Ресторан "Карасуно"

Никакой фотографии. Никаких дат. На могильном камне было только имя. Цветов и свечей тоже не было. Может, будь Хироки более сентиментальным при жизни, было бы легче. Сокомандники могли бы приносить ему всякие «подарки», чтобы почувствовать себя лучше. Они могли бы ходить сюда командой или поодиночке, но не просто стоять рядом с безжизненным камнем, а как-то… Взаимодействовать с ним что ли. М-да. Больше с Хироки-саном не провзаимодействуешь, даже с его могилой. Первый промах в создании «новой Карасуно». Первый погибший. Первый номер. На улице было темно. Не только из-за времени суток – небо, как будто почувствовав общее настроение, сгущало в себе тучи. Теплый осенний воздух стремительно остывал. То ли во всей префектуре, то ли только здесь, рядом с могилой. – Ты часто думаешь о нем? – А? – Энношита вздрогнул и обернулся на Дайчи. – Я… Да? Да, бывает. Дайчи молча смотрел на него. Долго в ресторане он не переодевался, все еще был в рабочей одежде, только куртку на себя накинул. Энношита запахнул пальто. – …Не так часто, как стоило бы. – Это нормально, – сказал Дайчи. – Все равно ощущается паршиво, – присев на корточки, Энношита убрал с холодной земли какую-то бумажку. – Мусора тут много. – Вороны таскают, – Дайчи поднял взгляд на тучное небо. – Хироки-сан был бы не против. Да кто из наших пожаловался бы на большое количество воронов рядом со своей могилой? – Суга-сан, – негромко отозвался Энношита. – Он любит чистоту. Да и первогодки, пока что, наверное, не… – Рановато мы думаем про смерть первогодок, – усмехнулся Дайчи. Энношита неловко кивнул. – Ну да. Простите. Немного постояв в тишине, они одновременно посмотрели вверх, услышав где-то вдалеке гром. Кажется, скоро должен был начаться дождь. Погода и правда чувствовала что-то. В последние дни дождей не было, но стоило наступить именно этой дате, как на тебе. Энношита уже держал зонтик наготове. – Хотите вернуться в машину? Дайчи качнул головой. – Пока нет. Ты можешь идти, я не буду тебя задерживать. – Я тоже постою. Он смотрел на камень, на котором вот-вот должны были появиться мелкие темные точки мороси. Странно Энношита провел свой выходной. И начал так себе, и закончил на мрачной ноте. Но хорошо, что не пропустил дату. Иначе завтра вообще места бы себе не находил. – Единицы нигде нет, – Энношита шмыгнул носом. – На камне, в смысле. Как будто должна где-то быть. – Хироки-сан не особо ассоциировал себя с позицией капитана, – пожал плечами Дайчи. – В лучшем случае ему было бы все равно. – А вам было бы все равно? Дайчи посмотрел на него, и Энношита неловко отвел взгляд в сторону. – Херовый вопрос. Извините. – Да нет, нормальный вопрос… – Дайчи ненадолго задумался. – Я бы… Я бы хотел, чтобы она там была. Теперь уже не могу представить себя не капитаном. Ну, знаешь. Даже после смерти. Энношита кивнул. Теперь он смотрел на землю, не поднимая взгляд на Дайчи даже изредка. Земля была ровной, девственно нетронутой, что было бы неудивительным столько лет спустя, но Энношита помнил день похорон – земля выглядела так же. – Это выглядело странно, – сказал Энношита прежде, чем осознать, что никак не подвел к теме. Но Дайчи понял, о чем он говорит. – Да, пожалуй… – кивнул он. – Я думал, мы зароем пустой гроб, но в итоге решили, что лучше так. Не трогать землю, раз нечего туда класть. – Жаль, что мы не… Не унесли с собой. Хоть немного. – Жаль, – согласился Дайчи. Снова пауза, даже длиннее предыдущей. От всей этой усталости в голове Энношиты всплывало все больше неприятных мыслей, и обычно он мог держать рот на замке, а сейчас что-то не получалось. Может, потому что он меньше часа назад рассказывал Дайчи все, как на духу. А, может, потому что обычно он занимал рот сигаретой, чтобы не ныть лишний раз, а рядом с Дайчи он старался не курить. В любом случае, Энношита зачем-то спросил: – Как Ушивака мог сделать это?.. Выражение лица Дайчи впервые за этот разговор изменилось. Всего немного. Он слегка поджал губы и уточнил. – Ты имеешь в виду, как он посмел или..? – Нет. Буквально, – Энношита поморщился. – Мы как будто перестали пытаться понять, и… И все. Как чисто технически можно голыми руками превратить человека во что-то такое… Жидкое? Дайчи открыл рот, чтобы что-то сказать, но Энношита продолжил говорить. – Не знаю я, как это мягче сказать. Ушивака у нас под боком. Не только у нас, у всей префектуры под боком. И это же…. Физически невозможно. Невозможно сделать так с человеком, с игроком. Чтобы его, блять, черпать надо было. Дайчи снова смотрел на него, не произнося ни слова. Встретившись с ним взглядом, Энношита понял, что он звучал намного эмоциональнее, чем планировал. Он сразу отвернулся. – Простите. Вы, наверное, думали об этом не меньше меня. – Он убивает капитанов, – негромко напомнил Дайчи. – Так что да, конечно, я думал об этом. – Да… – Если матч повторится, есть риск, что повторится и это, – Дайчи посмотрел на могилу. – Как бы Ушивака это ни сделал, он может сделать это снова. И не понимать мы можем, но бояться не должны. – Ага. Дайчи был ниже Энношиты. Он вообще был ниже всех, не считая Нишинои и теперь Хинаты. Это не мешало ему смотреть снизу вверх очень строго. – Только мы видели Хироки-сана в ту ночь. Не «что-то жидкое», а Хироки-сана, – вкрадчиво продолжил он. – И я знаю, что это было тяжело, но старайся следить за словами. Не надо говорить так, словно то, как он умер, было недостаточно героическим.

*

Когда Энношита открыл дверь ресторана, он думал, что капитан пройдет вслед за ним. Этого не случилось – он был занят разговором с остальными агентами, и Энношите не хотелось заходить одному, но и стоять в дверях казалось неловким. Поэтому он прошел внутрь и сразу прислонился к стенке, стараясь оставаться незамеченным. В ресторане было темно. Горела подсветка у бара, и на этом все. Благодаря темноте, благодаря шуму, который создавали эти пятеро, казалось, что их тут не пять, а намного больше. Энношита наблюдал за ними с растущим скептицизмом. Дело было не в том, что они не были «чистокровными игроками» или как это называется. Энношита сам долго не знал про игру. Но когда он узнал, он взвесил все за и против, он принял решение, он закончил службу и начал готовиться. Становиться атакующим он не планировал. Он не планировал проводить много времени с командой и не планировал рисковать ради нее своей жизнью. Он планировал работать вместе с игроками. На то и нужны агенты. Как он, как Киношита и Нарита. Ты в курсе, ты всегда готов помочь, и, что важнее, ты обучен помогать. Энношита умел многое, но мир игроков его еще не знал, да и опыта у Энношиты не было. Может, это ему только казалось, что он много чего умеет. Может, дойдет до дела, и он посыпется. Поэтому предложение вступить в возрождающуюся Карасуно ему понравилось. Платят по сравнению с миром гражданских нормально. Требований – никаких. Все вокруг начинают с нуля, и так, конечно, вести дела спокойнее. Первая вещь, которая Энношите не понравилась, это то, что капитан попросил его вступить в основной состав. Он говорил, что на матчи Энношиту никто тянуть не будет, просто в команде буквально должен быть хоть кто-то, чтобы она считалась командой. Ладно, хер с ним. Как вписался, так и выпишется в случае чего. Вторая вещь, которая не понравилась Энношите – это весь остальной основной состав. Нет. Нет, он понимал. Что еще делать тренерам, верно? Никто из игроков не пойдет в Карасуно, это понятно. Значит, надо набирать среди гражданских. Среди нормальных гражданских добровольцев тоже не найти, поэтому надо искать этот стык. Не игроки, но уже преступники. Логика-то ясна. Но, опять же, Энношита обучался. Не в смысле, что он был круче и профессиональнее, а в смысле, что это был его выбор. Он знал, чего хотел. Эти же парни – понятия не имели. Вроде бы капитан объяснял им, и тренер объяснял, а больше осознания у них в глазах не появилось. А поскольку Энношита теперь был в основном составе, к сожалению, он должен был с ними пересекаться, даже если очень этого не хотел. А он не хотел. Самый громадный из этой компании, высоченный парень с волосами по плечи, неудачно развернулся, и с бара упала красивая бутылка, с громким звоном разбиваясь о пол. – О боже!.. Мне так жаль, я… Энношита не мог не поморщиться. Напиток был дорогущим. Был еще один, самый некрепкий из них. В ярких тряпках, с хитрыми усиками под носом, он, как и остальные, не отличался манерами. Подлетев к великану, он мягко отвел его от осколков. – Не переживай так! – Я правда не хотел… – Она стояла слишком близко к краю, верно? А, может, она была разбита до того, как мы пришли? – А красиво разлетелась… – закивал лысый парень, рассматривая битое стекло на полу. – Повторим? – А то! – обрадовался коротышка, сразу запрыгивая на барную стойку. – Ну-ка помоги мне выбрать самое горючее! Что-нибудь, чтоб прям сразу ебануло! Вот эти двое, как и сам Энношита, технически считались первогодками. Коротышка был абсолютно бешеным, и Энношита сначала расценивал его высказывания, как плохие шутки. Он, оказывается, не шутил. Этот лысый вел себя не сильно лучше, чем его дружбан, но почему-то терпеть его голос было легче. А, да. И еще, конечно, у них был вожак. Сам он был низким, широким парнем с крепкими ногами и руками. У него был громкий, грудной голос, и… Это было почти все, что Энношита мог про него сказать. Этот «вожак» почти всегда был скрыт тенью, и Энношита не мог вспомнить, как выглядит его лицо, пусть суммарно они и провели минут двадцать рядом. Сейчас Энношита видел только силуэт, подсвеченный барной стойкой. «Вожак» откинулся на стуле, и когда коротышка начал разгонять тему про горючее, окликнул его. – Нишиноя. – А, Дайчи-сан? – Отложи поджог на потом. Нишиноя недовольно сложил руки на груди. – Во облом! А бить хотя бы можно?! – Можно, – усмехнулся Дайчи. – Не думаю, что их финансы это не покроют. Развлекайтесь. Что-то, что Энношита воспринял бы, как шутку. Видимо, в этой чудесной тусовке так не шутили. С какого-то хрена их главный, хоть в команде он никем конкретным не считался, был уверен, что имеет право на что угодно. И его головорезы – тоже. От последующего грохота Энношита не сдержался и прикрыл уши руками. Бутылки бились в таких количествах, что он практически чувствовал, как пустеет и без того небольшой бюджет команды. Сквозь ладони он слышал звон, хохот, какие-то вопли, но главное – он слышал шум крови в собственной голове. Недоумение сменялось искренним раздражением. Когда на его плечо легла рука, он обернулся и увидел своих «нормальных» коллег: перепуганного Киношиту и чуть нахмуренного Нариту. – Что происходит? – спросил Нарита. – Тренер ошибся с набором персонала, – мрачно сказал Энношита. – Где Хироки-сан? – Я здесь, – сказал капитан, заходя в ресторан. Хироки-сан был немного выше самого Энношиты, не силач, но и не тонкий, как тростиночка. Его светлые волосы почти всегда выглядели довольно неряшливо, но это неважно, потому что первое, что бросалось всем в глаза – его безумно вымотанный и уставший вид. Хироки-сан всегда выглядел так, словно спал от силы два часа, и Энношита не мог ему не сочувствовать, потому что выглядел точно так же, вне зависимости от того, сколько времени он потратил на сон. Окинув взглядом притихнувшую компанию, мокрый от алкоголя пол и полный разгром во всем зале, Хироки не сказал ничего. Молча пройдя к ближайшему большому столу, он сел за него. Дайчи переглянулся с друзьями, кивнул, и все они перетекли за стол к капитану. Знакомство прошло… Объективно неплохо. Что бы там ни происходило между всеми этими парнями, у них у всех была какая-то химия между собой, они всегда перешучивались или переругивались, и, кажется, им было бы намного менее комфортно остаться с капитаном и агентами поодиночке. Кроме, наверное, того коротышки, Нишинои. Ему было плевать вообще на все. Несмотря на то, что Хироки-сан планировал лишь обсудить деловые вопросы, уже через два часа все как-то само собой переросло в тусовку. Началось с одиночных походов к бару, паре бокалов «для настроения», затем в ход пошла негромкая, но мешающая сосредоточиться музыка. Хироки-сан никак этому не препятствовал. Он вообще не был человеком, который мог бы или хотел бы успокаивать толпу буянящих парней. Да, их было всего пятеро, но даже так они составляли из себя целую толпу. Больше всего Энношита удивился тому, что Нарита и Киношита, вместо того чтобы вести себя нормально, как-то неожиданно быстро влились в общий шум. Энношита не успел моргнуть, как Нарита уже болтал с Сугой, начав вроде с химии, но уже перейдя на какие-то несусветно откровенные темы, а Киношита, нервно улыбаясь, показывал вопящим от восторга Танаке и Нишиное свой значок. Но когда Дайчи и Хироки-сан отошли чуть в сторону, чтобы подлить второму коньяка, Энношита ущипнул себя, убеждаясь, что не он спит. Хироки-сан не планировал пить. Точно не планировал, он и оставаться здесь надолго не планировал, он просто хотел всех познакомить и обсудить, с чего они начнут, но он никак не мог хотеть участвовать в этом балагане. Даже он не может их остановить и просто сдается. Тут давят большинством. Слово капитана – не закон. – Энношита, милый? Все хорошо? Энношита вздрогнул от странного обращения и обернулся на голос. Суга улыбнулся. – Не очень любишь вечеринки? Пару раз моргнув, он качнул головой. – Не особо. – Это нормально... Асахи тоже не любил, но привык! – засмеялся Суга. Асахи смущенно пожал плечами. – Не думаю, что мне бы понравилось, будь тут не вы… – Ха, не сомневаюсь! Ноя, зайка, можешь передать вон ту бутылочку? Заметив, что забытый капитаном телефон завибрировал, Энношита поднялся из-за стола и, взяв его, подошел к Хироки. – Хироки-сан. – А? – Хироки взял телефон и посмотрел на уведомление. – Ох. Спасибо, Энношита. – Дела? – спросил Дайчи. – Да. Боюсь, мне придется ненадолго вас оставить. Проследишь за всем? – Ага, – кивнул Дайчи. Когда Хироки скрылся на кухне, Дайчи повернулся к Энношите и улыбнулся. Наверное, у Энношиты на лице все было написано. Улыбка не продержалась на лице Дайчи долго. Он неуверенно склонил голову. – Энношита? Все нормально? Энношита устало оперся о стойку. – Можешь сказать своему табуну перестать буянить? И так уже достаточно сделали. – Что? – Дайчи посмотрел себе под ноги и отодвинул носком осколок бутылки. – А, ты про это… Да ладно тебе. Им тоже надо расслабиться. – Ты знаешь, сколько это стоит? – Это что, вычтут из твоей зарплаты? – Дайчи поднял голову. – Черт. Прости, не знал. Сколько с меня? – Я не… – Энношита потер веки. – Не вычтут, нет. Это деньги команды. Деньги тренера, условно говоря. – А, тренера… – Дайчи усмехнулся. – Самого главного тут, а? Как-нибудь переживет. Основной проблемой этого вечера стало то, что слово за слово, и Дайчи решили назначить вице-капитаном. Энношита на эту роль не претендовал и ни в коем случае не хотел заниматься таким количеством дел, но с вице-капитаном придется общаться постоянно, а с Дайчи общаться было сложно. Дело было не столько в нем, сколько в этой банде за его спиной, иначе их назвать язык не поворачивался. Они просто не были готовы играть в команде. Играть по чужим правилам, играть так, как они не привыкли. Плевать они хотели на всю иерархию игры, на все ее сложности. Но поэтому игроки и не считаются бандитами. Без всех этих иерархий и сложностей команды не живут. Просто не живут. Сгорают меньше, чем за год. Дайчи, кажется, правда уважал капитана, но то, как он говорил о тренере, показывало несерьезность его намерений. И черт бы с ним, но он, может и неосознанно, настраивал всех вокруг на такое же отношение. С такой позицией игроков у Карасуно и шанса не будет. Энношита посмотрел Дайчи в глаза. Черные, прямо как у Хироки, но разрез сильно другой. Шрам на губе, шрам на лбу и шее. Все еще спокойная полуулыбка. Сейчас Энношита мог видеть только половину лица Дайчи, ту, которая была подсвечена баром. Остальная, как обычно, скрывалась в темноте. – Ты же тут главный, да? – спросил Энношита. – Тут – это где? – уточнил Дайчи. – Среди вашей тусовки. – Хм... – Дайчи ненадолго задумался. – Ну, я, безусловно, могу указывать, что делать Нишиное и Танаке. Они присоединились к нам позже, да и с их характерами… И, конечно, они младше. – Я их возраста, – заметил Энношита, чувствуя, как его голос становится все холоднее. – Ага, я знаю, – кивнул Дайчи. – Ты клонишь куда-то? – Что насчет твоих парней? – Энношита указал взглядом на Асахи и Сугу. Дайчи качнул головой. – Не сказал бы, что в наших отношениях есть кто-то главный. Специально лжет или правда не видит, что эти двое постоянно смотрят на него, прежде чем сделать что-то? – Понятно. – Энношита, в чем дело? – спросил Дайчи, заглядывая ему в лицо. – Мы же, как это… Оба игроки, да? Мы с тобой в одной лодке. И мы, конечно, недолго знакомы, но ты мне уже нравишься. – Ты мне – нет, – просто сказал Энношита. Он повернулся к бару, подумал, может, выпить по-быстрому, но едва ли тут осталось что-то, что ему нравилось. Оно уже либо было выпито остальными, либо прямо сейчас звенело осколками под его ногами. – Я думаю, ваша шайка по каким-то своим понятиям выбрала себе вожака, и ты привык к этому, – продолжил Энношита. – Но эти времена закончились. Мы в команде, над нами есть капитан, а над ним есть тренер. И с их мнением и правилами мы обязаны считаться. – Я считаюсь с мнением и правилами капитана, – просто ответил Дайчи. – И с твоим тоже. Энношита не знал, как донести этому человеку, что он не может просто проигнорировать слово «тренер». Что игра так не работает. Что если он продолжит в том же духе, если продолжит гнуть свою линию, у них с начальством произойдет рассинхрон. Только в лучшем случае это значит поиск новой работы. В остальных случаях это может значить чью-то смерть. – Мы как-то плохо начали, – улыбнувшись, Дайчи протянул ему руку. – Давай еще раз. Энношита опустил взгляд на широкую мозолистую ладонь. – …Мы уже знаем друг друга. И, если ты не против, я не буду называть тебя «Дайчи-сан», как остальные. Проигнорировав протянутую руку, он развернулся и, взяв свое пальто, вышел из ресторана. Он не планировал устраивать сцены, и ему жаль, что остальные это видели. Будь он менее раздражен, он вел бы себя сдержаннее. Карьера шла не так, как он планировал. Состав команды был херовым. Он хотел поспать и, проснувшись на следующее утро, узнать, что Хироки выкинул их всех из команды и заменил кем-то нормальным. Уйти домой ему не дали. Энношита успел отойти на приличное расстояние от ресторана, когда дверь за его спиной распахнулась, и на всю улицу раздался страшный рев Танаки. – ТЫ ЧЕ, ПОЛУДУРОК, ОХЕРЕЛ В КРАЙ ЧТО ЛЬ?!

*

Вздрогнув, Энношита выплыл из своих мыслей и вытер нос, на который упала первая крупная капля. Он достал зонтик, раскрыл его и прикрыл капитана от дождя. – Дайчи-сан? – …А? – Дайчи поднял взгляд и моргнул. – Оу. Давно идет? – Сам не уверен, – честно отозвался Энношита, подходя ближе, чтобы полностью скрыть Дайчи от капель. – Задумался о чем-то? – Просто вспомнил, как… Как агенты только познакомились со всеми вами, – устало улыбнулся он. Дайчи тихо засмеялся. – Вы тогда с Танакой нехило так… Эй, ты чего только надо мной зонт держишь? Иди сюда, а то промокнешь. Энношита качнул головой. – Думаю, пора в машину. – Н-да, ты прав… – Дайчи легонько коснулся мокрого камня, а потом снова посмотрел на Энношиту. – Можешь высадить меня где-нибудь по пути- – Да что вы, Дайчи-сан, – отмахнулся Энношита. – До дома довезу. Если позволите, конечно.

***

Хорошо, что после вступления в Карасуно Цукишима не выкинул все свои учебные материалы. Сегодня он возился в них дольше, чем когда реально пытался готовиться к экзаменам. «Дольше» – это примерно часа полтора. На большее его пока не хватало. За окном лил дождь. Ямагучи лежал на кровати с ноутбуком на коленях, а Цукки лежал рядом, сняв очки и накрыв глаза рукой. Странно, что после того, как он стал игроком, спать он хотел реже. Казалось бы – времени на сон было всего ничего, а он и им не пользовался. Сейчас он едва ли дремал. Просто слушал уже стихающий дождь и старался отвлекать себя, если слишком задумывался о сегодняшнем дне. О Тенме, об Акитеру. Когда-то же они с Акитеру увидятся, и что Цукки делать тогда?.. Но да, он старался об этом не думать. Ноутбук Ямагучи гудел, его пальцы быстро печатали что-то на клавиатуре. Цукишима убрал руку от лица и, сонно потянувшись, надел очки. – Что делаешь? – спросил он. – С переписками разбираюсь… – протянул Ямагучи, не отрывая взгляд от экрана. – То ли я что-то не так делаю, то ли тут защита получше. Странно. – Что, выглядит не так, как обычно? – Ага… – он задумчиво потер подбородок. – Ну, у игроков, наверное, все по-другому выглядит. Просто надо разобраться. Цукки сел в кровати и потер глаза под линзами очков. – Кстати, ты уверен, что не хочешь как-то отпраздновать свой день рождения? А то я, можно сказать, все пропустил. Посмотрев на него, Ямагучи сочувственно улыбнулся. – Совсем ничего из тех дней не помнишь?.. – Не деменция, – напомнил Цукки. – Помню все, что помнил тогда. Сакусу, матч. Тебя, – он кивнул в сторону муравьиной фермы на столе. – Но вот как это дарил – не особо. – Ты и не совсем подарил, – убрав ноутбук с колен, Ямагучи с трудом дотянулся до штор и прикрыл их. – Ты просто… Включился? Сказал, где искать. Цукки усмехнулся. – Погоди, это когда я плакал и спрашивал, за что ты сделал это со мной? Ямагучи поморщился. – Это было жесть как душераздирающе, Цукки… Засмеявшись, Цукишима подтянул одеяло выше. – Еще бы. Сам не знал, что умею так драматично разговаривать. Ямагучи слабо улыбнулся, но тут же нахмурился. – Не… Я не готов шутить об этом, типа… Ну, еще пару месяцев точно! – Пару месяцев… – Цукки задумчиво кивнул. – Ага, засекаю. Так что насчет дня рождения? Ямагучи пожал плечами. – Как-то странно праздновать его сейчас. Да и как? Созвать громадную тусовку? Напиться? – Ну, как мы обычно празднуем. Позовем всю толпу наших бесчисленных друзей. Всю команду, разумеется. Короля с Хинатой. – Класс! – прыснул Ямагучи. – Только обязательно надо еще выехать в какое-нибудь незнакомое место, чтобы прям с размахом… Некому приглашаем? – Ну так. Мы же друзья. Рассмеявшись, Ямагучи лег на бок. Цукки тоже повернулся на бок, чтобы видеть его. Ямагучи, слегка улыбаясь, смотрел в пространство. – …В целом, мы обычно празднуем, как сейчас. Лежа, в тепле. Без лишнего шума. Уже начали праздновать, получается? – А это считается? – приподнял бровь Цукки. – Давай завтра хотя бы что-нибудь вкусное из приличия купим. Ямагучи снова засмеялся. – Блин, ну раз ты настаиваешь… Их прервал звук уведомления. Осекшись, Ямагучи просунул руку в карман толстовки, достал телефон и уставился в экран. Он смотрел туда так долго, что Цукки спросил: – Что такое? Если Хината, то просто игнорируй. Или общий чат? – Танака-сан, – рассеянно отозвался Ямагучи. – Просто пытаюсь… Разобрать. Ровно два человека в команде писали так, что расшифровывать их сообщения можно было часами. Во-первых, что было ужасно неудобно, Дайчи. Писал он редко, но, поскольку он был капитаном, его сообщения читать и понимать все-таки было надо. Вторым таким человеком был Танака. Тут было проще – особой смысловой нагрузки его сообщения не несли. Писал он, правда, минимум раз в день. – Кажется… Предлагает прогуляться?.. – Чего?.. – Цукки недовольно закатил глаза. – Темно, дождь. Пусть не едет сюда. Мы спим. – Он… Уф, – Ямагучи подпер голову рукой, вчитываясь. – Заходил за чем-то неподалеку. Ему минут пять до нас. И он, вроде, один? – Все равно разворачивай. Сокомандники совсем с ума сошли, звать гулять в такое время и в такую погоду? Да даже если бы было светло и сухо, Цукки бы никуда не пошел. Сам концепт «прогулок» как времяпрепровождения им с Ямагучи был не близок, а тем более, если к ним планировал вписаться кто-то еще. …И все-таки Танака-сан обладал странным свойством. Вроде бы шумный и тупой, а все равно сильного раздражения Цукки к нему не испытывал. Да и за все время в Карасуно Цукки успел стать свидетелем большого количества мелких стычек, и ни в одной из них Танака не участвовал. Как будто он ни у кого не мог вызвать раздражения. И что, он уже близко к их дому? В ночи и под дождем? Один? Социальная реклама какая-то. Про потерянную собаку или типа того. – Погоди… – Цукишима вздохнул и приподнялся в кровати. – Ладно. Пять минут. Ямагучи быстро напечатал ответ Танаке. – Тебе же тоже кажется, что он, типа… Самый терпимый из семпаев?.. – Вот этого я точно не говорил. Пусть, пожалуй, это и было правдой. Они кое-как оделись, обулись, взяли зонтики и вышли на улицу. То ли дождь резко оборвался, то ли собирались они слишком долго. Асфальт был мокрым, но зонтики больше были не нужны. Танака стоял через дорогу от них и курил. Мокрый до нитки, в очень неподходящей одежде, он почему-то не выглядел мерзнущим. Интересно, почему он добирался досюда пешком, а не попросил Энношиту-сана его подбросить. Увидев их, Танака широко замахал рукой. – Э-э-эй, малышня! Когда они подошли ближе, Танака осмотрел их с ног до головы. – Че помятые такие? – Мы думали ложиться… – тихо ответил Ямагучи. – В такое-то время?! – удивился Танака. – Вы че? Для Карасуно день только начинается! – Почему вы здесь? – спросил Цукки. Перехватив сигарету мокрыми пальцами, Танака выдохнул в воздух облако дыма. – Да я за канцелярией чисто! У нас рядом нет такого, так что я обычно сюда гоняю! Ха, сказал бы мне кто год назад, что тут уже гнездятся первогодки наши! Ямагучи склонил голову. – А… Вам нужна какая-то с-специфическая канцелярия?.. К полному ужасу Цукки, они начали идти. Было глупо надеяться, что прогулка будет состоять из перетаптывания на месте, но он все равно не сдержал вздоха. – Ага! Там есть эти, еб твою мать… Рабочие тетради, короче! – закивал Танака. – Такая хрень, там уже все написано, а ты сидишь, там чето обводишь, чето там переставляешь… Прикольная штука! Я слышал, в началках много такого, повезло вам! – Зачем вам рабочая тетрадь? – спросил Цукки. – Учите новый язык? – Дай мне старый выучить! – засмеялся Танака, качая головой. – Не, не… Там, это самое, такая хрень, типа… Типа там… Не знаю, па-жо, окей? А ты такой – ан нет, я все переставлю, и получится жо-па! – Прямо так? – усмехнулся Цукки. – Чудо-тетрадь с чудо-заданиями… – Это я к примеру! – Танака-сан, п-простите… У вас дислексия?.. – осторожно спросил Ямагучи. – Да-да, эта штука! – щелкнул пальцами Танака. – Да и ну как-то мне не до книжек было, я же дворовый парень! Мы больше считали, чем читали! Цукки спрятал руки в карманы. – Нишиноя-сан, вроде, тоже «дворовый парень»? – Ой бля, Нишиноя монстр, к нему это не относится! – заржал Танака. – Считает, читает, че только не умеет, это пиздец! Хотя ему тоже чето подтягивать надо было… – Танака хлопнул их по спинам. – Вы че думали, мы тут только ножами учимся махать? Неа – постоянное повышение квалификации! – Если научиться читать – это «повышение квалификации», мы должны справиться… – пробормотал Цукки, поправляя очки, которые чуть не слетели от этого хлопка по спине. Ямагучи уже начал подрагивать от прохлады. Приобняв себя руками, он тихо спросил: – А в-вы росли один?.. – Куда там! – фыркнул Танака. – Мы с Саеко всегда были вместе, где только ни колесили! А, вы же ее не знаете… Сестра моя старшая, короче! Точно пересечетесь! – докурив, Танка бросил окурок себе за спину. – А вы че, с кем жили? Он посмотрел на Ямагучи, и Ямагучи неловко пожал плечами. – С мамой. И б-бабушкой. – Мощный набор! А ты, Цукишима? – Мама, папа, брат. Все как у всех. – Охуеть, полная семья! – удивился Танака. – Вот это ты выдал! У нас таких мало капец! Цукишима не понял, было это комплиментом или оскорблением, поэтому не нашелся, что ответить. Ямагучи поднял взгляд к небу, вспоминая. – А… А Кагеяма и Хината?.. – У первого хуй его знает, че с родителями… Ну, в мире игроков у них ваще все по-своему! А у Хинаты предки в разводе, это я точно помню! – Танака снова посмотрел на Цукишиму. – Вы с Асахи-саном одни у нас, это… Классические! Это предложение Цукишиме почему-то не понравилось. Да и вообще, они уже вышли на улицу, уже выполняли свои обязанности по социализации сверх нормы. Не хватало им долгих разговоров об их семьях. Он на секунду задумался, перебирая варианты, на что можно было бы сменить тему. Ямагучи, прочитав его мысли, опередил его. – Танака-сан, а… У нас планируется матч с Некомой?.. – спросил он. – Ну, типа после того, как заходил их… Капитан. Танака засмеялся. – Че, впечатлил вас? Уже драться хотите? – Эм… – Ямагучи неуверенно повел плечами. – Просто ваш… Ваш друг Тора, он же ас, да?.. Цукки р-рассказывал, что он меньше Асахи-сана… Это хорошо для нас?.. – Асахи-сан разъебет, но Тору не недооценивайте, – улыбнувшись, Танака с хрустом потянулся в спине. – Тигр внатуре! Скоро увидите, как мы махаемся! Цукки сосредоточился, с трудом воссоздавая изображение Торы в своей голове. Громадные лапы, плечи… Широкий нос, злые глаза. Выженные волосы в чем-то на подобии ирокеза, косичка, идущая от затылка. Было что-то на лице… Не оскал зубов, не изгиб бровей… Точно, шрам. У него был шрам на щеке, глубокий такой, старый. Танака, кажется, рассказывал, что этот шрам Торе оставил именно он. У Цукки появилась идея, которая, конечно, может не сработать, но и они ничем особо не рискуют. – Это же вы оставили ему шрам? – спросил Цукки, проводя рукой рядом со своей щекой. – Я же не путаю, да? Танака гордо улыбнулся. – Я, конечно! – Говорил же, – сказал Цукки Ямагучи. Ямагучи растерянно приподнял брови. Танака нахмурился, останавливаясь. Цукки и Ямагучи остановились вслед за ним. – Не понял, Ямагучи, ты кому мои достижения приписываешь?! Цукки ответил за него. – Да мы перепутали просто. Подумали на этих… – он защелкал пальцами. – На других врагов Некомы, короче. – Ха! – Танака сложил руки на груди. – Да эти лошки даже царапнуть его не смогли бы! Бинго. – Ага… Так эти «лошки»… – Цукки кашлянул. – То есть, другие враги Некомы, которые не мы… Это кто вообще? Мы их хорошо знаем? Танака усмехнулся. – Ясен хер, нет! Это же не команда, а так, бандюганы! Остатки старой преступности в столице или чето такое! – То есть у Некомы сложности с самыми обычными бандитами?.. – не понял Цукишима. – С чего бы? Танака пожал плечами. – Ну как сложности… Ну терки бывают, да, разборки там кровавые, с пушками и все такое! Даже у нас таких врагов нет! Бандюганы-то команды не любят, мы же их гоним с территорий, куш их забираем! Наверняка они… Опа, стоять! – достав из кармана телефон, он неуклюже разблокировал его и приложил к уху. – Э-Э-ЭЙ! ПРИВЕТ! Танаке точно позвонил Нишиноя-сан. Цукки и Ямагучи немного попятились, и, когда Танака отвлекся на разговор, повернулись друг к другу. Глаза Ямагучи горели. – Гениально!.. – прошептал он. – Танака-сан даже не подумал, что ты говоришь про какую-то еще команду!.. Эти бандиты, типа, были первым вариантом!.. Цукки кивнул. – Это насколько серьезные у Некомы проблемы? И против кого, против гражданских с пушками?.. – Кто бы мог подумать… – Ямагучи слегка улыбнулся. – Теперь я знаю, в какую конкретно сторону мне копать. – Круто, что сможем! – громко сказал Танака. – А че, куда Асахи-сан слился? Вы же хоте… – услышав ответ, Танака понимающе закивал. – Ну раз Кай-сан, то понятно! Тогда заваливай завтра, жду! Цукки и Ямагучи переглянулись, не веря своей удаче. Если бы они не вышли на улицу, вероятно, они бы не узнали о том, что завтра Асахи-сан встречается со своим другом из Некомы. Но они узнали. А значит, узнает и Кагеяма. А значит, Кагеяма будет там. Дело-то начало двигаться… – Это что же, надо чаще гулять с сокомандниками?.. – скривился Цукки. Ямагучи тихо фыркнул. – Ага… Чего только не узнаешь…