Холодным утром я скажу тебе самое важное

Как только конференция подошла к логическому завершению, Мэй Няньцин аккуратно собрал свитки с программой и собственные заметки и отложил их в сторону, чтобы позже передать главе Су. Оставаться дольше у него не было никакого желания: не то чтобы он совсем ненавидел заниматься бюрокоратией, за прошедшие годы он даже нашел в этом некое успокоение. Однако, не принадлежа ни к одному из орденов, он чувствовал себя порой чужим на таких собраниях, пускай даже и был специально приглашен как «нейтральная сторона», и потому бурные обсуждения сливались для него в белый шум, стремительно уносящийся прочь. Поднявшись из-за стола, заклинатель хотел было выйти через главный выход, чтобы отыскать своего принца и потихоньку улизнуть из клана, иначе ему пришлось бы провести целую ночь не в своей уютной комнате, а в местных гостевых покоях. — Господин Мэй! — тихо окликнули его со стороны, и, обернувшись, Мэй Няньцин обнаружил перед собой неприметного адепта Хэ, совсем еще юного и низенького мальчишку, который мялся сейчас на месте и прятал взгляд, будто боясь посмотреть на заклинателя. — Что такое? — он попытался вложить в свой голос мягкость, чтобы приободрить посыльного, и тот, сглотнув, сказал: — Глава клана хотел бы пригласить вас на ужин, чтобы отблагодарить за помощь нашему бывшему лидеру. — заклинатель тотчас недовольно нахмурился - задерживаться не было у него в планах. Заметив его перемену настроения, слуга тотчас добавил. — Он очень настаивал! Сдавшись, Мэй Няньцин позволил увести себя через северный выход, и по опустевшему двору они достигли корпусов, в которых расположились гости из южного клана. Там их встретил высокий мужчина с жесткими темными волосами, убранными в небольшой пучок, и шрамом на носу. Кивнув слуге, он отпустил его и тотчас улыбнулся бессмертному заклинателю, однако его улыбка выглядела холодной и ненастоящей. — Добрый вечер, уважаемый наставник Мэй, мое имя Хэ Шэнли, я был полковником при бывшем лидере Чен Хэ, сейчас же я возглавляю нашу охрану. Наш новый глава просил меня проводить вас до места встречи. — Ужин состоится вне Шан Су? — удивился Мэй Няньцин, направляясь за мужчиной. — Что вы, мы бы не стали приглашать вас в местную столовую! Вместо этого глава Хэ распорядился о пикнике на природе, благо окрестности изобилуют крытыми беседками и павильонами. Когда они вышли за пределы ордена, заклинатель начал ощущать нарастающее беспокойство. Будь это официальное приглашение, глава ордена Хэ мог бы обратиться к нему лично, а не подсылать в толпе своих слуг. Да и провожающих было бы больше. Стоило Мэй Няньцину потянуться рукой к виску, чтобы предупредить его Высочество, как на спине между лопаток почувствовалось острое жжение от талисмана. Ахнув, заклинатель споткнулся от неожиданности, но его тотчас поймали, но отпускать не спешили. Вместо этого глава охраны надавил пальцами на его запястье, и последняя духовная энергия запечаталась в меридианах. — Что вы делаете? — возмущенно воскликнул Мэй Няньцин, стараясь вырвать руку из чужого захвата, но теперь, лишенный всех сил, по сравнению с другим заклинателем он был не сильнее ребенка. К тому же, вместе с духовной энергии ушла и маскировка, и Хэ Шэнли взглянул на него с неподдельным интересом. — Вот вы значит какой, бессмертный господин Мэй. — в чужом голосе прозвучала недобрая ухмылка. — Что же вы встали? Мы еще не дошли до места встречи. Глава стражи оттащил его прочь с лесной тропы и выкинул из рукава новый талисман, в котором Мэй Няньцин признал печать для пространственного массива. Бросив талисман под ноги, мужчина толкнул заклинателя прямо в поднявшееся с земли облако дыма, и уже спустя мгновение они оказались в абсолютно неизвестном ему доме, окна в котором были плотно занавешены. Там их встретило несколько солдат, которые приветственно кивнули Хэ Шэнли и, передав ему небольшой вытянутый футляр, тотчас выскользнули во двор. — Мы были готовы к тому, что вы окажетесь не так просты, как любой другой смертный или даже продвинутый заклинатель, и специально озаботились подходящим… инструментом. — сказал мужчина, нажимая на невидимые рычажки, и футляр со щелчком раскрылся. На мягкой обивке лежал тонкий кинжал, чье лезвие было покрыто зазубринами. — Я надежно заблокировал ваше ядро, и потому вы в любом случае не сможете исцелиться. Но для пущей уверенности я покрыл этот клинок ядом, который отравит ваши меридианы, медленно выжигая их и увеличивая ваши страдания от полученных ран. Так что при любом раскладе вы умрете, но то, быстро или же медленно и мучительно, зависит от того, что делает вас таким бессмертным. — Но за что? — спросил Мэй Няньцин, стараясь сохранять внешнее спокойствие. Да, его уже пронзали и резали, но никогда при этом не лишали духовной энергии, так что теперь он даже не мог предположить, будут ли удары этим кинжалом смертельны. — За что? — переспросил Хэ Шэнли с легким удивлением. — Причин много, уважаемый наставник Мэй. Для начала вы слишком многое знаете о состоянии нашего бывшего лидера. По официальной версии бывший глава покинул свой пост и удалился в медитацию, чтобы замолить свои грехи, и никто не должен узнать о его унизительной болезни и о том, что на выздоровление он смог пойти только благодаря какому-то чужаку. К тому же, нас не устраивает вес вашей фигуры на политической арене. Не принадлежа ни к одному клану и являясь фактически маргиналом, вы сильно влияете на действия кланов Чанди Ли и Шан Су, из-за чего они выдвигают все более и более жесткие требования. — Вы переоцениваете мое влияние, в последнее время я лишь раз посетил орден Ли еще перед тем, как оказал помощь вашему бывшему лидеру, и то пробыл там не дольше нескольких дней! — нахмурился Мэй Няньцин, но Хэ Шэнли лишь фыркнул и небрежно махнул рукой, не принимая его возражения. — Мы оба знаем, что глава Су слишком занят праздными забавами, глава Ли бесхребетная тряпка, а его заместительница слишком занята внутренним порядком. Отчего тогда они теперь так и норовят вставить нам палки в колеса? Чен Хэ не намерен прогибаться под равнинных крыс и горных козлов. — безапелляционно проговорил глава охраны, доставая клинок и взвешивая его на ладони. Бросив примеривающийся взгляд на заклинателя, он сделал резкий шаг вперед и занес было руку, но Мэй Няньцин тотчас нырнул ему под локоть и отскочил на другой конец комнаты. — Убьете меня вот так? Даже последнего желания не дадите? В конце концов, я же вылечил вашего лидера. — сердито воскликнул он. — Хотите тянуть время? Это бесполезно. — фыркнул Хэ Шэнли. — Мы не только лишили вас духовной энергии, но и применили заклинание, которое стирало бы ваш след. Так что теперь вас найдут уже только мертвым недалеко от места, где остановились бывший глава и его люди. — Я просто хочу провести последние минуты своей жизни приятно. — сухо отозвался Мэй Няньцин, внутренне надеясь, что его принц почует неладное и сумеет со всем разобраться. — Вот как. — с сомнением отозвался глава охраны, переводя взгляд со своего клинка на заклинателя. — И чего вам хочется? — Хорошей игры в карты. — не задумываясь выдал Мэй Няньцин, а Хэ Шэнли на это удивленно присвистнул. — Да вы меня удивляете, уважаемый наставник! Я думал, что вы пожелаете помедитировать или помолиться предкам. — усмехнувшись, мужчина убрал кинжал себе за пояс и открыл входную дверь, окликнув расположившихся там солдат. Уже пару минут спустя у них на столе оказались свечи, случайно прихваченная кем-то колода, две пиалы и глиняный кувшин. — Зачем нам вино? — хмуро спросил Мэй Няньцин, усаживаясь за стол и принимаясь тасовать карты. — Ну как же, вот все составляющие хорошего вечера: карты, вино… Не хватает красивой женщины, но да пускай вместо нее будете вы, я не возражаю, особенно если все закончится веселым кровопролитием. — мрачно усмехнулся Хэ Шэнли, садясь напротив и разливая душистый алкоголь. — Почему вы не боитесь, что подозрения падут на вас? — поинтересовался Мэй Няньцин спустя где-то полчаса молчаливой игры. Они успели уже закончить несколько партий и теперь начали новую, и пока заклинатель выигрывал - жаль только, что эти победы не обеспечат ему спасение. — Глава Хэ сейчас на официальном ужине с главой Су, а все адепты и сопровождающие, вписанные в официальное приглашение, отдыхают на территории ордена. Для меня же была сделана и спрятана в моих покоях отдельная кукла, так что это обеспечивает мне алиби. — хмыкнул Хэ Шэнли, допивая уже вторую чарку вина. — А обвинить вы во всем планируете бывшего лидера? Зачем, если его репутация все еще так важна? — удивился Мэй Няньцин. — Вина будет возложена на его племянника. На самом деле, бывший глава завещал свое место ему, а не нынешнему управляющему, но глупый родственничек вызвался сопровождать его во время уединения. Однако если он надумает вернуться, то будет иметь все шансы оспорить решение совета старейшин и вернуть себе место во главе Чен Хэ, и многие в этом встанут на его сторону. Так что мы, считай, убиваем двух птиц одним камнем. — глава стражи хмельно подмигнул и громко поставил пиалу обратно на стол. — Что же вы, наставник, не пьете? Вам в жизни больше такого шанса не подвернется. — Я воздерживаюсь от алкоголя. — И даже перед лицом смерти он праведник! — расхохотался Хэ Шэнли, достав из-за пояса кинжал и помахав им в воздухе. Затем он вновь наполнил свою чарку и поднял тост. — Выпьем за то, чтобы ваша душа не превратилась в обиженного призрака и не преследовала меня до самой смерти! Тут со двора послышались вой и невнятный шум, и стражники за дверью беспокойно зашевелились. Глава охраны обернулся и хотел было встать, чтобы пойти проверить, что происходит, но Мэй Няньцин опередил его. — Выпьем! — воскликнул он и одним легким движением опрокинул в себя вино. Хэ Шэнли тотчас отвлекся, впечатленно проследив за его жестом. — Вот так бы сразу! А то весь вечер сидели, как на похоронах. — он рассмеялся от своей же шутки и вновь уселся за стол, пьяным взглядом рассматривая свои карты. Заклинателю же стало не по себе: всю свою жизнь ему удавалось избегать спиртное, а сейчас у него даже не было как такового ядра, чтобы сжечь алкоголь. По телу постепенно разливалось жгучее тепло, горло горело, а голова постепенно тяжелела.

***

Остановившись у выхода из главного здания, Цзюнь У упер руки в бока и озадаченно посмотрел себе под ноги, будто истоптанная земля могла дать ему какие-то ответы. — Странно, что наставник пошел на север. — подал голос Чжан Бэй. — Тут только скотный двор да здания под склады и кухни. — Еще тут располагается часть гостевых построек. Раньше они не использовались, так как были неудачно построены напротив рабочей зоны, но теперь туда сселили адептов Хэ. — Их поселили напротив кур да свиней? — захихикал ученик, и на его лице отразилось восхищение. — Ну, по официальным данным им просто не хватило места в основных корпусах. — усмехнулась в ответ старшая ученица. — Но что-то мне подсказывает, что глава Су неспроста их сюда определил. Сейчас никто не относится к Чен Хэ особенно хорошо. Выслушав их разговор, Император молча направился в сторону гостевых зданий, впрочем, пока только проходя мимо них и не останавливаясь, но зато кидая очень внимательные взгляды. Большинство адептов выглядели расслабленными и заскучавшими, слоняясь из стороны в сторону, и лишь один сурово их окликнул, спросив, что они вынюхивают. Быстро отмахнувшись, они продолжили путь и вскоре остановились прямо за воротами, на которых были закреплены талисманы, охраняющие орден от нечисти. — Почему мы прошли мимо? Разве нам не стоит спросить, не видели ли они учителя? — удивленно спросил Чжан Бэй, на что Цзюнь У лишь раздраженно цокнул языком и, присев на корточки, вытянул руку вперед. Первые мгновения ничего не происходило, но вот из-под кустов и корней начали появляться призрачные огоньки, которые тотчас притягивались к небожителю, покорно зависая в паре цуней от его ладоней. Когда вокруг Владыки собралось с десяток огоньков, он скормил им немного своей энергии, как демонической, так и божественной, чтобы запутать охранные талисманы, и обратил их в крыс, так что замершие в стороне дети невольно ахнули. Приказав маленьким призракам отправиться в жилой комплекс и разведать обстановку, небожитель поднялся на ноги и отряхнул руки, наблюдая, как крысы тотчас слились с тенями и исчезли из виду. — Я не думаю, что наставник исчез сам по себе. Орден Хэ легко мог этому посодействовать, так что они последние, к кому бы я сейчас стал обращаться. — объяснил он, желая отвлечь учеников от того, что он только что провернул с огоньками. — Но почему он не мог просто… пойти прогуляться перед сном? — с ноткой истерики в голосе спросил Чжан Бэй. — Он бы меня обязательно предупредил, — нахмурился Цзюнь У. — Да кто ты такой, чтобы бессмертный перед тобой отчитывался? — тотчас вспыхнул юноша, но Ли Нин погладила его по плечу в успокаивающем жесте. — Наставник Мэй очень ответственный человек, я уверена, что он обязательно бы нашел возможность связаться со своим учеником перед тем, как куда-то уйти. — сказала она примирительно, а потом снова повернулась к Императору, который тем временем начал осматривать округу на наличие духовных следов. — Веньянь, что ты только что сделал с теми огоньками? — Обычно таких маленьких шпионов делают из бумаги, но у меня сейчас под рукой нет ничего, кроме травы, камней да всякой мелкой нежити. Я сомневаюсь, что учителя Мэя прячут где-то здесь, однако так мы можем узнать, не скрывают ли люди Хэ важной информации. Спустя минут пять начали возвращаться первые крысы, тотчас устремляясь к сапогам своего создателя. Склонившись, Владыка заглянул в их воспоминания и узнал, что лидер Хэ и его помощник сейчас были в ордене, трапезничая с местным главой, а вот бывший полководец куда-то пропал, вместо себя оставив плохонько сделанную куклу. Фыркнув, небожитель выпрямился и встал посреди тропы, уходящей глубже в лес, прислушиваясь к течению духовной энергии. Спустя пару мгновений он нашел, что искал: около получаса назад здесь проходил кто-то, чья энергия напоминала энергию куклы. — Лю Веньянь, что происходит? — тихо спросила Ли Нин, нерешительно дергая его за рукав. Цзюнь У обернулся и окинул своих спутников задумчивым взглядом: ученики выглядели испуганными и напряженными, и отпусти он их сейчас обратно в орден, они бы наверняка подняли шум. Да только кто поверит двум детям, которые сначала до сумерек шатаются по близлежащему лесу, а потом заявляют, что заклинатель, который и так собирался уехать как можно раньше, исчез? А вот люди Хэ могли напрячься и либо сделать что-нибудь с догадавшимися об их планах адептами, либо предупредить своих сообщников. — Похититель был здесь, я нашел его следы. — угрюмо отозвался небожитель, понимая, что детей придется тащить с собой. — И куда нам дальше? — слабым голосом спросил Чжан Бэй, видимо смирившийся с тем, что происходящее было покрыто для него тайной. — Они ушли глубже в лес, но вряд ли похитители стали бы скрываться вблизи от крупного лагеря. Нам следует искать след от массива. — Массива? — Да, печать для перемещения. В общем, просто ищите что-нибудь странное. — раздраженно отозвался Цзюнь У, принимаясь медленно продвигаться вперед, внимательно глядя себе под ноги. Спускающиеся сумерки не особо ему мешали, но вот его спутники зажгли светящиеся талисманы, и теперь они все дальше углублялись в лес, удаляясь от ордена. Вскоре Ли Нин ахнула и выпрямилась. — Кажется, я нашла! — воскликнула она, указывая рукой на землю, покрытую темными разводами. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это и правда были остатки массива, чья печать наполовину стерлась при использовании, но небожителя это не особо смутило. Опустившись на землю, он аккуратно достроил те недостающие части, которые у каждой печати были одинаковыми, и в конечном итоге получился почти первоначальный массив. Только если нетронутая печать могла указать на точное место, то эта была уже нерабочей, и сообщала лишь примерную область, куда с помощью нее могли перенестись. — И что это значит? — жалобно спросил Чжан Бэй. — В орденах совсем не преподают правила созданий массивов? — недовольно спросил Цзюнь У, на что юноша покачал головой, а Ли Нин ответила: — Это изучают лишь группы, специализирующиеся на создании талисманов, и то только в последние годы обучения, ведь использование пространственного талисмана обычно отнимает очень много сил, потому они не очень популярны среди заклинателей. — Массив ведет куда-то на юго-запад, я могу нас туда перенести с погрешностью в несколько десятков ли. — кивнул Владыка и взмахнул рукой, создавая новую печать прямо поверх старой. — Тебе хватит сил? — встревоженно спросил Чжан Бэй, на что небожитель лишь задумчиво кивнул. — Встаньте вплотную ко мне и возьмите меня за руки. После перемещения вас может начать тошнить. — предупредил он, и, как только ученики крепко схватились за него, активировал массив. Из мягких сумерек они угодили в густую южную ночь, жаркую и непроглядную. Ли Нин и Чжан Бэй тотчас отшатнулись и опустились на землю, стараясь прийти в себя, а Цзюнь У быстро проверил округу и в паре ли почувствовал сразу с десяток людей. — Дальше нам будет удобнее добраться верхом на мечах. — нехотя признался он, понимая, что его спутники не выдержат второе перемещение. Те тотчас закивали, и Ли Нин понимающе приблизилась к нему, протягивая руку и приглашая лететь вместе с ней. Судя по выражению лица Чжан Бэя, тот еле удержался от того, чтобы высмеять его за неумение перемещаться с помощью духовного оружия. Спустя еще около десяти минут быстрого полета над самыми деревьями, они увидели небольшую хижину, выглядевшую заброшенной, которую тем не менее охранял целый отряд солдат. Снизившись, они подобрались ближе через лес, прячась в тени кустов, и насчитали шесть охранников, двое из которых стояли у двери, а остальные четверо уселись на сломанной телеге посреди двора, играя в кости и что-то обсуждая. — Наставник Мэй наверняка там! — подытожила Ли Нин. — Зачем им еще охранять старую хижину. Да только как мы проберемся мимо стольких солдат? — Может, попробуем через окно? Или там есть черный вход? — спросил Чжан Бэй. — У таких хлипких и маленьких домиков не бывает черного входа, а пока мы будем лезть через окно, привлечем всю округу. — забраковала его идею старшая ученица. Цзюнь У тем временем почувствовал пару свирепых призраков неподалеку, приманенных внезапным визитом людей, но боящихся подойти поближе, и приказал им приблизиться. Спустя минуту к опушке вышло два существа с тигриной шерстью, волчьей головой и паучьими ногами, от которых издалека разило темной энергией и голодом. Ли Нин и Чжан Бэй разом умолкли и схватились за оружие, но небожитель лишь успокаивающе похлопал их по плечам. Тут непрошеных гостей заприметили и солдаты. Те четверо, что облюбовали телегу, обнажили свои мечи и выступили вперед, а двое стражей у двери замерли, напряженно за ними наблюдая. — Пошли. — тихо скомандовал Владыка и, придерживаясь тени деревьев, пробрался почти вплотную к зданию. Дальше путь лежал через двор, и, вздохнув, Цзюнь У приказал тварям напасть. Издав утробный вой, нечисть навалилась на солдат, тесня тех к лесу, и парочка охранников, оставшихся в тылу, ахнула и подалась вперед, выходя на середину двора, но пока не решаясь броситься своим товарищам на подмогу. Воспользовавшись тем, что они отошли, небожитель проскочил вперед и бесшумной тенью добежал до двери. Простенькая охранная печать не остановила небожителя, и, сломав ее легким касанием, Император ворвался внутрь. Первым, кого он увидел, был Мэй Няньцин, ныне потерявший свою фальшивую личину и выглядевший растерянным. Затем Цзюнь У перевел взгляд на того самого полководца Хэ Шэнли, что сначала пораженно замер, но теперь неверным движением выхватил странный кинжал. Оценив обстановку, небожитель рванулся вперед и налетел на похитителя, сбивая его со стула и отправляя в полет ударом сапога. В этот момент в комнату вбежали Ли Нин и Чжан Бэй и тотчас удивленно замерли у самой распахнутой двери, переводя взгляд с незнакомца на заклинателя. — Наставник Мэй, это вы? — неуверенно спросила старшая ученица, сжимая в руках меч, но ответ Мэй Няньцина опередила подоспевшая стража, и двое юных адептов обнажили оружие и принялись защищать вход. Цзюнь У наконец вырвал кинжал из чужих хоть и пьяных, но очень цепких рук, и изо всех сил загнал его мужчине в грудь. Чужие глаза пораженно распахнулись, и уже мгновением позже из его цицяо хлынула кровь. Оставив бьющегося в конвульсиях адепта Хэ на полу, Владыка поднялся на ноги и шагнул к своему бывшему вассалу, который просто стоял на месте, слегка пошатываясь. В неверном свете нескольких свечей его лицо выглядело очень бледным, а проступающий пятнами румянец казался нездоровым. — Они тебе что-то дали? — тихо спросил Владыка, обнимая заклинателя за спину одной рукой. — Да… нет. — невнятно отозвался он, и тут Цзюнь У заметил на столе кувшин и пустую пиалу. Недовольно поджав губы, он снова взглянул на Мэй Няньцина: он помнил, что его бывший вассал в юношестве всегда отказывался от вина, и вряд ли начал пить позднее во время странствий. А сейчас у него даже не было духовной энергии, чтобы прийти в себя. Значит, теперь отсчёт шел на минуты, и уж пускай тот окончательно опьянеет дома, а не в богом забытом домике, когда буквально за стенкой идет битва. — Надо… помочь детям. — пробормотал заклинатель и попытался было шагнуть к двери, но опять пошатнулся и оперся всем весом на Императора. Тихо вздохнув, небожитель помог Мэй Няньцину сесть и, не удержавшись, погладил того по голове. — Все будет хорошо. Сейчас я быстренько со всем разберусь и заберу тебя домой. — сказал он ласково, а заклинатель уставился на него своими светлыми блестящими глазами и закивал. Призвав Чжу Синь, Цзюнь У выскочил из дома и, вложив в меч побольше духовной энергии, отбил удары двух стражников, которые уже начали теснить выбившихся из сил учеников. Когда солдаты упали на землю без сознания, небожитель развернулся и нашел глазами оставшихся четверых, одного из которых уже загрызли твари. — Не смотрите. — приказал он Ли Нин и Чжан Бэю, и в следующую же секунду нечисть будто озверела и накинулась на людей с возросшей ненавистью, ломая оружие и разрывая плоть. Старшая ученица крупно вздрогнула при звуке душераздирающего крика и закрыла уши зажмурившемуся юноше. Затащив бессознательных стражей в дом, Император отозвал меч и начал инструктаж. — Вы двое. Сейчас я отдам вам тот клинок - не трогайте его, он весь в крови и яде - и перемещу вас и этих трех людей Хэ в орден Су. Скажите следующее: мы нашли место, где держали наставника, это леса на юго-западе. Нам повезло, и охранники отвлеклись на нечисть, а мы проскочили в дом. Этот. — он ткнул пальцем на, как оказалось, теперь уже начальника охраны. — был пьян, и попытался напасть, но я его зарезал, и, в случае чего, эта кровь на моих руках. Доказательства - кинжал и слова охранников, которые очнутся. Пусть на месте возьмут допросные талисманы, и тогда они во всем сознаются. Не давайте главе Хэ давить на вас, ищите поддержки у глав Ли и Су, они наверняка поспешат встать на вашу сторону. — А что с наставником? Его отравили? — встревоженно спросила Ли Нин, и, прежде чем Мэй Няньцин успел что-то сказать, Цзюнь У трагичным голосом ответил: — Да, это было частью пытки. Так что теперь мне нужно забрать учителя с собой, чтобы он мог прийти в себя. Как только его состояние улучшится, мы найдем способ связаться с главами орденов и подтвердить вашу историю. — Возьмите мой меч. — вдруг подал голос заклинатель, протягивая оружие в ножнах. Его лицо имело отстраненное выражение, и лишь румянец и дрожь в руках выдавали его истинное состояние. — Покажите его собравшимся, так вам скорее поверят. — А как нам поверят, если мы везде перемещались с помощью массивов? Обычный ученик на такое не способен! — воскликнул Чжан Бэй. — Лю Веньянь, кто ты, черт тебя дери, такой? — Он тоже бессмертный заклинатель. — невозмутимо подсказал Мэй Няньцин, сцепив руки в замок. Ли Нин и Чжан Бэй тотчас побледнели и уставились на Императора, как на восставшего призрака, и небожитель тяжело вздохнул. — Надеюсь, молодые господа простят мне эту шалость. — сказал он очень серьезно, метнув мрачный взгляд в бывшего вассала, который теперь беззвучно хихикал в рукав. — Да ничего… Это вы меня простите, что я… ну… там, ругался… — растерянно промямлил Чжан Бэй и тотчас низко поклонился. — Я же говорил, что не держу на тебя обиды. — отмахнулся Цзюнь У, поднимая разом повеселевшего Мэй Няньцина со стула. — Готовьтесь, сейчас я нас перемещу.