Свита из одного

      Никогда не стоит говорить, что ты знаешь человека, если не видел его пьяным. Коля был воспитан таким образом, что не пил от слова совсем. Даже когда коллеги брали его на слабо, он, под грозным взглядом Матвея, отказывался. Так и вырос Николай ярым трезвенником. Даже как-то кощунственно скучно, впрочем сегодня мы уделим внимание другой персоне.       В общих чертах, не придаваясь подробному описанию, скажу, что эта ситуация случилась при интересных обстоятельствах. Дугар довольно зачастил в Новосибирск: ездил отдавать документы, которые делал в авральном режиме, улаживал какие-то свои дела ну и так далее. А в тот день сложились не весьма благоприятные погодные условия и рейс до Иркутска был отменен. Всякий порядочный человек бы снял себе номер и дождался бы следующего рейса, но Ангарский — хоть и порядочный, но не совсем человек. И только по этой причине решил немного злоупотребить спиртным.       Сидя за барной стойкой и глотая терпкий виски, он гонял в голове целый табун мыслей: вспоминал ссору с Русланом, вспоминал, как сидел с Николаем, пока он работал. Вспомнил и то, как однажды застал его спящий за сворой бумаг и как самолично уложил этого молодого гения на диван. Думал и про значение долгих взглядов Коли в его сторону, и о чересчур трепетном отношении Руслана к нему. Все это как-то не укладывалось в голове. Благо, алкоголь прекрасно растворял всяческую возможность мыслить связно…       Прохладный воздух еще позволял твердо стоять на ногах и этого было достаточно. Время уже перевалило за полночь, искать ночлег уже не было смысла, да и плюс ко всему, между третьим и четвертым бокалом возникла идея проведать Сибирякова. Что, собственно, Дугар и решил провернуть.       И вот он стоит перед дубовой рассматривая расплывающиеся буковки на табличке. Помедлив чуток, Ангарский вошел, даже не постучав. Коля, уже одной ногой пребывая в царстве Морфея, испуганно подорвался, щуря глаза как котенок и озираясь по сторонам.       — Дугар.? Что вы… Какой вообще час, господи… — хмурясь, пробубнил Коля, разыскивая где-то на столе часы.       Иркутск же уселся на стул для посетителей, вальяжно оперевшись локтем о столешницу.       — А у меня рейс отменили. Дай, думаю, навещу Николая, все равно не спит ведь. И не ошибся, смотри.       Сибиряков смущенно поджал губы, краснея. Он, видимо, еще не ощутил запаха перегара.       — Что ж, спасибо конечно за беспокойство, но право слово, не обязательно было…       Дугар довольно прищурился, легонько улыбаясь. Видеть Ангарского с улыбкой едва ли не то же самое, что видеть Руслана на трамвае, а не на байке.                   Справедливости ради, улыбка у Иркутска очень даже очаровательная…       — А ты все работаешь? — будто невзначай уточняет мужчина, мельком посматривая на раскиданную макулатуру.       — Ну… стараюсь точнее… — парнишка сонно потер глаза, зевнув.       Дугар встает со своего места, делая небольшую петлю по кабинету и усаживается на маленький диванчик слева от двери. Закидывает ногу на ногу, призывно хлопает рукой рядом с собой, предлагая присесть рядом. А Коля лишь хмурится недоверчиво. «Точно ли это Дугар? — мысленно сверяется Сибиряков. —Суровый и спокойный Иркутск и… и он, улыбчивый и тактичный. Бред какой-то, он не в себе…»       — Скажите, вы пьяны? — уточняет Новосибирск, немного попятившись.       Ангарский усмехается невинно, сладко потянувшись, и снова переводит взгляд на Колю, чуть сверкая глазами.       — Ну допустим. — мужчина закидывает голову назад, делая неопределенный жест рукой. — Можно подумать, что тебя это очень смущает.       Коля так и вспыхнул. Но не от гнева, а скорее от того, что его действительно это смущало. Если бы Дугар был трезв и делал это все из вежливости, вопросов бы не было, но Коля отчего-то понимал, что Ангарский делает это все вполне искренне. Это и смущало.       — М-меня это возмущает, Дугар Якович! В-вы позволили с-себ-бе наглость заявиться в мой кабинет в… в таком состоянии! Это абсолютно некорректное и… вопиющее поведение! Я был о в-вас лучшего мнения! — задыхаясь, выпалил парень.             Конечно, он знал, что все его коллеги переодически пьют и он даже имел честь довозить их домой. Но Дугар всегда был вторым «трезвым водителем». Видеть его пьяным было что-то из ряда вон, а вся гневная нервная тирада была призвана лишь посмотреть за последующей реакцией.       Николай услышал лишь насмешливое «Ха!» от Дугара, прежде чем снова встретился с ним глазами. Иркутск вновь улыбается, чуть осклабившись. Правда для себя Новосибирск отметил, что смотрел он вовсе не насмешливо, а даже с какой-то лаской. Ангарский поднялся со своего места, отряхнулся от воображаемой пыли и по-доброму глянул на Колю.       — Ну, я тогда пожалуй пойду. Не засиживайся лучше, все равно толку много не будет. Еще увидимся!       Сибиряков так и обомлел: слишком неожиданно это было. В голосе он уловил неподдельные нотки теплоты и заботы, словно Дугар о нем действительно беспокоился. Он даже ответить не успел, как Ангарский уже покинул его кабинет, оставив того в остолбенении…       Вот так, если опустить некоторые подробности, Коля и познакомился с пьяным Дугаром. Не сказать, что это был ненужный опыт. Скорее необычный…