Холодным утром я скажу тебе самое важное

Вопреки ожиданиям, Мэй Няньцин вел себя так, будто ничего не произошло. Это немного ослабило груз вины, давящий на плечи Цзюнь У, так что он с радостью погрузился в быт, изредка возвращаясь на Небеса, чтобы приструнить чиновников и забрать накопившуюся бумажную работу. Однако в последнее время заклинатель начал все чаще и чаще тяжело вздыхать, выглядя при этом крайне недовольным, и, если поначалу Император вежливо ждал, пока тот соберется все ему рассказать, то на третий день необъяснимой хандры потерял терпение и спросил сам. — Что-то не так? — Все так, Ваше Высочество. — слегка вздрогнул Мэй Няньцин, явно не ожидавший прямого вопроса. — Просто меня вызывают на конференцию всех кланов, а мне не то чтобы хотелось туда ехать. Почему они не могут разобраться во всем самостоятельно? — Детям нужен взрослый, который одобрит или забракует их решение. — пожал плечами Цзюнь У, откладывая от себя очередной отчет. Сама ситуация была ему знакома: его подчиненные тоже порой ходили за ним вереницей, ожидая, пока он не скажет, кто из них прав, а кто виноват. — То, что я немного бессмертный, еще не значит, что я компетентен во всех вопросах! — горестно воскликнул Мэй Няньцин. — Но ехать похоже все равно придется. Не уверен, что представители орденов не выкинут что-нибудь неожиданное, стараясь перетянуть на себя одеяло перед тем, как окончательно установится мир. — Я могу поехать с тобой. — предложил Владыка, подпирая щеку кулаком. Не то чтобы он сильно скучал по глупым заклинателям, разводящим шум по каждому поводу, но бросать своего бывшего вассала им на растерзание тоже не хотел. — Тебе не стоит себя утруждать, это не более чем официальный визит, я справлюсь! — запротестовал Мэй Няньцин, но тотчас умолк под чужим тяжелым взглядом. — Мне не сложно сопроводить тебя, особенно если это поможет тебе чувствовать себя комфортнее. — вкрадчиво объяснил он, и заклинатель с облегчением улыбнулся. — В таком случае я буду рад твоей компании. Они выдвинулись спустя пару дней, сначала перенесясь ближе к центру равнин, а там взяв себе лошадей и продолжив путь верхом. Бывший вассал принял облик уважаемого наставника, в то время как Цзюнь У снова обратился Лю Веньянем. В ответ на удивленный взгляд, он объяснил, что будет странно, приведи бессмертный заклинатель с собой странного и никому не известного мужчину. А вот если он прибудет со своим учеником, то ни у кого не возникнет лишних вопросов. — Ты помнишь, что говорил мне как-то раз? — резко заговорил Мэй Няньцин посреди пути, прервав уютное молчание. В ответ на явное непонимание на чужом лице, тот сразу пояснил. — Что Император это лишь маска. Можешь объяснить? — Я создал этот образ с нуля, и поэтому он целиком и полностью состоит из лжи, а то, что я его использую, делает меня лицемером. — ответил небожитель, бездумно разглядывая подергивающиеся уши своей лошади. — А как ты снова попал на Небеса? — Я вознесся второй раз. — То есть ты полноправный небожитель, верно? — получив в ответ кивок, Мэй Няньцин слабо улыбнулся. — И поэтому достоен находиться в Небесной столице так же, как и любой другой бог? — Другие божества не являются демонами. — недовольно отозвался Цзюнь У, догадываясь, к чему клонил заклинатель. — Ну это их проблемы, — хихикнул тот, но спустя мгновение его лицо снова стало серьезным. — Тогда скажи мне, кто добился порядка на Небесах: ты или Император? — заметив чужое замешательство, Мэй Няньцин лишь усилил свой натиск. — Кого уважают твои подчиненные: тебя или его? Кто в конечном итоге вернул Небесам былое величие? — Все это не так просто, — вздохнул Цзюнь У, хмурясь и потирая пальцами виски. — Я понимаю! Однако почему ты так яростно открещиваешься от всех хороших и достойных поступков, которые ты совершил? Неужто так хочешь верить в то, что ты на самом деле не заслуживаешь признания? — Все, что я делал, было не из доброго умысла. Восстанавливая Небесную столицу, я ни разу не подумал ни о благе будущих богов, ни о благе смертных. — недовольно отозвался Владыка. Он не любил, когда кто-то пытался лезть ему в душу, но теперь это был Мэй Няньцин, которого лучше было выслушать. — И тем не менее ты все же восстановил ее. — бывший вассал улыбнулся. — Просто пойми: наш характер, наше мировоззрение не меняются по щелчку пальцев. Обернувшись демоном, ты не обязан был утерять все свои положительные качества. Ты перенес много боли, но даже такой, сломленный, ты остаешься самим собой. И трудиться на благо других всегда стояло для тебя на первом месте. Просто не бойся признать, что ты настолько же ужасный демон, насколько справедливый бог. — Ты не можешь мне рассказывать, кто я есть на самом деле! — осклабился Цзюнь У, сжимая в руках поводья и сердито глядя на заклинателя. — Не могу. — согласился Мэй Няньцин, поднимая руки в мирном жесте. — Но я могу помочь тебе разобраться. Глядя на тебя, я боюсь, что ты слишком глубоко погрузишься в это противоречие и слишком сильно будешь пытаться убедить себя в том, что в тебе не осталось ничего хорошего. — О, брось. Я этого не заслуживаю. — отмахнулся Владыка, но его согрела мысль о том, что бывший вассал не только почувствовал его внутреннее противоречие, но и хотел теперь помочь. — Молодой человек! — воскликнул Мэй Няньцин, давясь смехом. — Если этот наставник увидел у вас слабое место, с этим нужно работать. — В таком случае, этот ученик повинуется. — елейным голосом отозвался Цзюнь У, а заклинатель теперь уже открыто рассмеялся, даже не трудясь прикрыть рот рукавом. — О звезды, из твоих уст это звучит ужасно. — пробормотал он, утирая выступившие слезы. — Не я это начал. — отозвался Император, пряча довольную улыбку за волосами. Добрались они через пару дней. Конференция проходила на территории клана Шан Су, и теперь небожитель знал, что это был тот орден, в котором его бывший вассал преподавал долгое время перед их встречей. Местные адепты встретили их тепло, а глава Су, оказавшийся высоким и широкоплечим мужчиной в летах, даже обнял наставника за плечи, хлопая того по спине и тут же пускаясь в монолог о том, как у них в клане шли дела. Подобно потерянному щенку, Цзюнь У поплелся за Мэй Няньцином, кидая взгляды по сторонам. На него мало кто обращал внимание, что играло ему на руку, ведь так не придется лишний раз рассыпаться в любезностях перед всякими незнакомцами. Дойдя до главного здания, они встретили остальных лидеров: главы небольших региональных кланов сбились вместе, о чем-то шушукаясь, а лидеры крупных орденов стояли чуть поодаль. Глава Ян, о чьем существовании небожитель уже успел забыть, выглядел явно не в своей тарелке, новый глава Хэ кидал по сторонам мрачные взгляды, а глава Ли тотчас оживился и расплылся в легкой улыбке, заметив их компанию. Рядом с каждым была небольшая группа из помощников и старших учеников, которые в будущем должны были быть включены в управление, и потому теперь ездили по важным собраниям, набираясь опыту. Среди учеников из Чанди Ли Владыка заметил уже знакомых ребят с Ли Нин во главе и тут же расслабился. — Уважаемый наставник Мэй, как я рад, что вы приняли наше приглашение! — воскликнул Ли Веньхуа, выходя им навстречу. Новый глава Хэ же передернул плечами и чуть сморщился от чужого возгласа, недовольно косясь на новопришедших. — А кто это с вами? — Мой ученик, Лю Веньянь. — мягко отозвался Мэй Няньцин, оборачиваясь и находя небожителя глазами. Цзюнь У тотчас подошел ближе и встал сбоку от своего бывшего вассала, согнувшись в легком приветственном поклоне. — Этот ученик приветствует великих лидеров. — сказал он очень вежливым тоном, краем глаза замечая, как дернулись губы его заклинателя. Ли Нин же, услышав его голос, тотчас встрепенулась и обернулась, и ее лицо радостно посветлело. На первой части собрания разрешено было присутствовать всем. Главы и другие важные гости расположились за длинным столом, а их сопровождающие заняли места на скамейках у стен, слушая и записывая чужие доклады. Благо, длилось это не дольше пары часов, иначе Император бы совсем заскучал: дела смертных его мало интересовали. Поэтому он просто задумчиво наблюдал за Мэй Няньцином, ловя каждый его жест и каждую эмоцию и втайне радуясь тому, что может вот так следовать за человеком, служа ему опорой. Когда настал перерыв, сразу несколько людей обступили наставника Мэя, и, увидев это, Цзюнь У недовольно вздохнул и принялся просто слоняться по залу, выхватывая некоторые фразы. Затормозив на момент около адептов Хэ, он услышал обрывок разговора: — Мы не можем сейчас идти на столь большие риски! — прошипел помощник главы, горбясь и подозрительно оглядываясь по сторонам. — Репутация клана Хэ вне угрозы. — мягко отозвался уже знакомый небожителю мужчина, стоявший рядом с новым лидером, и на его лице проступила уверенная улыбка. — Я долгие годы был полководцем при бывшем лидере и теперь славлюсь своей стратегией, и теперь вы ставите это под сомнение? — Ни в коем случае! — воскликнул помощник и тотчас прикрыл рот рукой. — Все будет в порядке. — кивнул глава Хэ и отвернулся к окну, пригубив вино в своей пиале, а Император лишь приподнял бровь. Если бы эти люди говорили о чем-то честном, то стали бы они искать как можно более расплывчатые формулировки, оставляющие впечатление, будто разговор велся ни о чем? С другой стороны, они и правда могли обсуждать будущее сотрудничество с остальными. — Лю Веньянь! — от размышлений его отвлек чужой голос. Обернувшись, он обнаружил перед собой Ли Нин в сопровождении других адептов. Приглядевшись, он разглядел среди них Чжан Бэя - его имя он вспомнил не сразу - и с трудом подавил раздражение. Кого-кого, а мальчишку, с которым у них вышел односторонний конфликт в прошлом, он не хотел здесь видеть. — Ли Нин, рад тебя видеть. Как вы поживаете? — спросил он с ласковой улыбкой. — У нас все хорошо, дела постепенно идут в гору. — отозвалась она. — Как все-таки хорошо, что с тобой все в порядке. В прошлый свой визит наставник Мэй говорил, что не знает, что с тобой, и я уж успела подумать, что что-то случилось. — Все и правда в порядке, — усмехнулся Цзюнь У, тронутый чужой заботой. — Просто во время сражений я возвращался к семье, но когда все закончилось, я вновь разыскал учителя. — Хорошо. Пойдем наружу, а то нас и так скоро погонят. — сказала Ли Нин и махнула рукой по направлению к выходу. — Мы разве не можем остаться? — удивленно спросил Владыка, на что Чжан Бэй хмыкнул и резко ответил: — Неужто наш сельский мальчик впервые на собрании? Сейчас начнется закрытая часть, на которой ученикам присутствовать не положено. — тут Ли Нин недовольно на него шикнула, а Император лишь вскинул брови. Давненько никто не говорил с ним в таком тоне. Пробираясь к дверям, он невольно обернулся и нашел глазами Мэй Няньцина, рассматривая его строгий профиль. И в этом, и в истинном обличие тот сохранял статность и величественность, которая вызывала трепет и уважение. Будто почувствовав чужое внимание, заклинатель обернулся, и их взгляды ненадолго встретились, отчего вдоль позвоночника Цзюнь У пробежали мурашки, будто его поймали на чем-то постыдном. Мэй Няньцин успокаивающе улыбнулся ему на прощание, и небожитель кивнул в ответ, прежде чем развернуться и выйти. — Итак, чем займемся? Времени у нас полно, главы наверняка опять засидятся до самого вечера. — заговорил один из учеников Ли, упирая руки в бока. Все тут же зашушукались, но Ли Нин поспешила прервать нарастающий гомон. — Шан Су - орден лучников, так что на здешнем тренировочном поле очень хорошие мишени. — объявила она, и толпа учеников тотчас двинулась прочь, наперебой обсуждая первую часть конференции. Владыка пошел следом, не особо обращая внимание на окружающих, однако он тут же заметил, когда кто-то пристроился к нему сбоку. Подняв глаза, он увидел Чжан Бэя, который изо всех сил старался выглядеть уверенным и спокойным. Подавив кривую ухмылку, Цзюнь У отвернулся и как ни в чем не бывало зашагал дальше, не начиная разговор и затягивая тем самым молчание, в тайне наслаждаясь тем, как юноша постепенно начинал сгорать от неловкости. — Ты!.. — воскликнул он наконец, но тут же умолк, будто не зная, что говорить дальше. — Я. — согласился небожитель, слегка приподняв бровь, но не сбавляя шаг. — Ты цел. Это хорошо. Я рад. — прерывисто проговорил Чжан Бэй, морщась от собственной неловкости. — Мне тоже приятно видеть тебя в добром здравии. — наконец сжалился Владыка, позволяя себе коротко улыбнуться. Ученик тотчас расслабился, и из его походки исчезла лишняя скованность. Закинув руку на рукоять короткого меча, прицепленного к поясу, тот фыркнул. — Не думай, что с меня как с гуся вода. Мне действительно… стыдно за то, что я сделал. Не знаю, что на меня нашло. — Я не в обиде. — с легким удивлением отозвался Цзюнь У. Честно, он ожидал новой порции яда, уже приготовившись либо игнорировать, либо язвить в ответ, но искреннее раскаяние согрело ему душу. — Так ты теперь вроде как частный ученик наставника Мэя? Это здорово. — перевел разговор Чжан Бэй, разглядывая спины идущих впереди адептов. — Я вот снова торчу в своем маленьком клане и надеюсь, что если уважаемый учитель будет набирать еще одну группу, то он простит мне мой промах и даст второй шанс. — Если ты сможешь убедить его, что заслуживаешь, то конечно даст. — честно ответил Император. Мэй Няньцин не был тем человеком, который ставил на окружающих крест. Его терпение и вера в лучшее, особенно когда это касалось нерадивых учеников или же его Высочества, не знали границ, однако небожитель не был уверен, что в ближайшее время тот захочет вернуться к преподаванию. На тренировочном поле и правда было много мишеней. Некоторые из них стояли совсем близко друг к другу, другие находились в отдалении. Парочка пробковых досок да мешков, набитых соломой, и вовсе располагались вне поля, и лишь самый талантливый стрелок мог бы достать до них. Собравшихся адептов было не так много, и потому тренировочного оружия хватило всем. Выбрав себе легкий выгнутый лук, Цзюнь У подошел к Ли Нин, которая распределяла учеников по группам подготовки. Те, которые вовсе не умели стрелять, отправились к ближним и крупным мишеням под предводительством одного из адептов Ли, остальные же остались подле своей шицзе, выстраиваясь в очередь и так и светясь от нетерпения показать свой талант. — У вас в ордене учат пользоваться стрелковым оружием? — с легким удивлением спросил Император, перебирая оперение стрелы. — У нас нет, но пару раз отсюда в Чанди Ли приезжали учителя по обмену, а, поскольку госпожа Ли Фан готовит меня стать ее помощницей, я должна хорошо владеть разными искусствами, в частности и разными видами боя. — с готовностью объяснила Ли Нин, а Владыка мысленно пожалел ее: стать девочкой на побегушках у такой строгой и прагматичной женщины, как заместительница главы Ли, звучало печальной участью для пышущей энергией и любопытством ученицы. Однако, о своей будущей должности девушка говорила с гордостью, и потому небожитель решил ничего ей не возражать. Наблюдая со стороны за остальными учениками, он лениво подмечал ошибки в их стойке или в том, как они натягивали тетиву. Сразу было видно, что им не хватало практики, потому сейчас половина стрел летела мимо, вызывая взрывы хохота у ждущих своей очереди. Когда вперед вышла Ли Нин, все тотчас замолчали и с интересом проследили каждое ее движение. Тут уже чувствовались опыт и уверенность: девушка встала левым боком, держа идеальную осанку, и единым плавным движением вскинула лук и натянула тетиву. Спустя пару мгновений она уже выпустила три стрелы, которые со свистом достигли дальних мишеней: каждая попала ровно в центр. Под дружные свист и аплодисменты ученица грациозно поклонилась и убрала свой лук за спину. — Лю Веньянь, твоя очередь. — бросила она задорно, проходя мимо Цзюнь У. Выйдя к проведенной на земле черте, от которой все стреляли, небожитель слегка дернул плечами. Боевые искусства были его отдушиной на Небесах, потому в свое время он добрался и до стрельбы, достигнув мастерства во владении как и легкими и охотничьими луками, так и тяжелыми, вырезанными и выкованными специально для боя. Руки уверенно лежали на теплой и чуть шершавой рукояти, а тело постепенно вспоминало правильные движения. Поставив стрелу на полку, Владыка натянул тетиву и затаил дыхание, дотягиваясь духовной энергией до каждой из мишеней. Высокий уровень самосовершенствования мог вывести тренировки и бой на новый уровень, когда человек мог слиться не только со своим оружием, но и со своей целью, которую он готовился поразить. Отклики энергии дорисовывали мир там, где чего-то могли не уловить глаз или ухо, и потому теперь попасть даже в самую дальнюю мишень не представлялось тяжелой задачей. Выдох - стрела просвистела и воткнулась в цуне от стрелы Ли Нин. Еще секунда - и следующая стрела попала ровно в центр уже следующей цели, раздробив предыдущую стрелу. Третий, последний выстрел должен был прийтись в мешок, расположенный в подножие холма в нескольких инях, однако мишень так и осталась нетронутой. Затаившая дыхание толпа загудела. — Неплохая попытка, Лю Веньянь. — прокомментировал подошедший Чжан Бэй и тотчас вскинул свой лук, выстрелив и попав в ту мишень. Но Цзюнь У лишь приподнял бровь и отправился доставать стрелы из пораженных целей, собирая их в колчан. Миновав последнюю мишень, он прошел еще чуть вперед, пока не достиг небольшое деревце. Ударив кулаком по его стволу, он подставил ладонь - и на нее тотчас упало пронзенное стрелой яблоко. — Я попал в невидимого врага, — объяснил он, вернувшись к пораженным ученикам. — Скорее уж в выдуманного! — недовольно воскликнул Чжан Бэй, скрестив руки на груди и недовольно сведя брови к переносице. Остаток вечера они просто бродили по округе, то слоняясь от здания к зданию, то умудряясь что-то свистнуть из местной столовой, то располагаясь на мягкой траве. Император хотел отдохнуть в тишине и покое, забравшись на какое-нибудь старое и толстое дерево, но Ли Нин и Чжан Бэй сочли своим долгом последовать за ним. В конечном итоге они уселись на развилке ветвей, болтая ногами. Пока его спутники о чем-то сплетничали, Цзюнь У прикрыл глаза и подумал о Мэй Няньцине. Теперь подобные мысли вызвали в нем забытые тепло и трепет, и на мгновения его оскверненная жизнь даже казалась проще и приятнее. Подавив внезапное желание связаться со своим бывшим вассалом с помощью духовной связи, чтобы развлечь того на явно скучной конференции, Владыка прислушался к спору Ли Нин и Чжан Бэя. — Быть богом литературы глупо! — воскликнул последний, взмахивая руками и лишь чудом удерживаясь на ветке. — Просиживать штаны за написанием всяких стишков - вот и вся наука! — Да даже слепой увидит разницу между стишком и стихотворением! — тут же заспорила старшая ученица. — Да к тому же, словесность, риторика - все это очень важно. Если бы Небеса состояли из одних только богов войны, они бы рухнули из-за внутренних распрей уже спустя неделю. — У нормальных воинов не находится времени для ссор, они всегда заняты делом. — фыркнул Чжан Бэй. — Быть любым богом глупо. — вставил Цзюнь У, бросая ленивый взгляд на спорящих. — Это еще почему? — удивился юноша, оборачиваясь на него. — Тебя все любят, тебе все молятся. Так еще и живешь вечно. — Любят только пока ты выполняешь все их прихоти. — пожал плечами Император. — Небожитель и привилегированный слуга - одно и то же. — Ну не может же быть такого, чтобы боги только и делали, что работали. В чем тогда вообще смысл самосовершенствоваться и возноситься? — удивилась Ли Нин. — Небожители это бывшие люди. Кто-то будет исправно работать, кто-то - лениться и искать поблажки, но задач одинаково много у каждого. Вот вы бы хотели стать богами? — Нет, на земле у меня семья и друзья, и я бы не хотела оставлять их позади даже ради того, чтобы служить на благо своим последователям. — честно ответила Ли Нин, вызвав у Цзюнь У легкую улыбку. Чжан Бэй же согласно закивал и затем задумчиво произнес: — Получается, самосовершенствующиеся, которые стремятся вознестись, все-таки очень странные? Кем надо быть, чтобы обречь себя на вечную работу на Небесах, да еще и потеряв возможность видеться с семьей. — Они и правда странные. — усмехнулся Владыка, сорвав с ближайшей ветви листочек и теперь крутя его между пальцами. — Но, чтобы не чувствовать себя одинокими, будущие боги забирают с собой слуг. Обычно это их родственники или друзья. — А откуда ты все это знаешь? — спросила Ли Нин, с любопытством склонив голову к плечу. — Мне рассказал наставник Мэй. — легко соврал Цзюнь У, и его слушатели тотчас доверчиво закивали, так что небожитель почувствовал даже легкое удовлетворение, прячась за авторитетом заклинателя. — Ли Нин, вот ты где! — снизу донесся оклик одного из адептов. — Собрание уже закончилось, а тебя еще и искать надо. Спускайся, скоро будет ужин, а потом уже отбой. — Мы засиделись. — неловко улыбнулась ученица и аккуратно спрыгнула вниз. Слезая с дерева, Император невольно почувствовал укол ревности: пускай прошло не очень много времени, но Мэй Няньцин все еще не потрудился с ним связаться. Неужели болтовня с важными шишками настолько интереснее? Стоило его бывшему вассалу лишь шаг ступить в сторону заклинательского мира, как тот тотчас норовил куда-то исчезнуть. — Вы случайно не видели наставника Мэя? — спросил он у группы учеников, собиравшихся возле главных зданий. Когда те лишь покачали головой, он нахмурился и пробился к главе Ли. Тот выглядел немного уставшим и теперь отмахивался ото всех, кто подходил к нему поговорить. Так он чуть ли не проигнорировал и Цзюнь У, но тот был достаточно настойчив, и лидеру пришлось-таки обратить на него внимание. — О, ты же новый ученик уважаемого учителя Мэя? Увидишь его - передай, чтобы зашел ко мне завтра на чай. Он вроде не хотел оставаться надолго, так что я намеревался успеть украсть у него как можно больше времени. — улыбнулся заклинатель в ответ на приветствие. — То есть вы не видели моего учителя? — удивленно спросил Император. Он-то был уверен, что Ли Веньхуа должен был крутиться подле Мэй Няньцина. — Я думал, он поспешил к тебе. В последний раз я видел наставника, направляющимся к северному выходу из главного здания. Я хотел его поймать, но он так быстро испарился. — нахмурился глава Ли, скрещивая руки на груди. — Что ж, понятно. Спасибо и хорошего вам вечера. — быстро попрощался Цзюнь У и поспешил отойти в сторону, незаметно стараясь связаться со своим бывшим вассалом. Чужая энергия всколыхнулась, но почти тут же резко пропала, и в сети духовного общения стало тихо и пусто, будто заклинатель разом обрубил все связи. Нахмурившись, небожитель попытался найти след Мэй Няньцина, но и здесь его ждала неудача: нигде не находилось ни малейшего намека на его местоположение. Такое могло быть только в одном случае: если бы бывший вассал лишился разом всей своей силы. — Что-то случилось? — его окликнула встревоженная Ли Нин, которая все это время, оказывается, наблюдала за его метаниями со стороны. — Наставник Мэй пропал.