Мандариновое дерево

— Парк аттракционов?! Ты с ума сошёл? — воскликнул Джерард своим высоким голосом, не сводя взгляда с высоких американских горок, вершины которых, казалось, заканчивались где-то в облаках. В этот день погода не могла не радовать своими яркими лучами солнца и освежающим ветром, и не оставляя никого равнодушным, так и манила выбраться на прогулку. У входа в парк аттракционов в воздухе витал манящий запах сладкой ваты, а на заднем плане были слышны крики детей и взрослых, уже успевших купить билеты на аттракционы. Здесь были все: от самых маленьких детей до пожилых людей, решивших тряхнуть стариной. Парк был достаточно большим, поэтому развлечений хватало на любой вкус и возраст. — Я думал, это немного взбодрит тебя и мы сможем весело провести время… Ты не рад? — тут же спросил Фрэнк, смотря на мужчину своими большими карими глазами. Он действительно хотел удивить и порадовать Джерарда, но не подумал, что такое времяпрепровождение может быть ему не по душе. — Вовсе нет, выглядит довольно заманчиво, просто… Что ж, это было достаточно спонтанно. И я даже не знаю, чего ожидать. Никогда не катался ни на чём подобном, — признался Джерард, всё ещё испытывая адреналин, лишь смотря, как катаются другие. — Но нам не обязательно брать билеты на американские горки, мы можем просто пострелять в тире или… Подожди, ты хочешь сказать, что ни разу не был в парке аттракционов? — вдруг осознал Фрэнк и от удивления даже остановился, смотря на смущённого Джерарда. Сколько Айеро себя помнил, мама всегда старалась сводить его в парк развлечений в свои выходные, а когда появилась Бетти, они ходили втроём или же Фрэнк водил её сам, если Линда не могла пойти с ними. К тому же, это место находилось не так далеко от его школы, поэтому то, что Джерард никогда здесь не был, стало для него чем-то немыслимым. — Но… Но как… — Там где прошло моё детство, детей не водили в такие места. А потом уже было не до этого — я считал, что вырос из подобных развлечений, — неловко пожал плечами Джерард и продолжил путь по направлению к воротам, через которые можно было попасть в парк аттракционов. — Чёрт, я совсем забыл, что ты из приюта… Прости, не хотел напоминать. — Брось, Фрэнки, всё в порядке, — улыбнулся Уэй и, потрепав подростка по голове, крепко взял его за руку. — Я теперь в большом предвкушении, так что вперёд, покажи мне тут всё. Чувствую, это будет самое весёлое моё свидание за всю жизнь. — Обещаю, так оно и будет, — прошептал Фрэнк на ухо Джерарду и быстро поцеловал его в губы, расплывшись в счастливой улыбке, когда мужчина сделал то же самое. *** — Кошмар, меня сейчас вырвет… Хочу ещё! — Джерард засмеялся своим высоким детским смехом, всё ещё шатаясь после уже четвёртой горки, на которой раньше не решался прокатиться даже сам Фрэнк. Он тоже смеялся вместе с Уэем, сам не понимая толком отчего. — Ты изначально в ужасе был от идеи даже близко подойти к ней, а теперь хочешь ещё раз проехаться! — не прекращая улыбаться, воскликнул Айеро и ткнул пальцем Джерарда в бок, на что тот рассмеялся ещё громче. За всё время они успели несколько раз побывать в тире, где им вручили плюшевого белого медвежёнка, прокатиться на самой высокой американской горке и ещё нескольких других, а также побросать дротики и сделать один круг на колесе обозрения. Фрэнк не мог припомнить, когда он в последний раз так развлекался. Обычно, когда он был с Бетти, спустя час она начинала жаловаться, что устала и уже хочет домой, но с Джерардом он, казалось, провёл по меньшей мере три-четыре часа и получил невероятные эмоции. Стоило Уэю выбраться из дома и школы, как он превращался в ещё одного беззаботного подростка, который вместе со своим другом и парнем решил весело провести время в парке аттракционов. Фрэнк был безумно счастлив видеть Джерарда таким впервые после трагедии. Для него не существовало ничего прекраснее заливистого смеха своего бывшего преподавателя, его шуток и улыбки, поэтому он был готов водить его в этот парк хоть каждый день, если бы это помогло ментальным ранам Джерарда затянуться и лишь изредка напоминать о себе в одинокие вечера. Проведя здесь уже несколько часов и изрядно проголодавшись, они решили взять по бурито и пройтись по лесному парку, в самом центре которого расположился небольшой пруд с утками и лебедями. Фрэнку удалось уговорить пожилого мексиканца не класть в его порцию мясо, поэтому теперь он с аппетитом уплетал свой вегатерианский буррито. — Так получается… Ты теперь студент? — прожевав еду, спросил Джерард. Они шли вдоль озера неторопливым шагом и тихо общались, несмотря на то, что людей вокруг них практически не было. Возможно, это было из-за того, что они выбрались в будний день, так что сейчас на пути им встречались лишь велосипедисты и пожилые пары, кормящие хлебом живность. Однако сама природа и окружающая атмосфера располагали к тому, чтобы не повышать голос, дабы не спугнуть дроздов на деревьях. — Да, меня приняли в тот университет, о котором я уже говорил раньше. Представляешь, моих баллов хватило, чтобы получить грант на обучение. Теперь нужно будет платить лишь двадцать процентов от всей стоимости курса. Раньше мне казалось это чем-то невозможным, но теперь… Нет, я всё ещё не верю, — хихикнул подросток и засунул в рот последний кусок буррито. — Ты как никто другой заслужил это. Я так горжусь тобой, Фрэнки… Иди сюда — Джерард притянул его одной рукой к себе за талию и поцеловал в самую макушку. Ему было всё равно, что подумает или даже скажет та пожилая женщина неподалёку, потому что ему хотелось показать Фрэнку, насколько он дорожит им, а в таких невинных действиях, как поцелуй в макушку, он не видел ничего криминального. Даже если они и были двумя парнями с разницей в возрасте, это ничего не меняло. — Так это тот самый университет, который недалеко от моего дома? — Да! Ты учился там? — Фрэнк оторвался от груди Джерарда и немного задрал подбородок. — Я думал поступить туда на врача, но по зову сердца выбрал академию искусств, хотя у меня не было хорошего заработка, чтобы оплачивать такое дорогое обучение. Так что через несколько лет мне пришлось всё бросить… — кратко рассказал Джерард, вспоминая свои студенческие бедные годы, когда он брался за любую подработку. — Знаешь, может, если бы ты жил у меня, то тратил меньше времени на дорогу и не пришлось бы делить с кем-то комнату в общежитии. Если ты, конечно, не против делить кровать со мной, — скромно добавил мужчина, возобновив небыстрый шаг. — Поверить не могу, ты… Предлагаешь мне переехать? — взволнованным голосом уточнил Фрэнк, бегая глазами по лицу Джерарда в поиске подвоха. — Я был бы счастлив, если бы мы жили вместе, но решать только тебе, — пожал плечами Джерард и бросил взгляд на двух лебедей в озере. — Просто подумал, что тебе так будет удобнее. К тому же, ты всё равно проводишь большую часть времени у меня. Не думай, что я не заметил твою зубную щётку в ванной! — шутя, упрекнул Джерард подростка, а затем выбросил салфетку из-под буррито в ближайшую мусорку и вновь взял Фрэнка за руку. — А ещё, я бы не отказался от твоих вегатерианских завтраков. В обмен обещаю каждое утро приносить в постель кофе с цветами из сада. Что думаешь? На самом деле, Уэй уже задумывался и раньше о том, чтобы они жили вместе, но побоялся предлагать это Фрэнку, так как они встречались совсем недолго. Но теперь, когда ему придётся ездить каждый день в университет, в этом действительно был смысл. — Шутишь?! Да это было бы обалдеть как круто! Я бы очень хотел жить с тобой, — Фрэнк остановился и чуть ли не запрыгнул на Джерарда от радости, но вспомнив кое-что, быстро утихомирил свой пыл. — Только… Мне придётся рассказать о тебе своей маме… — Подожди, Линда до сих пор не знает обо мне? — с волнением и ужасом в голосе спросил Джерард. — Она в курсе того, что ты парень, а не девушка, но я не рассказывал, где мы познакомились и кем ты работал. Раньше мне действительно было страшно, я не знал, как она может отреагировать. При всей её доброте, она могла понять всё неправильно и сделать так, чтобы тебя не только уволили, но и посадили в тюрьму, лишь бы «защитить» меня. Так что я не говорил ей, потому что очень волновался за тебя. А потом… Потом ты был не в лучшем состоянии, чтобы с кем-то знакомиться… Фрэнку не хотелось напоминать Джерарду о его тяжёлых днях, всё-таки ещё прошло не так много времени, чтобы мужчина мог полностью оправиться, поэтому он тут же зацепился за другую мысль. Линда напоминала ему об этом чуть ли не каждый день и сейчас это было ему только на руку. — На самом деле, она уже давно хочет познакомиться с тобой. Правда! Наверное, из-за того, что я много раз бываю у тебя и привожу Бетти, она стала так часто просить меня об этом. Но если ты не хочешь… — Я хочу, Фрэнк. Знаешь, по твоим рассказам твоя мама кажется очень рассудительной и милой. Не думаю, что она станет заявлять в полицию, если увидит, что у нас всё хорошо. По крайней мере, мне хочется верить, что ты счастлив быть со мной, — едва слышимо произнёс Джерард последнюю фразу, не глядя на Фрэнка. Заметив это, Айеро тут же положил одну ладонь на его щëку с недельной щетиной, поворачивая лицом к себе и вынуждая посмотреть в глаза. Второй рукой он начал поправлять его лезущие в глаза волосы, растрепавшиеся ветром. — Джерард? Я не просто счастлив встречаться с тобой… Я люблю тебя, — искренне прошептал Фрэнк и затаил дыхание. От услышанных слов что-то перевернулось внутри Уэя, от чего он тоже едва ли мог дышать. Ему никто не признавался в любви уже долгое время, за исключением брата. Он знал, что между ним и Фрэнком есть нечто большее, чем просто привязанность и симпатия, но боялся произнести это вслух, опасаясь, что этим только спугнёт подростка. Тем временем сердце в груди Фрэнка отстукивало бешеный ритм, а глаза бегали по лицу Джерарда. Он так боялся произнести эти слова, и раньше никогда никому их не говорил, кроме своей мамы или сестры, но теперь подросток не жалел об этом, потому что это было именно то, что он сейчас чувствовал. Первые несколько секунд присутствовал страх, что ему не ответят взаимностью, посчитав его лишь глупым и наивным ребёнком, однако вскоре наступило лишь приятное томящее чувство где-то внизу живота, когда Джерард улыбнулся и произнёс: — Ох, я тоже люблю тебя, детка. Они снова пересеклись взглядами, и на этот раз мужчина не смог сдержать себя, поэтому в следующий момент Фрэнк почувствовал на себе сладкие губы Джерарда, обхватывающие его собственную нижнюю губу. Поцелуй вышел чересчур нежным и неторопливым, не перетекающим во что-то развратное, но оттого не менее страстным. Фрэнк готов был поклясться, что если бы они всё ещё не находились в парке, он бы застонал от таких приятных ощущений. Когда им всё же пришлось разорвать поцелуй, Уэй положил свои руки на его талию и притянул поближе к себе, чтобы подросток мог положить голову на его плечо. — Знаешь, может, у нас ещё пока не было достаточно времени узнать друг друга получше, но мне бы очень этого хотелось. Как и просыпаться с тобой в одной постели или смотреть вместе кино по вечерам или… Всё, что только пожелаешь, — Джерард неопределённо взмахнул рукой, а Фрэнк тепло улыбнулся. — Мне неловко, что я сам до этого никуда не приглашал тебя, но мне правда нужно было это время… — Я понимаю, всё в порядке, — поспешил успокоить Айеро и отстранившись последний раз чмокнул мужчину в губы. — Если ты не против, я могу сказать маме, чтобы она приехала в следующие выходные к тебе… Эм, в смысле, теперь уже к нам? Вы познакомитесь, а я заодно спрошу у неё про переезд. Фрэнк не мог скрыть своей радости насчёт предложения Джерарда переехать, поэтому уже мечтал осуществить это как можно скорее, даже несмотря на то, что боялся услышать отказ от матери. В конце концов, ему уже было восемнадцать, поэтому он мог и сам принимать такие решения, если считал, что так будет лучше для него. Конечно, Фрэнку не хотелось оставлять Линду и Бетти одних, но у него должна была быть своя личная жизнь, к тому же, мысленно он пообещал навещать их как можно чаще. — Конечно, отличная идея, — улыбнувшись, согласился Джерард и легким движением заправил прядь волос Фрэнка за ухо. Пройдясь до конца парка и вдоволь почувствовав летний зной, они поехали обратно, по пути заскочив в супермаркет за продуктами для романтического ужина, запланированного в честь поступления Фрэнка, их первого настоящего свидания и начала лета. Уже дома, нарезая овощи для свежего салата, Джерард думал о том, что он впервые за многие годы чувствует себя по-настоящему счастливым. Вовсе не таким, как когда единственным смыслом жизни были для него визиты к младшему брату. О нём он часто думал и сейчас, но уже всё реже со слезами на глазах. Несмотря на то, что некоторые воспоминания всё ещё оставляли после себя неимоверную боль, некоторые из них приносили Уэю тепло в груди и, пусть и печальную, но улыбку. Время лечило, а часы, проведённые в компании с подростком, скетчбуком или за игрой на гитаре, помогали вдвойне. Когда стол был накрыт, Джерард открыл бутылку безалкогольного вина, которое они выбрали вместе с Фрэнком, и разлил его по двум бокалам. Тем временем Айеро зажёг несколько свечей и выключил основной свет в столовой, создавая приятную романтическую атмосферу. — За тебя, — произнёс Фрэнк и поднял свой бокал, когда они уже оба сели за стол друг напротив друга. — Нет, Фрэнки, — по доброму рассмеялся Джерард и тоже взял бокал. — За нас. Скрестив свои руки, они сделали по глотку и приблизились, чтобы как и положено после брудершафта поцеловать друг друга. Оставив на чужих губах липкий след от вина, ещё какое то время они просто улыбались, смотря друг другу в глаза и не произнося ни слова. Фрэнк мог рассмотреть на лице Джерарда множество небольших морщинок, свидетельствующих о немалом возрасте, но пока сердце в его груди трепетало при каждом взгляде этих красивых зелёно-карих глаз, ему было всё равно, сколько лет этому человеку и какие ещё недостатки появились на его теле с годами. Ещё какое-то время подросток чувствовал на себе томное дыхание Джерарда, но в следующий момент ему всё же пришлось отстраниться, так как тянуться через стол было не очень удобно. Остальное время ужина они непринужденно разговаривали, то и дело посмеиваясь над очередной забавной школьной историей Джерарда, произошедшей во время его работы или же в подростковые годы. Фрэнк не мог не восхищаться его умением рассказывать что-то настолько захватывающе, что хотелось запомнить и записать каждое слово, а потом сочинить из этого песню или стих. Вишенкой был певучий голос Уэя, который мог в один момент доставать до высоких нот второй октавы, а в следующий уже окутывать своим тягучим низким бархатом. Всё это навевало Фрэнка на мысли, как звучали бы песни, спетые и сочинённые самим Джерардом. — Да… Я сейчас стараюсь практиковаться больше, так что у меня уже есть некоторые наброски, — ответил мужчина, когда Фрэнк всё же спросил его о стоявшей в спальне гитаре и множестве вырванных из блокнота страниц с красноречивыми текстами. — Я бы хотел когда-нибудь их услышать. Даже если это не что-то серьёзное, я уверен, оно будет звучать прекрасно, — заверил Фрэнк Уэя, сказав то, что действительно думал. На это Джерард лишь тихо поблагодарил его и пообещал, что однажды обязательно споёт под гитару, но сейчас пока ещё не готов. Примерно через полчаса, атмосфера романтического полумрака вынудила Фрэнка расслабиться и даже немного возбудиться. Случайно всплывшие в памяти картинки обнажённого Джерарда совсем не помогали ситуации и только подливали масла в огонь, подталкивая его к действиям. Так что решив немного пошалить, Фрэнк откинулся на спинку стула, продолжая слушать приятный голос старшего мужчины, а своей правой ногой стал водить по коленке, а затем и по бедру Джерарда. Подросток старался вести себя как ни в чём не бывало, но всё же не смог сдержать на лице хитрую ухмылку, когда Уэй вдруг замолчал и вскинул брови. — Фрэнки, что ты… Ох… Джерард сорвался на стон, когда Фрэнку удалось добраться и потереть ступнёй промежность мужчины, чувствуя, что тот уже начал заводиться просто от такого незначительного трения. — Маленький дьяволёнок, ты дразнишь меня! — воскликнул Джерард и шумно выдохнул от накатывающего возбуждения. Он также съехал немного вниз и откинулся на спинку, сверля взглядом подростка напротив, который уже вовсю хихикал и лишь сильнее потирал его промежность. Но мужчина был вовсе и не против, поэтому уже скоро подозвал Фрэнка и усадил его к себе на колени. Как только Айеро оказался у Джерарда в руках, он тут же припал к шее, хорошо помня, как приятно оставлять засосы на этом участке кожи и затем вылизывать его. Фрэнк специально сел так, чтобы их с Джерардом промежности соприкасались, поэтому каждый раз невольно пытался задеть его уже заметный бугорок своим, после чего приятные волны удовольствия мгновенно отзывались в паху. Он улыбнулся, когда почувствовал на своей спине и бёдрах тёплые руки мужчины, поняв, что его небольшая шалость сегодня перерастёт в нечто большее, отчего по коже тут же пробежалась стая мурашек. — Хей, котёнок… — Джерарду пришлось оторвать Фрэнка от своей шеи, чтобы было легче говорить и он мог видеть лицо подростка. — Хочешь продолжить наш сегодняшний вечер в спальне? Если ты ещё не готов, то всё в порядке, просто тогда нам нужно будет остановиться сейчас, иначе… — Я хочу попробовать, Джи. Думаю, я готов, — произнёс Фрэнк, бегая глазами по лицу Джерарда, когда наконец остановился на его губах и с нетерпением прижался к ним своими в нежном поцелуе. Несмотря на то, что Фрэнк уже делал минет, он по-прежнему оставался девственником в другом плане, поэтому сегодня он собирался избавиться от этого клейма и, наконец, ощутить всё, о чём так долго мечтал. До этого дня из-за частого плохого настроения и состояния Джерарда они почти никогда не заходили дальше глубоких поцелуев и петтинга. И сейчас Фрэнку хотелось гораздо большего, даже если это означало, что придётся потерпеть боль какое-то время. В конце концов, он знал, что Джерард тут же остановится, если он попросит его об этом. — Ты точно уверен? — разорвав поцелуй, последний раз спросил Джерард и успокоился, только когда услышал непоколебимое «да» в ответ. Крепко придерживая Фрэнка за бёдра, он встал вместе с ним и начал осторожно подниматься по лестнице, чувствуя, как его талию обвили ноги подростка, который висел сейчас на нём, словно коала. По пути Джерарду приходилось несколько раз прижимать его спиной к стене, чтобы можно было передохнуть и взять покрепче, а заодно оставить на чужих губах сладкий поцелуй с привкусом безалкогольного вина, которое они ещё совсем недавно пили. Наконец-то добравшись до спальни, Джерард уложил Фрэнка на кровать и начал покрывать короткими поцелуями его линию подбородка, постепенно переходя на шею и ключицы. Ему хотелось зацеловать каждый кусочек этого прекрасного тела и действительно позаботиться не только о себе, но и о Фрэнке, перенимая ведущую роль на себя. Джерард собирался показать то, насколько Фрэнк красив и как сильно он любит его, поэтому вскоре, спросив лишь одним взглядом разрешения, он снял футболку с подростка и начал поглаживать его теперь уже обнажённые бока, поочерёдно засасывая соски. От таких ласк возбуждение Фрэнка только росло, и уже совсем скоро ему стало до боли тесно в своих не самых свободных джинсах. Когда язык Джерард впервые коснулся своим горячим языком его правого соска, он не смог сдержать тихого стона от таких приятных и новых ощущений. Айеро по-прежнему не знал, что делать со своими руками, но вскоре старший мужчина сам переместил их на свою голову. Фрэнк воспользовался возможностью и неосознанно переместил его ниже в направлении паха, намекая, чтобы Джерард, наконец, помог ему освободиться от джинс или хотя бы расстегнуть ширинку. На это Уэй лишь усмехнулся и положил свою ладонь на его бугорок, изводя подростка ещё больше. — Ты дразнил меня под столом, гадёныш, теперь моя очередь, — хитро улыбнулся Джерард и припал ртом к члену Фрэнка через одежду, намачивая своими слюнями джинсу. На это подросток мучительно простонал и откинулся назад на подушки, так как вид такого сексуального бывшего учителя, ласкающего его между ног, лишь заставлял эрекцию расти ещё больше. Нащупав языком собачку от ширинки, Джерард всё же освободил Фрэнка от давления джинс и дальше уже продолжил стягивать их руками, после этого снимая рубашку вместе с штанами и с себя. Оставшись лишь в одних мокрых от предэякулята и слюны Уэя боксёрах, Фрэнк чувствовал себя куда более уязвимым. Ему ещё не приходилось представать перед мужчиной без одежды, поэтому он невольно попытался прикрыть себя руками, но когда Джерард начал раздеваться сам, это дало ему достаточно уверенности в себе, чтобы слегка расслабиться и не быть таким напряжённым. — Всё в порядке? — заботливо спросил Джерард, ложась рядом с Фрэнком на кровати и слега приобнимая его. — Да… Просто немного нервничаю. — Это пройдет, главное, дай мне знать, если захочешь всё прекратить, — произнёс Джерард и когда подросток согласно кивнул, он начал нежно засасывать сначала его верхнюю, а затем нижнюю губу, постепенно превращая это в полноценный французский поцелуй с языком. Нависая над Фрэнком и продолжая целовать его, Джерард протянул руку между их телами и коснулся его вставшего члена, натягивавшего ткань боксёров. Почувствовав долгожданное касание, Фрэнк простонал ему в рот, вспомнив, что в доме нет никого, кроме них самих, и что теперь не нужно бояться каждого шороха за дверью, как это было в школе. Это дало ему больше уверенности, когда он застонал во второй раз, уже гораздо громче, потому что пальцы Джерарда залезли под резинку боксёров и начали водить по головке его члена, распределяя выступившую естественную смазку. Это не продлилось долго, так как в следующий момент он уже убрал руку, чтобы дотянуться до тумбочки и найти в ней смазку и презервативы. Наблюдая за этим действием, Фрэнк решил самостоятельно снять боксёры, наконец освобождая себя полностью и чувствуя заметное облегчение вместе с приливом адреналина. Вернувшись, Джерард поцеловал его кожу на внутренней стороне бедра, заставив Айеро шире раздвинуть ноги и тем самым открыться ему. — Мне нужно сначала подготовить тебя, иначе будет больно и я не смогу войти, — объяснил мужчина, заметив на себе непонимающий взгляд, когда он вылил смазку на свои пальцы, а затем аккуратно прикоснулся ими к сжимающемуся колечку мышц Фрэнка. — Это просто мои пальцы, всё хорошо, можешь расслабиться. Введя кончик первого пальца, Джерард обернул вторую руку вокруг подрагивающей эрекции подростка, чтобы тот мог переключить всё внимание на получение удовольствия, а не на боль от проникновения. Через несколько минут ему удалось добавить уже второй палец, растягивая узкие стенки и наконец-то находя простату Фрэнка. Почувствовав, как комочек нервов внутри него задели пальцами, Айеро ещё сильнее вжался в кровать и издал гортанный стон. Это было сравнимо с коротким оргазмом, а так как Джерард всё ещё продолжал неторопливо надрачивать его член, то ощущалось вдвойне приятно. Подумав, что если бывает так хорошо от одних пальцев, Фрэнк не мог представить, что будет, когда в нём окажется большой член старшего мужчины. — Могу я… Ах… Называть тебя Мистером Уэем? Пожалуйста… — простонал Фрэнк, всё ещё чувствуя, как пальцы Джерарда давят на его простату. Теперь вместо страхов и стеснения пришло возбуждение, подкидывавшее образы Джерарда, как некогда строго учителя физкультуры, ведущего уроки у старшей школы. — Как пожелаешь, детка, — Джерард склонился над Фрэнком, чтобы прошептать ему это на самое ухо, а затем слегка прикусил и оттянул его мочку. В этот момент он уже ввёл третий палец и начал ускорять темп. Спустя какое-то время Фрэнк уже не чувствовал почти-что никакого дискомфорта от проникновения пальцами и изо всех сил старался не кончить раньше времени. Джерард также остался без боксёров, поэтому подросток мог видеть его покачивающийся ствол с множествами выпуклых венок и скатывающейся предэякулята. — Мистер Уэй, я… Я хочу ваш член, прошу, — практически выкрикнул Фрэнк, не в силах оттягивать свой оргазм ещё дольше. Раньше бы он моментально покраснел от такой неожиданно вырвавшийся просьбы, но сейчас ему было всё равно, звучал ли он как шлюха или нет. Он лишь знал, что хотел ощутить в себе член Джерарда и как можно быстрее. — Я не обещаю, что это будет не больно, Фрэнк… Я постараюсь быть аккуратнее, — заверил мужчина и вытащил свои пальцы, тут же хватаясь за отброшенный в сторону тюбик смазки и презерватив. Джерард уже и сам был на грани лишь от вида его милого Фрэнки, изображающего из себя похотливого ученика, но всё же он понимал, что это скорее всего был первый раз, когда подросток занимался анальным сексом, а значит, нужно было действовать нежно и осторожно. Раскатав презерватив по своему уже ноющему органу, обильно смазав его смазкой и вылив ещё немного на вход Фрэнка, он приставил к нему головку. Но прежде чем сделать первый толчок, Джерард накрыл губы подростка своими, затем уточнив на всякий случай ещё раз, готов ли он. Вопреки всем своим ожиданиям, первый стон Фрэнк издал не от удовольствия, а от боли, медленно распространяющейся по его телу из-за размеров члена Джерарда, который, казалось, был даже больше трёх его пальцев. — Тшш, всё хорошо, это нормально, скоро станет полегче. Нужно просто немного потерпеть, — принялся успокаивать Уэй, прекратив входить, но не став вынимать член полностью, так как Фрэнк пока ещё не говорил, что хочет остановиться. Подождав несколько минут и расслабив Айеро нежными поглаживаниями и успокаивающими словами, Джерард смог войти до конца. На этот раз Фрэнк уже не корчился от боли, но неприятные ощущения всё равно никуда не делись. Однако сказав себе «сейчас или никогда», он дал понять старшему мужчине, что тот мог продолжать. Его толчки были медленными и неторопливыми для того, чтобы у Фрэнка ещё было какое-то время привыкнуть. Первый стон удовольствия подросток издал, когда боль всё же притупилась, а головка члена Джерарда задела комочек нервов внутри. Теперь мужчина уже старался держать темп и придерживаться одного угла, чтобы попадать в эту чувствительную точку. — Ты можешь стонать так громко, как только захочешь. Я хочу слышать твои прекрасные стоны, котёнок, — остановившись, заявил он и поцеловал Фрэнка в уголок его губ, после снова набрав прежнюю скорость. Айеро решил прислушаться к Джерарду и не сдерживать себя, поэтому уже совсем скоро спальня наполнилась его стонами, переплетающимися с рычанием Уэя и шлепками плоти о плоть. Продолжая вбиваться во Фрэнка, Джерард вновь взял его член, стараясь синхронизировать свои толчки и движения рукой. Он уже чувствовал свой приближающийся оргазм, но сначала всё же хотел позаботиться о Фрэнке. — Ах… Я сейчас… Ох, — попытался предупредить подросток, но в следующий момент его разум заволокло туманом от удовольствия и говорить стало практически невозможно. — Давай, кончи для меня, Фрэнки. Услышав сквозь пелену тумана в голове голос мужчины и чувствуя, как рука на его члене стала двигаться ещё быстрее, Фрэнк излился в кулак и себе на грудь с немым стоном. У него никогда ещё не было настолько сильного оргазма, поэтому придя в себя лишь через несколько минут, он понял, что Джерард всё ещё не закончил и продолжал вбиваться в него, приближая себя к заветному наслаждению. Его волосы были мокрыми от пота и прилипали к его лицу, пока сам мужчина срывался на короткие стоны, входя в подростка до упора. Если бы это продолжалось ещё хотя бы пару минут, то Фрэнк был готов поклясться, что возбудился бы во второй раз, но вскоре толчки Джерарда стали более резкими и отрывистыми. Толкнувшись в последний раз, он громко простонал и кончил в презерватив, наполняя его своим семенем. Когда Джерарду удалось отойти от пережитого оргазма, он выбросил презерватив и почистил салфетками себя и Фрэнка от засыхающей спермы вперемешку со смазкой. После этого он обессиленно лёг на кровать и прижался к подростку, оборачивая одну руку вокруг талии, а вторую запуская в его ещё влажные волосы. — Люблю тебя, — прошептал он, неуверенный, заснул ли уже Фрэнк или нет. Но тот приоткрыл глаза и, сумев разглядеть в темноте лицо Джерарда, клюнул его в губы. — Я тоже люблю тебя. Спокойной ночи, Джи, — ответил Фрэнк и уткнулся в такую тёплую грудь мужчины. — Сладких снов, милый.