То самое шоу про геев-пиратов

S2 E1 101 ПЛЯЖ, ДЕНЬ «Под звуки морского прибоя ЭНДЖЕЛ и БЕНТЛИ выходят из воды на пляж, о котором мечтают молодожёны. Однако они не в настроении оценить открывшийся их взглядам пейзаж». Получив от службы доставки толстый коричневый конверт, содержащий сценарий второго сезона, Азирафаэль принялся с нетерпеливым трепетом ожидать читки. Как мило было со стороны Ньюта поместить в скобках под официальным названием сериала приписку: «То самое шоу про геев-пиратов»! Азирафаэль поудобнее устроился на постели, планируя за один присест прочесть толстую кипу листов. Не он один радовался сценарию в это утро: его телефон запищал как раз в тот самый момент, когда Азирафаэль принялся аккуратно выводить карандашные заметки на полях первой страницы. «Боже! Боже!» Пеппер была девушкой красноречивой и яркой. В первом сезоне их персонажи провели немало времени вместе, охотясь за сокровищами и скрываясь от преследовавших их властей. Она познакомила Азирафаэля с такими направлениями современной музыки, о которых он никогда не хотел бы узнать. А ещё ему нравилось думать, что он в какой-то степени помог ей получше разобраться в актёрской профессии. «Разве вам уже не положено спать, юная леди?» «Мне тринадцать! А вы не должны быть в это время в постели, пожилой человек?» «Я в постели. Никаких спойлеров. Я сейчас на втором эпизоде». «Я подожду тебя. Кричи мне в личку, когда доберёшься до конца третьей серии». Она была абсолютной милашкой, и увидеть её впервые со времени завершения съёмок первого сезона (если, конечно, не брать во внимание видеозвонок в день её рождения) Азирафаэль смог, приехав в конференц-центр в Слау. Заметно подросшая Пеппер заметила его почти сразу, и тут же поспешила к нему. Чтобы обнять её, Азирафаэлю не требовалось наклоняться. — Как ты выросла! — ахнул он, когда Пеппер повисла на его шее. Её мама стояла в нескольких футах и явно пыталась подавить желание вклиниться в разговор, чтобы не показаться слишком навязчивой. Азирафаэль улыбнулся ей. Она очень поддерживала дружбу своей дочери-подростка с тридцатидевятилетним одиноким мужчиной. — Я видел «Китовую кость», — сказал Азирафаэль, выпутываясь из объятий Пеппер. — Ты заставила меня плакать! Она просияла, глядя на него неотрывно: — Сильнее, чем ты плакал на вечеринке по случаю окончания съёмок? В тот день она подарила ему самодельную открытку «Спасибо, лучший наставник!», которая до сих пор стояла на кухонном столе его квартиры в Сохо и медленно осыпалась папиросной бумагой и блёстками. Их персонажи не были тесно знакомы друг с другом. Её героиня спряталась на корабле Энджела и вынудила его ей помочь, чтобы доказать, что девушка тоже способна пиратствовать в море. Гавриил исполнял роль её экранного отца, губернатора Порт-Ройяла, а о происхождении своей компаньонки шокированный Энджел узнал только в конце восьмой серии, когда капитан Бентли посадил его на гауптвахту военного корабля. — Я плакал гораздо сильнее, чем на той вечеринке, — признался Азирафаэль. — Рад, что смотрел этот фильм дома. У меня даже веки опухли. — Лучший отзыв из всех! — Пеппер обняла его ещё раз, а после отправилась к Анафеме, потому что если Азирафаэль был её актёром-наставником, то к режиссёру она относилась как к старшей сестре. Волна теплоты затопила сердце Азирафаэля, и он двинулся вглубь помещения, чтобы найти кулер с горячей водой и заварить себе чаю (пакетиками он запасся заранее). Людей становилось всё больше и больше. Многих Азирафаэль уже знал, но были в толпе и новые лица. Все они были к нему дружелюбны. Сара из отдела дизайна костюмов и Лиза, штатный фотограф, всегда старались завести с ним дружескую беседу. На съёмочной площадке они пристально следили за внешним видом актёров и подбирали для них наилучшие ракурсы. Было у них и несколько откровенных идей для второго сезона. Приятные встречи помогли Азирафаэлю ощутить себя уверенней и расслабиться. Все его мысли занимал Гавриил, приложивший немало усилий для того, чтобы на мероприятие они приехали порознь, и, несмотря на то, что они не виделись две недели, даже не думавший подойти поздороваться. Вместо этого Гавриил о чём-то говорил с Ньютом, и тот казался маленьким пушистым комочком, попавшим в свет фар мчащегося на него джипа. Что бы ни раздражало Гавриила, его нотации Ньюту ничем не помогут. Скорее, в третьем сезоне губернатора закопают по шею в песок на каком-нибудь необитаемом острове. Азирафаэль задумался, сильно ли взбесился бы Гавриил, если бы он вклинился в разговор, чтобы разобраться в ситуации и милостиво подкинуть решение? — О, Сатана, борода вернулась! — Кроули! — он даже не попытался скрыть своей радости. Ничто так не разрушало тщательно поддерживаемый Кроули образ безразличного человека, как искренний восторг Азирафаэля от их встречи. Если бы Кроули был котом, Азирафаэль подхватил бы его на руки и, не обращая внимания на шипение, носил по всему конференц-центру, рассказывая всем, какой он пушистый милашка. Кроули держал в руках огромную, наполненную дымящимся кофе чёрную кружку. Должно быть, он подошёл только за тем чтобы сказать «Привет», и мысль об этом согрела Азирафаэля до самых пят. И правда, милашка. Азирафаэль многозначительно взглянул на кружку: — Декофеинизированный, я надеюсь. Кроули издал пренебрежительный звук и, не желая переводить тему, проговорил: — Тебе следует завести для бороды отдельный аккаунт в Твиттере. — Ты следил за еженедельными постами о её росте. Как мило! — улыбнулся Азирафаэль, поглаживая бороду. — Избежать их было попросту невозможно. Преданные фанаты твоей бородёнки меня тэгали! Он говорил правду; Азирафаэль ликовал. — Должен сказать, твоя борода выглядит просто ничтожной. Кроули смущённо почесал щетину на подбородке. — Ну, в моём случае это всего лишь дополнение к образу, а не полноценный персонаж, как у тебя. Каково это — постоянно страдать из-за собственной бороды? — Расскажешь мне, когда выйдет второй сезон. Уверен, многим фанатам понравится видеть тебя заросшим. Беззаботность Кроули при этих словах испарилась, и его смех прозвучал надтреснуто, лающе. — Заросшим? Серьёзно? Их разговор в конце концов привлёк внимание Гавриила. Азирафаэль постарался скрыть свою радость. — Планируете свою следующую перепалку в социальных сетях? — поинтересовался Гавриил таким снисходительным тоном, каким император Древнего Рима обратился бы к самому глупому из своих сыновей. — Пожалуй, нам на некоторое время следует перестать переписываться, — быстро сказал Азирафаэль. — Чтобы ничего не проспойлерить. Кроули приподнял бровь, но, к счастью, прежде чем он успел произнести нечто такое, что разозлило бы Гавриила, его внимание привлёк шум у двери. Недоброжелатель мог бы сказать, что переполох был вызван намеренно, но если это и было правдой, обижаться не стоило, ведь переполох этот был ужасно очаровательным. Дело в том, что от дамы Марджори Поттс прямо-таки веяло уютом. Она выглядела расслабленной, а глаза её мерцали весельем. Казалось, она беззвучно приветствовала всех собравшихся в зале. — Прошу прощения, клянусь, М25 проектировали демоны! — с искренне извиняющейся улыбкой проговорила она. Впрочем, у неё дома в Котсуолдсе была целая полка с актёрскими наградами. А ещё, наверно, целая комната с шарфами и украшениями, если учесть, насколько шикарным был её внешний вид. — Марджори. Так рад, что вы всё же приехали! — Ньют оторвался от переписывания сценария, но не успел он и встать, как Марджори Поттс заключила его в объятия. — Я думал, она несколько выше, — прошептал Кроули, когда Марджори отстранилась, оставив следы коралловой помады на щеке Ньюта. Она устроилась рядом с ним, похлопала его по руке и любезно позволила представить себя Анафеме Гаджет. Азирафаэль ни разу ещё не видел, чтобы их режиссёр выглядела такой изумленной. — Ей вовсе не обязательно быть высокой, — с тихим благоговением откликнулся он. — У леди замечательная карьера. Интересно, остался ли кто-нибудь, чьё имя Ньют не записал в свою маленькую чёрную книжечку? — Сомневаюсь, — в голосе Кроули слышалась невероятная гордость, и на мгновение Азирафаэлю захотелось узнать побольше об их романе. В эту секунду он ощущал странную, необъяснимую зависть, что Ньют вообще когда-то встречался с Кроули. — Пойду поздороваюсь, — твёрдо кивнув, заявил Гавриил и принялся упорно прокладывать себе путь через наполненный людьми зал, чтобы занять оставшееся место рядом с членами королевской семьи. Азирафаэль постарался скрыть своё разочарование. — Гавриил отправился делать карьеру, — мягко сказал Кроули и добавил: — Скажи мне, что я ошибаюсь! — Просто в последнее время ему не предлагают новых ролей, а в сценарии второго у него не так много сцен, как ему бы хотелось. Гораздо меньше, чем у Кроули, которого Гавриил считал своим закадычным другом. Но Азирафаэль был слишком вежлив, чтобы произнести это вслух. Гавриил был сдержан и напрямую Азирафаэлю такое не говорил, однако его комментарии с головой выдавали все его мысли. Азирафаэль сочувствовал ему, изо всех сил стараясь скрыть волнение от предстоящей недели съёмок наедине с Кроули. По правде сказать, он всегда нервничал, когда оказывался один на один с кем-то столь знаменитым и крутым, как Кроули. Даже больше, чем во время встреч со всегда общительным Гавриилом. Но с Кроули было приятно работать, и, как в глубине души хотелось верить Азирафаэлю, он был чрезвычайно хорошим другом. Азирафаэль постоянно пытался с кем-нибудь подружиться, но зачастую слишком отличался ото всех остальных, потому как его вкусы и увлечения никогда не совпадали с интересом толпы. Однако со дня первой читки, а может, и раньше, с момента, когда их друг другу представили в ZOOMe, он чувствовал себя на редкость комфортно в обществе Кроули. Он мог быть суетливым и стервозным собой, а Кроули запросто это подхватывал и отвечал ему самым циничным нахальством. Получался хороший баланс. Их своеобразная химия просочилась в итоге в совместные сцены, и Гавриил ненавидел её всей душой. Из-за неё его персонаж казался куда большим злодеем, чем тихо противостоящий Энжелу капитан флота. Азирафаэль потёр виски, внезапно почувствовав, что запутался в треугольнике их отношений, который должен был предвидеть ещё в самом начале, а теперь понятия не имел, как его уничтожить. — Ты в порядке? — осведомился Кроули, мягко положив ему на плечо руку. Азирафаэль толком не знал, что ответить. А потом Анафема хлопнула в ладоши: — Займите, пожалуйста, свои места. Теперь, когда королева пиратов наконец с нами, я бы хотела продолжить.

🎭🎭🎭

Было нечто волшебное в том, чтобы оставаться наедине с персонажем, особенно с тем, который нравился Азирафаэлю так сильно, как Энджел. Когда прелестные девушки-гримёры закончили кропотливую работу над порезами и синяками, полученными его персонажем в самом конце первого сезона, и укатили свою тележку прочь, Азирафаэль потянулся за камзолом. Кожу немного покалывало, когда он надевал его перед зеркалом. Следующей была треуголка, столь потрёпанная и пыльная, как и камзол, видавшая виды во время его плаваний на бриге «Эдем», и всё-таки привычная и удобная. Дальше он надел на мизинец золотое кольцо, которое Энджел никогда не снимал. Ньют уверял, что с этим кольцом связана интереснейшая история, которую он расскажет Азирафаэлю, как только её придумает. А между тем, Азирафаэль строил собственные теории. Он ухмыльнулся своему отражению в зеркале, в один миг превратившись в изящного негодяя до мозга костей. — Привет, очаровательный морской волк, — низким голосом Энджела проговорил он и сразу же огляделся, проверяя, не пробрался ли кто-нибудь в его комнату, не застукал ли за кривляньем? Он встретился со своим собственным взглядом в зеркале. Энджел задорно ему подмигнул. Будет весело. Азирафаэль присвистнул, покидая скромный пляжный коттедж, в котором ему предстояло жить следующие пару недель, и наслаждаясь стуком подошв своей обуви по деревянным доскам настила.

🎭🎭🎭

— Это могло бы пройти чуточку лучше, — голос капитана Энджела звучал так, будто он был не слишком уверен, что возражает. Он вышел из вод Карибского моря на берег как человек, которого взбодрила перспектива встречи со смертью. А капитана Бентли не воодушевляли ни возможность погибнуть, ни тонущие спасательные шлюпки, ни полные воды сапоги, ни, самое главное, взрывающиеся фрегаты. — Ну как? Тебе стало получше? Из-за тебя мой корабль пошёл на дно, Энджел. — Это ведь был Корабль Его Величества? — Энджел оглянулся через плечо, а затем протянул Бентли руку. Бентли посмотрел на неё так, словно по ней бегали тараканы: — Это делает случившееся ещё хуже! — он быстро зашлёпал к тропическому пляжу, проваливаясь в мокрый, зыбучий песок. — К слову, технически фитиль подожгла мисс Селена! — крикнул ему вслед Энджел. В его голосе сквозило явное беспокойство о судьбе девушки. Они вместе охотились на Бентли. Энджел не видел, что с ней случилось, когда Корабль Его Величества «Мейфэр» взорвался. — И кто вбил ей в голову эту идею? — Эта юная леди не нуждается в моих уроках дьявольщины! — Эта юная леди была образцом, совершеннейшим бриллиантом, пока не встретила тебя! — Бентли развернулся, тыча пальцем в грудь Энджела, благодаря озабоченным костюмерам, едва прикрытую изорванной тканью одежды. — Что бы сказала её бедная покойная мать? — Что её дочь не лишена здравого смысла. Лучше утонуть, чем быть захваченным королевой Трейси! — скрестил руки на груди Энджел, и при упоминании королевы пиратов на его лице отразилась смесь истинной боли, страха и сожаления. — Возможно, для такой трусливой псины, как ты, — выплюнул Бентли. Он потерял всё имущество, быстро утрачивал контроль над собой и чётко знал, кого винить в своих бедах. Перед ним стоял беспечный, самодовольный, до ужаса привлекательный пират. Он стал наступать на Энджела. Брызги морской воды ударили ему прямо в лицо. Кроули остановился, ошеломлённый, что было неудивительно. Бентли тоже знатно бы удивился. — Я думал, у капитана Военно-морского флота Его Величества должны быть манеры получше, — Энджел ухмыльнулся идеальной, абсолютно ублюдочной улыбкой. Его слова были так похожи на одну из реплик Азирафаэля, что Кроули позабыл фразу, которая следовала по сценарию дальше. Вместо этого он в ответ плеснул в Азирафаэля морской водой. Азирафаэль возмущённо ахнул, вытирая от солёных капель лицо. Прохладные струйки стекали с его бороды на полуобнажённую грудь. Чёртовы Сара и Анафема! Кроули нужно сосредоточиться. — Я должен был догадаться, каких манер стоит ждать от пирата… — забытая реплика вновь всплыла в его памяти, но в голосе слышалась очевиднейшая усмешка. Азирафаэль скривил рот и приподнял бровь. Кроули не выдержал первым и засмеялся, прикрывая ладонью лицо. — Снято! — крикнула Анафема с пляжа. — Ребята, вы слишком наслаждаетесь происходящим. — Думаю, персонажам эта перепалка тоже бы пришлась по душе. Ньют, благослови его Господи, всегда был готов поддержать сексуальное напряжение между им самим выдуманными героями. — Нужно сохранить запал для сцены у костра, — проворчала Анафема. — Приведите в порядок грим и возвращайтесь в воду. Азирафаэль, продолжай плескаться, но будь чуточку аккуратнее!

🎭🎭🎭

Они сняли ещё один дубль. По правде сказать, брызги провоцировали и раззадоривали сильнее слов. И когда Кроули схватил Азирафаэля за воротник, тот ощутил странную дрожь, трепет, который они испытывали во время съёмок сражения на мечах. Тогда это было их последней совместной сценой в сезоне. Кроули испытал смесь удивления с облегчением, обнаружив, что чувства так легко воскресить, и небольшой шок от того, что они так внезапно всплыли на поверхность в момент, когда их носы практически соприкасались, а изодранная рубашка Азирафаэля стала почти что прозрачной в воде. — Я должен был догадаться, каких манер стоит ждать от пирата… — прорычал он в лицо Энджелу. Широкие ладони сомкнулись на его запястьях. Дыхание Азирафаэля заметно сбилось, его глаза искали Кроули так же, как и перед взрывом порохового погреба, только на этот раз они были гораздо ближе. Кроули, нет, напомнил он себе, Бентли быстро опустил взгляд на губы Энджела и сглотнул. Энджел убрал руки Бентли со своего воротника и с задумчивой улыбкой указал назад, на пляж, на гору, которую добавят позже при помощи графики: — Взгляни! Хребет Кракена! Именно туда мы и должны были попасть, — он прошёл мимо Бентли, направляясь к суше. Бентли сжал кулаки. Казалось, он вот-вот плюнет, однако морские капитаны ни за что не позволили бы себе такую вульгарщину. Его мнение о безнадёжных попытках мисс Селены охотиться за сокровищами было отлично выражено ещё в первом сезоне. — Я должен был быть на своём корабле! — крикнул он удаляющемуся Энджелу в спину. — Мы достанем другой корабль. — Как? Энджел развернулся, раскрывая объятия, словно желал охватить все чудесные возможности мира: — Пиратским способом, как же ещё? У Бентли не было выбора. Он торопливо зашагал к пляжу.

🎭🎭🎭

— Тут есть гамак, — проговорил Азирафаэль, с тоской глядя на упомянутый гамак, зажав телефон между плечом и ухом. — И вид отсюда великолепный. Гавриил, я вижу пляж! Тебе это понравится. За мягко шелестящими листьями пальмами виднелась серая в вечернем свете полоска песка. Море казалось чёрным, и, несмотря на отсутствие солнца, воздух по-прежнему был тёплым. Это было туманное, тихое место. Коттеджи, в которых поселилась съёмочная группа, были незаметно разбросаны среди изумрудно-зелёной растительности. И хотя Азирафаэля привела сюда работа, он расслабился так, словно наконец получил небольшой отпуск. Сегодняшний день выдался замечательным, и было истинным удовольствием вновь встретиться со снявшей первый сезон командой. Азирафаэль медленно вздохнул. Командную работу он очень любил. Он ощутил себя храбрым. Не таким смелым, каким был его персонаж, но сейчас камзол пиратского капитана висел в прихожей его коттеджа, и этого было достаточно. — Это и впрямь уединённое место, а у нас никогда не было отпуска. Возможно, после съёмок мы могли бы остаться ещё на одну ночь… Стук в дверь прервал взволнованное предложение Азирафаэля, и тот был по-настоящему благодарен за это. Отчего-то предлагать такое автоответчику было гораздо сложнее, чем разговаривать с Гавриилом. — Я должен идти. Перезвоню позже. Сейчас семь тридцать вечера. Позвони мне, когда прослушаешь сообщение. Эм-м, — слово «люблю» они никогда ещё не говорили друг другу, и Азирафаэль подозревал, что Гавриил не оценит такое признание. Пожалуй, это была черта, которую не следовало пересекать. Ни Гавриилу, ни ему самому. — Береги себя, — Азирафаэль положил трубку как раз в тот момент, когда открыл дверь. — Ты с ним разговаривал? — поинтересовался вместо приветствия Кроули. — С кем? — переспросил Азирафаэль, возможно, слегка перебарщивая с невинностью в тоне. Кроули снял тёмные очки, чтобы как следует закатить глаза. — Да, — застенчиво проговорил Азирафаэль, чувствуя странную вину за своего тайного ухажёра. Должно быть, Кроули думал, что он способен добиться кого-то получше мужчины, постоянно пытающегося скрыть, что они в отношениях. Откровенно говоря, это было ужасно нелепо. Гавриил был утончён и красив, и Азирафаэль хотел его с тех самых пор, как ему исполнилось двенадцать и он увидел, как двадцатичетырехлетний Гавриил снимает с себя рубашку в знаменитых «Божественных планах». — У тебя тоже есть балкон? — Кроули поднялся на цыпочки и заглянул поверх его головы. — Да, — Азирафаэль упрямо прислонился к дверному косяку. — И гамак? — И ваза с бесплатными фруктами, да. Кроули, ты сравниваешь свой коттедж с моим? — Разумеется, нет, — Кроули усмехнулся. — Можно войти? Азирафаэль отступил, пропуская его, и грациозно обвёл рукой комнату. — Моя кровать, кажется, больше, — ухмылка Кроули сочилась злобой. — В таком случае, ты можешь соблазнить сразу нескольких операторов, если тебе захочется, — Азирафаэль закрыл дверь. — Как это пресно с твоей стороны, а ведь в соседнем коттедже гигантская утопленная ванна! — У тебя гигантская утопленная ванна! — ахнул Азирафаэль. Одурачить Кроули ему удалось лишь на секунду. — Хорошая попытка, — Кроули взял виноградину из вазы с бесплатными фруктами, с вызывающим видом отправил её в рот и принялся активно жевать. В ответ Азирафаэль только покачал головой. Именно ванна и заставила его подумать о том, чтобы позвонить Гавриилу. А теперь ему в голову навязчиво лезли мысли о Кроули, разместившемся по соседству. Пожалуй, это всё оттого, что сегодня Азирафаэль видел его полуобнажённым, в изодранной морской униформе, и мокрым. Азирафаэль не мог перестать восхищаться, но не загорелыми предплечьями и не ключицами Кроули, а тем, как костюм влиял на его игру. Жёсткость Бентли медленно рушилась, а старательно сдерживаемый страх просачивался наружу. — В прошлом году апартаменты такими шикарными не были, да? — быстро проговорил он. — Думаю, нам выделили больше бюджета, — Кроули выглянул через стеклянные двери на балкон. — А ещё, наверное, на этом острове больше негде остановиться. Хочешь опробовать гамак? — И твой мини-бар!

🎭🎭🎭

Гамак был большим и предназначался, очевидно, для двух человек, как и всё на этом курорте, специально созданном для влюблённых пар. Азирафаэль закрыл глаза. Стакан с виски балансировал у него на груди, когда Кроули оттолкнулся босыми пальцами длинной ноги от балконных перил, снова раскачивая гамак. Его вторая ступня была прижата к уху Азирафаэля. Эта поза оказалась на удивление удобной. — Что думаешь о сегодняшних съёмках? — сквозь шелест ветра в пальмовых листьях и крики незнакомой птицы пробормотал Азирафаэль. — Мне и впрямь понравилось, как ты произнёс реплику о королеве Трейси! Хороший намёк, — Кроули отхлебнул виски. — Такую возможность нельзя было упустить, — пиратская королева Трейси в шестом эпизоде оказывается матерью Энджела! На читке сценария она была устрашающа и прекрасна, и Азирафаэль был одновременно напуган и взволнован тем, что сумел сыграть в сцене с ней должным образом. — А ещё мне понравилось, как ты выглядел, когда ухватил меня за воротник! Этот момент никак не покидал его мыслей, и теперь, наконец, Азирафаэль был достаточно спокоен и пьян для того, чтобы вспоминать его, не зацикливаясь. Тогда ему действительно показалось, что Кроули вот-вот его поцелует. Или что Бентли поцелует Энджела. Разница была колоссальной. — И как же я выглядел? — спросил Кроули, вновь отталкиваясь от перил. — Как… Как это называется? — лениво махнул рукой Азирафаэль. — Ты трахал меня взглядом. — Трахать взглядом? — Кроули фыркнул. — Ты снова начитался фанфиков, самовлюблённый нарцисс? — Я не нарцисс! И дело тут не во мне. — Но ты же читал? — Джентльмен не целуется и не болтает. — Ты не джентльмен. Ты пират. — В таком случае, джентльмен-пират! Кроули рассмеялся: — Ну что ж, тогда продолжай! Сегодня, на пляже. Как думаешь, это был перебор? — Что? — Азирафаэль поднял голову. Освещение явно способствовало романтике, а ещё было до того ярким, что беспокойство, исказившее лицо Кроули, не заметить было попросту невозможно. — Когда я подошёл ближе. И прикоснулся к тебе. — Нет, — быстро проговорил Азирафаэль. — В смысле, Ньют ведь предельно ясно дал понять, к чему всё идёт. Впрочем, сценарий оставлял много места для импровизации. И Кроули мысленно признавал, что экспромты всегда удавались ему особенно хорошо. Азирафаэлю не нравились долгие репетиции. К тому же, было забавно моментально реагировать на грубоватые действия Кроули. — Хорошо, но скажи мне, если когда-нибудь тебе станет неловко. Если я сделаю что-то не так. Азирафаэль тут же задумался, мог ли Кроули в этой жизни сделать что-то не так? А если да, то что же? Его охватила странная дрожь волнения, и в животе у него затрепетало. — Конечно. И ты мне обязательно о таком говори. Кроули кивнул, ёрзая в гамаке. — Как думаешь, что сделает Анафема, если мы поцелуемся? — поинтересовался Азирафаэль, восхищённый одной только мыслью о том, что они с Кроули могли бы сделать это на съёмочной площадке. — Заставит Ньюта убить нас. А может, скормит акулам. — Будет метать молнии. — Натравит на нас бешеных обезьян, — вздохнул Кроули, снова раскачивая гамак. — И всё же, стоило бы попробовать, — пробормотал Азирафаэль. — Чтобы увидеть её лицо, разумеется. Кроули пристально посмотрел на него: — Как поживает твой таинственный мужчина? — после паузы спросил он. — С каждым часом всё таинственнее. На самом деле казалось, будто Гавриил в последнее время упорно его игнорировал. Азирафаэль загонял себя в угол, гадая, что же он сделал не так. — И ты действительно этого хочешь? — Кроули отхлебнул виски. — Я не собираюсь заставлять его выходить из укрытия, — Азирафаэль понимал, что произнёс эти слова язвительно и, что ещё хуже, оборонительно. Но его отношения с Гавриилом были сложны и запутанны, и Кроули нельзя было объяснить, почему. — Я не говорю, что ты должен. Я только считаю, что это нечестно по отношению к тебе. — Спасибо за заботу, — серьёзно выговорил Азирафаэль. Теперь он вновь был до ужаса напряжён. — Хочешь отрепетировать на завтра парочку сцен? — Нет, если я до сих пор не выучил текст, то не выучу его уже никогда. Пожалуй, мне следует вернуться к себе. Иди немного поспи. — Пожалуй, — Азирафаэль попытался сесть, не расплескав виски. Ткань гамака тревожно прогнулась под его весом. — Хм. Кроули. А как нам выбраться из этой штуки? Как оказалось, с объятиями и весельем. Азирафаэль раскраснелся и запыхался, прежде чем им с Кроули удалось добраться до входной двери в его домик. — До встречи, — Кроули шагнул на деревянные доски настила. — Увидимся, — он повис на двери, не желая её закрывать, не желая отпускать Кроули. — А ведь весело, правда? Снова стать ими? Кроули сделал один шаг вперёд и понизил голос: — Не говори никому, что я так сказал, но да, — его улыбка была практически нежной и ласковой. Она выглядела по-особенному прекрасной в серебристом свете луны, окутанном мягким одеялом ночной тишины. — Красивый, — Азирафаэль не планировал этого говорить, но мысль так прочно засела в его голове, что было невозможно не произнести её вслух. — Бентли, — пояснил он, когда Кроули нахмурился, взглянув на него. — Знаешь, я считаю, тебе очень идёт эта роль. — Я… Да. И тебе. Очевидно, — Кроули подался вперёд, положив руку на дверной косяк прямо над головой Азирафаэля. — Роль Энджела, я имею в виду. Азирафаэль автоматически повторил его движение, выжидающе наклонившись, и сразу же почувствовал головокружение от выпитого алкоголя и удивительного, внезапного предвкушения. — Очевидно. Я должен… — Кроули споткнулся, отступая назад. Азирафаэль потряс головой, чтобы избавиться от фантазий о том, что едва не случилось: — Конечно, да. Не стану тебя задерживать. Кроули поспешил прочь, а Азирафаэль задержался, и вместо того, чтобы затворить дверь, ещё некоторое время выглядывал наружу, просто чтобы убедиться, что тот не свалился с дощатого настила. Кроули остановился и оглянулся на коттедж Азирафаэля. На короткий миг они оба застыли в мягком свете луны. Сердце забилось быстрее, едва не выпрыгивая из груди, и Азирафаэль быстро закрыл дверь, решив, что лучше всего будет выпить воды и сразу же отправиться спать.