ELYSION

В зале Великого Совета впервые за несколько десятилетий все места были заняты. Даже хранитель врат Элизиона покинул свой пост и прибыл на заседание. Такое случалось настолько редко, что некоторые из присутствующих впервые видели его лично. Своды величественного зала, находящегося на границе всех миров, терялись в бесконечной высоте, словно были высечены из ночного неба, в котором мерцали тысячи давно завершивших свой век созвездий. Под ногами чернело непроглядное озеро, поражающее своей поглотившей всякий свет глубиной. По кругу возвышались две дюжины тронов, половина из них принадлежала представителям фракции ангелов, вторая половина – фракции демонов. Между ними - бесконечная пропасть, над которой ярким шаром сияла новорожденная душа, то зависала на месте, то кружилась, в нетерпении ожидая решение своей судьбы. Казалось, будто весь мир висел над бездной, и только решения, принимаемые здесь, в Великом Совете, удерживали само мироздание от падения. — Более двухсот лет не рождалось души подобной силы, — высокий ангел поднялся со своего трона, и золотистые перья его крыльев вспыхнули отражением звёздного света. — Она способна стать одним из сильнейших защитников Границы миров. — Как трогательно, — один из демонов лениво откинулся на спинку трона. В зале послышались смешки. — Эта приторная забота ангелов о всеобщем благе. — Мы говорим о защите миров, — возмутился ангел в золотых доспехах. — Что же именно кажется вам смешным? — Вы говорите, что эта душа станет сильнейшим защитником, а значит воином. Не потому ли вы так отчаянно хотите заполучить ее в свои ряды? — демоны поддержали заявление своего брата гулом голосов. Все в этом зале понимали, о чём идет речь на самом деле. Войны между Небесами и Адом не было уже многие тысячелетия, но о доверии не могло идти и речи. Каждый новый воин усиливал влияние своей стороны, каждый новый защитник Границы становился преимуществом. И каждый выбор души мог изменить расстановку сил. — Вы обвиняете нас в подготовке к войне? - ангел, который говорил в начале, обвел взглядом, полным презрения, сторону фракции демонов, и положил ладонь на эфес меча у пояса. — Мы обвиняем вас в том, что вы, прикрываясь благими намерениями, пытаетесь обвести нас вокруг пальца, лицемеры! — И это говорит демон, какая ирония! — воительница в белой тоге повысила голос, не скрывая раздражение. — Именно поэтому мы понимаем друг друга достаточно хорошо, чтобы находиться здесь, — демон с вызовом наклонился в сторону воительницы, и губы его расплылись в жуткой улыбке, оголившей десяток острых клыков. Председатель Совета поднял руку. Спор мгновенно стих. — Согласно Закону Выбора, каждая душа имеет право определить свою судьбу после смерти. Перерождение, служение Небесам, служение Аду или покой и забвение в Элизионе. Лишить душу права выбора возможно только единогласным решением Совета. На несколько секунд повисла напряженная тишина, затем спор возобновился вновь, сокрушая пространство гулом голосов, перебивающих друг друга. — Единогласия не будет! — Если душа выберет Элизион сразу после первой жизни, оба мира потеряют её навеки! — Выбора допустить нельзя, но вы всё упираетесь! — Тогда отдайте эту душу нам, раз Границу всё равно защищают обе стороны. — Мы не допустим, чтобы Небеса снова собрали армию. — Никто не говорит о войне, это трусость со стороны фракции демонов! — Вы называете нас трусами, тогда как сами не посылали защитников на Границу уже несколько десятилетий! — Небесные воины гибнут чаще, потому что ваши защитники действуют безрассудно и глупо! — Тогда как ваши воины не действуют вообще! — Отдайте эту душу нам, и мы пошлем ее защищать Границу! — Этого не будет! Хранитель врат решил напомнить о себе, бесстрашно ступая в пропасть между тронами, чтобы каждый из участников Великого Совета услышал мнение со стороны. Под его босыми ногами расходились круги, будто мужчина шел по поверхности воды, что не давала ему сорваться вниз в бесконечное Ничто. Хранитель был одет в простую тогу, а серая ткань его накидки скрывала лицо, но не могла скрыть глубокий, пробирающий до костей взгляд, которым он обвел собравшихся в зале, будто доподлинно знал мысли каждого, как знал их предыдущие жизни. Тишина вновь повисла над залом. — Есть возможность отложить выбор, — хранитель снял капюшон, являя Совету прекрасное юное лицо, изуродованное шрамом. — Пусть эта душа проживет свою первую человеческую жизнь, а после смерти ей будет предоставлен выбор, но только между Небом и Адом. Единогласным решением вы имеете право лишить душу выбора, но ни одна сторона не уступит, пробудь мы здесь хоть ближайшую вечность… Тогда лишите этого выбора наполовину. — Хранитель врат не считает эту душу достойной Элизиона? - председатель, как и многие, счел данное решение вопроса вполне разумным, но решил уточнить, соблюдая формальности. — Достойные Элизиона души проявляют себя в человеческой жизни. Без этого опыта я принимаю решение в пользу защиты Границы. Раз вы не находите в себе смелости, — хранитель вновь скрыл свое лицо под капюшоном и отошел в сторону, оставляя Совет продолжить обсуждение. Закон Выбора был старше самого Совета, но если есть закон, всегда найдутся пути его обойти. Впервые за несколько веков решение было принято единогласно. Осталось лишь обсудить детали. — Так как это первая жизнь Великой души, рядом с ней будут находиться двое наблюдателей. Фракции, прошу предоставить кандидата с каждой из сторон, — председатель подводил итоги собрания, которое заняло больше времени, чем он рассчитывал. — Они будут направлять душу, но не смогут принуждать её к выбору. — В прошлый раз наблюдатель из фракции ангелов вернул в Ад нашего кандидата, стоило им только встретиться, — мужчина с длинными цвета морской пучины волосами и оружием в виде колоссальных размеров серпа напомнил о возможных исходах предстоящего испытания. — Ваш кандидат был либо слаб, либо глуп, раз позволил этому случиться. — И это происходило не единожды! — Стоит напомнить вам, что наших кандидатов также часто возвращали на Небо, не завершив подобные испытания! — Значит, они были либо слабы, либо глупы, - смешки пронеслись по залу, демоны были довольны тем, как их оппоненты раз за разом проигрывали спор и оттого злились, не в силах совладать с эмоциями. — Для обеспечения справедливости, — председатель призвал всех к тишине, повысив голос, — Кандидатам будет запрещено раскрывать свою природу и причинять вред друг другу. Испытание должно быть честным. Объявляю собрание Совета закрытым! Собираясь покинуть зал в направлении своего мира, один из демонов ухмыльнулся, придумав, наконец, как обойти правила и наделить их кандидата возможностью распознать своего соперника, а значит устранить, если возникнет необходимость. Как и говорилось ранее, если существуют правила, то существует и возможность их нарушить. Небольшое преимущество, которое позволит победить. Ухмылка была столь незначительной, что растаяла на лице также быстро, как появилась, и никто другой не принял ее во внимание. Никто, кроме Хранителя, что стоял чуть поодаль, но решил промолчать. — Вы чем-то недовольны, Хранитель? — подошел к нему председатель, заметивший как трясется рука мужчины, которую тот поспешно сжал в кулак и завел за спину. — Право дело, мы все должны поблагодарить вас за найденный путь к решению столь неоднозначного вопроса. — Не стоит благодарности, — Юнги поднял взгляд на золотой шар души, что всё еще дрожал над бездной посреди зала. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление. — Только сейчас я понял, что мне не стоило вмешиваться, ведь последствия могут стать необратимыми. Только сейчас… Я снова не учусь на своих ошибках. — Что ж, решение уже принято.

***

Тэхёну 8 лет. За окном стояла весна. Солнечные лучи пробирались сквозь резные ставни и рисовали на полу золотые полосы. Принц сидел за низким столом, подпирая ладонью подбородок, и с обречённым видом смотрел на длинную цепочку чисел, выведенных на пергаменте. На улице щебетали птицы, радуясь теплой погоде, иногда они подлетали к окну и шум их крыльев так и манил обратить внимание и отвлечься от урока. Во дворце полным ходом шла подготовка в теплому сезону: слуги чистили пруд, убирали листву и грязь с дорожек, обновляли краску летних беседок. А Тэхён считал мешки зерна. — ... В каждом амбаре хранится по сорок два мешка, а амбаров семь... — учитель диктовал задачку, приготовившись объяснить правила еще раз. — Двести девяносто четыре, — вздохнул принц. — Ваше Высочество... — Учитель О, ваши задачки одинаковые. Я уже решил, и ответ двести девяносто четыре, — Тэхен повторил, но немного подумав, добавил: — Если только амбары не сгорели. Последние два года принц радовал учителей не только тем, что перестал сбегать с занятий, но и тем, как усердно и талантливо он стал учиться. Оказалось, что получать знания может быть интересно, а давать правильные ответы настолько приятно, что Тэхен иногда не отпускал учителя, пока тот не найдет подход и не объяснит задание так, чтобы было понятно. — Вы снова правы, Ваше Высочество, — учитель согласно кивнул и улыбнулся, откладывая кисть и записи. — На сегодня достаточно. Но прежде, чем вы уйдете, я хотел бы похвалить вас. — Правда?... — мальчик просиял. В такие моменты он был готов остаться в учебном зале на еще один урок. — В вашем возрасте, вы один из самых способных учеников, которых мне доводилось обучать. Похвала от учителей звучала редко, обычно они только требовали еще больше усердия. Принц замер на минуту, а затем, не забыв поблагодарить учителя, вскочил со своего места. Он вылетел из здания так быстро, что евнухи не успели сопроводить принца, согласно официальным правилам, и им пришлось бежать за мальчиком до самого выхода из учебного павильона. Да, получать знания оказалось интересно, особенно если после уроков можно встретиться с Джином и рассказать ему все, что узнал. — Джин! Учитель О похвалил меня! — Добрый день, Ваше Высочество, — наставник шел ему на встречу в своем неизменном светло-голубом ханбоке и прямой осанкой, будто плыл по двору. — Я как раз направлялся сопроводить вас к следующему уроку. Прошу, не бегите так, посмотрите назад, евнухи совсем не успевают за вашим темпом, поберегите их здоровье! — Учитель О сказал, что я самый способный ученик! — мальчик затормозил недалеко от наставника, решив всё таки подождать свое сопровождение. — Примите мои поздравления, — Джин улыбнулся и взял в руку протянутую ладошку. — Он только сейчас это заметил? — Ты должен был сказать, что я самый способный во всём дворце, — мальчик притворно- возмущенно надулся, но чужую ладонь сжал крепче. — Нет, во всей стране! — Простите, Ваше Высочество, моя ошибка, — Джин кивнул и направил процессию в сторону дворца принца. Настало время долгожданного обеда, который никак нельзя было пропускать перед новым уроком. — Знайте, что я вами очень горжусь. — А еще я дочитал книгу, — краснощекий Тэхен был собой невероятно горд. — Дочитали сами или попросили евнуха Му читать вам перед сном? — Я тоже читал! — Верю. И что вы думаете о главном герое? — Джин внимательно наблюдал, как задумался мальчик, которому очень нравилось, когда спрашивали его мнение. — Приключения были очень интересные! Но главный герой был трусом. — Почему же вы так решили? Герой же сражался с чудовищами… — Он всегда думал, как от них сбежать! Если бы он был смелым, то сразу бы сражался со всеми и побеждал. — Как вам кажется, он думал, как сбежать, потому что боялся чудовищ? — Да, - принц дал поспешный ответ, но уже через минуту задумался над словами наставника. Он был подозрительно тихим и сохранял задумчивое выражение лица весь путь до своего дворца. Джин не вмешивался в размышления мальчика, и стоило им сесть за стол друг напротив друга, Тэхен продолжил свою мысль: — Герой был сильный, но для победы его силы было недостаточно… Все сражения он выигрывал хитростью. Он сражался нечестно! — Только лишь хитрость помогала ему победить? — Джин пододвинул ближе к мальчику миску супа и закуски, но тот не приступал к еде, обдумывая вопрос. — У него были и другие воины, они помогали. — А эти воины были такие же сильные, как герой? — Нет, они были простыми людьми и хотели вернуться домой. Но почему-то сражались вместе с героем, и многие из них умерли. Это глупо, ведь они могли сбежать. — Воины не были трусами, но были глупы? — Герой не считал своих воинов трусами и хотел вернуть их домой. Поэтому он всегда сначала думал, как сбежать, а если понимал, что бой с чудовищем неизбежен, то придумывал хитрый план! Вот почему! - принц дождался от наставника одобрительного кивка и только потом потянулся за палочками и начал есть.

***

Тэхёну 12 лет. Учебные залы остались теми же, но сам он изменился. Вытянулся, стал серьёзнее и спокойнее. Принца уже не приходилось уговаривать открыть книгу, а наставники всё чаще стали радоваться тому, что ведут урок именно у младшего принца, ожидая бесконечных вопросов и незаурядных решений задач. — Если Ваше Высочество продолжит заниматься с таким усердием, — подводил итоги один из экзаменаторов, — Через несколько лет вы сможете соперничать с лучшими учёными государства. — Возможно, в будущем вы сделаете большую карьеру и возглавите ученый совет. Тэхён долгое время сидел молча и даже не ответил на похвалу, что было совсем на него не похоже. Экзаменаторы беспокойно переглянулись, но не стали отвлекать принца от его мыслей. — А если я не хочу? — принц задал неожиданный вопрос с таким серьезным выражением лица, будто прямо сейчас решалась его судьба. — Не хочу быть ученым. В комнате воцарилась тишина. Взрослые не знали, что ответить. А принц определенно ждал ответа, не отводя взгляд ни на секунду и даже не моргая. — У вас выдающиеся способности. Боюсь, тогда королевство потеряет ученого, которого не было уже сотню лет, — экзаменаторы переглянулись и закивали, поддерживая ученого, который решился ответить. — Кем же вы тогда хотите стать? — Воином. — Простите? — Я хочу стать воином. Тогда в моем лице королевство потеряет ученого, но приобретет защитника, - Тэхен пожал плечами, будто его ответ был очевидным. Перо одного из преподавателей упало на пол, другой экзаменатор поперхнулся чаем, а третий едва улыбнулся, пораженный тем, что ответы и решения принца все еще способны удивлять каждого в этой комнате. В тот же день принц пришел на тренировочное поле недалеко от казарм в юго-западном крыле дворцового комплекса. Солнце уже клонилось к закату, и стражники заканчивали упражнения. Стрелы одна за другой впивались в мишени, воздух был наполнен звуком натягиваемой тетивы и лязгом металла. Намджун стоял чуть в стороне. Спокойный и невозмутимый, будто каменная статуя, он наблюдал за процессом и лишь изредка давал свои наставления участникам тренировки. Тэхён остановился перед ним, заведомо приказав сопровождающим его евнухам и слугам остаться на расстоянии. — Ваше Высочество, - капитан поклонился, приветствуя принца, — Вы опоздали на тренировку. Но если желаете, я могу приказать воинам продолжить еще на какое-то время. — Джун, — принц улыбнулся мужчине, радуясь встрече, но тут же перевел взгляд на тренировочное поле. Выражение его лица стало задумчивым и серьезным. — Не стоит, я вижу, что воины достаточно потрудились, им положен отдых. Моя вина, что я задержался. — Вы ходите на тренировки стражи вот уже полгода. Должен сказать, сегодня все были расстроены вашим отсутствием, — Намджун встал рядом, наблюдая за тем, как воины собирали оружие и один за другим покидали площадку. Несвойственная принцу серьезность не осталась незамеченной, и капитан обернулся через плечо, лишь взглядом посылая немой вопрос наставнику. Джин лишь пожал плечами, он и сам не знал, что на уме у принца в последнее время. — Как прошел ваш экзамен? — Я получил высшую оценку, — как бы между прочим ответил Тэхён, не сводя глаз с уже пустующего поля. — Джун, научи меня стрелять. — Нет, — ответ прозвучал настолько быстро, что принц растерялся. — Но почему? — Потому что вы будете жаловаться, — На губах демона мелькнула едва заметная улыбка. — Не буду, — Тэхён нахмурился, явно обиженный таким заявлением, но решил не сдаваться и настоять на своем. — Я хочу быть воином. Наблюдая за тренировками, я выбирал оружие, которым смогу овладеть сейчас. Решил, что это будет лук. Научи меня стрелять. — Ваше высочество, вы выбрали лук, потому что он легче меча и кажется удобнее копья? — Отчасти да, - принц не стал отрицать определенные плюсы выбранного оружия, зная, что от Намджуна невозможно что-либо утаить. — Однажды, я хочу поехать с Его Величеством на охоту. Без определенных навыков отцу незачем брать меня с собой. — Вашего старшего брата уже два раза брали на королевскую охоту, — капитан не был удивлен ответом принца, но то, с каким рвением Тэхен желал получить одобрение отца, вполне могло послужить отличной мотивацией для обучения. Намджун был доволен: он ждал этой возможности долгие годы, но решение должно было исходить от желания самого принца, только тогда обучение даст свои плоды. — И должен заметить, навыки в стрельбе наследного принца оставляют желать лучшего. — Не говори так, брат очень старается, но у него нет времени на тренировки. А у меня есть ты, — Тэхен повернулся к наставнику и с улыбкой посмотрел на него снизу вверх, как всегда делал, желая добиться желаемого. Сейчас же его взгляд не был озорным и по-детски милым, несмотря на очаровательную улыбку. Намджун был удивлен решительности принца и впервые поймал себя на мысли, что тот самый мальчик так быстро вырос. Почему то сейчас очень захотелось обернуться и посмотреть на Джина еще раз. Кажется, только наставник мог понять его чувства. — Мой брат по праву рождения сидит на коне рядом с отцом. Я же должен это право заслужить. Ну же, помоги мне, капитан Нам… — Стрельба из лука — это боль и тысячи промахов, — мужчина достал из-за спины свой лук и приказал помощнику принести колчан тренировочных стрел и выставить цели. — Я выдержу. — Иногда вы будете ненавидеть лук. — Всё равно выдержу. Несколько секунд они смотрели друг на друга, потом Намджун протянул лук принцу, и тот просиял от радости. Евнухи позади принца ахнули и стали возмущаться, направляясь в сторону принца, но Джин лишь одним взмахом руки остановил их, наблюдая за счастливым мальчиком и суровым мужчиной рядом с ним. — Что мне делать? — Тэхен столько раз видел лучников на тренировке, но сейчас, когда сам стоял с луком и стрелой в руке, почувствовал растерянность и волнение. Ему казалось, что он забыл всё, что видел до этого. Намджун лишь улыбнулся ему ободряюще и подсказал, как стать в правильную стойку, помогая натянуть тетиву. — Для начала вы должны промахнуться.

***

Тэхёну 14 лет. Мир за дворцовыми стенами оказался совсем не таким, каким принц представлял его по книгам и рассказам наставника. Нуран был громче, ярче и живее. Главный базар столицы пах жареным мясом, специями, морской солью и дымом. Город шумел сотнями голосов, пестрел тканями всех цветов, которые только можно было представить. Привыкший к форме стражников, евнухов и придворных дам, Тэхен оборачивался и провожал взглядом каждый новый для себя оттенок ткани юбки, ханбока или головного убора, которых не часто можно было увидеть в стенах дворца даже у наложниц короля. Лавки тянулись вдоль улиц бесконечной рекой. Рулоны красного, синего, золотого, изумрудного шелка манили протянуть руку и ощутить мягкость ткани, рассмотреть узорную вышивку. Музыканты играли на странных инструментах, непривычных для слуха, но оттого не менее завораживающих. Кузнецы били молотами по раскалённому металлу, а затем опускали заготовку в чаны с водой, отчего поднимался густой пар, развеиваясь над улицей. Тэхён смотрел по сторонам так увлечённо, что несколько раз едва не врезался то в прилавок, то в телегу. — Ваше Высочество! — Намджун поймал принца от падения за локоть и вернул обратно на тропинку между лавками, сопровождающие евнухи и стража дворца шли позади длинной процессией, давая понять окружающим, что перед ними не обычный сын министра или богатого купца. — Если вы поранитесь, меня казнят. — Не казнят, — принц махнул рукой и поспешил посмотреть, что привлекло внимание Джина, который остановился перед лавкой с украшениями. — Тогда очень захотят, — обреченно вздохнул Намджун, поправляя форму личного телохранителя принца. Ожидая, что лавка ювелира займет Тэхена надолго, мужчина повернулся к процессии и велел всем остановиться, а четверым стражникам пройти немного вперед и встать по обе стороны улицы. Весь день принц выбирал подарки для матери, брата и, конечно, отца. Через две недели должен был состоятся семейный ужин, довольно редкое событие в их семье, к которому младший принц решил подготовиться заранее. — Покажите вот эту, — Тэхен указал на нефритовую заколку необычайной красоты и торговец тут же протянул ее наставнику, не смея поднять глаза. — Это необычайно тонкая работа, — Джин передал драгоценность принцу.— Наверняка мастер трудился над ней не один месяц, возможно, даже около года. — Королеве обязательно понравится, — принц провел пальцами по переплетению резных цветов в зеленом камне и крылу птицы. — Джун, смотри, это журавль! Правда красиво? — Красиво, — Намджун ухмыльнулся, даже не взглянув на то, как принц направил заколку под лучи солнца и сейчас любовался ей, предвосхищая реакцию матери на подарок. — Я имел ввиду заколку в моих руках, а не в волосах Джина, — последнее юноша добавил шепотом, отчего телохранитель тот час перевел свой взгляд на лавки по соседству, стражников впереди и любого отличного от заявленного человека на улице. — Почему ты оглядываешься? — Кто-то же должен смотреть по сторонам и контролировать ситуацию, — телохранитель четко и холодно дал понять, что закрыл тему, но принц всё не унимался. — А на Джина почему больше не смотришь? Вдруг он кумихо в обличие моего любимого наставника и сцапает меня, стоит тебе отвернуться, — рассмеялся Тэхен, отчего Джин обернулся, не понимая, о чем эти двое вообще говорят. — Вашему наставнику положено одеваться согласно его должности, а не щеголять по дворцу как девица на выдане, — Намджун фыркнул и сложил руки на груди, наблюдая (с разочарованием), как торговец уже упаковывает серебряную заколку-шпильку с объемным цветком для Джина, принимает плату и отдает ему обе покупки. — К вашему сведенью, я купил заколку не для себя, — мужчина поспешил убрать волосы в аккуратный пучок и надеть широкополую сетчатую шляпу с таким непоколебимым выражением лица, на которое только мог быть способен. — И кому же вы купили столь дорогой подарок? — телохранитель зашагал вслед за принцем, который позвал их посмотреть, что продают в лавке кузнеца напротив. — А вот это вас не касается, капитан Нам, - процедил сквозь зубы Джин и, удивленный собственной жесткости в голосе, поспешил поравняться с принцем, — Ваше Высочество, вы говорили, что наследный принц любит оружие, возможно, мы сможем найти здесь подарок для него! — Я уже давно не… - Намджун хотел бы продолжить перепалку с ангелом и сказать, что давно пошел на повышение и не является теперь капитаном, но решил промолчать на этот раз. Иногда ему казалось, что только в редкие моменты спора Джин являет себя настоящего, в остальное же время наставник до приторности мил, наивен и правилен, что бесило еще больше. Наконец, подарки были куплены, и процессия возвращалась во дворец. Тэхен прекрасно сидел в седле и что-то возбужденно рассказывал наставнику, который в это время готов был обнять от усталости своего коня. Но Джин продолжал ехать рядом с идеальной осанкой и внимательно слушать очередное открытие принца, которое он вычитал накануне в древнем трактате и еще не успел обсудить с учителем истории. Для старшего брата Ухёна принц выбрал в подарок небольшой изящный охотничий нож с идеально сбалансированным лезвием. На лучшего качества стали был искусно выгравирован тигр в прыжке. Только для отца подарка не оказалось. Тэхён обошёл весь рынок, перебрал лучшие ткани, древние книги, украшения и клинки, но ничего так и не подошло. Казалось, король уже обладал всем, но всё же чего-то не хватало. Через две недели королева устроила в своем дворце прием. Зал был украшен всевозможными цветами и яркими тканями, сама она восседала в роскошном наряде, рукава которого тянулись по полу вышитыми на них лилиями. Король сидел напротив и выглядел уставшим и незаинтересованным в событии вечера, но все же иногда уделял внимание словам первой супруги. Королева не переставая рассказывала о последних успехах Ухёна, не забывая приводить в пример каждую похвалу от учителей и наставников за последние несколько месяцев. — Наследный принц прекрасно держался на церемонии… — Прекрасно. — … И возможно, уже стоит позволить ему присутствовать на собрании министров, как вы считаете, Ваше Величество? — Конечно. Тэхён слушал молча. Отец отвечал односложно. Мать говорила за двоих. Ухён сидел с каменным лицом, но внимательно ловил каждую фразу отца, каждый взгляд в его сторону, каждый вздох или поворот головы. И только свечи потрескивали в тишине между их словами, а слуги даже не дышали, когда меняли блюда и наливали чай. Наконец младший принц набрался смелости обратить внимание на себя. — Недавно я был на базаре, — от переживания Тэхён почувствовал ком в горле, но старался смотреть на отца прямо. — Правда? — впервые за вечер король поднял голову и с интересом посмотрел на младшего сына. — Да. Там были товары со всего мира. Я никогда не думал, что... — Простите, Ваше Величество, разве торговые лавки достойны обсуждения за королевским столом? — Ухён перебил брата, не обращая внимание на вмиг погрустневшие глаза напротив. Повисла тишина. Король нахмурился, и Тэхён ждал, что сейчас отец скажет продолжать, спросит, что он увидел, что узнал, может, даже одарит своей улыбкой. Но этого не произошло, король промолчал, и этого оказалось достаточно. Тэхён замолчал тоже. Позже, снова набравшись смелости, младший принц вручил подарки, извинившись перед отцом, что так и не нашел для него подарка, но пожелал ему долгих лет. — Довольно мило. Спасибо, — королева даже не достала заколку из коробки, а лишь мельком взглянула на украшение и передала его придворной даме. Она улыбнулась младшему сыну, накрывая своей ладонью его ладонь, и этот небольшой жест нежности стал для самого Тэхёна большим подарком. — Спасибо тебе, брат, — Ухён повертел нож в руках и посмотрел на брата, прищурив глаза. — Смешная шутка. — О чем ты? — Тэхён в недоумении округлил глаза, жалея, что рука матери в эту секунду отдернулась от него. — Подарил мне красивую игрушку вместо настоящего меча. — Я выбирал подарок весь день и это охотничий нож… — Конечно, возможно, я погорячился. Прошу прощения Ваше Величество, — Ухён встал со своего места и поклонился королю. – Могу ли я отправиться на встречу с учителем? Думаю, этот прием подошел к концу. — Конечно, иди. Мне и самому пора возвращаться к государственным делам, — король поднялся из-за стола и покинул зал. Вслед за ним вышел наследный принц. — Тэхён, ты должен понимать чувства брата, - королева обратилась к младшему сыну. — Но я не понимаю… - принц не сдерживает обиду в голосе и отворачивается к окну, лишь бы мать не видела его влажных глаз. — Потому что ты еще совсем ребенок, - королева покачала головой и приказала слугам убрать со стола. — Учителя и наставники не стесняясь говорят при нем о твоих успехах в учебе, конечно, он обижен. — Ухён старше меня всего на два года. Я не виноват в том, что лучше учусь. — Он наследный принц. Ты всегда получаешь похвалу легко, а Ухёну приходится бороться за нее. Учись ты менее усердно, он был бы лучшим учеником. — Ваше Величество... Мама, Вы хоть сами в это верите? – Тэхён не дождался ответа, и поспешил покинуть зал и этот дворец. Больно. Потому что это неправда, и сам он трудится не меньше, но заслужить самую важную для себя похвалу - гордость родителей - так и не смог.

***

Сон не приходил. Тэхён уже несколько раз перевернул подушку прохладной стороной вверх, натянул одеяло до самого подбородка, а потом снова отбросил его ногами, потому что становилось жарко. А вот легче совсем не становилось. Перед глазами снова и снова всплывал недавний ужин: ладонь матери, ее гордость за Ухёна, гнев в глазах брата, безучастность отца. Все эти образы продолжали царапать сердце, не давая уснуть. Тэхён перевернулся на бок, в комнате царила тишина. Лунный свет проникал сквозь пергамент в резных окнах и серебристыми прямоугольниками ложился на пол. Он откинул подушку в сторону и сел, понимая, что больше не сможет лежать здесь. Воспользовавшись тем, что стража за дверьми его комнаты была в полной уверенности, что принц давно спит, он вылез в окно, как делал это уже множество раз, и оказался в саду. Чтобы пришел сон, он не придумал ничего лучше, чем побродить по садам, как в детстве, когда он тайком сбегал из своих покоев, чтобы посмотреть на освещённые окна королевского дворца. Тогда это казалось настоящим приключением, сейчас же сердце почему-то билось тревожно. Фонари горели редко, а длинные галереи тонули в тенях. Тёмные крыши павильонов напоминали силуэты огромных птиц, уснувших под звёздным небом. Ветер стих, словно боялся нарушить покой спящего дворца, лишь изредка над головой шумели кроны старых сосен. Тэхён осторожно крался по дорожкам сада, огибая главный дворец до нужного участка стены, через который можно было перелезть. Когда-то давно он лез по этой стене без страха, зная каждый выступ, за который можно зацепится и подтянуться так, чтобы увидеть окна главного дворца. Сейчас сделать это оказалось гораздо сложнее, хоть он и вырос, но стал тяжелее и неуклюжее. Ноги соскальзывали с выступов, а редкие камни, торчащие из стены, не выдерживали веса. Пару раз Тэхен неловко зацепился длинным рукавом за ветку растущего рядом куста азалии, и один раз чуть не свалился вниз, но упорство было сильнее. Кое-как принц всё же забрался на стену и спрыгнул вниз, решив в этот раз подойти ближе. Холодная трава зашуршала под ногами. Впереди предстал королевский павильон, лишь несколько окон светились мягким золотистым светом, одно из них было приоткрыто. Тэхён замедлил шаг и, пригнувшись, осторожно заглянул в то самое окно, из которого доносились приглушенные голоса. — Ещё немного, — послышалось откуда-то из глубины просторных покоев, украшенных лучшими мастерами королевства. Это определенно был голос короля. – Откройте окна! Я будто горю в котле… Тэхён замер, не в силах оторвать глаз от мужчины в распахнутом красном халате, который полулежал на множестве подушек с перевязанным боком и правой рукой. Росписи на стенах, изображающие великие сражения и воинов древности, будто двигались из-за бликов многочисленных свечей, и Тэхёну казалось, что их глаза следят за незваным гостем. — Ваше Величество, этого достаточно, — бледный лекарь склонился у постели короля и трясущимися руками отмерял количество капель, стекающих в фарфоровую чашу. Рядом на столике стояло множество склянок с травами и жидкостями. — Я сказал еще, — мужчина зашелся в кашле и, морщась от боли, без сил откинулся на подушки. Тэхён почувствовал, как внутри всё похолодело, он редко видел отца и никогда таким. Не королем, не главой страны и грозным политиком, а старым человеком, которому невыносимо больно. Король выглядел... неправильно. Слишком бледным, худым и уставшим. Даже издалека принц видел, как тяжело он дышит. В какой-то момент мужчину согнул очередной приступ кашля. Внезапно чья-то широкая грубая ладонь закрыла Тэхёну рот, он даже не успел обернуться, как в следующую секунду его резко дёрнули назад и в сторону. Мир пошатнулся, ветки ударили по лицу, а земля под ногами исчезла. В панике сердце едва ли не выпрыгивало из груди, мальчик отчаянно пытался закричать, но ладонь сильнее прижалась к его губам и получилось лишь бессвязно мычать. — Тихо, — знакомый голос прозвучал прямо над ухом. Тэхён замер и перестал бороться, обмякая в чужих руках. Спустя невыносимо долгую минуту хватка ослабла. Над принцем навис Намджун, приставив уже к своим губам указательный палец. Лицо телохранителя было мрачным настолько, что принц невольно сжался. — Джун? — Ваше Высочество, — процедил мужчина сквозь зубы, — вы хотя бы представляете, к чему могут привести ваши ночные прогулки? — Но я всего лишь…- Тэхён растерянно моргнул. — Нет. Вы понятия не имеете, - Намджун бесшумно поднялся на ноги и помог принцу, жестом приказывая пригнуться. - Любой ночной патруль мог принять вас за шпиона. Стрела летит быстрее, чем человек успевает разглядеть лицо нарушителя, - Тэхён виновато опустил голову, но стражник продолжал беспощадно: — Того, кто убил вас, пусть и случайно, казнили бы, перед этим жестоко пытая ни один день. Его семью объявили бы предателями и тоже казнили. Его жену, отца, мать, братьев, сестер и их семьи. Думаете, его дети остались бы сиротами? Нет, их бы повесили рядом с родителями только из-за того, что вы решили погулять ночью. — Я не хотел... - каждое слово било больнее предыдущего, и Тэхён чувствовал, как внутри всё сжимается. — Я понял, понял, что виноват! — Идемте, — Намджун тяжело вздохнул и протянул руку, принц послушно вложил в нее свою ладонь и пригнувшись поплелся к стене. Вдвоем они перелезли через стену, затем прошли сады, миновав несколько пустых галерей, передвигаясь тихо и замирая в тени колон, когда замечали караульных. Всю дорогу принц не произнёс ни слова, и это начало тревожить Намджуна сильнее любой шалости. Обычно Тэхён спорил, оправдывался или хотя бы злился. Мужчина даже успел мысленно отругать себя за то, что в попытке защитить был слишком жесток. Когда до покоев оставалось совсем немного, мальчик вдруг выдернул руку из чужой ладони и остановился, понуро опустив плечи. — Ваше Высочество? — Намджун обернулся, замечая, что мальчика всего трясёт. Тэхён открывал и закрывал рот в попытке набрать в легкие воздух. Принц сел на траву и внезапно расплакался. Не тихо и сдержанно, а по-настоящему. Зарыдал так, как плачут только дети, которые слишком долго пытались быть сильными. Намджун сделал было шаг к нему, но застыл. Он видел раненых солдат, видел людей перед казнью. Видел женщин и мужчин, рыдающих над телами погибших сыновей. Но вот плачущих принцев судьба почему-то не предусмотрела, оттого мужчина растерялся и не знал, как себя вести, как успокоить. Тут же возникла мысль, что будь рядом Джин, вот он бы точно знал, как себя вести в такой ситуации. — Он выглядел очень плохо... — Тэхён в очередной раз всхлипнул. — Лекарь был там... Почему отец был таким бледным? — мальчик старался вытереть слезы рукавом, но лишь размазывал по своему лицу сопли в вперемешку с землей и травой. — И кашлял… Он ведь не умрёт? Правда? Последнее слово прозвучало совсем тихо, с отчаянием и надеждой. С самым большим детским страхом и наивной верой в то, что сейчас ему ответят положительно, и это действительно окажется правдой. Намджун почувствовал, как внутри что-то болезненно дрогнуло, когда поднял глаза на мальчика и понял, что этот вопрос адресован никому иному, как ему. Ребенок, который только что впервые понял, что родители не живут вечно, смотрел на него с надеждой. — Я не знаю, Ваше Высочество, — Намджун осторожно положил руку на плечо принца, не уводя взгляд от покрасневших глаз напротив. — Но сегодня ваш отец жив. И завтра, тоже будет жив. Иногда этого достаточно. Мальчик судорожно вдохнул и протянул руки, обнимая мужчину, прильнув к нему всем телом. Слёзы всё ещё текли по щекам, но рыдания постепенно стихали. Намджун крепко обнял его в ответ и ловко подхватил на руки, как в детстве, пока принц растирал по его груди слезы, прячась от всего мира. — А теперь пойдёмте спать, — Намджун не спеша направился к дворцу принца, поглядывая по сторонам. — Никогда и никому не рассказывайте то, что сегодня видели. Ради собственной безопасности, пообещайте мне. — Даже Джину? – принц расслабился в сильных руках неуклюже заёрзал, устраиваясь поудобнее. — Если господин Джин узнает, где мы были этой ночью, он отчитает сначала вас. Потом меня. А потом снова меня. У меня мурашки по телу, когда он злится, нет уж, увольте! Сквозь слёзы Тэхён неожиданно хихикнул, представляя, как бы вытянулось лицо наставника, узнай он о ночных приключениях принца и возможных последствия, а затем то, как Джин гонится с веником по саду и отчитывает за это не принца, а его телохранителя. С этими образами беспокойный сон, наконец, накрывает его, вверяя в следующий день.