Ciao, Каролина

Мудрость, измученная не временем,

Но моими слезами.

      — Мы с Каролиной были здесь, — Нико кивнул, — на фестивале.       Лиза провела рукой по гладкой поверхности стола, будто пытаясь услышать то тепло, которое телом отдавала здесь Каролина два года назад.       — За этим?       — Нет, — парень покачал головой, — чуть дальше.       — Почему вы спрятались в библиотеке?       — Разве мы не видели эту толпу? — Нико развёл руки в стороны. — Может, для тебя это было бы и интересно, но для нас… Очередной красивый праздник, который уже не то чтобы надоел, но превратился в приятное дополнение, шум на периферии.       Лиза кивнула. Она его понимала. Шумная толпа, разноцветные ткани и маски — когда-то она радовалась этому. И было это не так давно, но рукой уже не достать, не смахнуть даже пыли с забытой коробки воспоминаний. Ей казалось теперь кощунством прикасаться к чему-то светлому, зная, что тут же его очернит.       А светлый читальный зал с дубовыми столами и стульями, в котором ей пахло сладким запахом нандины, показывал ей другую сторону Италии — что-то от Каролины здесь и было, но тенью. Она тоже была здесь. Книги, до которых она боялась в последнее время прикасаться, звали ее. Больше не было ни змеи, ни чего-то ещё.       — Так что ты хотела узнать?       Лиза прошлась по корешкам забытых кем-то книг по искусству.       — Не знаешь, где сейчас Каролина?       — Скорее всего в кампусе университета, — Нико пожал плечами. — Практика вроде бы ещё не началась, если она подала заявку на второй поток.       — В Падове?       — Что?       Лиза с силой провела пальцами по странице, где карандашом неизвестного художника была нарисована грациозная чёрная кошка.       — Она поступила в Падову?       — После поездки в Нью-Йорк с классом хотела в Америку, но, — Нико неопределённо помахал рукой в воздухе.       — Что же, — Лиза с громким скрипом отодвинула стул и присела. — На этом все.       — И ты не хочешь больше ничего спросить?       — А надо? — она подняла на него глаза и посмотрела, как чёрная рубашка с расстегнутыми пуговицами объяла его тело.       — Нет, — Нико поджал губы. — Я мог бы тебе помочь чем-то ещё…       — Дальше я понадеюсь на свою удачу, — Лиза улыбнулась и перевернула страницу блокнота.       — А как ты попадёшь на территорию университета?       — Сложный вопрос, — Лиза наклонила голову вбок и прошлась ручкой по девственно-чистому листу бумаги.       — Я могу попросить подругу тебя провести.       — Не стоит.       Она вырвала аккуратный листочек и разорвала пополам. Недоверие, поселившееся рядом с тревогой, толкало ее в грудь и напоминало о том, что здесь она все равно чужая — легко обвести вокруг пальца. Но почему-то Кьяре она доверяла больше, чем Нико. Было ли это её ошибкой или благословением?       Быстрый набор сообщения, и она убрала телефон в карман. Нико все ещё стоял около. Неприятным липким взглядом между лопаток сверлил её. И Лиза невольно вспомнила, представила, почувствовала запах хвои и чернил. Он любил писать чернилами.       — Я тебя наверное отвлекаю, — Лиза аккуратно подвинулась ближе к столу, пытаясь слиться с ним. — Тебе ведь нужно учить пьесу?       — Этюд, — поправил он.       Она в ожидании посмотрела на него.       — Почему ты так просто говоришь мне, незнакомке, где Каролина?       — Ты не незнакомка, — Нико оторвал руку от спинки ее стула. — Ты просто потерявшаяся в нитях прошлого и настоящего.       — В лесу?       — Можно сказать и в лесу, — усмехнулся он и отошёл. — Надеюсь, ещё встретимся. Скоро ведь день рождения Саши.       Лиза оторопела. Где-то на корке подсознания было что-то, какая-то желтая бумажка, в спешке налепленная на гладкую поверхность разбитого зеркала. Среди вещей, в чемодане, лежало что-то, но она не помнила что. Но это что-то должно ей понравиться. Это Лиза точно знала.       Легкая поступь шагов дала ей команду выдохнуть, а телу — расслабиться. И на блокноте появилась бледная рука с аккуратным, едва заметным маникюром на коротких ногтях.       — Ты здесь? Так быстро?       — Хотела встретить тебя, — Кьяра обошла стол и села рядом.       — Спасибо, — Лиза прикрыла глаза, чувствуя рядом опору.       Как так вышло, что случайность, не проверенная ни временем, ни общим прошлым и будущим, стала роднее, чем что-либо, что ожидало ее здесь.       — Ты ведь учишься на архитектора в университете Падовы?       — Да.       — Ты можешь помочь мне попасть на его территорию?       — А если ее там не будет?       — Я удачливая, — Лиза пожала плечами, — Ведь ты учишься там.       — Тебе могло и не повезти.       — Повезло.       — Сумасшедшая, — Кьяра выдохнула и передернулась. — Ты можешь пройти внутрь и без меня. Сойдёшь за студентку по обмену. ***       Поправив лямку шоппера, Каролина шла по площади, оглядываясь по сторонам. Обогнула фонтан, перед этим нагнувшись и побрызгав в лицо водой, завернула за угол. Солнце выглянуло из-за облаков, а в воздухе слышался удушающе-сладкий запах нандины. Поморщившись, девушка посмотрела время на дисплее телефона: еще нет десяти, все в порядке. Пройдя еще один поворот, Каролина в страхе остановилась перед библиотекой. Маленькая, неприметная и обшарпанная дверь, на которой в последний год висел огромный амбарный замок. Власти обещали отреставрировать «достояние города», привести ее в порядок и обновить архив, но…       Каролина выдохнула. В тени большого куста нандины стояла она. Девушка с площади пьяцца деле Эрбе. Не изменяющая своему стилю, в классическом черном костюме, а в кармане жилетки выглядывала серебряная цепочка часов. В которые она неотрывно смотрела.       — Привет, — Каролина подошла и протянула руку. — Не ты ли меня ждешь? Брюнетка оторвала взгляд от циферблата и медленно, оценивающе, окинула взглядом Каролину. Девушка невольно передернула плечами: она что, кобыла какая-то, так на нее смотреть?       — Я, мышонок, я, — брюнетка достала из кармана пиджака ключ и сняла замок с двери.       Каролина обняла себя руками и ступила в полумрак первой. В узком темном коридоре нужно было идти друг за другом. Теперь понятно, почему тут нужен ремонт. В нос ударил запах сырости. Там, в двух метрах был виден свет, как будто от свечей или факелов. Сзади послышался лязг. «Наверное, закрыли дверь» невольно подумала Каролина и зажмурилась. В носу неприятно зачесалось. Прикрывшись ладонью, девушка чихнула.       — Не хворай, — брюнетка обогнала Каролину и усмехнулась.       При рассеянном свете ее волосы переливались, но смоляной оттенок был четко виден. А тени, падающие на лицо, придавали еще большей серьезности девушке. Ее нос с маленькой горбинкой был резко очерчен.       — Не всматривайся, мышонок, ничего интересного в моей внешности не увидишь.       Свет лился из-под еще одной двери. Девушка распахнула ее и пропустила Каролину вперед. Прищурившись, Каролина ахнула. Огромный читательский зал, где среди стеллажей в три метра высотой стояли маленькие круглые стулья.       — Это же мини-кафе семьи Бенедетти, — Каролина присела за стол и нагнулась, смотря под столешницу. — И герб такой же! Эта мебельная фабрика, похоже, известна. Брюнетка со смехом отодвинула стул и присела сама.       — Меня зовут Кьяра. Фамилия вряд ли тебе что-то скажет, поэтому и говорить не стану, — девушка оперлась подбородком о сцепленные в замок руки.       — Кьяра, — Каролина откинулась на спинку стула. — Мне имеет смысл представляться?       — Вовсе нет, мышонок. Но ты уже догадалась о своем великом предназначении в этом мире?       — Давай ты не будешь издеваться и расскажешь все нормально? Уверяю, я не избранная какими-то высшими силами, максимум какая-то рядовая девчонка.       — И это при лучшем раскладе, — Кьяра вскинула брови. — Сильного выброса энергии без медальона у тебя не было, всего-то поколебала магический фон. Да и способности неярко выражены.       При последних словах у брюнетки получилась такая кислая мина, что Каролина невольно поморщилась.       — Я и не ожидала ничего другого. Но раз уж так вышло, объясни, что к чему. О каком обществе бененданти шептались мои родители?       — Один вопрос, — Кьяра перегнулась через стол, — Твои родители тебе родные?       Каролина сцепила руки в замок. Нет, из этого никогда не делали тайны, что Каролину усыновили в младенчестве: лучшая подруга мамы не пережила роды, и, будто предчувствуя, попросила Ванессу присмотреть за дочерью. Но почему этим интересуется Кьяра?       — Ясно, — Кьяра медленно опустилась и почесала щеку большим пальцем. — В обществе редко, но были случаи потери или подмены детей. Это вскрывалось почти сразу, и по базам все находились…       — Всегда есть исключения из правил.       — В обществе их быть не должно.       — Судьбе плевать, — Каролина перевернула телефон экраном вниз. — А мне теперь это расхлебывать. Так что там насчет общества?       — Ты же находила что-то в Интернете, верно?       — Там все заканчивается на шестнадцатом веке, к тому же, я не умею превращаться в астрального оборотня.       Кьяра расхохоталась, хлопая ладонью по столу.       — К-как ты нас назвала? Оборотни? Уморительно, не могу.       — А что не так? — Каролина нахмурилась.       — По сути верно, но у каждой души есть свое животное. И ты не проклята, по фазам луны или отливам океанов не превращаешься. Ты призываешь свой астрал к истинной форме. К первозданности. Мы — не оборотни.       — Ладно, прости, глупо вышло.       — Но ты права, астрального, как ты выразилась, оборотня, у тебя нет и не будет. — Кьяра сбросила звонок и оперлась о руки.       — Почему?       — Потому что ты — гиана, — Кьяра откинулась на спинку стула, внимательно смотря на девушку.       — Это водная нимфа?       — Нет, водные — агуанэ, а ты — гиана. Лесная.       — Что-то меня к природе не тянет, — Каролина хмыкнула.       — И не должно. Эволюция — штука все же полезная, хотя нимфы северной Италии никогда не были особо привязаны к месту обитания.       — И что мне это дает?       — Ну, к примеру, в твоей будущей работе очень пригодится умение воздействовать на людей. С такими способностями много не сделаешь, но ребенка успокоить вполне себе.       — Я даже не буду спрашивать, как ты узнала.       — Да, не порть нервы.       — А как воздействовать на людей?       — Пока ты не владеешь способностями, то в пылу ссоры или безграничного счастья можешь что-то сказать, и оно исполнится. Хорошо, что как в прошлом, петь не надо.       — Что-то еще?       — Раньше нимфы могли видеть будущее. Сейчас такое случается, но неконтролируемо и урывками.       — Ну, парочка вещих снов была, да…       — Для начала запиши мой номер, — Кьяра протянула бумажку. — Нам предстоит часто видеться.       — Насколько?       — Почти каждый день, пока ты не стабилизируешь свои силы и не научишься с ними жить. Потом ты встанешь на учет в общество, а я спокойно продолжу жить и радоваться.       — Весело. А план действий есть?       — Есть, — Кьяра зевнула и прикрыла рот рукой. — Завтра я отведу тебя в группу для занятий. Вообще вряд ли ты по уровню способностей подойдешь, но профессор Анжело должен тебе показать пару медитаций. Нащупаем твой стержень…       — Пропустим эту часть, — Каролина махнула рукой, — а жить мне как?       — Как и раньше, — Кьяра подняла бровь. — Разве что за словами следи.       — Подожди, — Каролина схватила брюнетку за руку. — Получается, в обществе Бененданти не только бененданти состоят?       — Нет, — Кьяра помотала головой. — Когда инквизиция начала охоту за нами, пришлось прятаться всем существам.       — А разве…       — Ведьмы, лешие, нимфы, а разницы-то?       — Но я читала, что ни одного бененданти не осудили, потому что их дело правое, за Христа и урожай с ведьмами биться.       — В полночь, четыре раза в год во время поста и бла-бла-бла, — Кьяра поморщилась, — Да, именно так. Но времена меняются, а риски — нет. Риски только обнажают свои клыки, и…       Каролина порылась в сумке и хлопнула блокнотом по столу.       — Секунду, Кьяра, продиктуй еще раз, — Каролина щелкнула авторучкой и посмотрела на брюнетку.       — Ты хочешь записать мои слова? — Кьяра приподняла бровь. — С ума сошла?       — Цитата очень занятная, может, куда-то и всуну, — Каролина чиркнула пару слов и удовлетворенно улыбнулась. — Я даже вижу это: кабинет в полумраке, женщина около окна, и луна освещает…       — Так, ладно, подробностей не стоит, — Кьяра помахала руками. — Поняла уже, что ты сумасшедшая писательница.       — Сценаристка.       — Одно и тоже. ***       Лиза хотела закрыть блокнот, но краем глаза зацепилась, наткнулась на в спешке записанную цитату. Она не посмотрела на неё змеиными глазами, не зашипела, но напомнила.       — Что здесь написано?       — «Каролина смахнула уведомления и прикрыла глаза: когда-нибудь эта русская все забудет».       — Ты так категорична к себе?       Лиза захлопнула блокнот.       — Это Андрей. А теперь поехали куда-нибудь?       — Куда хочешь?       — Куда отведешь?       Их взгляды встретились. С надеждой и желанием помочь скрестились надежда на развязку и желание уйти отсюда. Мотоцикл уже ждал по ту сторону узкой улочки. Лиза знала. Лиза вписала Кьяру. Увидела персонажем, и теперь ни вытравить, ни стереть — она под кожей и в чернилах. Одна она — и Лизе не хотелось менять в ней ничего, от внешности и до характера. Хотелось что-то писать, и пусть обрывками и диалогами, но писать. Но значило ли это, что она стала живой и сбросила старую кожу?