Реквием "Принцессе Марии"

      - Ненавижу тебя! Мерзкий извращенец! Алкоголик! Ты бросил меня здесь!! - смартфон захлебывался истерическим криком Амалии.       Крис, закрыв глаза, лежал в постели и слушал вопли взбешенной жены, от которых телефон, казалось, вот-вот взорвется, разлетевшись на тысячу осколков и обломков. Левая рука, свободная от смартфона, поглаживала яйца спящего рядом парня, того самого, с которым Крис поначалу поругался в ночном клубе, а затем притащил к себе в номер.       Вздохнув, Крис отключил звонок, так ничего и не сказав жене. Он привык к подобным звонкам. Они означали, что Амалия опять с кем-то переспала, после чего немедленно спешила обвинить мужа во всех смертных грехах. Нанести своего рода упреждающий удар, хотя Крис всегда относился к похождениям жены равнодушно.       Он отшвырнул телефон, уповая на то, что Амалия, закатив дежурную истерику, отвяжется от него. Надёжнее было бы поставить телефон на бесшумный режим, но Крис помнил, что ему должен позвонить русский и дать ответ: посвятят ли его, наконец, в суть происходящего или же нет. Если нет, то... Крис застонал: схватившись за голову от резкого спазма. Непроизвольно он сжал яйца спящего рядом парня (кстати, как его звали? Крис, убей бог, не помнил), тот вскрикнул, приоткрыл сонные глаза и тут же снова их закрыл, недовольно что-то пробубнив.       Крис с трудом поднялся. Голова разламывалась после вчерашнего. Он спустил ноги на пол, взгляд его уткнулся в стоявшую возле кровати бутылку. Словно коршун, завидевший добычу, Крис схватил бутылку и присосался к горлышку.       - И мне, - послышался сзади сиплый голос. - Мне тоже, или я сдохну сейчас...       Крис зажмурился, проморгался и, не глядя, протянул бутылку парню. Тот тоже жадно к ней присосался.       - Как тебя зовут? - мрачно спросил Крис.       - Мигель, - отвечал тот, кажется, ничуть не обидевшись.       - Крис, - сказал Крис, протягивая парню руку, которую то вяло пожал.       - Я помню, - простонал парень. - А ты вообще, кажется, ничего не помнишь.       - Почему? - равнодушно сказал Крис, у которого после приема виски головная стала понемногу отступать. - Помню... Ты был у стойки, а я на тебя что-то пролил...       - Ты знаешь, сколько эта футболка стоит? - зло проворчал парень.       "Сейчас будет деньги с меня требовать", - вяло подумал Крис.       - Это очень дорогая футболка! Я ее купил в Нью-Йорке за пятьсот баксов...       - Сделай одолжение, заткнись, - лениво сказал Крис, прикрывая глаза. - И без тебя голова раскалывается.       - Ты испортил мою футболку!       - Сдай ее в стирку.       - Ты...       - Пятьсот баксов ты от меня в любом случае не получишь, - в Крисе включился дипломат, решительно отклоняющий ноту протеста. - Ты сам вообще откуда?       Крис приподнялся на локте и посмотрел на парня. Вчерашний лощеный, гладкий красавчик выглядел помятым и далеко не таким привлекательным. Впрочем, Крис отдавал себе отчет в том, что и сам выглядит отнюдь не так, как подобало бы потомку императоров Священной Римской империи.       - Из Майами, - нагло заявил парень.       Крис выгнул бровь.       - Ладно, я из Каракаса... Почти из Каракаса...       - Так бы сразу и сказал.       - А что такого? В Нью-Йорке я действительно был! - взвился парень.       - Дай-ка мне лучше бутылку, - сказал Крис.       Парень отхлебнул сам, передал бутылку Крису, и тот снова жадно присосался к заветному горлышку.       - Много пьешь? - это был скорее не вопрос, а утверждение.       - Много, - спокойно отвечал Крис, шмыгая носом после приема дозы алкоголя.       - Заметно.       - По тебе тоже заметно. Что ты не только пьешь.       - Хочешь угоститься? - оживился парень.       Крис поморщился.       - Нет, парень, мне и выпивки более чем хватает.       - Как знаешь, красавчик, - плотоядно посмотрел на Криса парень. - Под это дело трахаться куда как слаще чем под виски.       Крис хотел было сказать что-то резкое, но телефон вновь зазвонил. На экране высветилось имя супруги. Крис испытал искушение сбросить вызов, но он хорошо знал жену и понимал, что от нее так просто не отделаться.       - Ты вообще помнишь, что у тебя есть жена? - вопросила трубка. - Алкоголик, педик, скотина...       - Дорогая, ты звонила всего четверть часа назад и сообщала мне то же самое. Уже успела с кем-то потрахаться? - индифферентно поинтересовался Крис.       - Ах ты... Да как ты смеешь!       - Если нет, то сначала потрахайся, а потом звони мне со своей истерикой. Не раньше, - Крис говорил это спокойно и даже с каким-то злорадным удовольствием.       В трубке раздались новые вопли, которые Крис не стал слушать, сбросив звонок. Чёрт, надо бы всё-таки отключить этот проклятый телефон. Но нет, нельзя. В любую минуту может позвонить русский.       - Хм, ты женат? - с любопытством спросил парень. - Ты так свою супругу отшил, да?       - Ты живешь здесь? На Агуаде? - вместо ответа спросил Крис.       - Ммм... Наезжаю, скажем так.       - Снимаешь клиентов в клубах?       - Вообще-то я модель, - надул губы парень.       - Извини, но сейчас твоя физиономия на модельную никак не тянет, - скептически заметило Крис.       - Ты лучше на себя в зеркало взгляни! - огрызнулся парень. - Сколько ты уже пьешь, не просыхая? Неделю? Две?         - Значит, ты должен знать местную тусовку, - размышлял вслух Крис, напрочь игнорируя возмущенные протесты парня.       Он взял бутылку, отхлебнул еще, передал парню.       - Ты знаешь человека по фамилии Янсен?       Парень, услышав это имя, поперхнулся виски и закашлялся.       - Ебать, - произнес он, отдышавшись.       - Значит, знаешь, - с усмешкой кивнул Крис. - Ну-ка расскажи мне о нём.       - Зачем? - подозрительно покосился на него Мигель. - И вообще, какого хрена я должен тебе что-то рассказывать?       - Хочешь получить деньги - рассказывай.       - Пятьсот баксов, - тут же заявил парень.       Крис рассмеялся.       - А, цена твоей китайской футболки!       - Не хочешь - не плати.       - Хочу. Секс и сведения о Янсене. За всё - пятьсот.       - Эй, я беру за ночь тысячу!       - Не тянешь на тысячу, - припечатал Крис. - Пятьсот или вон дверь.       - Ебать! - прошипел парень. - Восемьсот!       - Шестьсот. Плюс с тебя еще один секс.       - Ты охуел??       - Как ты разговариваешь с клиентом? За грубость снижаю цену снова до пятисот.       - Ты хочешь секса, да еще информацию о Янсене! Ты знаешь, сколько это стоит?? - говоря это парень развел ноги, подложил руки под голову и облизнулся.       - Не больше пятисот, - глядя на него, хмыкнул Крис. - Даже, пожалуй, четырехсот!       - Эй, я ухожу! - говоря это, парень раздвинул коленки и выгнул торс.       Крис смотрел на него всё с той же ухмылкой.       - Ну ты и жмооот, - манерно протянул парень.       Крис молча пожал плечами.       - Тебе что, жалко семисот баксов за такого красавчика как я? Да еще и за информацию о Янсене?       - Я же понимаю, что ничего ценного ты мне не скажешь. И, скорее всего, приврешь, - с безразличным видом сказал Крис.       - Хм... я знаю очень интересные подробности...       - Если ты хочешь рассказать про то, как ты с ним трахался, это меня как раз не интересует. Меня интересует, часто ли бывает здесь Янсен. Где останавливается. С кем встречается. В Furia я видел его фотографию на стене. Значит, он либо владелец этого притона, либо почётный гость.       - Нууу, если Furia для тебя притон, - оскорбленно протянул Мигель. – Это вообще-то лучший гей-клуб на Карибах! Хорошо. Шестьсот баксов. С меня секс и информация.       - Сошлись, - небрежно бросил Крис, лежа на спине и глядя в потолок. Рассказывай.       - Только деньги вперед!       Крис презрительно скосил глаза на парня, но слез с кровати, порылся в вещах, отыскал бумажник. Наличными он наскреб 650 долларов, хотя полагал, что должно было оставаться не меньше двух тысяч. И еще мексиканские песо... Куда он подевал больше тысячи долларов, Крис понятия не имел. Неужели просадил в этом чертовом клубе? Или еще где-то? Крис мысленно обругал себя. Впрочем, у него были с собой банковские карточки, так что особых проблем не должно было возникнуть.       - Бери, - протянул он деньги парню.       Купюры исчезли у того в руках как по волшебству.       - Янсен здесь, на Агуаде, бывает изредка. Обычно приходит на своей яхте, - заговорил Мигель.        - Veni Vidi Vici? - уточнил Крис.       - Что? - Мигель воззрился на Криса так, словно услышал речь инопланетянина.       - Это название яхты.       - А, название... Не помню я, как она называется. Но шикарная! Я там бывал.       - Вот как?       - Ну, он берет отсюда мальчиков, которые ему нравятся... Я - нравлюсь, - гордо заявил Мигель. - Вот только... Только этот Янсен тот ещё извращенец. Каждый раз после его забав пара мальчиков точно в больнице оказывается. Или с порванной задницей или с отбитыми яйцами.       - И... никто не жаловался в полицию?       - Какая полиция! - хмыкнул Мигель. - Это тебе не Европа и не Штаты. Тут Мексика, мой дорогой, тут всё покупается и продается. И мальчики тоже. Янсен платит большие бабки, все и молчат.       - Тебе тоже?       - Само собой, - скривившись отозвался Мигель. - Пару... нет, тройку раз. Бабки отваливает хорошие, но... Блять, ему нравится унижать, запихивать в тебя дилдаки, бить по яйцам, ссать в рот, иногда даже срать, обездвиживать, делать фистинг... Вот всё это. Он, блядь, ебнутый садист, понимаешь?       Крис молчал, сжав кулаки. Он живо представил себе, что проделывает ублюдок над Владом, который сейчас находится на его яхте...                                                 ***       Да когда же это кончится... Я не могу лечь на спину, она горит, словно ее сожгли... Ублюдок всё мне исполосовал и теперь требует, чтобы я лежал на спине. Да не требует, а прижимает к полу! Ногой! Бляаааа! Вот ссука! Сссука! Ненавижу... Мое лицо перекошено от боли и ярости, а он стоит надо мной, поставив ногу мне на грудь, и довольно лллыбится! У, тварь... Я стискиваю зубы, чтобы сдержать крик. Но утробный стон сдержать не мог.у Потому что... потому что... Больно! Очень.       А он всё пялится на меня. Довольно, плотоядно...       - Сейчас ты хороша, сучка, - говорит он тихо, почти шепотом, так что я скорее угадываю, чем понимаю его слова. - Хорошая сучка...       Он начинает расстегивать ширинку. Бля. Опять!       - Да, стал на колени! Отсосал!       Встаю на колени. Я уже привык выполнять его команды. Тело само подчиняется его голосу... Но только тело. Потому что душа моя полна ненависти к этому существу, которого и человеком назвать нельзя. Даже зверем не назовешь. Тварь... Тваррь...       Я беру в рот его член... Вообще-то он большой, красивый, такие мне нравятся. Но этот член я ненавижу. И сам не понимаю, как сдерживаю себя, чтобы не вцепиться в этот проклятый хрен зубами и не откусить его! Нет. Нет. Я обязан, обязан сдержаться. В принципе, я могу подать сигнал SOS. Тут есть возможность. И Лешка пообещал, что тогда меня эвакуируют уже через несколько часов. Но только я этого делать не буду. Я всё вытерплю, потому что обязан. Обязан всё довести до конца. Во имя тех, кто погиб, кого эта тварь отправила на дно морское!       И я сосу, сосу этот ебаный член, а он пихает его в меня, прямо в горло, я давлюсь, кашляю, задыхаюсь, меня душат слезы, губы уже ломит от усталости, но я продолжаю, продолжаю, продолжаю. А надо мной раздаются вопли этой твари:       - Глубже, глубже, бери, щенок! Давай, соска, работай! Лучше! Глубже!       Он хватает меня за волосы, заставляет задрать голову. Больно! Я смотрю на его ухмыляющуюся рожу, пытаюсь отдышаться, а он плюет в меня, и его мерзкая слюна падает мне на губы.       - Слизывай, сучка! Слизывай!       Слизываю. А нос полон соплей, которые не дают нормально дышать...       - Раком. Раком! Живо!       Машинально встаю раком. Ага. Радуйся, ублюдок, выдрессировал. Да мне уже похрен. Во мне не осталось ничего кроме ненависти - лютой, беспощадной, убийственной! Я сам давно убил бы тебя. Но тебя нельзя убивать. Тебя...       Ааа! Блядь, да что ж он такое в меня пихает?       Мое тело наполняется болью, из груди вырывается утробный вой.       Аааа!       Он еще и хлещет меня по спине, а она и так изранена... А... Снова входит в меня. Хорошо, что на этот раз просто членом. Давай уже, двигайся, мразь. Кончи уже скорее...       Аааа!       Да что ж он делает! Тело внутри превращается в сплошную боль - тупую, раздирающую, безжалостную... А снаружи - обжигающая боль. Это ад... Ад. Аааад!       Я уже ничего не понимаю. Я даже кричать не могу, из меня вырываются хрипы и еще какие-то звуки. Я - уже не я. Я - это боль, сплошная боль.       А? А...       Он остановился. Ну, кончил, наконец...       Господи, хоть бы он меня отпустил. Ненадолго...       - Проваливай, сучка. У тебя час отдыха.       Отдых... отдых... отдых!       Не знаю, откуда во не берутся силы. На четвереньках я выбегаю из его каюты - из этого пыточного застенка, из этого ада...                                                       ***       Небольшой бизнес-джет плавно сел на посадочную полосу, прокатился по ней, снижая скорость, и начал подруливать к стоянке небольшого аэропорта Агуады, где стояло несколько больших пассажирских авиалайнеров и немалое число таких же бизнес-джетов. Два черных "джипа" с тонированными стеклами, стоявшие на обочине летного поля, один за другим тронулись с места и подкатили к приземлившемуся бизнес-джету, который замер метрах в ста от приземистого стеклобетонного здания аэропорта. Из первого джипа вышли двое - Вадим Александрович и Браун.       Дверь бизнес-джета открылась, стюард спустил трап. Первыми на землю спустились двое высоких мужчин в темных костюмах, в которых легко было узнать телохранителей. Затем в дверном проеме появился белокурый молодой человек. На мгновение он замер, словно в нерешительности. Увидев двух встречающих, он помахал рукой и легко сбежал по трапу. Следом за ним из самолета вылез еще один светловолосый парень.       - Нормально долетели? - спросил Вадим Александрович, пожимая руки парням.       - Да нормально, только при подлете трясло мама не горюй, - с беззаботной улыбкой ответствовал второй парень. - Блин, ну и жарища здесь! Хочется прям щас бултых и в море!       - Времени нет, - обронил его спутник - молодой человек с темными глазами. - Сегодня точно нет.       - Даете санкцию? - осведомился Браун.       - Да. Всё сегодня.       - Значит, без захода в Агуаду? Лучше было бы здесь. На карстовом озере уже всё готово, - сказал Вадим Александрович.       - Нет, - коротко обронил блондин. - Лучше в море.       - Как скажешь, начальник, - хмыкнув, сказал по-русски Вадим Александрович.       И перешел на английский.       - Значит, надо дать отмашку нашим людям на телеканале. Пусть дают сигнал.       - Я дам, - кивнул Браун, набирая что-то в смартфоне.       - Но если парень не сумеет сделать то, что должен, риск возрастет.       - Знаю, - кивнул молодой человек. - Но ведь он не запрашивал эвакуацию?       - Не запрашивал. Но это не значит, что с ним все в порядке.       И без того тонкие губы блондина превратились в ниточки.       - Да всё с ним будет в норме! - влез в разговор второй парень. - Во Владьке семь жизней зашито, его так просто не возьмешь!       - Сплюнь три раза, дебилоид, - мрачно бросил темноглазый блондин.       - Дебилоид у тебя в штанах, - беззлобно отпаривал его спутник. - И только не говори мне, что твой дебилоид мне в рот не влезет. Ещё как влезет, проверено. И с Владькой всё ништяк будет.       - Дай-то Бог, - пробормотал блондин. - Ладно, едем. Вадим Александрович, собирайте людей. Катер готов?       - Ждет у причала. Люди в гостиницах. Автобус всех соберет.       - Едем, - повторил блондин и залез в джип.       Остальные последовали его примеру. Стоявшие чуть поодаль телохранители сели во второй джип. Машины сорвались с места и помчались к воротам летного поля.                                                       ***       - И вообще, - понизив голос, сказал Мигель, - говорят, что Янсен контролирует весь трафик наркоты, который идет через Агуаду. Не только через Агуаду, но здесь - совершенно точно. Его ФБР, говорят, много раз пыталось за задницу взять, но он выкручивался. У него целая свора адвокатов. И дела свои делает через посредников.       - Где он обычно останавливается? - задумчиво спросил Крис.       - Да здесь, в этом же отеле. Fiesta Aguada. Сразу весь этаж снимает, на входе охрана стоит, так что, если ты к нему в гости собрался заглянуть - забудь.       - В этом отеле? - прищурился Крис.       Инга Рутмане тоже остановилась в этом отеле. И, видимо, не только она. И сюда же с Янсеном прибудет Влад. Это не может быть совпадением. Что-то готовится. Прямо здесь.       - А что тебе до этого Янсена, красавчик? - игриво поинтересовался Мигель. - Хочешь его очаровать? Хм, денег у него полно. Вот только, боюсь...       Крис, не слушая разглагольствования парня, взял смартфон, открыл сайт морского трафика. Яхта Veni Vidi Vici уже обогнула Кубу с запада и теперь двигалась на юго-восток, прямым курсом на Агуаду. Возможно, она будет здесь уже к вечеру. А значит, Янсен скорее всего окажется в этом отеле... И... дальше-то что? Ответа на этот вопрос у Криса не было. Но что-то должно было случиться. Что-то обязательно должно было случиться...       И тут смартфон, который он держал в руке, зазвонил. Высвечивался незнакомый номер. Но Крис сразу понял, кто звонит. И не ошибся.       - Шёнборн? Это Вадим, - послышался в трубке глухой голос.       - Слушаю, - дрогнувшим голосом сказал Крис.       - По поводу вашего вопроса.       - Слушаю.       - Ответ отрицательный.       - Что?? Что это значит??       - Послушайте, Шёнборн. С вами состоится разговор. Но позже. И не на Агуаде.       - Думаете, я не знаю, что Янсен остановится в том же отеле, в котором я сейчас нахожусь? И в котором...       - Всего хорошего, Шёнборн, С вами свяжутся, но позже.       В трубке послышались короткие отбойные гудки.       Крис выругался, запустил телефоном в стену.       - Что случилось, мой хороший? - протянул Мигель.       Крис посмотрел на него мутными глазами.       - Раком вставай! - приказал он.       - Эй, у тебя вид маньяка!       - Не бойся, - процедил Крис.       - Только ты смотри там, поаккуратнее! Моя попка дорого стоит! - заявил Мигель, занимая предписанную позу.       Крис ухмыльнулся. Задница у парня и впрямь была великолепная: круглая, гладкая, белая, составлявшая контраст с загаром всего тела. По всему было видно, что молодой венесуэлец (или кто он там?) весьма заботился о своей заднице, которая, судя по всему, и была для него основным источником дохода.       Крис раскатал по члену презерватив, замер на секунду, наклонился к стоявшей на полу бутылке, отхлебнул. Мигель между тем призывно водил задницей. Крис, поставив бутылку на пол, легко шлепнул парня по упругим ягодицам, а затем с наслаждением принялся мять их пальцами.       - Хорош, - подтвердил он с видом знатока.       Мигель мяукал и призывно постанывал. Крис снова усмехнулся и принялся входить в парня. Это оказалось несложно. Задница венесуэльца была хорошо разработана. Мигель повизгивал время от времени, но было ясно, что он лишь притворяется, будто ему больно. Крис ухватил парня за крепкие бедра и принялся двигаться: жестко и настойчиво. И вдруг... вдруг он понял, что ему неинтересно. Вроде бы перед ним был парень с шикарным телом, роскошной задницей, красивый, холёный, умелый, жаркий, наконец! И все же секс был механическим. И Крис с тоской понимал: дело не в этом парне. Дело в нём самом. Кто бы ни был с ним в постели, как бы ни был хорош очередной его любовник, мысли Криса всегда будут уноситься к парнишке с глазами - то радостными и смешливыми, то темными и страшными, с поднимающейся в них волной холодного, смертельно опасного моря.       Влад... Крис закрыл глаза. Для него уже не существовало горячего латиноса, он думал о Владе, перед его закрытыми глазами стоял Влад... Но он не мог заставить себя вообразить, будто сейчас вбивается во Влада. Нет, со Владом все было бы по-другому, совсем по-другому. И он не мог вести себя с горячим латиносом так, как вёл бы себя со Владом...                                                             ***       Я закрываю глаза и пытаюсь вообразить, что я сейчас с Крисом... Глупость. С Крисом всё было бы иначе. Но Крис для меня стал чем-то вроде цели. Маяка, как бы пафосно это ни звучало. Да, маяка в Карибском море. В море, которое считают чуть ли не раем земным. В море, которое я возненавидел, наверное, до конца своих дней. Потому что это море Янсена. Он здесь хозяин. А я в его власти. Блин, не могу даже на спину лечь! Эта тварь мне всё исполосовала, сожгла! Вот просто всё!       Он еще и душу из меня выбил. Мне кажется, у меня больше нет души. Есть только мозг, который реагирует на приказы ублюдка.       Нет. Если ты называешь ублюдка ублюдком, то, значит, это в тебе душа говорит. Душа, которой, может, и нет вовсе. Но которая всё-таки есть. И она в тебе злится, ноет, кровоточит так, как твоей спине и жопе даже не снилось! Скоро всё произойдет. В конце проклятого маршрута. Или раньше. Если будет сигнал. Если будет сигнал...       Держись. Держись, Владила, ты обязан. Ты обязан завести ублюдка туда, где его уже поджидают, где он сдохнет! Ты сам на это подписался. Сам!       Да... сам. Но только если бы я знал заранее...       Молчать! "Моя преллесссть" Бля! Как жжет-то! Ой, бля...       Спокойно твой happy hour наступил. Твой законный час.       Пульт... Пульт... Где этот канал ебучий с самбой, румбой и прочей хуямбой... А, вот.       Ведущий с дредами. Всё как положено. Клипы, клипы... В перерывах он трещит по-испански - ни одного слова не понимаю. Да и не надо. 18-я минута. Клипы, парень с дредами... Жду, жду... Уже не верю, что сигнал будет. А если его не будет до Агуады, то что тогда? По идее, там меня должны ждать. И ублюдка тоже. А если нет? Если всё сорвётся? Что тогда?       Формально я могу уйти от ублюдка - такая у меня с ним договоренность. Только я уже понял, что он меня не отпустит. Пока не превратит в свою собачонку, которая сама не захочет уходить. Он будет её бить, а собачонка - лишь жалобно скулить и ластиться к ублюдку. А когда собачонка надоест, он ее просто вышвырнет. За борт. Или закопает. Вот и всё. И так и будет. Так и будет, я знаю... Я уже ни на что не надеюсь.       Стоп. Стоп. Не ной. И не зевай!       23-я минута. Идет реклама. Реклама, реклама. Как водится дезодорант, прокладки или еще хрень какая-то - и не разберешь. Интересно, а как прокладки будут по-испански? Вот, а говоришь, что душу тебе выбили. Раз интересуют прокладки, значит есть интерес к жизни! А если есть интерес к жизни...        24-я минута. Реклама заканчивается.       Ведущий с дредами что-то несет по-испански... Несет, несет, несет...       И...       Вот оно. Руками взлохмачивает дреды. Вытягивает руки вперед и делает ими три пасса... Как там Энди говорил: "Ну, типа крибля, крабля, крубля. И это сигнал. Именно на 24 минуте. Ты - всёбля - приступаешь, бля. Понял?"       На экране уже снова какой-то клип с жаркими латиносами.       Крибля. Крабля. Крубля.       Всё, бля.       Встаю, бля.       Приступаю, бля.       Поднимаюсь с кровати, точнее сползаю, потому что не могу даже сесть на израненную задницу. Поднимаюсь. Иду к чемодану. Достаю из него то, что так ловко спрятано, что охрана ублюдка ничего и не заметила. Надеваю спасательный жилет - особый, с виду как обычная футболка. Лёшка говорил, что это какой-то суперэксклюзивный жилет, по спецзаказу, специально для меня. Бля, как же спину жжет! Но надо терпеть. Терпеть! Потому что час настал. Точнее, 24-я минута. Мой час! Моя минута!       Всё, бля. Пипец тебе, ублюдок. Бля.                                                       ***       Крис вбивался и вбивался в парня - механически, зло, равнодушно. Наконец, кончил. И после оргазма почувствовал лишь тоску и опустошенность. Быстро выпроводил парня, снова потянулся за бутылкой, но виски в ней оставалось всего на полглотка. Вылив в рот всё до последней капельки, Крис с сожалением посмотрел на бутылку, поставил её на пол, слез с кровати, порылся в своих вещах: не осталось ли какой-нибудь заначки? Нет, увы, не осталось. Тогда он залез в минибар выпил сразу две миниатюрных бутылочки виски, быстро принял душ, выпил бутылочку бренди из того же минибара, после чего оделся и отправился пополнять запасы спиртного.       Нетвердой походкой, насвистывая под нос вальс Штрауса "На прекрасном голубом Дунае" , он доплелся до ближайшего супермаркета, где приобрел сразу три бутылки виски. За супермаркетом Крис заприметил кусты и решительно направился туда. В кустах он живо открыл только что купленную бутылку и принялся жадно глотать виски, словно не занимался этим с самого утра.       И тут Крис почувствовал... Проще говоря, его срубило. Он ещё смог закрыть бутылку крышечкой, медленно опустился на сухую землю и через несколько секунд уже мирно сопел, свернувшись калачиком, словно в мягкой кровати роскошного номера пятизвездочного отеля.       А когда Крис проснулся, было уже темно. В небе сияли крупные звезды, какие бывают только в тропиках. В кустах пели цикады. Слышалась музыка и веселые голоса: развлекательные заведения и магазины были в двух шагах. Крис некоторое время хлопал глазами, пытаясь сообразить, где он находится и что здесь делает. Потом вспомнил, схватился за голову и выругался. Это же надо было дойти до такого!       Но оказалось, что хвататься за голову было рано. Потому что когда Крис полез в карман, чтобы убедиться, что бумажник на месте, оказалось, что бумажника нет. Как нет и лежавших в нем наличных, а также банковских карточек. По счастью, смартфон был на месте.       Крис автоматически принялся отвинчивать крышку бутылки виски, потом замер, решительно помотал головой, словно запрещая себе прикасаться к выпивке. После чего отвинтил крышку и хлебнул-таки.       Поморгав с минуту и снова обругав себя, он принялся звонить в банки с требованием заблокировать украденные карточки. По счастью, это удалось сделать довольно быстро.       Но теперь у Криса были заблокированы карточки и совершенно не было наличных. Что было делать - непонятно. Не было даже денег на обратный авиабилет.       Он снова обхватил голову руками и тихонько завыл, кляня себя последними словами.