Между нами – всё лучше

— Думаю, я готов попробовать снова, — сказал Стид после обеда. Эд оживился, его лицо просветлело: — Правда? Стид кивнул: — Но что-то другое. Не думаю, что я буду готов… к тому некоторое время. — Конечно. Я считаю так же. — Эд взял Стида за руку и отвел к кровати. — Я думал об этом, и есть другой подход, который я хочу попробовать. — Другой подход? — Ну, кажется, тебе пока что не очень комфортно в… дающей позиции, — сказал Эд. На них обоих были только халаты, скромно завязанные на талии, и Эд позволил своему распахнуться, когда сел на кровать. — Кажется, это… слишком тебя напрягает. Ты чересчур беспокоишься о том, чтобы хорошо показать себя. Я прав? Стид кивнул с упадническим выражением лица: — Я не могу перестать бояться, что… я сделаю что-то не так. — Эй. Все в порядке. — Эд прикоснулся к его щеке, нежно улыбаясь. — Я думаю, что тебе не надо делать… вообще ничего? Стид поднял бровь: — Ничего? — Да. Просто, ну, лечь на спину и позволить мне ублажать тебя. — Эд развязал пояс халата Стида и стянул его. — И не переживай о том, чтобы что-то делать. Позволь просто… прикасаться к тебе. Как тебе это? Щекам Стида стало жарко. Это звучало прекрасно, но… — А как же ты? — О, я могу о себе позаботиться. — Эд махнул рукой. — Это не очень-то справедливо. Ты делаешь все для меня, а я не… — Стид, поверь. Твой оргазм прошлой ночью был самой горячей вещью из всех, что я когда-либо видел, черт возьми. — Эд страстно посмотрел на него, и Стид тяжело сглотнул. — Я… я представлял это себе: как ты разрешаешь мне касаться тебя везде, где мне нравится, и доводить тебя до изнеможения. Правда, любовь моя. Я хочу этого. Жар, вызванный в равной степени возбуждением, нежностью и облегчением, охватил Стида. Он кивнул, улыбаясь: — Хорошо. Глаза Эда засветились. — О, черт, да. — Он поцеловал Стида и отодвинулся. — Сядь и откинься на подушки. Стид сделал, как он сказал. Эд сел ему на колени и поцеловал его; его ноги свисали с кровати, руки обернулись вокруг шеи Стида. Ощущение губ Эда на собственных становилось знакомым, так же, как и звук его голоса или свет сверкающих глаз. Их поцелуи были медленными, неторопливыми, постепенно становящимися более глубокими и голодными, но никогда не перенасыщенными остротой. Стид запустил руку в его волосы, наслаждаясь их мягкими волнами, и Эд обхватил ладонями его лицо. Эд придвинулся вплотную к Стиду, сталкивая их члены. Стид задохнулся, и Эд издал смешок у его щеки. Он медленно гладил их, постепенно увеличивая давление; Стид чувствовал, как быстро твердеет. — Готов к большему? — спросил Эд. Стид кивнул; в голове был приятный туман, и возбуждение покалывало все тело. Эд слез с его колен, сполз ниже по кровати и умостил голову на локте между ногами Стида. Он лениво пробежался ладонью по его члену сверху вниз, его пальцы едва касались кожи. Стида с головы до пяток пробила дрожь. — Выглядит вкусно, — сказал Эд, подмигивая покрасневшему Стиду. Эд рассмеялся: — Боже, люблю заставлять тебя краснеть. Ты как священник в борделе. — Нет! — запротестовал Стид, что заставило Эд рассмеяться еще сильнее, а его — еще больше вспыхнуть. — Просто… Ты такой… И все это… все… Он замолчал. Эд вздернул бровь: — Договаривай. — Ты удивительный, — сказал Стид, хотя была еще сотня слов, из которых он мог бы выбрать. Прекрасный. Идеальный. Поразительный. Слишком хороший, чтобы быть реальным. — Я просто… Хотел бы я уметь делать то же, что и ты. Чтобы заставить тебя чувствовать себя так же, как ты заставляешь меня. Выражение лица Эда смягчилось: — Ты уже делаешь это, я чувствую себя чертовски великолепно, — сказал он, — и, эй, разве целью упражнения не является, чтобы ты перестал бояться сделать что-то не так? — Прости! — сказал Стид, пряча лицо в руках, — я… я заткнусь. — Стид. Пожалуйста, не стыдись своей неопытности. Я знаю все это благодаря годам практики. И… ну, я надеюсь, что ты… если я не слишком самонадеян… Он замолчал. Теперь была очередь Стида задирать бровь: — Договаривай. — Ну, я надеюсь, что… у тебя тоже будут годы практики. — Его щеки порозовели. — Со мной, я имею в виду. Для ясности. Сердце Стида растаяло. Он дотронулся до щеки Эда. — Я тоже на это надеюсь. Эд улыбнулся, сверкнув глазами, а потом опустился, нежно целуя головку члена. Вид — и ощущение — был невероятным. Стид действительно слышал, как сердце колотится у него в груди. Эд поймал его взгляд. Его распахнутые глаза были мягкими и смотрели с чувством, которое Стид опознал, как вожделение. Эд опустился ниже и впустил головку члена в рот. Стид задохнулся; его руки легли на волосы Эда. Тот нежно посасывал, отслеживая реакцию Стида, прежде чем опустить голову стремительным движением, принимая Стида целиком. — О боже! — вскрикнул Стид. Губы Эда обхватили самое основание члена, нос уткнулся в полосу золотистых волос, бегущих вверх по животу Стида. Эд поднял и снова опустил голову, медленно скользя вверх-вниз, и Стид застонал, глубже зарываясь в подушки. Теплый, влажный рот, ощущение щетины на коже, когда Эд опускался, — великолепно, абсолютно идеально. Эд выпустил головку с тихим чпоканьем и выжидающе посмотрел на Стида: — Хорошо? — Черт, Эд, — голос Стида дрожал, — Я… Я… черт. Эд усмехнулся, оставив еще один поцелуй на головке. — Именно то, что мне нравится слышать, — пророкотал он, целуя член все ниже и ниже, по всей длине, пока не достиг вьющихся волос. Широко провел языком от основания до головки, и Стид ахнул. — О, Эд, я люблю тебя, — простонал он, — ты великолепен, я… я так сильно люблю тебя… Он держал глаза закрытыми, но, когда осознал, что Эд не двигается уже несколько мгновений, распахнул их и посмотрел на Эда. — Что такое? — прошептал он. — Это… ах, — Эд быстро заморгал, — никто никогда не говорил мне раньше, что любит меня, пока я отсасывал. — О. — Стид не был уверен, как ответить. — Что обычно говорят? Я могу… говорить что-то еще, если тебе… — Нет, — с жаром ответил Эд, но одернул себя, отметив удивление Стида, — В смысле… Я не хочу, чтобы ты останавливался. Просто… не привык слышать такое. Стид улыбнулся, играя с его волосами. — Я люблю тебя, — сказал он снова, и Эд закрыл глаза, чуть дрожа. Он снова взял член в рот, заглотил его целиком, и Стид совершенно потерялся в волнах покалывающего удовольствия. Он довольно быстро почувствовал, что уже на грани. — Эд, — проговорил он задушено, — я сейчас кончу, ты… Он легко потянул Эда за волосы, пытаясь отстраниться, но тот лишь застонал вокруг его члена, не двигаясь. Он смотрел на Стида глазами, полными желания, и только тут Стид заметил, что Эд яростно дрочил свой член. — Эд… — предупреждающе выдохнул Стид, потянув сильнее; глаза Эда закатились, и он застонал снова. Ощущения вибрирующего горла вокруг члена было уже чересчур, слишком много для любого мужчины; Стид выкрикнул его имя и излился ему в рот, вбиваясь в горло. Стид с бешено колотящимся сердцем откинулся на подушки, полностью обессиленный, и открыл глаза как раз, чтобы увидеть Эда, вытирающего рот тыльной стороной ладони и жадно смотрящего на него, пока его рука двигалась все быстрее и быстрее. — Эд, прости. Я не собирался кончать тебе в… — Стид, это было так охуенно горячо, — прорычал Эд, и они начали грязно целоваться, стукаясь зубами. Эд застонал ему в рот, и Стид ощутил, как тот выплескивается на его живот. Эд тяжело дышал, опускаясь на Стида сверху и пряча лицо в изгибе его шеи. Стид обернул руки вокруг него, удерживая так и упиваясь прекрасными тяжестью и теплом, пока Эд немного не приподнялся, чтобы посмотреть на него. — Хорошо? — Черт, Эд, — ответил Стид, — бесконечно хорошо. — И отлично. — Эд улыбнулся и подарил ему быстрый поцелуй. — Не слишком? — Нет. Нет, как раз достаточно. — И ты не… это не слишком напоминало тебе о?.. — Совсем нет, — потряс головой Стид, — мы с Мэри никогда не делали такого. — Ее упущение, — ухмыльнулся Эд, — у тебя фантастический член, знаешь? Стид покраснел: — Думаю, ты пристрастен. — Может быть, — пожал плечами Эд, — но я сосал много членов в свое время, так что я бы сказал, что своего рода знаток, и это экземпляр высшего класса. Стид смеялся, все еще заливаясь румянцем, и Эд смеялся, и он чувствовал, как тепло внутри него растет словно мягкое пламя из тлеющих углей. — Не возражаешь, если мы почистимся? Боюсь, мы скоро начнем склеиваться. — О! Точно. — Эд встал с кровати и вернулся с влажным платком. Он начал протирать живот Стида. — Прости за… это. Не особо думал, честно говоря. Привел тебя в полный беспорядок, да? — Я не против. Мне понравилось, — сказал Стид, и Эд засиял. — Это значит, что и тебе понравилось? Тебе было нормально? — Нормально ли мне было? — повторил Эд, вытирая свой живот. Он бросил платок на пол и забрался обратно на колени Стида, свесив ступни с кровати. — Приятель, не думаю, что я когда-то еще был так возбужден от того, что сосал член. — Правда? Даже несмотря на то, что я не… не делал ничего? Эд обнял его за шею: — Если это ты называешь “ничего не делал”, ты должен делать это чаще. Боже, то, как ты тянул меня за волосы… Осознание пришло к Стиду до неприличия поздно. — Тебе… понравилось, когда я делал это. — Понравилось? Приятель, это чертовски завело меня. Стид старательно записал этот лакомый кусочек в недавно созданную ментальную энциклопедию имени Эда. — То есть тебе было хорошо? — Стид, не знаю, сколько еще раз мне нужно повторить, что… — Прости, — быстро проговорил Стид. Он отвел взгляд, но передумал и снова посмотрел на Эда. — Мне… мне нужна перестраховка. Выражение лица Эда смягчилось. Он поцеловал Стида в щеку, прижавшись к нему. — Мне было очень хорошо. — Честно? — Приятель, ты правда думаешь, что я из тех людей, кто врет ради того, чтобы пощадить чьи-то чувства? — Именно! — Стид усмехнулся, — Я знаю, что ты ненавидел ту глупую охоту за сокровищами. И знаю, что это Люциус надоумил тебя соврать. — Он что, настучал на меня? — спросил Эд, и Стид фыркнул. — Окей, ладно, я думал, что охота за сокровищами была… дурацкой. Но я прекрасно провел время. — Ты только говоришь так. — Нет! Та змея была вкусной. — Эд клюнул его в щеку. — В любом случае, я все время крутился около тебя. Скорее всего, я бы и не заметил, нашли мы сокровище или нет. Стид улыбнулся: — Ты такой романтик, Эдвард Тич. — Только для тебя, любовь моя. Между ними воцарилась умиротворенная тишина; Эд закатился под бок к Стиду, зарывшись в груду подушек позади него. Стид рассеянно поглаживал его руку, купаясь в лучах послеполуденного солнца и послевкусии их взаимодействия. Он думал об Эде, о том, как ощущался его рот, о том, что он говорил после, пока… — Эд? — сказал он. — Сколько тебе было, когда ты впервые переспал с мужчиной? — М? — Эд задумался. — Около семнадцати, наверное. А что? — Не знаю, просто… размышлял. — Стид поджал губы. — Как это было? Эд пожал плечами: — Трудно вспомнить, честно говоря. Я был на корабле, и там были парни примерно моего возраста. Они все делали это друг с другом, и однажды один из них спросил меня. Мне было любопытно, так что я согласился. Это ничего не значило для нас. — А… до этого у тебя… уже были женщины? — Не, только через пару лет. У меня было больше мужчин, чем женщин. Всегда любил мужчин больше, но и женщина тоже может доставить много радости при случае. Стид надолго замолчал, и Эд мягко толкнул его. — К чему ты спрашивал? — Потому что ты первый мужчина, которого я захотел, — сказал Стид, — Мне просто… Думаю, я не понимаю, как ты выяснил, что любишь мужчин, так рано. Эд передвинулся так, чтобы видеть лицо Стида. — Правда? Первый? — Мне так кажется. В смысле… раньше были мужчины, которые, думаю, мне нравились, хотя я не осознавал этого тогда. В школе были мальчики… Я считал их симпатичными, нервничал, когда находился рядом, и хотел дотронуться до них, в совершенно невинном смысле. Моей самой дикой фантазией было подержаться за руки с одноклассником. — И ты никогда не думал ни о чем большем? — Ну… нет. Я имею в виду, что мне даже не приходило в голову, что может быть что-то еще. — Стид пожал плечами. — Мне было хорошо за двадцать, и я уже был женат, когда услышал, что мужчин могут привлекать другие мужчины. И даже после этого, даже после того, как я понял, что мне нравится смотреть на мужчин и что они мне нравятся, я никогда не думал о них как о чем-то сексуальном. Это просто… не приходило мне в голову, полагаю. — Он провел рукой по спине Эда. — Так… как ты понял? Эд пожал плечами. — Грязные мысли появились, когда я был еще подростком, и все они были о мужчинах. Я вырос в доках в окружении моряков. Множество из них делают это друг с другом, в основном из-за удобства — знаешь, много времени без женщин и все такое. Но некоторые предпочитают мужчин, даже на суше, и я всегда знал, что отношусь к этому типу людей. — Хотел бы я знать раньше, — почти прошептал Стид, уставившись на стену, — я столько лет провел запутавшимся. Даже после того, как я оставил жену, я не был уверен. Даже после того, как встретил тебя. — Он снова посмотрел на Эда. — Ты знаешь, что я даже не понимал, что влюблен в тебя, пока ты не поцеловал меня? — Что? — У Эда отвисла челюсть. — Ты… Так долго? — Я не знал, что я чувствую! Я знал, что что-то чувствую, но это не было похоже ни на что, что я уже испытывал, и я не знал, как это называется. Даже когда Джек сказал мне, что вы с ним были вместе раньше — он просто хотел заставить меня ревновать, и это сработало, я взревновал, — но я даже не понимал, что это ревность. — Это было давно, и он ничего для меня не значил, — спешно ответил Эд, — он и я… мы просто трахались для развлечения. Не как… — Я уже не ревную, — уверил Стид, улыбаясь: Эд выглядел таким застенчивым. — Я к тому, что это все было… так незнакомо мне. Это не только к тому, что я не был влюблен раньше. Я никогда не чувствовал ничего похожего. И пока ты не поцеловал меня, я не понимал, какой природы эти чувства. — Он наклонился вперед и мягко поцеловал Эда. — Ты заставил меня испытывать такое количество чувств, что я даже не знал, что способен на них, дорогой. Эд вспыхнул и поцеловал его в ответ. Какое-то время они лениво целовались, пока Эд не прервался и не сказал: — Не могу поверить. Все это время ты флиртовал со мной случайно? Стид ошарашенно уставился на него: — Я с тобой флиртовал? — О боже, — засмеялся Эд, — все это время я думал, что ты просто меня динамишь! Ты знаешь, что я был уверен, что мы собираемся потрахаться в ночь после того приема? Я даже подошел ближе для поцелуя! — Ты что? — Стид открыл рот от изумления. — Ты… Так вот что ты делал? Ты пытался поцеловать меня? — Стид, ты чертовски безнадежен, приятель. — Эд трясся от смеха. — Я-то думал, что я настолько очевиден. — Но когда ты начал? Я даже не заметил! — Хм. Помнишь нашу первую встречу, когда я возвышался над тобой весь такой крутой и с пушкой в очень красноречивом месте на поясе? — Да, конечно. Эд поднял бровь. — Стид. Это был флирт. — Что? — пролепетал Стид. — Блять, ты такой милый. — Эд поцеловал его в щеку. — Ты действительно не понял, что я заигрываю, когда я предложил обменяться одеждой? — Я… нет. — Я втрескался в тебя с головой с первого дня, — тепло сказал Эд, — я пропал, как только ты показал мне свой потайной гардероб. — Ох, — надломленным голосом произнес Стид, и его глаза стали влажными. Он не мог придумать, что сказать, так что вместо этого он поцеловал Эда. Дневное солнце нашло их много минут спустя в объятиях друг друга, сонными и удовлетворенными, довольными компанией друг друга.