Слишком уверена в себе

Ресторанный шум растворился в фоновом гуле. Лия крутила бокал с вином, избегая прямого взгляда на Джереми. — Ты не сказал, что это будет ужин при свечах, — наконец проговорила она. — Боялся, что сбежишь, — он улыбнулся, но в глазах читалось напряжение. — Умно. Пауза. — Лия... — Джереми отложил вилку. — Эти шесть дней... Ты действительно готова дать мне шанс? Она, наконец, подняла глаза: — Я здесь, разве нет? — Но я хочу понять — почему. — Потому что... — она сделала глоток вина, собираясь с мыслями. — Потому что ты единственный, кто посмел назвать меня "слишком уверенной в себе". И единственный, кто попытался это исправить. — Это хорошо или плохо? — Пока не решила. Он рассмеялся. Официант принёс десерт — чизкейк, точно такой же, как в их первый ужин. — Ностальгия? — она подняла бровь. — Символика. Лия попробовала кусочек и невольно улыбнулась. — Ладно, Реннер. Ты выиграл шесть дней. Но если думаешь, что теперь я буду мило улыбаться и целовать тебя в щёчку... — Мечтать не вредно, — он перебил, ухмыляясь. — ...то ты прав, — неожиданно закончила она. Джереми замер. — Что? — Я сказала: ты прав. Мечтать не вредно. Спустя пару минут, официант убрал десертные тарелки, оставив на столе только бокалы и полупустую бутылку красного. За окном Нью-Йорк мерцал огнями, но внутри ресторана время будто замедлилось. — Ты... согласна? — Джереми наклонился вперед, его пальцы сжали край стола так, что костяшки побелели. Лия откинулась на спинку стула, изучая его. — Нет. — Но ты только что... — Я сказала, что мечтать не вредно. Это не значит, что я сдаюсь. — Она провела пальцем по ободку бокала, заставив стекло звенеть. — Ты провел шесть дней, пытаясь доказать, что изменился. Но я не верю в быстрые перемены. — Тогда дай мне шесть недель. Месяцев. Лет. — Его голос звучал хрипло. — А если я скажу, что мне нужно шесть секунд? — Что? Лия внезапно встала. Джереми замер, ожидая, что она развернется и уйдет, как делала раньше. Но вместо этого она обошла стол и остановилась перед ним. — Шесть секунд, — повторила она. — Закрой глаза. Он послушался, чувствуя, как ее дыхание касается его кожи. — Первая: ты испортил мне жизнь. — Ее голос был тихим, но каждое слово жгло. — Вторая: ты заставил меня ненавидеть себя. Третья: ты думал, что я сломаюсь. Джереми сглотнул, но не открыл глаз. — Четвертая: я не сломалась. Пятая: ты вернулся. — Она замолчала. — И шестая? — прошептал он. — Шестая... — Лия наклонилась так близко, что ее губы почти коснулись его уха. — Теперь докажи, что достоин того, что будет дальше. Она отошла, оставив его сидеть с закрытыми глазами. Когда он, наконец, открыл их, она уже стояла у выхода, накидывая пальто. — Ну что, Реннер? — крикнула она через весь зал. — Идешь? Он рванулся за ней так быстро, что официант едва успел отпрыгнуть. Улицы Нью-Йорка были переполнены, но они шли сквозь толпу, не замечая никого. Лия не сказала, куда направляется, а Джереми не спрашивал. Он просто шел за ней, как за маяком. — Почему шесть? — наконец спросил он, догоняя ее на перекрестке. — Что? — Секунд. Дней. Почему именно шесть? Она остановилась у светофора. — Потому что на седьмой день Бог отдыхал, — усмехнулась она. — А ангелам отдых не нужен. Светофор переключился. Она шагнула на проезжую часть, но внезапно его рука схватила ее за запястье. — Лия. — Он развернул ее к себе. — Я не буду просить прощения снова. Но ответь на один вопрос. — Какой? — Ты дала мне эти шесть дней только потому, что хотела посмотреть, как я прыгаю через обручи? Или... — Он замолчал, его большой палец провел по ее пульсу. — Или ты тоже чего-то ждешь? Она резко выдернула руку. — Я жду, когда ты поймешь, что "слишком уверена в себе" — это комплимент. — Это был комплимент! — Он рассмеялся, но звук получился горьким. — Ты была... идеальна. А я испугался, что не дотяну. Лия замерла. Впервые за все время ее маска дрогнула. — Вот черт, — прошептала она. — Что? — Ты только что сказал то, чего я ждала пять лет. Они стояли посреди тротуара, пока люди обтекали их, как река вокруг камней. — Тогда что теперь? — спросил он. Ее зеленые глаза блестели в свете неоновых вывесок. — Теперь ты идешь со мной. Ее дом был такой, какой он себе представлял: книги в идеальном порядке, запах кофе и чернил, бардак только в творческом уголке у окна, где лежали разбросанные листы сценария. — Садись, — бросила она, исчезая на кухне. Джереми осторожно опустился на диван. На столике перед ним лежала тетрадь с надписью "Новая книга". Он знал, что нельзя листать чужие записи, но... Первая страница: *"Главный герой — идиот. Нет, серьезно, самый настоящий самовлюбленный, трусливый, заносчивый... ...но черт возьми, как же он хорош в этом кафе с кроссовками и растерянным взглядом."* — Нашел автобиографию? — Лия поставила перед ним две рюмки и бутылку греческого узо. — Это... про меня? — Он поднял глаза. — Нет, — она налила напиток, — это про человека, которым ты мог бы быть. — А кто я сейчас? — Гость в моем доме. — Она чокнулась с ним и села рядом. — Выпей. Они выпили. Напиток обжег горло, но Джереми не отводил взгляда от нее. — Лия, — он поставил рюмку. — Скажи "да" или "нет". — На что? — На все. Она замерла, потом медленно улыбнулась. — Попробуй угадать. Он протянул руку, смахнул рыжую прядь с ее лица и почувствовал, как она замерла. — Да, — прошептал он. — Уверен? — Нет. Но я надеюсь. Лия рассмеялась и наклонилась вперед. — Тогда надежда — хорошее начало. Их губы встретились где-то посередине — между "слишком" и "достаточно", между прошлым и тем, что только начиналось.