ГОСПОДАРЬ

Южные земли, Королевство Сумантра, столица Юфирь, 1731 год

      С верхней террасы открывался потрясающий вид на залив Синхо. А вкупе с заходящим солнцем зрелище было просто невероятное! Волны бились о скалы, шумно вскидывая пенные гребни и жадно облизывая каменный выступ. Если пройтись босиком вдоль утёса, можно наткнуться на небольшую пещеру, которая уводила в глубь каменного свода. Тэхён очень любил там прятаться с самого детства; отыскал её однажды, и она сразу стала его надёжным убежищем. Вот и сейчас он смотрит вниз, отчаянно желая скрыться там и больше никогда не появляться. Сегодня ему сообщили, что для наследника король подобрал достойного жениха из Мавай.       Никаких отказов.       Словно удар под дых, от которого разом весь воздух вылетает из грудной клетки, а новая порция не поступает. От злости и отчаяния хочется разнести половину дворца, но приходится сдерживать эмоции. У него и так с папой довольно непростые отношения, правда, Тэхён никак не мог понять почему. Объяснения были весьма странными: его хотели сделать сильным, волевым омегой, каким и являлся сам Ким Донхён, поэтому с самого детства принца воспитывали достаточно строго.       Всё его тело ломило от ежедневных тренировок, которые возобновились ещё в начале месяца. Боевое искусство субак-до прочно вошло в жизнь Тэхёна и воспитывало в нём не только физическую силу, но и уважение к сопернику. А противником, помимо наставника, частенько выступал его друг. Ему нравилось мутузить Феликса, правда, он делал это вполсилы, понимая, что их физические возможности немного разнятся. Ли был нежным, ранимым созданием, что и присуще омегам, в то время как Тэ чаще смахивал на альфу, интересуясь не только борьбой, но и стрельбой из лука.       — Зачем ты так много тренируешься? — спрашивает Феликс, поедая финики в кунжуте на королевском ложе.       — Мне нравится быть сильным. Так я доказываю, что и омеги имеют право постоять за себя.       — Но с тобой всегда целая дюжина стражников, ты можешь даже отрастить крылья, как у бабочки, и порхать себе на здоровье, — смеётся Ли.       — Наивная ты душа! Ну какие крылья? Все свои двадцать с хвостиком лет я только и слышу про угрозы захвата Сумантры то с Востока, то с Севера, поэтому нужно всегда быть начеку, — усмехается Тэхён.       — Валанхан очень пугает: за последние месяцы появилось столько слухов про блуждающие корабли этого безбашенного Господаря, что мне немного не по себе.       — Вот поэтому Его Величество король и решил объединиться с Западом. Жаль, нельзя просто пожать руки и договориться… — вздыхает Тэ, устраиваясь на подушках рядом с Феликсом. — Нужно непременно вступать в брак!       — Это было испокон веков, земли присоединялись именно таким образом. Или свадьба, или захват. К тому же твой возраст уже обязывает подыскать жениха…       — Долой всё! — Закидывая финик в рот, он смакует приторный сушёный плод. — Быть кронпринцем — сущее наказание!       — Многие бы всё отдали, чтобы оказаться на твоём месте, — возражает друг.       — Потому что не знают, как всё обстоит в действительности… не представляют, как невыносима моя жизнь с самого рождения. Если бы я только мог слиться с толпой и стать самым обычным! — вздыхает Тэ.       Феликс смотрит с сочувствием, уж он-то знал все подробности.       Рождение принца было окутано множеством тайн и домыслов, потому что по сей день его личность тщательно скрывалась от посторонних глаз. И на это имелись определённые причины: Ким Тэхён был невероятно красив и отличался от других омег потрясающими внешними данными. Стройное, гибкое тело, шелковистая кожа, идеальные черты лица, аккуратный, правильной формы нос, глаза цвета голубых топазов и белоснежные локоны — всё это вкупе с природным обаянием не оставляли шансов никому, с кем бы он ни взаимодействовал. Очаровывал с первого взгляда. Правда, круг его общения состоял из нескольких куннё, сангона, учителей, тренера, родителей и лучшего друга. Чем старше омега становился, тем ярче расцветал. Поэтому не покидал дворец без специальной маски. Иногда всё это его очень раздражало, но до совершеннолетия показывать своё лицо кому-либо было категорически запрещено.       — Люди думают, что я уродец с обезображенным лицом, — говорит он другу.       — Тем интереснее посмотреть на их вытянутые физиономии, когда ты наконец покажешь себя, — усмехается Феликс.       — Это может вызвать обратный эффект, тебе не кажется? — задумчиво произносит Тэ.       — Всё непредсказуемо, но твои родители не просто так оберегали тебя все эти годы, тщательно скрывая.       — Таким идиотским решением они оказали мне медвежью услугу, — сокрушается принц.       — Ты себя недооцениваешь, Тэхён-а! Твоя красота и правда поразительная, — возражает Феликс.       — А ещё меня беспокоит, что никто не слышит мой запах. Что со мной не так? — Тэ опирается на локти и нависает над Феликсом. — Ну же, чувствуешь?       Омега смотрит снизу вверх и тянет носом, ему правда очень хочется солгать другу, чтобы хоть как-то успокоить, но это было бы нечестно, поэтому парень мотает головой, чуть прикусив нижнюю губу.       — А я тебе про что и говорю: это точно проклятье! У меня даже течки ни разу не было!       — Я читал, что иногда такое бывает, поэтому не стоит расстраиваться раньше времени, — лучезарно улыбается Феликс, обнажая белоснежные зубы.       — Надеюсь, этот Хосок заподозрит что-то неладное и отправит меня обратно.       — Ты его даже не видел, а вдруг он тебе понравится? — подмигивает, усаживаясь в позу лотоса.       — Терпеть не могу этих правителей-завоевателей. Они все варвары, каких свет не видывал!       — А кого ты вообще представляешь рядом с собой?       Тэхён смотрит на резной потолок, где разноцветной мозаикой переливается красивый цветок, и задумывается.       «А действительно — кого?»       Закрывает глаза, рисуя в воображении чёткий образ. Он как-то сам собой складывается в голове, независимо от него.       — Сила, которая сможет меня обуздать, красота, способная покорить, и непременно ум! Да-да, за дурака я не выйду никогда.       — Правитель Запада точно неглуп, он же управляет целым государством, — напоминает Феликс как бы невзначай.       За несколько дней до того, как король сообщил наследнику о своём решении, Донхён поговорил и с Ли. Его личной просьбой было влияние на принца со стороны друга, к мнению которого он точно прислушивался. И не то чтобы Феликс сейчас сильно его уговаривал, но всё же дровишек в тлеющие угли подбрасывал.       — Мне пока это ни о чём не говорит, — фыркает Ким.       — А вдруг он твой истинный? — мечтательно предполагает парень.       — Даже не начинай свою дурацкую песню про это, — тут же прерывает его Тэ, закатывая глаза.       Он очень любил выезжать в город. Прохаживаясь вдоль длинных рядов с прилавками, Тэхён всегда перекидывался с торговцами парочкой ничего не значащих фраз: уж очень ему не хватало общения. Передвигаясь с внушительным количеством стражников, принц старался показать доброе отношение к простолюдинам, особенно к детям, которым часто перепадали подарки и сладости от него. После каждого появления наследника Сумантры молва о нём не стихала ещё очень долго, но всё же находились те, кто поливал его грязью и плевался ядом. Именно они распространяли гадкие слухи о Тэхёне, разнося сплетни по всей округе.       И вроде бы нужно радоваться, что очень скоро всё изменится. Он уедет в Мавай, выйдет замуж и станет жить открыто, как мечтал долгое время, но Тэ так привык к своему дворцу и размеренному ритму, что вдруг захотелось оставить всё как есть.       — Нам нужно укрепить границы, Тэхён. И Западный союзник — лучшее решение. Хосок станет тебе отличным мужем, — успокаивал его папа.       — Как можно вступать в брак, если вы не знаете друг друга? Без каких-либо чувств! — злился принц.       — Это участь многих королевских особ… — пояснял Донхён. — Я тоже не знал твоего отца до самой свадьбы, но это не помешало нам прожить много лет в счастливом браке. После гибели Юджина наша мощь уже не та, что прежде.       — Но его авторитет всё ещё имеет силу, да и тебя в Сумантре все уважают. У нас много соратников.       — С каждым днём мне докладывают о новых предателях. С поддержкой Хосока наши силы возрастут и приумножатся.       — А вдруг я его не полюблю? Что, если он окажется жестоким человеком? — рассуждал Тэ.       — Ты умеешь за себя постоять похлеще любого альфы, — усмехнулся Донхён. — А любовь не главное, сын. Особенно когда дело касается безопасности целого государства.       Не о такой жизни мечтал Ким Тэхён и совсем иным представлял своё будущее.       Рассуждения короля были вполне логичными и здравыми, особенно если учитывать, что с севера шла постоянная угроза нападения, в то время как Восточные земли имели такого правителя, что с ним никакие уговоры не действовали. Поэтому у Тэхёна и правда не было шансов: папа своего решения не изменит.       — Как он хотя бы выглядит? — спросил принц напоследок, с грустью понимая, что противиться нет смысла.       — Ему тридцать, очень хорош собой, уж поверь!       — На целых девять лет старше! — качнул головой Тэ.       — Не такая уж и большая разница, и вы скоро увидитесь, отправишься в путь сразу после своего совершеннолетия.       — А ты? — удивился Тэхён.       — Мне нужно завершить дела. Свадьба будет только через три месяца.       — Но…       — Никаких возражений, Тэхён! Я, наоборот, даю тебе время узнать будущего супруга получше, цени мою благосклонность.       Он лишь прикрыл глаза и шумно вздохнул.       «Может, всё не так уж плохо? И зря я себя накручиваю раньше времени?»       Но от одной мысли о свадьбе и брачной ночи начинало подташнивать. Уже завтра его совершеннолетие, но почему-то хочется, чтобы этот день никогда не наступал.

***

      Ранний подъём, особенно если в свой день рождения, — это не про Тэхёна. Разбудить принца было задачей не из лёгких, но его сангон знал единственно верный способ, поэтому без промедления раздвинул массивные портьеры, заливая солнечным светом покои, а потом и вовсе открыл дверь на террасу. Пение птиц приятной звонкой трелью достигло ушей омеги, и он сонно потянулся.       — Ещё пять минуточек, — бубнит Тэ.       — Никаких минуточек, Ваше Высочество, вечером церемония. Вы забыли, что сегодня ваше совершеннолетие? — стрекочет мужчина. — Кстати, с чем вас и поздравляю, — добавляет с улыбкой.       — Самый ужасный день, не хочу ничего! — прячась под одеялом, стонет принц.       — Вот ещё чего удумали! Давайте-давайте, я от вас не отстану!       — О боги, Гису! Ну почему в этот день я должен с самого утра готовиться к какой-то идиотской церемонии? — Тэхён садится и ударяет ладонями по коленям.       Даже с лохматой шевелюрой и слегка помятым лицом он был просто очарователен. Сангон с большим трепетом и теплом относился к принцу, зная, что за упрямой и порой вздорной личностью скрывался невероятно ранимый и добрый человек. И у многих куннё замирало сердце, когда они видели Тэхёна без маски в тех частях дворца и сада, где это было допустимо. Любовались незаметно и шептались, горячо обсуждая его идеальный профиль, красивые губы и пронзительный взгляд.       На службу принимали исключительно евнухов, поэтому они никакой опасности не представляли. Но просто восхищаться и любоваться, хоть и украдкой, некоторые всё же успевали. Куннё жили во дворце и никогда не покидали его. Исключением были поездки королевских особ, когда с ними выезжал целый штат прислуги и стражников.       Феликс был привезён с Гай-Ё в качестве сангона для принца. В шестнадцать лет Тэхён как никогда нуждался в друге и собеседнике своего возраста, поэтому советник короля лично выбирал омегу — красивого, умного и весёлого. Ему даровали свободу уже через несколько лет по просьбе самого наследника. Правда, он всё равно остался служить при дворе, потому что очень подружился с принцем. Почувствовав в этом хрупком парне родственную душу, омега безгранично доверял ему все свои тайны, уверенный в том, что Ли его никогда не предаст.       Причёсанный и одетый в парадную одежду, Феликс заглядывает в его покои, широко улыбаясь.       — Так я и думал, — смеётся он. — Несчастный именинник никак не может вылезти из постели? — обращаясь то ли к Тэ, то ли к Гису, произносит омега, забираясь к нему на кровать. — Поздравляю, Тэхён-а! С совершеннолетием! — Он протягивает ему завёрнутый в несколько слоёв ткани прямоугольный предмет.       — Спасибо, Феликс, что это? — не скрывая интереса, спрашивает принц.       — Открой и узнаешь. — Чуть наклоняя голову, он теребит краешек покрывала и не скрывает волнения.       — Действительно, — усмехается Тэ и принимается разворачивать слой за слоем.       Гису начинает нервничать и хочет что-то сказать, но Феликс жестом останавливает его.       Когда наконец с упаковкой покончено, Тэхён смотрит во все глаза на собственный портрет.       — О боги, Феликс! Ты сам написал? — восклицает он.       — Было сложно скрыть это от тебя, ты же не стучишься, когда входишь, — напоминает омега.       — Ох, прости! Я исправлюсь, правда! Как же талантливо! — восхищается принц.       — Не извиняйся, я уже привык. А портрет такой удачный лишь потому, что твоё лицо уникальное! — улыбается друг.       — Прекрати! То же самое могу сказать и о тебе. Ты вообще в зеркало смотрелся? Твои губы… — Тэхён томно закатывает глаза. — А эти веснушки? — начинает перечислять он, загибая пальцы.       — Молодые люди, я всё понимаю, но про части тела и ваши достоинства можно поговорить после церемонии, иначе мне король голову открутит, — ворчливо напоминает Гису.       — Ладно-ладно! Я иду в уборную, так и быть! — смеётся Ким, поднимая руки в примирительном жесте.       — Я скоро вернусь и буду развлекать тебя до самого вечера, Тэхён-а! — добавляет Феликс, спрыгивая с высокой кровати.       — Вся надежда только на тебя, мой милый друг! — Принц театрально прикладывает ладони к груди, и оба начинают хохотать над шуткой, понятной лишь им двоим.       Весь день проходит в приготовлениях. После завтрака именинник проводит в купальне больше четырёх часов. Одна радость: Феликс всегда рядом, веселит своими шуточками и делает лёгкий массаж, отослав куннё за дверь.       — Твоя кожа восхитительна, — проводя пальцами, смазанными ароматическими маслами, по его выпирающим лопаткам, говорит Феликс. — Хосок будет в восторге!       — Опять ты за своё? — Тэхён хмурится, и Ли чувствует, как под его ладонями напрягается гибкое тело.       — У нас же нет друг от друга секретов, верно? Расскажи, что тебя гложет?       В купальне пахнет магнолией и ладаном, пар окутывает с головы до ног. А тело приятно греется от тёплого влажного круга, покрытого красивой смальтой жемчужного цвета, на котором Тэ лежит животом вниз. Он поворачивает голову и косится на друга, раздумывая.       — Меня напрягает сама мысль о брачной ночи, — тихо говорит принц и упирается лбом в каменный выступ, скрывая смущение. Он чувствует, как ладони на его спине резко замирают, но потом вновь продолжают поглаживания.       — Миллионы людей этим занимаются, и всем нравится, — шепчет Феликс.       — Не всем. Говорят, в первый раз бывает больно. Я терпеливый, но…       — Что «но»? — Его друг укладывается рядом на спину и смотрит в сверкающий золотом потолок.       — Что, если этот Хосок будет думать только о своём удовольствии? — перевернувшись на бок, предполагает Тэ.       — Тогда примени субак-до!       Оба начинают хохотать, представляя, насколько зрелищно это будет выглядеть.       — Всё будет хорошо, Тэхён-и… — всё же добавляет Феликс, сжимая его ладонь.

***

      Именинник стоит перед зеркалом, глядя на своё отражение. Бирюзовая туника, расшитая жемчугом, ниспадает сзади невесомым шлейфом почти до пола, лёгкие шаровары струятся по стройным ногам, а на лодыжках и запястьях позвякивают тонкие цепочки-браслеты. Золотистая маска прикрывает лишь верхнюю часть лица, а нижняя скрыта полупрозрачной тканью в цвет наряда. Голову венчает изящная тиара с голубыми топазами, идеально подходящими к его глазам.       Несколько сотен человек поднялись со своих мест, чтобы поприветствовать наследника. Горожане ждали за стенами дворца, ожидая, когда же принц выйдет на главную террасу.       — Ваше Высочество! Поздравляем! — проносится шумным гулом разных голосов по залу.       Все смотрят с восхищением и хлопают в ладоши, провожая его взглядами. Тэхён почтительно кланяется то в одну сторону, то в другую, направляясь к королю. Остановившись у трона, он делает низкий поклон и улыбается. Какими бы сложными ни были их взаимоотношения, папа желал сыну только добра и самого лучшего.       — Ваше Величество… — обращается негромко, но толпа ловит каждое его слово. Касается лбом вытянутой руки и вновь поднимает глаза.       Донхён смотрит на него, любуется неземной красотой, чётко понимая: это, пожалуй, самое драгоценное, что у него есть.       — Сегодня очень важный день! — торжественно произносит король чуть громче, чтобы перешёптывания между гостями стихли. — Здесь собрались приближённые ко двору люди, чтобы присоединиться к торжественной церемонии. На пороге совершеннолетия ты достиг немалых успехов как в боевых искусствах, так и в точных науках. Я с гордостью говорю о тебе как о наследнике престола Сумантры и поздравляю!       Тэхён снова кланяется, проявляя глубочайшее уважение и благодарность. Гости подхватывают фразу: «Поздравляем принца!» — и разносят её по всему залу.       — Двадцать один год мы скрывали тебя, чтобы уберечь от завистливых взглядов и нехороших людей. Знаю, это было непросто, но ты покорно исполнял нашу с отцом волю. И сегодня все ждут, когда ты явишь свой лик… — Король касается большим и указательным пальцами маски, и Тэхён замирает, смотрит пристально, но он медлит, будто руки сковало льдом. И его молчание уже вызывает лёгкое недовольство в толпе.       Гости хотят зрелища, такого долгожданного, что стали судачить об этом ещё задолго до его начала.       — Так и знал, что ни черта нам не покажут… — разочарованно вздыхает кто-то.       — Ну же, чего ты медлишь? — шепчет Тэхён, подаваясь вперёд.       Он так долго мечтал о свободе, так сильно хотел избавиться от ненавистной маски и доказать, что все эти сплетни и грязные слухи совсем не про него, что готов сам сорвать её с лица. Цепляется за левый край и тянет вверх, но рука короля мёртвой хваткой его останавливает.       — Не смей, — почти беззвучно шевелятся губы. — Просьба будущего супруга — не показывать лица принца до свадьбы, — громче говорит он. — К великому сожалению, я не могу ему отказать, — произносит король, а Тэхён разочарованно вздыхает, прожигая его взглядом.       Наследник выпрямляется и нервно кусает нижнюю губу. По залу проносится гул голосов: кто-то одобрительно кивает, поддерживая решение короля, другие же разочарованно качают головой. Но ему всё равно на мнение окружающих. Тэхён просто хотел насладиться свободой перед поездкой в Мавай. Он ничего не просил, смирился с тем, что ему предстоит стать мужем правителя Западных земель. Принц всю жизнь только и делал, что слушался родителей.       «Да катись оно всё!» — думает Тэ, касаясь ненавистной маски. Ему хочется сорвать её и рассмеяться в лица тех, кто верил в эти россказни. Нестерпимое желание доказать, что они ошибались все годы…       Король чувствует его настрой, видит пальцы, касающиеся лица, поэтому вновь перехватывает его руку.       — Успокойся, сын… — тихо говорит он, чтобы никому не было слышно.       Тэхён слишком вспыльчив, иногда ему так сложно обуздать своих внутренних демонов, что приходится сжать кулаки, впиваясь ногтями в ладони до боли, чтобы не наломать дров. Он видит среди гостей Феликса, замечая его сочувствующий взгляд, и это немного успокаивает, даёт фору на несколько секунд.       — Чон Хосок тоже решил посетить столь важное мероприятие, поэтому попрошу приветствовать правителя Мавай! — торжественно объявляет король, а Тэхён замирает, словно статуя, глядя на центральные двери, которые стража суетливо открывает, чтобы впустить того самого, который вскоре станет его супругом.       Это весьма неожиданно… Никто не предупредил, что его жених явится на церемонию, и теперь все взоры были устремлены на того, кто медленно входил в зал.       Высокий, статный и действительно красивый. Его длинные волосы ниспадают на плечи, хотя их верхняя часть собрана в тугой хвост. Видно, что он не просто правитель, а самый настоящий воин. Под кожаным обтягивающим жилетом перекатываются тугие мышцы, а слегка нахмуренные брови и волевой взгляд говорят о том, что спорить с ним не стоит. Он сокращает расстояние шаг за шагом, жадно изучая омегу, ради которого преодолел столь долгий путь.       Даже в маске принц невероятно красив. И по мере приближения мужчина понимает, что приехал не зря. Но хочет увидеть его первым, безо всей этой толпы. Имеет право…       Кланяется королю, затем принцу, глядя в прекрасные голубые глаза сквозь прорези маски. Его удивляет светлый цвет волос, которые были почти как снег, с лёгким оттенком сливок. Это чертовски необычно. Когда они с Ким Донхёном обсуждали будущий союз, тот обещал, что Хосок не разочаруется. Но слухи о том, что наследник престола Сумантры скрывает обезображенное лицо, дошли даже до Мавай. Прежде чем вступать в брак, ему нужно было убедиться лично.       Но сейчас не самый подходящий момент…       Тэхён разглядывает мужчину с нескрываемым интересом. Скользит снизу вверх, внимательно изучая каждую деталь. Широкая массивная грудь вздымается под рубашкой и кожаным жилетом, на шее висит какой-то серебряный медальон, а дальше он проходится по губам, аккуратному носу и встречается с заинтересованным взглядом. Его рассматривают точно так же. И кажется, мир замирает, вращаясь только вокруг них. Потому что Тэхён даже не слышит, как окликает его король, как что-то говорят гости, хлопая в ладоши. Он вдыхает полной грудью, чувствуя аромат ветивера. Тяжёлый, древесный и немного сладкий, но такой правильный, что хочется затаить дыхание, удержать подольше, запомнить…       Его будущий муж…       «Всё не так страшно, как казалось. Можно выдохнуть и расслабиться хотя бы немного».       — Поздравляю с совершеннолетием, — говорит Хосок, кланяясь снова, и протягивает золотую шкатулку, украшенную драгоценными камнями.       Их пальцы соприкасаются, когда Тэхён забирает подарок, да и зрительный контакт ни один из них не нарушает.       Чон смотрит внимательно, изучая каждую деталь.       «Нет, он не может быть уродцем с обезображенным лицом… Это просто неземной красоты создание!» — думает альфа, тянет носом воздух, но, увы, ничего не чувствует. Немного хмурится, не понимая, в чём дело, но решает, что спросит об этом чуть позже.       Церемония продолжается и завершается большим праздником. Хотя толпа на улицах столицы негодует, когда король сообщает, что до свадьбы лица наследника им не видать. Это ещё больше подогревает интерес тех, кто сплетничал об уродливых шрамах Тэхёна. Но сам принц, глядя на всеобщее веселье, чувствует невероятную усталость. Он подходит к Феликсу и что-то тихо шепчет ему на ухо. Тот кивает, следуя за ним.       Чон Хосок в этот момент беседует с королём, но все действия не укрываются от его взора.       — Прошу меня извинить, я отлучусь ненадолго, — вежливо говорит он и встаёт из-за стола, торопливо покидая пиршество.       Хосок абсолютно не ориентируется в этих дворцовых лабиринтах, но его оруженосец уже всё разведал, поэтому машет рукой в сторону сада.       — Они там, мой господин, — говорит Инсон.       — Благодарю, — шепчет Хосок, направляясь к выходу.       В саду свежо, лёгкий ветерок колышет волосы, а мерный стрекот цикад дарит долгожданное успокоение. Тэхён опирается руками о бортик фонтана, глядя в своё расплывчатое отражение. Он всё ещё в маске, но ощущение, будто его заковали цепями. Сзади слышатся шаги. Тэ в полной уверенности, что это Феликс, но когда оборачивается, то видит совсем другого человека.       — Вы? — удивляется принц.       — Не удержался… В зале у нас было мало возможности пообщаться. — Его голос глубокий, с лёгкой хрипотцой, но довольно приятный. Тэхён снова смотрит оценивающе, чувствуя, как волнение бьётся загнанной в клетке птицей.       — Я рад, что вы приехали, — вежливо произносит Тэ.       И голос его льётся не звонким ручьём, как думалось ранее Хосоку, нет… Он обволакивает, будто медовая патока, в которой увязаешь тут же за секунды.       — Вы посмотрели мой подарок? — спрашивает он.       — Ещё не успел, но обязательно доберусь до него, — отвечает принц, пряча улыбку под вуалью.       — Ваша красота пленит меня. — Хосок приближается, притесняя его к бортику фонтана.       — Вы меня ещё не видели, — усмехается Тэ.       — Затем и пришёл. Ходят дурацкие слухи, что вы безобразны, а лицо рассекает глубокий шрам, который скрываете… — шепчет альфа.       «Что? Зачем он это говорит? Не это я желал сейчас услышать!» — со злостью думает Тэхён. Настроение сразу же безнадёжно портится. Ему хватало домыслов и язвительных замечаний от горожан, которые улыбались в лицо, а за спиной шептались и сочиняли настоящие небылицы.       — А что, если это так? Всё равно станете моим мужем? Или приехали взглянуть лично, что я не такой уж и урод? — язвит принц, усаживаясь на бортик.       — Не стоит обижаться, Ваше Высочество. Я должен убедиться первым, — говорит Хосок, касаясь его подбородка.       Аромат ветивера витает в воздухе, но не смешивается ни с каким другим.       — Ваш запах, я не слышу его, — добавляет правитель Мавай.       — И не услышите, — холодно бросает Тэ, быстро поднимаясь со своего места. — Мне пора…       Но Хосок хватает его за плечо, резко разворачивая к себе. Смотрит в голубые глаза, которые уже не цвета неба, а глубокого тёмного океана. Нырни туда — не выплывешь никогда.       — Я вас обидел? — спрашивает альфа.       Тэхён совсем иначе представлял встречу с будущим мужем. И никак не может понять, что же здесь не так. Он красив, чертовски хорош собой, но каждое его слово раздражает и заставляет нервничать.       — Тэхён… — Хосок притягивает его к себе, слегка приобнимая за талию.       Непростительное своеволие.       Альфа снова пытается уловить аромат своего омеги, вдыхает глубоко, но всё бесполезно. Тогда он касается нежной кожи лица, чуть проводит по щеке, а потом берёт двумя пальцами металлическую часть маски, намереваясь её снять.       — Вы позволите? — тихо просит Хосок, но в то же мгновение чувствует резкую боль в запястье, а потом и вовсе оказывается повёрнутым спиной к своенравному омеге. Он удерживает его руку в крайне болезненном и неудобном положении, наклоняется к уху альфы. Тёмные волосы щекочут щёку, а запах ветивера заполняет лёгкие.       Всё же очень приятный аромат и подходит его хозяину.       — После свадьбы… — ледяным тоном произносит принц, затем разворачивается и удаляется в густых зарослях сада.       Ошарашенный правитель Мавай стоит в одиночестве, потирая запястье. Так дерзко с ним ещё никто себя не вёл.