ELYSION

Ночь давно опустилась на Нуран, каждое здание дворца, двор и королевский сад освещали тысячи масляных ламп и бумажных фонарей. За невысокими окнами архива темнело небо, усыпанное редкими звёздами, стрекот цикад убаюкивал главный зал с единственным человеком в здании. Узкие коридоры и кабинеты архива давно попрощались с последними посетителями, отправляя их на заслуженный отдых после рабочего дня. Джин проснулся резко. Щека онемела от неудобной позы, спина затекла, а пальцы всё ещё сжимали перо, которым он работал несколько часов подряд. Сначала он не понял, где находится, и перед глазами расплывались строки древнего текста. Память медленно возвращалась: принц, архив, разговоры о летописях, первые попытки вывести ровные буквы. Между чернильницей и стопкой исписанного пергамента его внимание привлек небольшой бронзовый кулон. Солнце на его поверхности тускло поблёскивало в свете почти догоревшей лампы. Несколько секунд архивариус просто смотрел на украшение, затем осторожно поднял его. Кулон грел ладонь, словно сохранил внутри себя тепло рук своего маленького хозяина. - Ваше Высочество... - едва слышно произнёс Джин. Мысль о том, что принц оставил вещь намеренно показалась одновременно радостной и тревожной. Джин не помнил, когда получал в последний раз такой искренний и безвозмездный подарок. Он ещё раз посмотрел на бронзовое солнце и нахмурился. Подарок подарком, но сейчас его больше беспокоило другое: мальчик должен был уже давно находиться в своих покоях. А если его всё еще ищут? Джин резко поднялся со стула, отчего стол жалобно скрипнул, в голова слегка закружилась. Не тратя времени, он вышел из архива и быстрым шагом направился к ближайшему посту стражи. Дворец ночью выглядел совсем иначе: тёмные галереи, тянувшиеся между освещёнными внутренними двориками, пугали и завораживали одновременно, каменные дорожки серебрились под луной, издалека доносился плеск воды ближайшего пруда. У лестницы, ведущей к жилым корпусам, Джин услышал взволнованные голоса придворных дам. Две девушки в платьях с темно-розовыми передниками несли корзины с бельём и оживлённо перешёптывались между собой, то и дела повышая голос. Их сложные причёски уже успели растрепаться после долгого дня. - Ты слышала? - возбуждённо говорила одна. - Всё западное крыло на ноги подняли. - Так кухню и южное крыло тоже! Я уж думала прощаться и с работой, и с жизнью. - Да уж… Такой переполох был, когда наши комнаты обыскивали. Несколько часов искали, а стражники даже в пруд прыгали! Джин невольно остановился. - Простите, - осторожно, чтобы не напугать, обратился он. - Его Высочество уже нашли? Обе девушки одновременно повернулись на мягкий голос, совсем не ожидая в такой час увидеть в этой части дворца привлекательного молодого мужчину. - Нашли, нашли - облегчённо ответила та, что выглядела постарше. - Один из молодых дворцовых стражников привёл его обратно к воспитателям. - Кажется, тот самый победитель недавнего весеннего турнира. Теперь он капитан, - вторая служанка мечтательно вздохнула, щеки ее отчего-то вспыхнули алым. - Высокий такой, красивый… - Красивый то красивый, - старшая тут же фыркнула. - Но смотрит так, будто сейчас душу вынет. Брррр... Я как-то случайно встретилась с ним взглядом и потом весь вечер боялась. На такого только издалека смотреть, не дай боже по твою душу придет. - А я, может, и не против, чтобы пришел, - прошептала своей подруге младшая и смущенно закрыла лицо руками. Значит, принц уже в безопасности. Облегчение оказалось таким сильным, что Джину пришлось прислониться к колонне, ведь только теперь он почувствовал, насколько сильно волновался. - Господин, вам помочь? – тут же спохватились девушки. – Привести лекаря? Вы так побледнели… - Не нужно, спасибо, - вымучено улыбнулся мужчина и поклонился девушкам. – Благодарю вас за счастливые новости. Возвращаться в архив было нельзя: если на его глаза вновь попадется хоть один древний свиток с описанием очередного сказания, а таких всё еще осталось немало, Джин снова просидит в архиве несколько дней. Он часто забывал, что человеческому телу необходим отдых, сон и еда. Как-то лекарь сказал ему, что можно даже умереть, если не спать. Джин тогда был сильно напуган, ведь возвращаться на Небо, не выполнив свою миссию из-за такого пустяка, казалось полным позором. Кулон определенно нужно было вернуть, теперь он грел внутренний карман ханбока, тот, что ближе к сердцу. Но если вернуть, принц может решить, что его подарок отвергли. Более того, отвергли его расположение и доверие, а такого допускать было нельзя. Если оставить - это будет нарушением всех дворцовых правил. Муки выбора не давали уснуть до самого утра, и вот когда первые лучи солнца окрасили крыши дворца золотом, Джин наконец принял решение. Какими бы ни были чувства маленького принца, кулон необходимо вернуть. Правильно поступать иногда гораздо сложнее, чем приятно. С этим решением Джин уснул беспокойным сном в своей небольшой комнате в крыле для служащих, в котором жил вот уже два года.

***

Главное учебное крыло располагалось в восточной части дворцового комплекса, и, кроме королевской семьи и министров, туда допускались только некоторые служанки и евнухи, а также учителя принцев. Широкая каменная дорога проходила через внутренний сад, где среди аккуратно подстриженных кустов азалии журчали искусственные ручьи. По обе стороны дорожки возвышались резные фонари из белого камня, а за ними тянулись длинные галереи с тёмно-красными колоннами и изогнутыми крышами. Чем ближе Джин подходил к павильону, тем чаще ему встречались слуги, учителя и стражники. Слишком много людей и слишком много взглядов, от которых он чувствовал себя неуютно. В архиве все гораздо проще: никто не задавал лишних вопросов, не утруждал себя разговорами с кем-либо месяцами, ведь книги интересовали людей больше, чем чужие действия. «Верну и уйду», - сказал он себе и крепче сжал в руке свёрток ткани, в который положил кулон, когда вышел ко входу в учебный павильон, где возвышались как статуи двое стражников в тёмно-синих форменных доспехах дворцовой охраны. Лакированные наплечники поблёскивали на солнце, а на груди каждого был вышит символ лазурной звезды Эларии. - Доброго дня. Меня зовут Ким Сокджин, работаю в архиве, - Джин остановился в нескольких шагах от них и почтительно поклонился. - Мне необходимо передать Его Высочеству одну вещь. - Какую ещё вещь? - один из стражников лениво перевёл взгляд на свёрток. - Личную, - Джин осторожно развернул ткань и на солнце блеснул бронзовый кулон. - Его Высочество подарил эту вещь мне, когда был в архиве. Но я хочу ее вернуть, чтобы не возникло недопонимание… - Очень интересно, - Второй стражник усмехнулся, без интереса беря в руки кажущуюся недорогую вещь. - Принц подарил вам вот эту безделушку? Наступила короткая тишина. Оба стражника сразу изменились в лице, рассмотрев кулон поближе, и засмеялись. - Думаю... да, - Джин искренне не понимал, что вызвало у стражников такую реакцию. - Думаете? – стражник даже не пытался скрыть насмешку в голосе, понимая, по одежде, что перед ними стоит простой служащий невысокого ранга. - Я не могу знать наверняка, что было у него на уме, но… - Джин растерянно моргнул. - Вы хотите убедить нас, что младший принц добровольно пришёл в архив, просидел там, а потом подарил Вам вот это недоразумение? – откровенная издевка. – А сейчас хотите вернуть то, что по вашему мнению, принадлежит королевской семье? - Именно так всё и было, - В груди начало неприятно сжиматься, и Джин вдруг осознал, что разговор идёт совсем не так, как он ожидал. - И да, я хочу это вернуть, но вы можете передать принцу, что мне понравился подарок. Пожалуйста. Стражники переглянулись. Теперь уже оба смотрели на него так, словно перед ними стоял сумасшедший. - Или вы украли вещицу, а теперь придумываете небылицы, иначе мы пошлем за комендантом, и Вас посадят в тюрьму. - слова прозвучали спокойно и равнодушно, но архивариусу показалось, будто его ударили. - В… в тюрьму? - Джин пришёл помочь вернуть потерянную вещь. Сделал то, что считал правильным. Почему же теперь его допрашивают, и что самое страшное: смотрят на него так, будто он вор? - Послушайте, - тихо произнёс он. - Его Высочество действительно был в архиве. Он интересовался историей, и мы вместе переписывали летопись. - А завтра вы расскажете нам, что принц решил стать библиотекарем? Смех снова прокатился по ступеням павильона. Несколько проходящих мимо слуг начали оборачиваться, и Джин почувствовал, как к лицу приливает жар, а сердце стучит всё быстрее. Чем больше он пытался объясниться, тем меньше ему верили. Джин оказался в тупике с ярким желанием поскорее сбежать в свой уютный архив, где нет никого, и желательно не выходить из него никогда. Стражник уже открыл рот, собираясь сказать что-то ещё, когда за его спиной послышались шаги. Тяжёлые и размеренные. Во дворе внезапно стало тише, будто кто-то невидимый заставил окружающих испариться и заняться своими обязанностями. - Капитан Нам, - один из стражников первым заметил приближающегося человека и мгновенно выпрямился по струнке. По дорожке к павильону шёл высокий молодой мужчина в чёрной форме капитана дворцовой стражи. С луком за спиной и мечом у пояса, он производил впечатление опытного воина. Взгляд его тёмных глаз казался слишком спокойным для человека. Таким холодным и внимательным, словно он видел гораздо больше, чем должен был видеть смертный. - Если бы вы двое вчера внимательно слушали отчет по ситуации с поисками младшего принца, то знали бы, что Его Высочество нашли в северо-восточном крыле, - спокойный низкий голос капитана дворцовой стражи пробирался под кожу, заставляя покрываться мурашками. – Что находится в северо-восточном крыле? - Н..не можем знать, - побледневшие лица стражников не вызвали сочувствия. - После смены караула жду в своем кабинете обоих с подробной картой расположения всех зданий дворца, галерей, павильонов, садов и прудов. Здание архива чтобы было обведено красным, - с нажимом акцентировал внимание на правильном ответе капитан, после чего коротко поклонился архивариусу, который стоял чуть в стороне и не знал, куда себя деть. - Приношу свои извинения за действия моих подчиненных. - Так вы всё слышали, капитан… - Нам Джун. Можете не представляться, я знаю, кто вы, - мужчина провел взглядом снизу-вверх по архивариусу и отчего-то задержался на лице, наклонив голову вбок. Джин хотел спросить, откуда капитану дворцовой стражи знать его, но мужчина продолжил, - Я послал за главным евнухом. Он воспитывал младшего принца с рождения и поможет нам прояснить вопрос с вещью, которую вы желаете вернуть. Вскоре в конце галереи показалась небольшая процессия. Впереди быстрым шагом шёл пожилой мужчина в темно-зеленых одеждах из дорогого шёлка. Его длинные рукава почти касались пола, а серебристые волосы были собраны в безупречный узел и закреплены шпилькой. Несмотря на возраст, двигался он удивительно легко и, казалось, даже беззвучно. Следом за ним спешили с полдюжины молодых помощников в точно таких же нарядах. - Господин Юн, - стражники тут же уважительно поклонились. Главный евнух лишь коротко кивнул. - Капитан Нам, - тепло произнёс он вместо приветствия, - Мне сообщили, что произошло что-то серьезное. - Возможно. Господин Ким Сокджин утверждает, что эту вещь ему подарил Его Высочество младший принц, – Джин не растерялся и протянул мужчине сверток с кулоном. - Узнаёте? - Ох... - Евнух едва взглянул на украшение и сразу устало закрыл глаза. В этом коротком вздохе было столько обречённости, словно подобное происходило далеко не впервые. - Его Высочество снова что-то потерял? - По словам этого человека, не потерял, а подарил, - Намджун мягко исправил главного евнуха. Господин Юн, наконец, обратил внимание на Джина, и тот поспешно поклонился. - Вы служите в архиве, в котором капитан Нам вчера нашел младшего принца, - главный евнух не выглядел удивлённым. - И каким образом вещь принца оказалась у вас? Джин повторил свой рассказ с самого начала, стараясь не упускать важных подробностей. О том, как увидел принца в архиве, как тот расспрашивал о летописях и пытался писать, не упустил даже то, что сам уснул, так и не отведя принца к воспитателям. В отличие от стражников, господин Юн слушал внимательно, не перебивал и не смеялся, не задавал вопросов, лишь изредка кивая. Когда рассказ закончился, пожилой мужчина задумчиво посмотрел на кулон, потом неожиданно улыбнулся. - Да, это вполне похоже на Его Высочество, - по лицам стражников было видно, что такой ответ их удивил. - Младший принц вполне мог оставить подарок. - Благодарю вас, господин Юн, - Джин почувствовал облегчение от того, что ему наконец кто-то поверил. - С вашего позволения, я передам вещь его владельцу, - главный евнух осторожно убрал кулон в широкий рукав. - И не беспокойтесь, я скажу ему, что вам понравился его подарок, но оставить кулон у себя противоречит всем правилам дворца. - Еще раз спасибо, господин. И пожалуйста, не ругайте Его Высочество слишком сильно, что он оказался в архиве, он действительно очень старался. - Старался? - Главный евнух вопросительно поднял бровь. - Да, его заинтересовали свитки, которые я переписываю, и принц довольно продолжительное время помогал мне. Надо сказать, с каждым разом у него получалось всё лучше. На мгновение воцарилась тишина. Затем старик неожиданно рассмеялся. Не зло, а скорее устало, словно услышал детскую фантазию. - Молодой человек, вам не нужно придумывать подробности, чтобы защитить принца. - Но я не придумываю, - улыбка медленно исчезла с лица Джина. - Ваше желание выставить Его Высочество в хорошем свете похвально, - евнух добродушно похлопал архивариуса по плечу. - Однако мы говорим о младшем принце, и вы плохо его знаете, раз думаете, что я поверю и в это. Если бы Его Высочество действительно проявлял хоть малейший интерес к учёбе, моя жизнь была бы намного проще. Эти слова задели Джина сильнее всех предыдущих обвинений, насмешек и подозрений. Потому что говорил их человек, который действительно знал принца. И всё же не верил в него. - Я поговорю с главным архивариусом, чтобы вам, господин Ким Сокджин, выписали месячное жалование и дали несколько дней выходных. Выглядите вы неважно, советую обратиться к лекарю: отвар из листьев мелиссы прекрасно успокаивает нервы, - главный евнух развернулся, собираясь спешить по своим многочисленным делам, но напоследок обратился к Намджуну, - Капитан, проводите архивариуса до лекаря, кажется, сам он меня не послушает. - Не нужно, господин, я дойду сам. Благодарю вас за заботу, - Джин коротко поклонился всем участникам разговора, даже стражникам, и поспешил как можно скорее удалиться с площади, скрываясь в тени цветущих магнолий. Спиной он еще долго ощущал на себе цепкий взгляд черных глаз.

***

Сумерки опускались на дворец медленно и величественно, словно сама ночь не решалась нарушить покой древней резиденции королей Эларии. Последние лучи солнца скользили по изогнутым черепичным крышам, оставляя прощальный подарок в виде красных закатных лучей на резных узорах. Прохладный ветер приносил с дворцовых садов запах влажной земли, цветущих слив и воды. Где-то вдалеке уже зажигались первые фонари, а над павильонами поднимался лёгкий дымок благовоний. Для большинства обитателей дворца день уже давно подошел к концу. Для капитана стражи он только заканчивался. Намджун устало провёл рукой по напряженной шее и поставил последнюю печать на отчёте. Перед ним на столе возвышалась целая стопка документов: списки караулов, отчёты, письма чиновников, которые считали своим долгом сообщить страже о каждом подозрительном взгляде любого, с кем столкнулись во дворце. Порой Намджуну казалось, что защищать дворец от внешних врагов гораздо проще, чем от людей внутри него. - Капитан Нам, - молодой стражник нерешительно замер у двери. - Вечерний обход завершён, караул заступил на ночные посты. - Нарушения? - Намджун поднялся из-за стола, разминая затекшие мышцы. - Никак нет! - стараясь звучать бодро, проголосил молодой стражник, отчего капитан недовольно поморщился. - Тогда иди отдыхать. И этих двоих прихвати с собой, - мужчина указал на дальний стол в своем кабинете, за которым уснули перепачканные в чернилах двое стражников, оставляя так и не законченным план дворца с обведенным ярко-красными чернилами здание архива. - Глаза бы мои их не видели. Юноша поклонился, растормошил сослуживцев, и все трое поспешно исчезли за дверью, будто и не было их. Намджун опустился на стул и некоторое время сидел неподвижно. В комнате наконец воцарилась та редкая, драгоценная тишина, которой ему всегда не хватало. Он устало закрыл глаза всего на мгновение, но перед внутренним взором почему-то возник не список караулов и не завтрашние обязанности, а лицо маленького принца. Испачканные чернилами пальцы, упрямо поджатые губы, горящие в азарте глаза. Уголок губ Намджуна едва заметно дрогнул. Последние дни весь дворец только и говорил о младшем принце, которого теперь охраняли чуть ли не сильнее, чем короля, не давая мальчишке улизнуть с уроков, отчего тот за день три раза устроил истерику. Слуги шептались, учителя жаловались, министры качали головами, а Тэхён продолжал с одинаковым упорством лезть туда, куда ему не следовало. Намджун поднялся из-за стола, его ждал мягкий футон в казармах, горячая еда и короткий сон. По крайней мере, он очень надеялся на это, но стоило выйти из административного корпуса, ноги повели его совсем не в сторону казарм и долгожданного отдыха, а свернули на садовую дорожку к дальнему пруду. Шаги замедлились, когда капитан заметил фигуру, стоящую на мосту. Совершенно неподвижно, будто часть пейзажа, развивались на ветру длинные рукава светло-голубого ханбока. Его невозможно было не узнать: безупречно ровная осанка,тёмные волосы, собранные серебряной заколкой. Солнце уже почти скрылось за дворцовыми стенами, вода в пруду стала тёмной, как полированный обсидиан, укачивая на поверхности лепестки кувшинок, в высокой траве стрекотали цикады. Джин стоял на деревянном мостике и смотрел куда-то вдаль, совершенно забыв о существовании остального мира. Доски тихо скрипнули под весом неспешных шагов капитана дворцовой стражи. Джин обернулся, и их взгляды встретились. - История с кулоном наследника уже успела облететь весь дворец. Теперь все разговоры только о вас. - Капитан Нам, - Джин поклонился, приветствуя нежданного созерцателя красоты природы. - Я не хотел создавать проблем. - Обычно именно так и говорят люди, которые создают проблемы. И всё же я должен был взять вас под стражу и допросить. - Из-за того, что я не отвёл принца к воспитателям? -Конечно. Это прямое нарушение всех уставов. - Отчего же я всё еще на свободе? - Я бы не смог сказать Его Высочеству, что посадил в тюрьму его нового друга, - пожал плечами Намджун, отчего Джин рассмеялся удивительным смехом, какого нет в природе. - Его Высочество назвал меня своим другом? - Не смейтесь больше. Вам не идет, - голос Намджуна оставался спокойным. - Так приятно иметь друга, - Джин не обратил внимание на колкое замечание и продолжил улыбаться. - Пообещайте, что в следующий раз, когда он придет к вам… - А вот и не стану, - упрямо выразил свою позицию Джин. - Не забывайтесь, с кем ведете разговор, и послушайте, - Намджун пытался сделать голос строгим, но в ушах всё еще стоял смех архивариуса, так что вышло это из рук вон как плохо. - Вы до сих пор не понимаете, тогда я объясню вам, Ким Сокджин, чиновник младшего ранга, служащий в королевском архиве, - капитану удалось вернуть голосу строгость, что возымело свой эффект, и вернуло внимание Джина, только что пытавшегося дотянуться до кувшинки под мостом, чуть не перевернувшись через него. - Когда пропадает обычный ребёнок, его ищет семья. Когда пропадает принц, на ноги поднимается половина дворца. Стража, слуги, учителя, евнухи. И каждый отвечает головой. - Он просто хотел побыть обычным ребёнком, в этом нет ничего плохого, - Джин загрустил, понимая, что сейчас его самого отчитывают, как ребенка. – Это несправедливо. - Он не может быть обычным ребёнком. Справедливость не имеет значения, - - впервые в голосе Намджуна прозвучала усталость. Такая глубокая и совсем не подходящая молодому человеку. - Справедливость есть основа человеческого мира. Без нее всё бы давно разрушилось… - Мир не становится безопаснее от того, что вы считаете его справедливым. Тогда вы просто глупец или безумец и вам не место рядом с принцем. Джин отвернулся от собеседника и продолжил смотреть на пруд. Намджун тоже не стал извиняться за резкость, даже когда в груди неприятно заныло. Молчание затянулось и оказалось красноречивее любых слов. Ветер качнул ветви плакучей ивы и по воде побежала рябь. Пруд находился далеко от главных дворцовых корпусов, когда-то здесь отдыхали фаворитки короля и придворные дамы, но теперь это место почти забыли. Старые ивы склонялись над водой, их длинные ветви касались зеркальной поверхности пруда, а между камней лениво плавали золотые карпы. - Если все продолжат считать его ленивым ребёнком, никто никогда не увидит, сколько сил он прикладывает на самом деле. Завтра я покажу записи Его Высочества главному евнуху, - Джин оглянулся, приготовившись услышать очередные возражения и поучения, но мост оказался пуст. На перилах моста лежал цветок лотоса, его нежно-розовые лепестки манили провести по ним пальцами, а капитан будто растворился в темноте ночи, спустившийся на дворец. Так тихо, что можно было услышать шелест травы под ветром и стук собственного сердца, теперь знающего, что должен сделать его владелец.

***

Утро выдалось неожиданно пасмурным. Тяжёлые серые облака, скрывающие солнце за плотной пеленой, нависли над Нураном. Каменные дорожки ещё хранили влагу после ночного дождя, а в кронах старых сосен шумел ветер. Джин шёл через внутренний двор, крепко прижимая к груди свиток с записями принца, который он оставил в архиве несколькими днями ранее. С каждым шагом его уверенность становилась всё слабее. Вчера вечером решение казалось правильным, необходимым и даже очевидным. Но теперь, приближаясь к покоям главного евнуха, он всё чаще задавался вопросом, имеет ли право вмешиваться в жизнь принца уже сейчас. Будет ли честным оказывать влияние на душу, за которой он и пришел на Землю, с таких малых лет. Ангел всё же боялся, что другого шанса может не представиться, поэтому решил рискнуть. - Господин Ким Сокджин, - служанка у входа поклонилась, чем озадачила Джина. - Господин Юн ожидает вас. - Ожидает? Но я сам пришел просить о встрече… - Пожалуйста, проходите, - служанка открыла дверь и жестом указала на вход, не акцентируя внимания на странном поведении гостя. Что ж, отступать уже поздно. Джин глубоко вдохнул и вошёл внутрь. Главный евнух дворца занимал просторный кабинет в административном крыле, большая удача была застать его в этот час на месте. Комната больше напоминала рабочий зал министра, чем кабинет служащего. Высокие шкафы были заполнены свитками и документами, а на длинном столе лежали десятки отчётов. Сам главный евнух сидел за столом, его седые волосы были аккуратно убраны под официальный головной убор, а лицо испещрено морщинами. Господину Юну было около шестидесяти лет, и всю жизнь он прожил во дворце, добившись уважения за свою всегда идеально выполненную работу и справедливость по отношению к каждому подчиненному. - Господин Юн, - Джин поклонился, соблюдая дворцовый этикет. - Господин Ким, я послал за вами меньше пяти минут назад и право дело удивлен, что вы так скоро посетили меня, - во взгляде главного евнуха не было ни жесткости, ни мягкости, только многолетняя привычка видеть людей насквозь. - Я пришел сам и надеялся, чтобы вы уделите мне немного времени. - Что же, прошу, присаживайтесь, - старик указал на место напротив себя и распорядился принести для гостя чай. - Это работа Его Высочества. Пожалуйста, посмотрите внимательно, - Джин протянул мужчине свиток с записями, которые успел сделать принц в архиве. Главный евнух некоторое время смотрел на бумаги, словно ожидая объяснений. Затем медленно пробежался глазами по первым строкам, на его лбу залегла глубокая морщина. С каждой новой строчкой выражение его лица менялось всё сильнее, удивление сменилось на недоверие и в итоге задумчивость. Наконец, он отложил лист и внимательно посмотрел на архивариуса. - Любопытно. Очень любопытно, - евнух начал разговор, и Джин почувствовал, как напряглись плечи. - Знаете, господин Ким, за последние годы мне пришлось выслушать немало жалоб на Его Высочество. Учителя твердят, что младший принц рассеянный, упрямый и неусидчивый, - мужчина коснулся подушечками пальцев записей, словно они были самой большой ценностью в этой комнате. - Но эти страницы говорят совсем о другом. - Именно поэтому я пришёл, - впервые за всё утро Джин почувствовал облегчение. - Не думаю. Если бы вы просто хотели защитить принца, то могли бы передать бумаги через любого слугу. Но вы пришли лично, значит, дело не только в этом. Джин не сразу нашёлся с ответом, потому что старик оказался прав. Его беспокоили не записи, а сам принц. Главный евнух улыбнулся, наливая гостю чай. - Теперь я понимаю, почему Его Высочество так привязался к вам всего за одну встречу… - Вряд ли это можно расценивать как привязанность, просто ему было любопытно, а я не стал его прогонять, - Джин поспешил добавить то, что ему доходящего объяснили. - Хотя должен был. - Тогда объясните, почему наследник трона только и говорит о красивом архивариусе в темной комнате, который сочиняет истории о страшных королях и монстрах? - евнух поднялся из-за стола, - Не беспокойтесь, я не обвиняю вас. Напротив, примите мои слова за похвалу. Старик медленно прошёлся по кабинету и остановился возле окна. За окном шумел дворцовый сад, слуги выполняли свою работу под пристальным наблюдением стажников. Несколько минут он молчал, затем произнёс неожиданную новость: - Завтра принцу назначат наставника. Уже четвёртого за этот год. - Четвёртого? - Джин удивлённо поднял голову. - Третий подал прошение об отставке неделю назад. Я уже давно наблюдаю за вами, пусть вы этого и не знали, было очень любопытно, почему юноша с таким образованием из уважаемой семьи выбрал архив, а не министерство, - старик медленно подошло к своему столу, не спуская изучающего взгляда с молодого собеседника. - Место наставника займете вы. Этого непросто было добиться, поэтому постарайтесь не подвести мое доверие, господин Ким, - впервые за весь разговор в его взгляде появилась тень улыбки. - Благодарю вас, господин Юн, - Джин решил, что ослышался, но все же решил ответить. - Распоряжение о ваших обязанностях, допусках и жаловании вы получите в конце дня, а сейчас возвращайтесь и соберите все необходимые вещи, мои помощники сопроводят вас в нужное крыло и выдадут форму. - Но у меня совсем нет опыта, - Джин растерян, он и не ожидал такого подарка судьбы, когда был готов доказывать свою точку зрения и спорить, даже если бы это плохо для него кончилось. - Я могу не подойти для такой ответственной работы. - Ваше происхождение и человеческие качества позволяют мне утверждать обратное. Его Высочеству не нужен ещё один наставник, который будет читать правила и игнорировать вопросы. Таких людей вокруг него достаточно. - Тогда кто ему нужен? - Вы, - ответа проще сложно было придумать. - Человек, который увидел в нём не титул, а ребёнка. Возможно, тогда в маленьком принце проснется и тяга к знанию. По крайней мере, я возлагаю на это большие надежды. Когда Джин вышел из кабинета, небо всё ещё было затянуто облаками, но почему-то мир уже не казался таким серым. Первые капли дождя застучали по крышам, обрушились на брущатку, которой был выложен двор. Дождь прогнал слуг и чиновников, но не Джина, который с облегчением и благодарностью подставил лицо Небу, так открыто, как вверил в его руки свою судьбу многие сотни лет назад.