Мандариновое дерево

Все последующие дни Фрэнка разрывало на части от его собственных чувств. К нему даже несколько раз подходила мама, чтобы узнать, почему её сын ходит такой счастливый, но каждый раз, когда вместо ответа она получала очередную мечтательную улыбку, она, казалось, всё прекрасно понимала и без слов. Линде было почти что лестно, что её совет сработал и подросток, по-видимому, ни о чём не жалеет. Ей лишь было интересно, кто этот загадочный человек, который заставляет Фрэнка безудержно улыбаться вот уже несколько дней. Но, помня про своё обещание, женщина не спешила с расспросами и ждала, пока ей расскажут сами. После того как Бетти выдала его секрет, Айеро думал, что не заговорит со своей сестрой до конца жизни. Но в итоге всё лишь обернулось в его сторону. Сам подросток ещё долго бы не осмелился сказать учителю, что тот ему нравится, потому что Фрэнк слишком боялся, что ему откажут и скажут больше никогда не приходить. Однако в тот день Мистер Уэй хоть и не ответил взаимностью, но, казалось, он и не был сильно шокирован или разочарован в ученике, по крайней мере, он не послал его. Айеро сначала думал, что, возможно, это было лишь из-за того, что с ними тогда была Бетти, но ведь у преподавателя была отличная возможность сказать ему на ухо что угодно, даже то, чтобы тот никогда больше не появлялся рядом с ним. Но он выбрал прошептать ему то, от чего у Фрэнка подкосились ноги. После того, как брат с сестрой вышли из школы, Айеро даже купил Бетти мороженое, конечно же, сказав перед этим, что секреты на то и есть секреты, чтобы их не разглашали, но этот раз был исключением. Подросток в очередной раз вспомнил слова матери и удивился, насколько та была права, когда говорила, что наши ошибки могут оказаться вовсе не ошибками. Теперь он понял, что она имела ввиду. Фрэнк всё ещё отчётливо помнил на себе чужие тёплые руки и бархатистый голос учителя. В тот момент у него, несмотря на температуру в помещении, по всему телу пробежали мурашки. Подросток понял, что до этого, на самом деле, никогда по-настоящему не влюблялся. Это был первый раз, когда у него было настолько сильное желание прикоснуться к чьей-то щеке и поцеловать чьи-то мягкие губы, полностью отдавшись чувствам и эмоциям. Мистер Уэй обладал какой-то неземной притягательностью. Не удивительно, что за ним бегало полшколы. Возможно, если бы не Бетти, учитель бы и не заметил Айеро, позабыв, что когда-то спас его от школьных хулиганов. Поэтому подросток был особенно благодарен своей сестре, ведь казалось, что бы она не делала, всё шло к лучшему. После того дня, часы в школе проходили для Фрэнка с особой быстротой, казалось, в одной минуте стало на десять секунд меньше. Всё потому, что он каждый раз ждал именно урока физкультуры, проходившего у них три раза в неделю. Ещё совсем недавно Айеро мысленно жаловался, что это слишком много для старшеклассников, которым скоро сдавать экзамены для поступления в университет. Но сейчас, когда казалось, что у подростка начали зарождаться отношения с преподавателем, трёх часов физкультуры в неделю было слишком мало. На всех них он пытался выжать из себя максимум, то ли чтобы впечатлить Мистера Уэя, который зачастую даже не находился в зале, то ли чтобы такой нагрузкой как раз-таки избавить себя от слишком большого количества мыслей об этом мужчине. С виду учителю не становилось лучше, даже его кожа стала почти что белой, а слабая улыбка появлялась лишь когда он выходил из своей каморки, чтобы проследить, как ученики справляются с упражнениями, и пересекался взглядом с Фрэнком. Разумеется, только так, чтобы никто не успел заметить. Но вот что действительно приближалось скоро, так это девятое апреля. Фрэнк ждал этого дня, как будто это был его собственный день рождения. Он по-прежнему не понимал, как можно не праздновать такой праздник. Видимо, у взрослых были свои заморочки на этот счёт, потому что его мама так же никогда не устраивала никаких вечеринок с гостями и тортом. В этот день она лишь готовила вкусный ужин и открывала бутылку вина, которую они с Фрэнком в последние годы выпивали вдвоём. Подросток подумал, что раз Мистер Уэй сказал ему не приносить ничего в подарок, это не распространяется на нематериальные вещи. Поэтому в его голове зародилась одна мысль, о которой Фрэнку по-прежнему было страшно думать, но ему очень хотелось воплотить её в реальность. Поэтому, когда наступил тот самый день, время уже не летело так быстро, оно тянулось словно нуга, заставляя подростка нервничать и сомневаться всё больше. Его ладони потели, а в мыслях творился полный бардак. Но Айеро подумал, что даже если он не сможет воплотить то, что задумал, ему всё равно стоило сходить и просто поздравить Мистера Уэя, ведь он как никак обещал ему это. Ещё несколько дней назад Фрэнк узнал, в который час преподаватель заканчивает занятия и уходит из школы. Поэтому, чтобы у них было больше времени, он решил, что придёт именно в этот период. Пришлось, конечно, задержаться после уроков в школе, но Айеро верил, что это того стоило. Аккуратно заглянув в физкультурный зал и убедившись, что все ученики уже ушли, подросток подошёл к двери в каморку учителя и решил сначала постучать. Но ни на первый раз, ни даже на второй ему так и не открыли. Фрэнк уже было решил, что Мистер Уэй ушёл и только от одной мысли об этом он уже успел разозлиться на себя. Но затем внутри послышались какие-то звуки, и Айеро обнаружил, что дверь, как оказалось, была не заперта, поэтому легонько потянув за ручку, он вошёл в каморку. Картина, открывшаяся ученику, сначала показалась ему достаточно милой: Мистер Уэй мирно спал, пристроив свою голову на рабочем столе и положив под неё руки. До этого Фрэнку не удавалось заметить, как тот дремлет на работе, поэтому это даже немного удивило его. Но он решил, что всякое могло случиться, тем более, даже не зная, что происходит с преподавателем, подросток точно мог сказать, что сон и отдых были необходимы ему сейчас больше всего. На лицо учителя спадали густые пряди волос, поэтому его плохо было видно, из-за чего старшеклассник даже не сразу заметил нахмуренные брови и двигающиеся губы мужчины в попытке что-то произнести, но разобрать, что именно, было тяжело. Однако весь его вид кричал о том, что ему сейчас снятся вовсе не розовые пони, скачущие по белоснежным облакам. Айеро никак не ожидал такого исхода событий, а потому так и замер, стоя у двери, не зная, как ему лучше поступить. Неизвестно, сколько бы так ещё продолжалось, пока Мистер Уэй не начал брыкаться и чуть ли не кричать сквозь пелену сна. Было очевидно, что ему снился какой-то жуткий кошмар, поэтому Фрэнк решился на то, чтобы всё же подойти и положить руку на плечо преподавателя. Но от этого ничего не поменялась, поэтому ученик уже начал слегка трясти мужчину и, присев на корточки, шептать на ухо, чтобы не шокировать его спросонья ещё больше. — Хей, Мистер Уэй? Просыпайтесь, это я, Фрэнк, — с каждым словом немного повышая тон голоса, произносил ученик. На последнем слове учитель всё же вынырнул из своего сна и, резко открыв глаза, повернул голову. — Фрэнки? Это ты? — прошептал хриплым голосом Мистер Уэй, всё ещё смотря сквозь свои волосы и пелену в глазах. — Да, это я… Я рядом, всё хорошо. Из-за того, что Фрэнк всё ещё сидел на корточках, оставаясь на том же уровне, что и учитель, их лица стали очень близки друг к другу, настолько, что Фрэнк мог чувствовать на себе тяжёлое дыхание мужчины и рассмотреть его бегающие из стороны в сторону от ещё оставшейся паники глаза. В следующий момент Фрэнк лишь почувствовал, как его крепко прижимают к себе за плечи, а затем так же крепко и отчаянно целуют, прижимаясь своими тёплыми губами к его, так, будто это был последний день на Земле. В эту секунду для Айеро всё перестало существовать. Он не слышал ни холодного ветра, дующего из окна, ни скрипа ножек рабочего кресла, остались лишь его чувства и мягкие губы учителя. Через пару секунд, немного отойдя от шока, Фрэнк также начал поочерёдно захватывать сначала верхнюю, а затем нижнюю губу мужчины, превращая это всё в настоящий поцелуй, от которого пьянела и кружилась голова получше чем от всякого алкоголя. Если бы только можно было разлить эти эмоции и ощущения по бутылкам, чтобы потом доставать в грустные дни, Айеро сделал бы это незамедлительно. Но сейчас ему лишь оставалось довольствоваться моментом, поэтому, не отрываясь от губ Мистера Уэя, он пропустил его волосы сквозь свои пальцы и оставил ладонь так и лежать на затылке. Так продолжалось до тех пор, пока им обоим стало критично не хватать воздуха, из-за чего пришлось прервать поцелуй. — С Днём рождения, — оставаясь всё ещё «пьяным» тихо прошептал Айеро, так как ему не нужно было сейчас громко говорить — он обращался лишь к своему учителю, который был в нескольких сантиметрах от него самого. Осознав всю абсурдность этой фразы и ситуации, и Мистер Уэй и Фрэнк негромко рассмеялись, смотря друг другу в глаза. — Ох, иди сюда, — немного успокоившись и отдышавшись, произнёс учитель и похлопал по коленке. Айеро сразу понял намёк и забрался к мужчине на колени, обвивая его своими руками и не переставая улыбаться чуть ли не до ушей. Он до сих пор не мог осознать, что это было реальностью, а не сном или очередной фантазией. Казалось, совсем недавно такая сцена могла быть лишь в его мечтах, а теперь он сидел на коленях своего учителя на яву. Фрэнк не сомневался в том, что для кого-то со стороны это могло выглядеть шокирующе и даже омерзительно, всё-таки их разница в возрасте теперь составляла целых девятнадцать лет, но подросток предпочитал об этом не думать, ведь для него всё ощущалось максимально правильно — он уже стал совершеннолетним, а мнение других ему было не интересно. Восстановив дыхание, подросток теперь мог почувствовать всё те же неизменные духи Мистера Уэя и вдоволь насладиться его редкой, но такой красивой улыбкой. Заправив выбившиеся пряди мужчины, на этот раз он первым припал к его губам, и ощущалось это просто потрясающе, поэтому он решил углубить поцелуй, добавив язык, тем самым увеличивая количество удовольствия и себе и учителю. Когда Айеро почувствовал на своей талии руки мужчины, то слегка двинул бёдрами вперёд, создавая трение. От таких ласк у них обоих начинало нарастать возбуждение, что сейчас было практически неизбежным. Фрэнк слышал, как тяжёлые вздохи Мистера Уэя переходят в тихие стоны, когда он коснулся нарастающей эрекции сквозь ткань его штанов. Из-за поцелуя их глаза были по-прежнему закрыты, поэтому подросток мог лишь на ощупь ощущать уже заметный небольшой бугорок у своего преподавателя. Но когда сквозь слои ткани он начал поглаживать член мужчины, тот резко отстранился, будто его внезапно обдало холодной водой. — Стой, Фрэнк… Боже, подожди, так ведь нельзя, я ведь твой учитель, а ты… — учитель прервался, не зная, стоит ли ему продолжать, или же Айеро уже понимал, что он имеет ввиду. — Почему нельзя? Мистер Уэй, мне восемнадцать, а значит, я уже совершеннолетний. И… Мне казалось, я вам тоже нравлюсь… В конце концов, вы первым меня поцеловали. Фрэнк видел нерешительность в лице учителя, будто он не целует кого-то по обоюдному согласию, а грабит банк под дулом пистолета. Его взгляд был направлен куда-то в конец комнаты, поэтому ученик мягко положил свою ладонь на щеку мужчины, заставляя того посмотреть ему в глаза и обратить всё своё внимание на ученика. — Да, ты прав, Фрэнки, ты мне нравишься. Наверное, я понял это ещё когда увидел тебя таким беззащитным и побитым на школьном полу… Кстати, если ты думал, что я забыл тот случай, то это не так, — усмехнулся Мистер Уэй и словно котёнок припал к ладони подростка, который расплылся в улыбке от взаимности, слыша, что мужчина не забыл их по сути первую настоящую встречу. — Тогда разрешите мне сделать вам приятно? Вы сказали, чтобы я не приносил никаких подарков, и я выполнил это условие, как видите. Но мне по-прежнему хочется вас поздравить не только словами, так что… Может, я мог бы сделать это немного… другим способом? — Теперь Фрэнк немного сместился, касаясь своими бёдрами полувставшего члена учителя, чтобы показать, что он под этим подразумевает. Айеро вовсе не считал себя шлюхой. Он не видел ничего плохого в том, что хотел доставить удовольствие человеку, которого он любил. Несмотря на то, что у него не было раньше сексуального опыта, он был готов учиться и довериться Мистеру Уэю. Ученик верил, что тот не сделает ему ничего плохого. — Фрэнки… Ты не думаешь, что мы слишком спешим?.. — нахмурив брови, произнёс мужчина, но ответа так и не последовало, поэтому он задал ещё один вопрос, мучивший его. — Ты вообще когда-нибудь уже занимался этим? — Нет, но вы же мой учитель, научите меня. Я буду стараться и выполнять всё, что вы скажите. Я хочу этого. Просто… Позвольте, пожалуйста… — подросток закусил нижнюю губу, прокручивая своё металлическое колечко, и видя, что Мистер Уэй всё ещё сомневается, решил действовать. Спустившись обратно на пол, Фрэнк устроился меж раздвинутых ног учителя и вновь положил свою руку на его эрекцию, потирая ладонью. От этого преподаватель инстинктивно расставил ноги шире и промычал, но тут же вовремя замолк, помня, что им всё ещё нужно быть тихими — даже если в спортзале никого не было, войти мог кто угодно. Айеро, видимо, подумал о том же, поэтому оглянувшись на оставленную им открытую дверь каморки, встал, чтобы закрыть её на ключ изнутри. Его руки дрожали от волнения и жуткой неловкости одновременно, но желание перекрывало все страхи и заставляло идти только вперёд. Быстро поцеловав учителя в уголок губ и удостоверившись, что он точно не будет против, Фрэнк аккуратно расстегнул сначала ремень, а затем и ширинку его штанов, после чего стянул их до щиколоток, оголяя прекрасные подтянутые ноги. Через тонкую ткань боксёров мужчины были отлично видны контуры его достаточно немаленького органа и влажное пятно от выделившейся смазки. Такая картина только больше завела ученика, которому теперь также было тесно в своих штанах, но он решил сконцентрироваться лишь на своём преподавателе. Всё-таки сегодня был его день рождения. Хоть Фрэнк и всегда знал, что ему нравятся и парни тоже, он никогда не пробовал начинать с ними отношения, поэтому впервые видел вживую чей-то член, помимо своего. В его голове смешались разные чувства воедино, но, в конце концов, Айеро признался самому себе, что его возбуждала вся эта ситуация: он стоял на коленях перед своим учителем и трогал его, будто по сценарию дешёвого порно. Несмотря на то, что движения подростка были всё ещё неуверенными, даже через боксёры было хорошо видно, что орган Мистера Уэя уже находился в почти полностью твёрдом состоянии. Его размеры увеличились, а головка натягивала тонкую ткань палаткой. Фрэнку нравилась мысль, что он ещё ничего толком не сделал, а уже смог так возбудить учителя, руки которого сейчас приятно массировали его голову и заправляли пряди волос за уши. — Он такой… Огромный, — сомкнув пальцы вокруг основания органа, прошептал Айеро скорее самому себе, но достаточно громко, чтобы это расслышал Мистер Уэй, что стало его ошибкой. — Фрэнк, ты же понимаешь, что можешь остановиться прямо сейчас? Я не хочу как-то навредить тебе, это тоже может быть болезненно. Тем более, если ты никогда раньше не делал минет… — Нет, всё в порядке. Я хочу продолжить, — стараясь звучать уверенно и твёрдо, настоял на своём ученик и улыбнулся самой невинной улыбкой, на которую был способен. Осторожно оттянув край боксёров, Фрэнк вытащил член наружу, всё ещё пребывая в шоке от размеров и того факта, что он сейчас делает. Тем не менее орган учителя показался ему действительно красивым, с выступающими венками и малинового цвета головкой, с которой уже капля за каплей стекала естественная смазка. Начав водить по всему стволу рукой, Айеро сжал его в кулак, а после посмотрел вверх на Мистера Уэя. На его лице можно было уже сейчас заметить лёгкий слой пота и румяные, почти красные щёки, то ли от возбуждения, то ли от смущения, что выглядело довольно мило. Поэтому всё ещё продолжая надрачивать, у Фрэнка возникла идея. — Мистер Уэй, я хочу, чтобы вы говорили, что мне делать, — произнёс подросток, смотря, как меняется в лице его преподаватель. — Ох, господи, Фрэнки… Хорошо, я… Я постараюсь, — смутившись, всё же согласился учитель. Его возбуждение было уже настолько сильным, что ему невольно хотелось чего-то большего, чем простой дрочки. — Эм. Так… Для начала оближи его весь, а затем возьми в рот головку, пососи её. Айеро нравилось наблюдать за тем, как с каждым словом этот уже тридцатисемилетний мужчина, пусть и не выглядящий на свой возраст, всё больше покрывается испариной. Теперь, даже несмотря на то, что учитель контролировал всей ситуацией, из них двоих именно он был тем, кто смущается и краснеет. Решив, что он добился того, чего хотел, Фрэнк начал беспрекословно выполнять указания Мистера Уэя. Ученик постарался максимально высунуть язык, а затем прошёлся по всему органу от основания до кончика головки, наконец, впервые ощущая на своём языке вкус преподавателя и предэкулята. Он был странным и терпким, но решив, что ему понравилось, Фрэнк продолжил следовать словам мужчины и обхватил гладкую головку губами, начиная её посасывать. Почувствовав на себе действия подростка, Мистер Уэй тихо застонал и непроизвольно погладил его по волосам за проделанную работу, словно котёнка. На это Фрэнк, всё ещё с членом у себя во рту, восторженно замычал. — Молодец, теперь, втягивая щёки и убирая зубы, можешь постепенно опускаться дальше, — дал следующие указания учитель. Айеро сделал как его просили, что из-за размеров члена оказалось не так легко, как он ожидал, но тем не менее он справился и смог взять уже половину. С непривычки это было больно и неприятно, рвотный рефлекс давал о себе знать каждый раз, когда головка касалась его горла, но подросток думал, что если это доставляло такое удовольствие Мистеру Уэю, то он мог немного потерпеть. Он чувствовал, как капли предэякулята стекают ему уже не в рот, а прямо в глотку, и от одной мысли об этом его собственный член дёрнулся. Быстро оторвавшись и расстегнув ширинку на своих штанах, Фрэнк снова припал к длине учителя, задавая темп и начиная надрачивать основание, куда ему пока не удавалось добраться ртом. Мистер Уэй, удивлённый, на что способен его ученик, не смог сдержать стонов удовольствия, пытаясь хоть как-то заглушить их рукой. До этого он даже не задумывался о том, какими бывают ощущения, если кто-то делает тебе минет с проколом губы, но сейчас у него была возможность почувствовать это. И сказать, что ему нравилось, как скользит металлическое кольцо по его члену — не сказать ничего. Подростку удавалось держать хороший темп и даже иногда добавлять язык, что ощущалось особенно приятно. Мужчина наблюдал за тем, как его член появляется и исчезает в плотном кольце губ, пока не почувствовал, как Фрэнк взял его правую руку, до этого лежащую на плече, и положил себе на голову. Учителю действительно не хотелось, чтобы это выглядело так, будто он насилует школьника, но Айеро не давал ему убрать с себя руку, желая, чтобы Мистер Уэй сам насаживал его. Подросток представлял, будто он был подарком учителю на День рождения, от чего его возбуждение выросло до предела. Поняв, чего от него хотят, мужчина, слегка сжал не очень длинные пряди волос и начал самостоятельно контролировать темп. Он тяжело дышал, пытаясь не сорваться на громкий стон, пока не почувствовал приближающийся оргазм. — Чёрт, Фрэнк. Ах… Я сейчас… — попытался предупредить учитель и оттянуть голову Фрэнка от своего члена, но тот лишь насадился ещё больше, осознанно желая почувствовать в себе сперму Мистера Уэя. Вскоре весь рот Айеро толчками заполонила густая белая жидкость, половина из которой полилась ему сразу в горло, обжигая его слизистую. Семени оказалось настолько много, что Фрэнк почти что захлебнулся, всё ещё не выпуская орган мужчины изо рта и вслушиваясь в его сладостный стон. Наконец, когда подросток отстранился, из уголков его рта начали вытекать остатки спермы, которые он ещё не успел проглотить. Она была горькой на вкус, но Айеро изо всех сил старался не обращать на это внимание, смотря на расслабленного Мистера Уэя, пытающегося отдышаться. В этот момент он показался ему каким-то особенно красивым. — Боже, прости меня, пожалуйста… Я пытался тебя предупредить, но… — запричитал учитель, стоило ему опустить взгляд и посмотреть на Фрэнка. Он потянулся к столу из ящика влажные салфетки, протягивая ему сразу несколько. — Всё хорошо, не переживайте за меня, я ведь сам этого хотел, — поспешил улыбнуться и успокоить Мистера Уэя Фрэнк, после чего тихо поблагодарив за салфетки, вытер ими подбородок, где было больше всего спермы и его слюней. Учитель тем временем уже надел штаны и застегнул ремень, поэтому подросток мог снова сесть к нему на колени, что он и сделал. Ему показалось, что после всего случившегося, мужчине не захочется его целовать, но, к счастью, он ошибся, потому что в следующий же момент тот припал к его губам, не брезгуя целоваться с языком и ощущая свой собственный вкус. Одновременно с этим Фрэнк снова начал ощущать дикое возбуждение, вспомнив, что он, в отличие от своего учителя, ещё не кончил. Он невольно начал елозить на его бёдрах, стоная в поцелуй и желая скорее достичь разрядки, пока не почувствовал руку Мистера Уэя на своей заметной эрекции. — Могу я… Помочь тебе? — неловко спросил мужчина. Фрэнк посмотрел ему в глаза и согласно кивнул, понимая, что куда приятнее было бы кончить от руки преподавателя, который сейчас на ощупь пробирался к нему в боксёры. Когда пальцы Мистера Уэя впервые коснулись его уже ноющего члена, Айеро, чтобы не издавать слишком громких стонов, припал сначала к коже под мочкой уха учителя, а затем перешёл к изгибу его шеи, от которой больше всего пахло рождественской ёлкой. Казалось, это стало его любимым местом на теле мужчины, где, при желании, можно было спрятаться от всего мира. Фрэнк шумно выдохнул, стоило учителю обернуть свою руку вокруг его твёрдого органа в крепкой хватке и начать медленно и дразняще проводить пальцами вверх и вниз. От этого подросток начал сам подмахивать бёдрами и вбиваться в кулак Мистера Уэя, пытаясь самостоятельно увеличить темп. Учитель не стал препираться, поэтому ускорил свои движения, доставляя Фрэнку долгожданное удовольствие. Айеро подумал, что так не сможет долго продержаться, и в следующее мгновение, простонав достаточно громкое «Мистер Уэй», излился тому в кулак. Приятное посторгазмическое ощущение разлилось по всему его телу и он обессиленно упал на грудь учителя, дыша ему в шею. Мужчина в очередной раз потянулся за салфетками и протерев руку, обнял сидящего у него на коленях подростка, прижимая ещё ближе к себе. — Знаешь, наверное, странно, что я говорю тебе это только сейчас, но тебе не обязательно обращаться ко мне на «Вы», ты также можешь называть меня Джерард. Когда мы только вдвоём, конечно же, — переходя на шёпот сказал учитель на ухо Фрэнку и легонько поцеловал его в висок. — Джерард… — словно пробуя на вкус новое слово, приглушённо произнёс подросток. — Это ведь всё не на один раз, правда? — Нет, конечно. Даже думать о таком не смей. Я нравлюсь тебе точно так же, как и ты мне. А раз тебе уже есть восемнадцать, думаю, мы могли бы попробовать начать встречаться, как считаешь? Фрэнк вдруг резко посмотрел в глаза преподавателя, не веря своим ушам и ища в них какой-то подвох, но тот казался слишком искренним, когда говорил, поэтому подросток тут же улыбнулся и закивал. — Это было бы здорово, спасибо… — поблагодарил Айеро, сам не зная за что, и мягко, почти невинно поцеловал губы Джерарда. Теперь им было некуда спешить и можно было немного поубавить свой пыл, однако поцелуй всё равно вышел чувственным до боли в груди. Затем, всё же оторвавшись от таких сладких губ, Фрэнк вернулся к своему любимому месту и принялся вылизывать и слегка покусывать кожу на шее учителя, на что тот звонко хихикнул. — Котёнок ты мой… — прошептал Джерард и погладил его одной рукой по волосам, а вторую оставил лежать на спине, чувствуя под своими пальцами рагорячённую кожу даже через одежду. На эти слова и действия Уэя, подросток действительно был готов научиться мяукать, как кот, но пока лишь тихо простонал от ощущения на себе таких мягких и больших ладоней преподавателя.