какой-то шутки в своей голове, я застыну в этой ужасной позе, с руками, которыми я закрываю свое тело от всех. Я застыну так навсегда, а они будут проходить мимо меня и смеяться над тем, какая я глупая, над тем, как моя нерешительность превратила меня навсегда в камень, над тем, что я посмела посчитать себя достойной дружбы и помощи, посмела посчитать себя человеком, подумала, что те гражданские права, которые я учу, имеют какое-то отношение ко мне, хотя мне ведь давно и ясно дали понять, что я унтерменша. Так что я не иду. Я сижу на месте и бросаю на других студентов робкие взгляды, и я надеюсь, что они не увидят, как я им завидую на самом деле. Я не могу сказать, что у меня вообще нет друзей - у меня есть два друга. С одним из них мы дружим уже много лет, мы так глупо сблизились, я даже не рассматривала его никогда как человека, который станет мне настолько близок. Мы были в общей компании и иногда просто общались, а потом нас бросили в один момент, наши подростковые сомнительные половинки, и мы просто списались, и с тех пор он стал неотъемлемой частью моей жизни. У нас такая эфирная дружба, мы можем не общаться неделями или месяцами, так как живём в разных странах абсолютно разными жизнями, но если мне станет плохо, он будет всегда рядом, сколько нужно и как нужно. Он неотъемлемая часть моей жизни, но я едва ощущаю нашу дружбу, она не тяготит меня никак, но я будто бы всегда имею невидимую опору рядом с собой. Наша дружба будто бы шёлк - она невесомая, но прочнее железа. Я не знаю, чтобы я без него делала. Второй мой друг напоминает хищника. Я не питаю иллюзий на его счёт - это мелочный человек, считающий себя лучше всех других, и при этом он льстит мне, так неприкрыто, что мне даже немного неприятно. Ощущение, что он считает меня за идиотку, когда говорит мне, что использует всех в своей жизни. “И меня?” спрашиваю я с иронией. “Нет, конечно, не тебя” отвечает он мне, будто бы нельзя признать правду. Но я его не боюсь, я тоже его использую, да и у нас совпадают взгляды. Он очень толерантный, называет себя профеминистом, и из его слов и поведения я подозреваю, что он скрытый гей. Не то, чтобы я считала, будто есть какое-то гейское поведение, просто он так странно описывал своё отношение к сексу с девушками, и при мне он целовался с нашим общим знакомым, и в итоге я прямо спросила его, гомосексуален ли он, но он просто промолчал. Мне кажется, что это очень красноречивый ответ, но, впрочем, мне неважно, кто ему нравится. Если он не хочет говорить или даже еще не признался сам себе - пусть так и будет. Моя жизнь не изменится от его ориентации. Я общаюсь с ним, потому что мне практически не с кем общаться. И все же, хоть я и вижу его насквозь, мне кажется, что в нём есть что-то большее и какая-то доброта. Тем не менее, хоть у меня и есть целых два друга, никто из них не живёт в моей стране. На самом деле я прибедняюсь в своём одиночестве. Многие люди хотят со мной дружить, потому что я... я не знаю, почему. Наверное, некоторые люди просто хотят дружить со всеми. Мне такой подход кажется уже непостижимым, хотя, наверное, когда-то я была такой же. Когда-то в детстве... В общем, я не могу им никак ответить. Я дистанцируюсь от любого проявления дружбы ко мне и, к моему счастью, большинство людей быстро понимают это и перестают меня тревожить. Я бы хотела иметь друзей... но у меня чувство, что мне нечего сказать этим людям, и не о чем говорить с ними. Ни то, чтобы я не пыталась, я пыталась, но с удивлением я обнаружила, что мы с ними живём в разных мирах. Я не уверена, что я когда-нибудь смогу оказаться в их мире. Я никогда не задумывалась, травмирована ли я, я пытаюсь быть нормальным человеком, я ношу эту маску, но мне кажется, что я слишком далека от этого. Что вообще обсуждают люди? Мне интересна только моя учеба, литература и тяжёлая музыка. Я не уверена, что люди часто обсуждают такое. Половину своей жизни я думала, что понимаю, как и о чём общаются люди, но потом суровая реальность обрушилась на меня, и я больше не знаю, что надо говорить. Мне кажется, люди обсуждают отношения? Но это не для меня, я ненавижу отношения. Ни отношения с обычными людьми, ни, тем более романтические, мне не интересны. Не то, чтобы у меня никогда не было “любви”, наоборот, была, и ещё какая. В 14 лет я встретила парня, и мы пробыли вместе 5 лет, и эти 5 лет были такими странными, такими неправильными, что я больше не понимаю, что такое любовь. А о чём еще говорят люди? О своих достижениях? Кажется, у меня их нет. О том, как они проводят время? Я провожу своё только сидя за книгами и слушая одни и те же альбомы. Мне правда нечего сказать этому миру. Дурацкое коммерческое право закончилась, а я так ничего и не запомнила. Я, в общем-то, даже и не поняла, что говорила учительница. Ну и ладно, я ещё разберусь. А пока меня ждёт часовая дорога до магазина, покупка еды, ещё часовая поездка до дома, готовка и учёба. Тишина в мыслях, заглушаемая непрерывной болтовней телевизора. Но вообще-то, каналам, которые я смотрю, хотя бы есть, что сказать. Они хотя бы говорят про кротовые норы, а не про беременность в 16. Так что все хорошо.