Часть 2
1 сентября 2022 г., 22:08
Первая неделя учебы прошла сравнительно спокойно. Нет, Ибо все так же слышал за спиной назойливые перешептывания, буквально кожей чувствовал десятки любопытных взглядов, устремленных в его сторону, но быстро научился ни на что из этого не реагировать. Радовало то, что люди в основном только шептались, никто так и не рискнул подойти к Ибо и заговорить с ним о Сяо Чжане. Хотя, возможно, это было из-за страха перед самим же Сяо Чжанем.
С причиной своей внезапно возникшей популярности Ибо сталкивался чаще, чем хотелось бы. Они пересекались в коридорах и если вокруг были ещё люди, те сразу же отступали в сторону, чтобы не дай бог не задеть Сяо Чжаня плечом или рюкзаком. Ибо же, даже после устрашающего рассказа Эрика не испытывал перед Сяо Чжанем благоговейного ужаса, поэтому никогда не замирал и, уж тем более, не прятался, как только тот появлялся в поле зрения.
Когда эти двое оказывались в коридоре, окружающая обстановка напоминала сцену из какого-нибудь вестерна. Пока остальные студенты, замерев, наблюдали за происходящим, Ибо смело сталкивался с внимательным взглядом янтарных глаз, продолжая идти вперёд. В коридоре моментально становилось настолько тихо, что Ибо казалось, будто он слышал эхо собственных шагов, или же это были шаги Сяо Чжаня?
Они буравили друг друга взглядами, не желая поддаваться и отдавать первенство. И лишь когда оказывались плечом к плечу, одновременно отворачивались, следуя дальше каждый в свою сторону.
В столовой Ибо по-прежнему ел один, иногда он замечал Сяо Чжаня, но всегда демонстративно отводил взгляд, пытаясь доказать скорее самому себе, что ему совершенно не интересен парень, с рук которого готовы есть не только студенты, но и преподаватели.
На выходные Ибо поехал домой, где практически не выходил из танцевальной студии, радуясь встрече с друзьями и, наконец, дорвавшись до тренировок.
За эти дни Ибо ни разу не вспомнил о Сяо Чжане, чему был безумно рад, его мысли должны быть забиты учебой и тренировками, а не странным парнем, пусть и до одури красивым.
Новая учебная неделя встретила Ван Ибо первым практическим уроком, чему тот был несказанно рад. Их преподавателем оказался молодой мужчина лет тридцати. Несмотря на невысокий рост, сложен тот был отлично, как и полагалось человеку, который большую часть своей жизни танцевал.
— Здравствуйте, — выйдя в центр класса, поздоровался мужчина. — Меня зовут Кларк Беннет. Начиная с сегодняшнего дня мы с вами будем работать вместе, надеюсь, усердно и продуктивно. — Студенты активно закивали, особенно девушки, которые, Ибо был уверен, уже успели в своих фантазиях раздеть молодого, красивого преподавателя. —Для начала я хотел бы познакомиться с вами поближе. А лучше всего я смогу узнать каждого из вас через танец. Сейчас я включу музыку, а вы начинайте, когда будете готовы. Не нужно ничего придумывать или очень сильно стараться. Просто отдайтесь музыке, почувствуйте ритм собственного тела.
После этих слов, мистер Беннет включил музыку и танцевальный класс сразу же заполнили ритмичные биты, моментально подчиняя своему темпу.
Некоторое время студенты просто стояли, вслушиваясь в музыку, начиная легонько кивать головой или постукивать ногой. Ибо не нужно было много времени, он поддался ритмичному биту практически моментально. Он не смотрел на других студентов, ему не было важно, кто как двигался, вся его сущность впитывала музыку, погружая тело в своеобразный транс.
Когда Ибо танцевал, он буквально выпадал из этого мира. Ещё ребёнком, когда мама привела Ибо на танцы, его первый учитель с восторгом сообщил, что шестилетний мальчик настолько великолепно владеет своим телом, что ему могут позавидовать многие старшие, которые занимались уже на протяжении нескольких лет.
И с тех самых пор Ибо слышал подобное от многих людей. Он не задумывался о том, как выглядел со стороны. Начиная танцевать, он словно погружался в транс, буквально ощущая как тело соединяется с музыкой.
Ван Ибо обожал танцы. Порой, даже занимаясь по 10-12 часов, он не чувствовал усталости. Танцы всегда заряжали его неугасаемой энергией, поэтому да, он знал, что во время танца в нем двигалась каждая клеточка тела.
И вот сейчас, когда мелодия затихла, Ибо все ещё пребывал в своем отдельном мире, пока тяжёлое, сбитое дыхание и бешеный стук сердца не вернули в реальность.
Ибо не сразу понял, что происходит. Звенящую тишину разбавляли судорожные вдохи и выдохи, но обстановка все равно казалась до странного напряжённой.
— Ван Ибо, ты что, хренов киборг? — раздалось насмешливое, хотя скорее шокированое от одного из учеников. Ибо обернулся на голос и только сейчас заметил, как все студенты замерли в немом шоке, откровенно на него пялясь.
— Ребята, все молодцы! Что ж, рад знакомству с каждым из вас, а теперь приступим к занятию, - поспешил вмешаться Кларк Беннет.
Ибо бросил на преподавателя быстрый взгляд, но тот выглядел абсолютно невозмутимым. И как понять, что только что произошло? То, что студенты все как один пребывали в шоке, это хорошо или Ибо показался выпендрежником?
Ученики, словно встряхнувшись, рассеялись по классу, на этот раз уже сосредоточившись на мистере Беннете, Ибо последовал их примеру.
Несмотря на то, что это было их первое занятие, тот гонял их так, будто готовил к важнейшему танцевальному турниру, не иначе. Поэтому к концу занятия, студенты покидали класс с трудом переставляя ноги. А вот Ибо было чертовски мало. Он ведь только разгорячился, а уже нужно было уходить.
— Ван Ибо, задержись, пожалуйста, — остановил его мистер Беннет. Студенты сразу же начали переглядываться и активно шептаться, но оставаться в классе никто из них, разумеется, не стал.
— Хорошая работа, Ибо, — когда за последним студентом закрылась дверь, сказал Кларк Беннет. Ибо понравилось, что тот сразу же обратился к нему неформально, так было проще общаться.
— Спасибо, мистер Беннет, — кивнул он, искренне не понимая, чем заслужил похвалу. Правильно трактуя взгляд своего студента, мистер Беннет улыбнулся.
— Ты к себе очень требовательный. Это, конечно, хорошо, но про отдых также не стоит забывать.
Ибо кивнул, все ещё не понимая, к чему клонит его преподаватель.
— Как давно ты занимаешься танцами?
— С шести лет.
— Ты ведь не местный, верно?
— Да, я из Ньюарка.
— У тебя там вероятно была своя студия, — это был не вопрос, а констатация факта, и Ибо улыбнулся уголком рта. Похоже, его фристайл все же не оставил преподавателя равнодушным.
— Да, мы с ребятами танцевали в студии нашего друга.
Мистер Беннет кивнул, а затем замолчал, словно складывая воедино все только что услышанное.
— Ибо, сегодня здесь больше не будет занятий, если у тебя нет следующей пары, можешь остаться и потренироваться. Ключ потом оставишь у охраны. И впредь можешь пользоваться классом после занятий. Я буду оставлять для тебя ключ и предупрежу на вахте.
— Спасибо, мистер Беннет! — Ибо не мог поверить своему счастью. Тренировки каждый день, до позднего вечера. Он снова сможет танцевать столько, сколько захочет!
Кларк Беннет снова улыбнулся.
— Не за что. Давно я не встречал настолько жадных до тренировок студентов. И это учитывая тот факт, что я уже восемь лет преподаю на хореографическом факультете. Ты, кстати, не думал присоединиться к какой-нибудь команде танцоров? У нас таких достаточно.
— Спасибо за рекомендацию, мистер Беннет, но мне это не интересно, — вежливо ответил Ибо.
— Тогда занимайся, не буду больше тебя задерживать, — не стал настаивать преподаватель. Уже на выходе он обернулся и добавил: — Но все равно не забывай об отдыхе, Ван Ибо.
— Конечно, мистер Беннет, спасибо! — уверенно кивнул Ибо.
***
Ибо знал мистера Беннета всего неделю, а уже буквально боготворил его. Во-первых, преподаватель сдержал свое слово, он действительно оставлял на посту охраны ключ от танцевального класса и теперь Ибо мог каждый день тренироваться после занятий. А во-вторых, он порой задерживался после урока и танцевал вместе с Ибо. И это было поистине крышесносно, потому что в такие моменты мистер Беннет отпускал себя, как это обычно делал Ибо, и из преподавателя превращался в обычного парня, одержимого уличными танцами. Разумеется, по колледжу начали ходить не самые приятные слухи. Как-будто до этого они были исключительно положительными. Студенты не хотели верить в то, что Ибо, несмотря на то, что первокурсник в своем мастерстве превосходил даже некоторых старших. Поэтому хорошее отношение мистера Беннета считали очередной заслугой Сяо Чжаня. Сейчас весь колледж был уверен в том, что Ибо если не тайный родственник, то чуть ли не любовник Сяо Чжаня, и только по этой причине у него столько привилегий. Ибо плевать хотел на все эти слухи, к которым он уже даже привык. Если бы каждый из этих умников, вместо того, чтобы чесать языком проводил за тренировками столько времени, сколько обычно проводил Ибо, то на поболтать ни сил, ни желания бы точно не хватало. Все усугубилось, когда кто-то из студентов случайно подслушал разговор мистера Беннета и другого преподавателя. Мистер Беннет как раз рассказывал коллеге о Ван Ибо, называя того не просто хорошим танцором, а настоящим самородком. Разумеется, слова преподавателя моментально разнеслись по всему колледжу, и когда в тот же день Ибо вошёл в столовую, все взгляды были прикованы только к нему. Привычно игнорируя уже знакомую ситуацию, Ибо взялся за поднос, как вдруг его позвали. — Ван Ибо! — раздалось на всю столовую. Ибо отпустил поднос, оборачиваясь. Между двух рядов столов стоял какой-то студент. Ибо впервые его видел, но судя по тому, как уверенно тот держался, он точно был старшекурсником. Ибо отошёл от стола раздачи и медленно подошёл к парню. Будь тот хоть самим Папой Римским Ибо не собирался пресмыкаться перед любителями сплетен. — Чего? — запихнув руки в карманы, ответил Ибо. — Чего? Ты сказал "чего?", — фыркнул парень. Он подошёл ближе к Ибо, слегка подаваясь вперёд, словно нависая, пытаясь запугать. Ибо тем временем даже не моргнул, продолжая смотреть на того в упор. — Для первокурсника ты слишком дерзкий. Парень ненадолго замолчал, нагнетая обстановку, но, когда снова не заметил от Ибо абсолютно никакой реакции, решил перейти, наконец, к делу. — Что тебя связывает с Сяо Чжанем? Уголок рта Ибо сам потянулся вверх. Что ж, рано или поздно его должны были спросить об этом в лоб. Странно, что вся эта свора смогла продержаться целых две недели. — Мы учимся на разных факультетах, что нас может связывать? Парень прищурился. — Не выделывайся. Тебе задали прямой вопрос, отвечай как есть. И учти, я пойму, если соврешь. На этот раз Ибо не выдержал и фыркнул. Старшекурсник сжал зубы, но говорить ничего не стал. Если тот считал, что Ибо как-то связан с Сяо Чжанем, значит, трогать его побоится. Что ж, тогда можно было повеселиться. Ибо склонил голову к плечу, продолжая ухмыляться. — Если ты такой проницательный, и тебе настолько интересно, может, тогда спросишь у самого Сяо Чжаня? — Ах ты, мелкий гаденыш! — зарычал парень и уже даже замахнулся, но в ту же секунду остановился, отдергивая руку. Ухмылка Ибо стала шире. Похоже, его действительно считали родственником Сяо Чжаня. — Слушай, раз такой смелый, может, тут дело не в Сяо Чжане, а в его отце? Может, ты его, ну, знаешь, скажем внебрачный сын? А вот это уже начинало бесить. Хрен с ним с Сяо Чжанем, но сделать его внебрачным ребенком, человека, которого он ни разу в жизни не видел, пусть даже и влиятельного - абсурд чистой воды! И если сейчас это не остановить, кто знает, на что ещё была способна больная фантазия этих ненормальных. — Послушай, я понятия не имею, с чего вы все взяли, что я каким-то боком связан с Сяо Чжанем. Плевать я хотел на него и, уж тем более, на его отца. Без разницы мне, кто он там, актер, режиссер, да хоть сам Господь Бог. К тому же, я терпеть не могу ужастики и триллеры, однажды включил один фильм этого самого Сяо Мина, выключил спустя десять минут. Ску-ко-та. Ибо разозлился, поэтому говорил, даже не замечая, что стоящий напротив студент, уже давно ошарашенно смотрел куда-то за его спину, при этом нервно сглатывая. Остальные студенты, находящиеся в столовой, пребывали в похожем состоянии, поэтому Ибо резко обернулся и тут же встретился с, как бы странно это ни звучало, уже знакомыми глазами цвета янтаря. На входе в столовую стоял Сяо Чжань. Лицо у него было нечитаемым, но ярко выраженные желваки говорили сами за себя. Ибо вдруг стало не по себе. Нет, вовсе не из-за страха перед Сяо Чжанем, он жалел, что разозлившись, поддался эмоциям и наговорил кучу неприятных вещей об отце человека, который все это, оказывается, слышал. Студент, стоящий напротив Ибо продолжал неотрывно смотреть на Сяо Чжаня, который, к удивлению Ибо, уставился злым взглядом вовсе не на него, а на того самого старшекурсника. Ибо резко развернулся на пятках и быстрым шагом направился в сторону выхода из столовой. Когда он проходил мимо Сяо Чжаня, тот все же бросил на него быстрый взгляд, в котором Ибо совсем не заметил злости или осуждения. Все тот же интерес, и в этот раз даже более яркий. Ибо проскользнул мимо Сяо Чжаня, чувствуя, как по позвоночнику пробегает табун мурашек. Впервые за то время, что он знал Сяо Чжаня, ему было настолько не по себе. Тем временем Сяо Чжань медленно, словно самый опасный хищник подошёл к парню, который всего несколько секунд назад цеплялся к Ибо. — Сяо Чжань, я... Это... Ты... — под пристальным взглядом темных глаз начал заикаться тот. Сяо Чжань поднял руки, хватаясь за лацканы пиджака парня и заставляя того испуганно съежиться. — Ник, ну что за вид? — обманчиво спокойным тоном, промурлыкал Сяо Чжань, разглаживая лацканы чужого пиджака. — Ты же старшекурсник, какой пример ты подаёшь младшим? — Да-да, Сяо Чжань, я-ааа, — затараторил парень, взвизгивая на последнем слове, так как Сяо Чжань с силой надавил ладонью на его плечо, продолжая при этом делать вид, будто поправляет однокурснику пиджак. Остальные студенты замерли, но когда Сяо Чжань обвел тяжёлым взглядом столовую, сразу же уткнулись в свои тарелки, продолжая активно работать вилками. — Ты бы лучше поел, видишь, твоя еда остыла, пока ты болтал, — ледяным тоном сказал Сяо Чжань. Его наигранное дружелюбие моментально схлынуло, оставляя место лишь холодному равнодушию. Продолжая сжимать чужое плечо, он зловеще добавил: — А то ведь знаешь, как бывает, случайно упадешь, сломаешь челюсть, а затем месяц будешь супчики через трубочку цедить. Ник во все глаза смотрел на Сяо Чжаня, боясь даже моргать. Остальные студенты продолжали есть, и даже о чем-то переговариваться, но никто не смел встать со своего места, даже те, кто уже давно закончил с трапезой. Внезапно Сяо Чжань дружелюбно улыбнулся и, хлопнув застывшего парня по плечу, сказал уже более громко: — Не буду больше тебя отвлекать, Ник! Пойду тоже что-нибудь перекушу, а то есть охота. Когда Сяо Чжань, вооружившись подносом, выбирал, что он будет есть на обед, большинство студентов из столовой словно волной смыло, включая того самого Ника, который, все ещё пребывая в шоке, выходил, опираясь на плечо друга.***
Сяо Чжань развалился на своем привычном месте под раскидистым деревом на заднем дворе корпуса. Осень все ещё не вступила в свои права, поэтому многие студенты до сих пор устраивались на лужайке, нежась под все ещё тёплыми лучами солнца. Сяо Чжань обнаружил это дерево, которое росло в отдалении от места, где обычно собирались студенты, ещё на первом курсе. И с тех пор, когда хотел отдохнуть или подумать в тишине и спокойствии, приходил именно сюда. А подумать ему явно было о чем. Голова буквально трещала по швам от переполнявших ее мыслей об одном конкретном человеке. Когда две недели назад Сяо Чжань увидел мчавшегося на всех парах первокурсника, естественно даже не подумал о том, чтобы отойти в сторону. Обычно перваши уже знали, кто он такой, и столкнувшись с Ван Ибо, он уже предвкушал испуганный взгляд и нечленораздельную речь. Чего Сяо Чжань никак не ожидал, так это злого, враждебного взгляда направленного прямо на него. Он уже даже и не припоминал, когда на него так смотрели в последний раз. Сяо Чжань не понимал, этот парень был отчаянным или ненормальным. Но делать ничего не стал, решив отпустить ситуацию и понаблюдать. К тому же, этот мелкий был довольно неплох... Нет, не так, Сяо Чжань должен был сознаться хотя бы самому себе: этот мелкий был чертовски хорош, а враждебность, которую Сяо Чжань видел в чужих ореховых глазах удивляла и даже возбуждала. Когда Ибо проигнорировал предложенную Сяо Чжанем руку, при этом изящно поднявшись с пола самостоятельно, у него и вовсе снесло крышу. Ему захотелось в ту же секунду впечатать Ван Ибо в стену и запихнуть ему в глотку собственный язык так глубоко, чтобы тот начал задыхаться. Позже Сяо Чжань увидел Ибо в столовой. Сам не понимая почему, стал наблюдать за ним. Без злого, враждебного взгляда он выглядел не таким горячим, особенно когда со скучающим видом глядел в тарелку, монотонно пережевывая свой обед. И Сяо Чжань уже подумал, что утреннее столкновение было ничем иным как временным наваждением, его завел не сам Ван Ибо, а факт, что кто-то мог смотреть на него не с благоговейным ужасом, а открыто и даже озлобленно, как вдруг Ибо улыбнулся. Широко, искренне. Сяо Чжань даже схватился пальцами за край стола, чтобы успокоить внезапно накрывшую его бурю. Конечно, Ибо почувствовал прожигающий его взгляд, ещё бы такое не прочувствовать. Сяо Чжань мог в любую секунду сожрать этого нахального перваша с ангельской улыбкой, настолько пристально на него смотрел. Хорошо, что Сяо Чжань умел быстро брать свои эмоции под контроль, иначе в тот момент, когда он столкнулся с Ван Ибо взглядами, абсолютно точно разложил бы его на том самом столе, за которым он обедал. В тот же день по колледжу пошли сплетни о том, что Сяо Чжань как-то связан с первокурсником. Раз не стал того трогать, раз не припечатал к стене за дерзость, значит, точно либо родственник, либо... Сяо Чжань хищно улыбнулся собственным мыслям. Именно потому что Ван Ибо ему не родственник, он с удовольствием припечатал бы того к стене, но совсем не для того, о чем трубил весь колледж. Но чем дольше Сяо Чжань наблюдал за Ван Ибо, тем больше понимал, что этот парень куда глубже и интереснее, чем просто обладатель шикарного тела и горячего взгляда. Его назвали самородком, и отчего-то Сяо Чжань верил, что именно так оно и было. Он не раз видел, как Ибо оставался после занятий на дополнительные тренировки. И пусть другие студенты тоже так делали, Ибо всегда уходил намного позже остальных. Он был талантливым и целеустремлённым. К тому же, слава о том, что он близок с Сяо Чжанем росла. Но Ибо ни разу этим не воспользовался. И не потому что боялся гнева Сяо Чжаня, если тот вдруг узнает. Просто Ибо не нуждался во всем этом. Он был выше сплетен и выгоды. Работать на износ - вот, в чем была его правда жизни. И он определенно ей следовал. Сегодня в столовой, когда к Ибо все же пристали с вопросом о Сяо Чжане, тот совсем не стушевался, включая свою дерзкую сторону, на которую сам Сяо Чжань уже успел словить кинк. Вопреки ожиданиям окружающих, в том числе и самого Ван Ибо, Сяо Чжань вовсе не разозлился, когда он отозвался о его отце не самым лестным образом. Как и в случае с самим Сяо Чжанем, Ибо не стал пресмыкаться перед известным именем его отца. Мало того, он даже в каком-то роде высмеял его работы. Сяо Чжань фыркнул при воспоминании о недавнем инциденте. Сам же он считал работы своего отца достойными, но далеко не самыми лучшими. И говорили в нем даже не злость и обида, хотя нет, скорее всего, именно они. Мать Сяо Чжаня умерла, когда ему было десять. У нее всегда было слабое сердце, и вместо того, чтобы поддерживать жену, отец пропадал на работе, игнорируя ее и считая обузой. После смерти самого близкого человека, Сяо Чжань остался совсем один. Отец полностью отдал его на попечение нянькам, да и сам он больше не мог считать отца родным человеком, после того, как тот умчался на премию Оскар, в то время, когда его жена умирала на больничной койке. Сяо Чжань рос в полнейшем одиночестве. Няня и прислуга заменили ему друзей, но чем старше он становился, тем больше понимал, что ему вполне комфортно одному. Ведь люди всегда видели в нем лишь сына Сяо Мина. Они обожали его, откровенно восхищались и лишь один Сяо Чжань знал, что отец, который так ярко улыбался своим поклонникам, не подарил родному сыну ни одной искренней улыбки, и уж тем более, объятий. Со временем Сяо Чжань осознал, что ему тоже начала нравиться режиссура. Поначалу он ужасно стыдился и старался отогнать прочь глупые мысли о новом увлечении. Больше всего на свете он боялся стать таким как отец, а если он будет учиться на режиссёра, разве не пойдет по стопам того, кого ненавидел всем сердцем? Но желание стать режиссером крепло с каждым днём, и в итоге Сяо Чжань сдался. В конце концов, они с отцом были разными людьми, к тому же, не все режиссеры оказывались говнюками. По крайней мере, Сяо Чжань на это надеялся. Ещё в школе он начал создавать свои первые проекты, участвовал с короткометражными фильмами в конкурсах, порой занимал первые места. И даже тогда, несмотря на то, что работал в совершенно другом жанре, он всегда слышал одни и те же слова: "Талантливый малый, сын своего отца". Но Сяо Чжань не хотел быть сыном своего отца. Он хотел, чтобы о нем говорили, как об отдельном человеке. Чтобы оценили его талант не сквозь призму имени отца, а глядя на него, как на молодого, но перспективного режиссера. После очередного конкурса Сяо Чжань на время забросил режиссуру, решив, что если свяжет с этим делом свою жизнь, то имя отца тенью будет ходить за ним по пятам. Но хватило его ненадолго. Ему действительно нравилось, он считал режиссуру своим делом, поэтому поступил в именитый колледж. Но здесь Сяо Чжань вновь столкнулся с тем, от чего так старался сбежать. Преподаватели носились с ним как с драгоценностью, заискивая перед его отцом. Со студентами была похожая история, вот только девушки вешались ему на шею ради выгодной партии, пребывая в полной уверенности, что хотя бы одна из них сможет ему понравиться. Ну, здесь уже дело было даже не в самих девушках, они не могли ему чисто физиологически понравиться. Сяо Чжань был открытым геем, и то, что в колледже до сих пор никто этого не понял, было уже не его проблемой. Когда терпеть заискивания стало совсем невмоготу, Сяо Чжань создал себе образ опасного парня. Это был не совсем образ, несколько раз он все же ввязывался в драки. Силы у него хватало, учитывая тот факт, что ещё со средней школы он занимался боксом. Ничего серьезного, только для того, чтобы как-то снимать стресс из-за отца. Начиналось все с пары безобидных потасовок, но спустя три года его начали откровенно бояться, чему Сяо Чжань был несказанно рад. Он чувствовал себя комфортно без лишних людей вокруг. И пусть одиночество порой угнетало, зато больше никто не пытался выслужиться перед ним ради знаменитого Сяо Мина. И вот две недели назад Сяо Чжань впервые встретил такого человека, как Ван Ибо. Который не имел ни малейшего понятия, кто такой Сяо Чжань, и ему было абсолютно плевать на великого режиссера. И вот с этого места уже становилось интересно. Впервые за последние несколько лет кто-то посторонний смог привлечь внимание Сяо Чжаня. Он снова улыбнулся собственным мыслям. А от воспоминания, с каким пренебрежением Ибо сегодня говорил о фильмах его отца, и вовсе захотелось громко расхохотаться. — Сяо Чжань, так и знала, что ты здесь! — внезапно послышался щебечущий женский голосок. Сяо Чжань настолько ушел в свои мысли, что от неожиданности вздрогнул, а затем перевел взгляд на нарушительницу покоя. Рейчел Миддлтон была одной из золотых детишек, кто учился вместе с Сяо Чжанем. У ее отца была именитая театральная студия, и по этой причине она считала, что могла спокойно к нему приставать. Конечно, ещё Рейчел была хороша собой, и прекрасно об этом знала. Вот только Сяо Чжаня она все равно не могла заинтересовать, но, похоже, девушка понятия не имела об истинной причине его холодности. — Рейчел, я отдыхаю, — мрачно ответил Сяо Чжань, игнорируя направленный на него взгляд. — Но я так хотела тебя увидеть! — надула пухлые губки Рейчел. Это должно было выглядеть мило, но Сяо Чжаня моментально затошнило. — Мы давно не проводили время вместе, я соскучилась. Последнее предложение Сяо Чжань пропустил мимо ушей, так как заметил, появившегося на лужайке Ван Ибо. Рейчел продолжала что-то щебетать, и чтобы отвадить нежелательную собеседницу, Сяо Чжань нехотя отвёл от Ибо взгляд, на этот раз глядя на девушку с откровенным раздражением. — Рейчел, я же сказал, что отдыхаю. А твое чириканье мне мешает. Та вмиг перестала улыбаться, но снова кокетливо надула губы. Сяо Чжаня это бесило. Конечно, он бы ни за что на свете не ударил девушку, но почему эта липучка даже не пыталась его бояться? — Хорошо, Чжань-Чжань, увидимся позже, — буркнула Рейчел и, бросив на него обиженный взгляд, потопала к своему корпусу. Сяо Чжань брезгливо передернул плечами от слащавого "Чжань-Чжань". Тем временем, Ибо пересекал лужайку, запихнув руки в карманы и уставившись прямо перед собой. На каждом шагу его тело будто пружинило. Он передвигался легко и плавно, но в то же время уверенно и так чертовски горячо. Сяо Чжань залип на то, как ветер ерошил чужую отросшую челку, когда Ибо поправил лямку рюкзака, не замечая, как та потянула за футболку, оголяя тонкую ключицу. Сяо Чжань весь подобрался, непроизвольно облизывая пересохшие губы. Но в следующую секунду Ибо скрылся из поля зрения Сяо Чжаня, оставаясь в его сознании очередным наваждением. А следующей ночью Сяо Чжань проснулся от ноющего стояка, который получил в награду от влажного сна с участием Ван Ибо. Черт, а вот это уже было проблемой. Неужели он... Блять, да, Сяо Чжань хотел этого дерзкого перваша до нервозного покалывания во всем теле. Внизу живота продолжало неистово пульсировать, напоминая, что нужно что-то сделать с образовавшейся после сна проблемой. Сяо Чжань спустил домашние штаны, обхватил ладонью колом стоящий член и начал активно надрачивать, представляя, что вместо собственной ладони его возбуждённая плоть проникала в дерзкий ротик Ван Ибо. Спустя ещё несколько особенно резких фрикций, Сяо Чжань со стоном откинулся на подушку, как-то слишком обильно кончая для обычной дрочки. И только когда туман постепенно начал рассеиваться, он задумался о том, о чем должен был подумать в первую очередь. Что, если Ван Ибо не гей, и даже не бисексуал? Что, если ему нравятся девушки? Сяо Чжань во что бы то ни стало должен был выяснить ориентацию этого парня. Вот только как можно было узнать о такой деликатной теме, когда единственное, чем горел перваш - исключительно танцы?
