Долгая дорога домой

Проспала я так почти весь день и спала бы дальше да Мичурина вернулась и как выяснилось у неё было шесть пар, несмотря на это выглядела она очень бодро. — Ты вообще вставала? — Глядя на меня она переоделась, а я сонно попыталась сесть, но тут же поморщилась от боли. — Нет. — Ну значит сейчас встанешь возьмёшь ручку с тетрадью и продолжишь записывать мои лекции. Вот кто из нас был на шести парах? Я вся умирала и еле передвигалась, а она словно только выспалась. Я даже сидеть не могла на жопе, настолько было больно и вздохнув Мичурина подложила мне под зад подушку, мало помогло. — Записывай, — и она закурила. Записи вроде как даже отвлекли меня от боли и вчерашнего ужаса хоть всё что ниже пояса яростно напоминало о случившемся. Мне определённо кажется что она где-то уже ела. Вообще к еде не притронулась, а мучила меня своими сраными лекциями до часу ночи. Я и сидеть не могу и стоять не могу, да и записывать дальше не могу. — До двух посидим, — ещё чашка кофе и вторая пачка сигарет. — Пиши. — Я устала. — И? — И мне больно. — Напомнить тебе сколько тобой было пропущенных лекций? Время до семинаров осталось совсем немного. — Она ухмыльнулась. — Тебе их ещё и выучить предстоит. Спрашиваю я строго задавая ещё самостоятельные в конце. А потом и зачёт. — А семинары долго будут? — Две недели, — она взяла мою тетрадь и пододвинув к себе глянула на мои записи. — И зачёт который я всегда провожу, запуская по одному. Уже догадываюсь как именно буду «сдавать» ей этот сраный зачёт. — У меня будут и другие зачёты. — Будут, я дам тебе деньги на проезд. Заодно расскажу, как туда доехать. Мои семинары будут в колледже в моём кабинете. — Агата Петровна, а вы ключи от квартиры дадите? Я же могу и позже вас на практику поехать и раньше вернуться. — Посмотрим, мне для начала надо отбить у тебя любое желание на побег. — Вы всё ещё думаете, что после вчерашнего я захочу сбежать? — Как ни странно я в этом уверена. Решишь мне тут испытать судьбу. Только помни что в следующий раз будет не двадцать сантиметров, а больше и что будет двойное проникновение. Представляешь, в тебя войдёт два фалоса по тридцать сантиметров каждый. Как тебе такое? А я даже сказать ничего не могу. Молчу уставившись в тетрадь, а она улыбается, закурив очередную сигарету. — Можно я спать пойду? — Хочу быстрей заснуть. — Завтра будет моя лекция. Последняя в этом полугодии. Как же хорошо. — А тебе ещё писать их и писать. Ладно, иди спать, сейчас к тебе присоединюсь. — Агата Петровна, можно я всё же в другой комнате спать буду? — Нет. — Почему? У вас трёхкомнатная квартира и мы спим в одной комнате. А ведь тут могла жить и Инга. Интересно, кто из них не захотел? — Я сейчас тебя отымею если в кровать не пойдёшь. Я уже засыпала когда в комнату вошла Мичурина. Раздевшись она легла рядом и обняв меня притянула к себе. Её рука тут же залезла мне в трусы. — Нет, — перепугано пытаюсь вытащить её. — Я просто поглажу, — она не проникала в меня пальцами, но всё равно от вчерашнего у меня там всё болело. — Ну не надо. — Ты должна привыкнуть к моим прикосновениям, — гладила она меня нежно и от её поглаживаний я очень быстро намокла. — И ко всему что я буду с тобой делать. Она подалась вперёд и поцеловала мой затылок. Вздрагиваю от её поцелуя. — Рит, это же всяко лучше, чем с твоими родителями. К сожалению, да, но ей не, признаюсь. Я засыпала, а она гладила меня между ног и водила языком по моему уху. Всё ещё удивляюсь как в такой ситуации смогла заснуть и как это всё не перешло куда дальше. В колледж мы пошли. Боль только никуда не делась, но стала тише. — У тебя три пары, а у меня шесть, — вздохнула Мичурина, когда мы смотрели расписание. — Ждать будешь и никуда не уходить иначе помнишь, что я тебе обещала. Самое ужасное что я так ни с кем и не могла подружиться. Меня просто обходили стороной. Кто-то из-за моих родителей, а кто-то из-за Мичуриной. Не знаю, как все узнали, но от шепота за своей спиной я услышала, что они в курсе что живу я с ней. Да наверное просто видели как я из её машины выхожу. Надеюсь считают, что просто с ней живу, а не сплю. К концу второй пары мы все стояли у кабинета Мичуриной. Обычно аудитория всегда была открытой а тут вдруг её закрыли. Так после звонка мы все в догадках простояли десять минут пока не увидели её. — Ребята, пара отменяется, — вдруг сказала она и по нашей толпе пробежали вздохи облегчения. — Расходитесь. — А почему отменяется? — Спросил какой-то высокий парень. — Меня в командировку на две недели отправляют. — То есть, и семинаров не будет? — Их перенесут. Свободны. Все стали расходиться, а я стою и смотрю на женщину. — А со мной что? — Спрашиваю, когда все расходятся. — А ты поживёшь с Ингой. Она всё равно одна в комнате. И мы поехали к ней домой. Она собирала свои вещи, а я свои. Потом меня повезли в общежитие. — На, — протягивает мне пять тысяч сотками. — Так много. Да у нас такие времена что зарплата в пятнадцать тысяч считается нормальной. — Командировка может задержаться. У меня уже было так, отправили в том году на неделю, а торчала я там месяц. А теперь слушай: никаких вечеринок. Не ходить по клубам. Ходишь на лекции и семинары. Я же звоню каждый день и всё узнаю. Только посмей мне прогуливать. — А если уважительная причина? — Какая? — Ну отравилась. — Пьёшь значит активированный уголь и пиздуешь на пары. Ты не забывай, что одной ногой на отчислении. С комендантом я поговорила так что иди и бери ключ от комнаты. Собираюсь только выйти из машины а дверцы заблокированы. Оборачиваюсь и вижу, что эта стерва улыбается. Уже догадываюсь что меня будет ждать. — Это обязательно? — Простонала я. — Мы же не влюблённая пара чтоб обязательно начать сосаться. — Ну давай ты мне тогда отлижешь? — Тогда поцелуй. Тело моментально напрягается, когда меня хватают за ветровку и притягивают. Губы у неё почему-то оказываются холодными. Закрываю глаза и задерживаю дыхание, а она и не думает отпускать, чувствую её язык на своих губах, и сама приоткрываю рот впуская его. Для меня это пожалуй так и останется загадкой. Может просто не хотела, чтоб она как обычно хватала меня за челюсть? Но после того как её язык соприкоснулся с моим я задышала. — Иди, — она первая прервала поцелуй отстранив меня от себя. — Вернусь из командировки, и ты мне отлижешь. Надеюсь она к тому моменту забудет об этом. Вообще пусть задержится там подольше. — Привет, — Инга вернулась в часов десять вечера. — Агату так понимаю снова в командировку отправили. — Её часто так отправляют? — Да в этом вашем колледже всех преподавателей моложе сорока пяти по командировкам гоняют. Типа молодой и не хрен тебе уставать. Тебе Агата указания дала? — Не делать всё то что мы с тобой делали до того, как я попала к ней. — Сидеть на жопе ровно конечно не так интересно, но можно будет придумать чем нам заняться. У меня практика в школе началась. Преподаю пятому и шестому классу русский. — И как тебе? — Задница полная, через месяц придёт комиссия из двух тёток времён перестройки и будут смотреть как я преподаю. Мне уже не по себе. — От чего? — Да там в классе два дебила малолетних есть что страсть как любят уроки срывать. Вот и будем думать, что с ними делать. — А у меня вот-вот семинары начнутся. — А практика, когда? — Вроде как не в этом году. Мы про неё ничего не слышали. — Радуйся что практики у Агаты у тебя точно не будет. Она тока лекции читает, семинары ведёт и экзамены принимает. — Не мало. Она вроде как говорила, что ты предмета преподаёт. — Ну да, и по всем трём у неё семинары и экзамены. — Чёрт! — Да не переживай. Ей не выгодно вас валить. С неё же потом спросят за это. А так я тебя ещё и испугаю. У неё есть дипломники. Прикинь. Целых двенадцать человек. — Ого. — Ну тут я её понимаю. За каждого дипломника ей ещё и доплачивают. Но экзамены она мне рассказывала, что прям строго принимает. Так что если решишь раздвинуть перед ней ноги, то не факт, что, хотя бы трояк получишь. Тупых она не любит. Я даже не сомневаюсь, что пока ты с ней торчишь она тебя не учит. — Лекции свои читает. — Ну вот видишь. И к экзамену думаю она тебя нормально так подготовит. — У меня вообще есть вариант к ней не возвращаться? Я не хочу с ней жить. Меня вполне устраивает жить в общаге. — Ну не знаю, — протянула она. — Можно что-то придумать. — Инга полезла в тумбу и достала музыкальный журнал и села на кровать посмотрев на меня. — Правда есть одна идея. Но тебе она не понравится. — Сломать ногу? — Я никогда себе ничего не ломала. Вроде как с переломами лежат в больнице. Хотя моего младшего брата с сотрясением домой отправили, а сестру с вывихом пальца тоже домой. Но тут ещё родители не особо докторам верят, они считают если молиться день и ночь то будешь здоров. Всё ещё помню, как в девять лет с ангиной они меня заставляли громко читать молитву, а мне и говорить больно было. И если я начинала сбиваться или ещё что-то, то отец тут же пинал меня под зад. Однажды мне было тогда пять лет (мне старший брат рассказывал) отец пнул меня под зад с такой силой что я пролетела через всю комнату и лицом врезалась в батарею выбив себе передние зубы. Повезло что молочные. — Нет, — она отложила журнал в сторону и встав подошла ко мне сев на кровать. — Можем разыграть любовь. — Между кем и кем? — Не дошло до меня. — Нами. Я так и зависла. Может быть Инга думала что я начну смеяться но я не начала. Просто молча смотрела на неё. — Агата увидит, что мы вместе и не тронет тебя. Найдёт себе другую жертву. Всё ещё молчу. — Ну как? — А тебе от этого какая выгода? — Вот такая, — и не говоря больше не слово она наклонилась и поцеловала меня в губы. — М-м-м! — В ужасе смотрю на Ингу и можно сказать вижу молодую Мичурину. Только у неё волосы волнистые, а у этой прямые. Пытаюсь отстраниться, но Инга забирается на меня сверху не разрывая поцелуй и придавливает всем телом. — Да что за херня?! — Пытаюсь столкнуть её с себя, но Инга крепко хватает меня за руки. — Сперва твоя сестра, а теперь и ты! У вас это семейное что ли? — Ты же хочешь, чтоб она отстала от тебя, — прошептала Инга и наклонившись стала целовать мою шею. — Но я и не горю желанием чтоб ты ко мне лезла. Слезь. — Расслабься и получай удовольствие. — Да как тут расслабиться если меня всё время просто хотят? — Может купить билет и умотать обратно к родителям? Но там меня будет ждать монастырь, а этого я не хочу и если вспомнить слова Мичуриной, то и там меня будут иметь. — А ты послушай меня и Агата от тебя навсегда отстанет. — Ты хочешь её место занять? — А держит она крепко. — Я просто хочу помочь тебе, а дальше как пойдёт. — Как пойдёт? — Надо валить отсюда. — Слушай, Инга, это всё же хреновая идея. Зачем тебе уподобляться своей сестре? Вы же разные. — Даже если так, — она отпустила мои руки и села мне на ноги я же сев смотрю на неё. — Со мной же явно будет приятней. Я и моложе, и тоже много чего знаю и умею. — Знаешь, давай это чуть позже обсудим, — надо выметаться отсюда на хер! — Я в туалет схожу и вернусь. Она сжала моё лицо своими руками и впилась мне в губы уложив обратно. Пока я пыталась её спихнуть неожиданно почувствовала чужую руку у себя в трусах. — Эй?! — Я просто сделаю тебе приятно, — она навалилась на меня всем весом не позволяя двинуться, а её рука начала медленно и осторожно гладить меня между ног. А приятно было и очень даже вот только я всё равно вскрикнула от боли. — Что такое? Инга тут же остановилась испуганно, посмотрев на меня. — Твоя сестра меня совсем недавно наказала, — чувствую, что между ног стала мокрой. — Страпоном трахнула и в перед и в зад. Вот его последствия. — Это она умеет и очень часто практикует в наказаниях, — она гладила мой клитор и как же было приятно. Я стала тяжело дышать, а волна возбуждение просто стала накатывать. — Мне отлизать тебе? Я буду осторожно. — Да, — вдруг вырвалось из меня чему я капец как удивилась. Инга сползла с меня и стала снимать с меня джинсы и трусы. Тут же прикрываюсь сгорая со стыда, было ужасно неловко что она увидит меня там и тем более коснётся языком. — Не стесняйся, — Инга спокойно убрала мои руки от промежности. — Я буду осторожной. Если станет больно говори. Она раздвинула мне ноги и уткнулась лицом в промежность, а я вся красная не понимала, как мне вообще себя вести. И приятно, и стыдно одновременно. Инга не проникала в меня языком, но удовольствия не меньше я испытала. Больше всего понравилось, когда она посасывала клитор. От этого я даже кончила. А потом стало как-то неловко и мне и ей. Это прям чувствовалось, мы просто сидели молча полчаса не в силах ничего друг другу сказать. Я вся сгорала со стыда, а Инга была белее мела. — Агата меня убьёт, — выдала она вдруг. После этого случая прошла неделя. Я училась и ходила на семинары, а Инга всё на практику в школу. О том, что между нами произошло мы не обсуждали. И всё же эта неделя без контроля Мичуриной была просто прекрасна, даже не взирая на то что она звонила почти каждый день. — А у вас как дела? — Смотрю в окно и вижу снег. — Уже надоела эта командировка, — вздохнула Мичурина. — Вернусь сразу же возьмусь за тебя. Звучит как угроза. — На семинары ходишь? — Да. — Ну смотри, вернусь обо всём узнаю, — надеюсь она не узнает, что было между мной и её сестрой. — Ингу мне позови. И я вернулась в комнату сообщим Инге что её к телефону. Всё же главной моей проблемой оставалось то что я так ни с кем и не подружилась. Не понимаю, что со мной не так? Или это мне так репутацию подпортили последние события или что? В школу я приходила чтоб общаться с друзьями, которых и так было очень мало, а тут уже снег идёт за окном, а я всё ещё одинока. — Есть планы на новый год? — Ну, — протянула я, вообще не имея никаких планов, но догадываясь что буду его встречать с Мичуриной. — Я вот лично хочу, чтоб Агата приехала домой, — мечтательно сказала Инга. — А то мне надоело встречать новый год с одними только родителями. — А она с вами что, вообще не празднует? — Ага, — грустно вздохнула соседка. — Никакие праздники. Вон, у меня в марте был день рождения, позвала Агату. Она не пришла, сославшись на дела. Мне это конкретно так расстроило. Может ты её подговоришь чтоб она приехала на новый год? — А твоих родителей не смутит тот факт, что я у неё чуть ли не сексуальный раб? — Ты думаешь у тебя на лице написано, что тебя имеют? Она просто может сказать, что стала твоим попечителем. Давай, когда она вернётся ты поговоришь с ней? — Не представляю правда, как это будет, — может у них родители адекватные? Намекну что Мичурина меня против воли держит, и они с ней поговорят. Ну или я получу по полной от Мичуриной.