You and me...?

— Это фиаско, братан, — Антон нервно расхаживает из стороны в сторону, меряя просторную комнату широкими шагами. — Что именно? — флегматично отзывается Поз, тыкая на кнопки джойстика. — Сука! Да куда ж ты бьёшь?! — взрывается парень, когда персонаж, за которого он играет, мажет по воротам соперника. — Ты им вообще-то управляешь, — замирает Шаст, вздернув в недоумении бровь, но через секунду его лицо снова искажается страдальческим выражением. — Я про Арсения! Ты меня слушал вообще? — Твой новый репетитор, который оказался сыном друга отца и раскусил твою недоактёрку, поэтому ты сейчас на очке и не знаешь, что с этим делать, всё верно? — пересказывает тот, не отрывая взгляда от экрана. — Да, — Антон в отчаянии плюхается пятой точкой на кровать, закрывая лицо руками, и картинно вздыхает.       Дима все-таки ставит игру на паузу, кладёт джойстик на пушистый ковер, поворачивается к другу и утешительно хлопает его по острой коленке. — Шаст, всё не так плохо, просто нужно немного сменить тактику. — Ага, и как? — Антон немного приоткрывает лицо, раздвигая ладони. — Так, давай подумаем, — Дима отводит взгляд и, сощурив глаза, всматривается в пустоту, строя в ней воображаемые схемы. — Он теперь в курсе, что у тебя довольно хороший уровень языка. Но! Хороший не значит достаточный для успешного прохождения теста. Ты ведь уже знаешь, какие примерно будут вопросы на Тофеле? — Тоэфеле, — машинально поправляет Шастун. — Да, знаю. — Ну, и делай необходимый минимум. А во время теста намеренно завали пару вопросов, чтобы не добрать какое-то колличество баллов. Если будут претензии, то спишешь на волнение и стресс. Короче говоря, просто покажи этому Арсению, что у твоих знаний есть предел, выше которого ты не перепрыгнешь. Сечешь о чём я? — Ага, — воодушевленнее соглашается Антон. Всё-таки повезло ему с другом. — Супер! — радостно шлёпает того по коленке Позов, отчего парень морщится. — А теперь, будь добр, закажи хавчик, а то мой желудок сожрёт сам себя, — Димка разворачивается обратно к плазме, берет в руки джойстик и продолжает бой с искусственным интеллектом под приглушённые крики пиксельной толпы на трибунах.

ххх

      Антон смотрит в стол, но ничего не видит. Даже шариковую ручку, которой он нервно постукивает по резиновому коврику мышки, не замечает.       Арсений, вальяжно расположившись в широком игровом кресле, внимательно пробегается глазами по тексту, периодически угукая под нос. — Хорошо, — заключает он и переводит взгляд на ученика. — Но ты можешь лучше.       И без тебя знаю, что могу, — думает парень, но вслух с тяжёлым вздохом произносит: — Не уверен, — и, видя скептичный взгляд репетитора, добавляет, — ну, правда. Я реально запарился с этим текстом.       Походу, срабатывает, потому что Арсений, опустив тетрадь на колени, отводит взгляд и задумчиво покусывает губу. Залипательно. — Недостаток мотивации, — заключает он, лукаво смотря на парня. — Тебе ведь нравится Imagine Dragons? — Чё? — теряется тот. — Откуда ты?.. — Ну, Антош, ты не особо-то скрываешь свой профиль в социальных сетях. А я очень наблюдательный.       Антон пялится на мужчину с непередаваемым ахером в глазах. Вот это уже реально пугает. Где он ещё за ним следит? И как долго собирал личное досье? — Ну, допустим, — нехотя соглашается парень, предполагая, что сейчас будет что-то из серии «напиши сочинение про свою любимую группу». — Отлично, — ещё больше воодушевляется репетитор, садясь ровно по струнке. — Предлагаю места в первый ряд на предстоящем концерте взамен на то, что ты перепишешь текст, но уже с лексикой и конструкциями advanced.       Антон усмехается, откидываясь на спинку неудобного стула, и скрещивает на груди руки. — Я по-твоему не могу позволить себе эти билеты? — А с проходом за кулисы и личным общением с группой?       У парня глаза расширяются настолько, что кажется вот-вот выпадут из орбит. — В смысле? — окончательно теряется он. — То есть прям реально, вживую? — а мозг уже генерирует картинку с приветливой улыбкой Дэна Рейнольдса и его крепкое рукопожатие. — Реально и вживую, — улыбается Арсений.       Антон щурит глаза. — А не наёбываете ли вы меня часом, Арсений Сергеевич? — Нет, — спокойно и вроде как искренне отвечает мужчина. — Я когда-то пересекался с их менеджером по работе, мы остались в хороших отношениях. Могу договориться. И какой смысл мне тебя обманывать, Антон? Обману сейчас, дальше этот трюк не сработает, и мы откатимся к тому, откуда начали. — Ну, да, логично, — соглашается парень. — Ладно, перепишу текст, — Антон не в силах отказать перспективе личной встречи со своими кумирами, его фанатское сердце такого просто не выдержит. Он забирает тетрадь, что покоится на коленях Арсения, и тут его кисть накрывают изящные длинные пальцы. Антон коротко сглатывает, а его пульс, как назло, учащается. Он поднимает вопросительный взгляд на мужчину. — Я пойду с тобой, — бархатным голосом добавляет Арсений. — Проконтролирую общение с ребятами. Считай это практикой по говорению. — Ладно, — а чё он ещё скажет, если это предложение самого мужчины и менеджер группы — его приятель? Только бесит, что голос при этом предательски дрожит. Так, что приходится одернуть руку и упереть взгляд в тетрадь, отворачиваясь от довольно улыбающегося репетитора.

xxx

      Столько народа, сколько набивается в «Олимпийский», Антон видел разве что на чемпионатах по футболу. Вообще он не часто куда-то выбирается, предпочитая следить за подобными мероприятиями с большого экрана в комфорте и спокойствии дома. Толпа пугает его даже с учётом того, что он, как правило, возвышается над ней на две головы.       И сейчас, видя, как стройный поток разномастной толпы постепенно заполняет огромное пространство, радуется тому, что находится в специально огороженной вип-зоне. На фоне играет динамичная инструментальная музыка, настраивая людей на предстоящий концерт, а на огромных экранах в кислотно-неоновых цветах крутится логотип группы.       Пока Антон с любопытством изучает световую технику, Арсений легонько бьёт его по плечу. Парень поворачивается к мужчине с вопросительно изогнутой бровью. — Хочешь? — указывает он взглядом на небольшую блестящую фляжку в руке, чем вызывает у Антона нескрываемое изумление. — Как ты? — тихо начинает он, прикрывая контрабанду своей широкой спиной, чтобы внимательные охранники в черных футболках не заметили блеск металлического предмета. — В штанах, — с улыбкой поясняет брюнет. — Пиздец, — комментирует сию находчивость парень, перенимая фляжку и быстрым движением опрокидывая её горючее содержимое внутрь. Горло печёт неимоверно, отчего Антон болезненно морщится, а на губах оседает привкус элитного вискаря — самое то для репетитора по английскому. Наверняка, какой-нибудь шотландский, долгой выдержки. — Уф, — Антон протирает рот рукавом кожаной куртки, вдыхая её аромат, чтобы перебить спиртовой душок. — Хорош.       И в этот момент все софиты обращаются на сцену, заполняя её ослепляющим светом, а по огромному залу прокатывается волна первых нот ритм-гитары. Этот трек все узнают с первых секунд, сливаясь с качающей мелодией в оглушительно радостном визге. Антон не замечает, как Арсений перехватывает из его онемевших рук фляжку и прячет у себя в джинсовке. Парень завороженно, с приоткрытым от восторга ртом, следит за каждым движением музыкантов на сцене. Чувствует, как грудную клетку чуть ли не разрывает от мощных басов, которые резонируют с ударами сердца.       Дэн со своей фирменной рыжей бородой, одетый в простую черную футболку и темные карго, выходит на центр сцены и подносит микрофон ко рту, пропевая роскошным тембром первые строчки песни:

First things first

I'ma say all the words inside my head

I'm fired up and tired of the way that things

have been, oh-ooh

The way that things have been, oh-ooh

      И десятки тысяч незнакомых людей вторят ему, пропевая хором строчку за строчкой. Антон не исключение. Он так увлекается, что не замечает довольного и восхищенного взгляда Арсения, который следит больше за ним, чем за происходящим на сцене.       К припеву Дэн своей харизмой и энергетикой заводит толпу настолько, что она не в состоянии просто стоять на месте. Народ беснуется, крича в один голос:

You break me down, you build me up, believer, believer!

      Люди танцуют и подпрыгивают, вскидывая в экстазе руки. Антона тоже ведёт, он вообще забывает, где находится и с кем. Есть только поток музыки, ослепляющий свет, гипнотизирующий голос солиста и слова, что прожигают душу насквозь.       Он сейчас как оголеный нерв — открытый, уязвимый и невозможно счастливый. Арсений смотрит на него, и ему кажется, что парень сияет ярче любого софита в десять тысяч ватт.

xxx

      Взъерошенный, вспотевший, но довольный и улыбающийся от уха до уха Шастун, плетется за Арсением по узкому коридору, где они, наконец, встречаются с мужчиной с длинными темными волосами и бородой, руки которого украшены многочисленными татуировками.       Мужик при виде Арсения ослепительно улыбается и заключает его в крепкие объятия. — Hey, dude, what's up? — радостно произносит он. — We've not been seeing for ages, man. — Sorry, Keith, I had a lot of work, — оправдывается Арсений, чуть отстраняясь от мужика, но продолжая пожимать его руку.       Патлатый лукаво смотрит на Антона и комментирует: — Is it him, your work?       Арсений тоже бросает взгляд на мальчишку и расплывется в игривой усмешке. — Yeah, a sort of. — I'm Keith, Imagine Dragons' manager, — мужик оставляет Арсения и протягивает руку Шастуну. — Anton, — коротко представляется парень, не зная, что ещё добавить. Вряд ли менеджеру крутой и всемирно известной группы будет интересно, что он всего лишь студент экономического. — Nice to meet you, Anton, — вежливо улыбается иностранец. — Me too, — зеркалит улыбку тот. — So, guys, — энергично хлопает в ладоши Кит. — Follow me, I'll introduce you to the band.       Менеджер разворачивается и первым ступает по узкому коридору, ведя за собой парней.       Спустя несколько запутанных поворотов и проверок охранниками пропусков, которые Кит любезно им предоставляет, они подходят к темной двери с лаконичной надписью «dressing room». Кит уверенно открывает её, жестом приглашая войти. И тут Антон чувствует, как ноги становятся деревянными, приростая к полу, а ладони стремительно покрываются потом. Он делает глубокий вдох, как перед прыжком в воду, и замирает, а Арсений, наконец, обращает внимание на его состояние. Подходит к парню и аккуратно обхватывает ладонью его запястье. — Ну, чего ты? — ласково произносит он, заглядывая в напуганные зелёные глаза. — Волнуешься? — Мгм, — всё, что в состоянии выдать Антон. — Всё будет хорошо, — спокойно заверяет мужчина. — С тобой идёт один из самых крутых переводчиков в мире, — и игриво подмигивает. — Если что, я прикрою.       Плечи Антона, кажется, немного расслабляются, и он медленно выталкивает скопившийся в лёгких воздух. — Идём, — мягко подталкивает Арсений, отпуская руку парня, и первым вступает в небольшое помещение за Китом, который всё это время деликатно молчал, придерживая дверь.       Внутри помещение мягко освещено заполняющим светом и лампочками по периметру больших зеркал. На небольшом журнальном столике — всевозможные закуски и напитки: в основном вода и энергетики. В гримерке раздается громкий смех. Платцман, сидя на спинке кожаного дивана и уперев ноги в мягкое сидение, что-то увлеченно рассказывает остальным. Ребята внимательно его слушают, периодически перебивая, чтобы накинуть какую-нибудь шутку. Уэйн пакует гитару в чехол, а Бен увлеченно листает ленту тиндера. Дэн сидит напротив Плацмана на другом диванчике и жадно глотает воду, на его широких плечах накинуто белое полотенце, но, несмотря на усталость, его глаза всё ещё горят азартным огнём.       Когда Кит и сопровождающие входят в помещение, все обращают внимание на эту компанию. Платцман замолкает и с любопытством изучает незнакомцев. — Hey, guys, this is my friend Ars, who I told you about, — указывает на брюнета менеджер группы. — And this is Anton, his protege, — представляет онемевшего парня Кит.              Арсений уверенно подходит к каждому из участников группы и пожимает им руки. Ребята приветливо ему улыбаются, а Арс закидывает их комплиментами о потрясающим, великолепном и just awesome выступлении. Антон на автомате повторяет за ним, но его сознание покинуло коробочку, как только он переступил порог гримерки, и, кажется, не планирует к нему возвращаться. — Hey, Anton, — неожиданно обращается к нему сам, мать его боженька за ногу, Дэн Рэйнольдс. — Ars is an interpreter, as I heard. What about you, man? What do you do?       Антон облизывает в волнении пересохшие губы. — I'm a student now, study economics and finance, — с идеальным американским акцентом выдает он, а речь его скользит плавно и свободно, как будто он уже пару лет живёт за границей. — But, to be honest, I'd like to do music, — горячо признаётся он.       Арсений разворачивается к нему в немом удивлении. Этого он никак не ожидал услышать. — Wow, — чуть усмехаются участники группы, и только Дэн смотрит на парня с любопытством. — What kind of music?       Антон мнется, а его уши мгновенно краснеют, но он все же решается открыть правду. — Electronic. Some kind of house, synthpop, disco, and rave, — на выдохе выдает он. — Sounds interesting, — улыбается Дэниел. — You can be MC or form your own band. Anyway I wish you all the best, man, — он неспешно поднимается со своего места и подходит к замершему парню, который даже не моргает. — Keep it up and may be one day we'll stay on the same stage, — заканчивает музыкант, похлопывая мальчишку по плечу.       Антон готов описаться или расплакаться на месте — одним словом, выпустить из себя любую скопившуюся жидкость, вместе с которой вырвутся наружу переполняющие до краев эмоции. — Thanks, — вместо этого скромно выдает он.

xxx

      Они стоят напротив друг друга в одном из многочисленных коридоров «Олимпийского». Антон наклонившись и уперев о колени руки, переводит дух.       Как только они вышли спустя пятнадцать минут веселой болтовни, в основном, рассказов Арсения о случаях из работы с организаторами крупных музыкальных фестивалей и на радио, памятных фоток и взаимных пожеланий успехов, у Антона сразу же закружилась голова, а колени стали ватными. Арсений, страхуя его под руку, вывел бедного парня в коридор и предложил сделать паузу, чтобы немного выдохнуть. Чем Антон сейчас и был занят, рассматривая серый досчатый пол.       Неожиданно в поле его зрения появляется протянутая мужчиной фляжка. — Решили споить меня, Арсений Сергеевич? — весело подмечает он, но фляжку в руки берёт и жадными глотками выпивает всё содержимое. — Ты уже пьяный без вина, — веселится репетитор. — Это точно, — соглашается парень, откидывая голову на прохладную стенку и передавая фляжку обратно Арсу.       Спустя пару глубоких вдохов и выдохов, Антон прерывает затянувшееся молчание. — Спасибо, — тихо произносит он. — Это был одних из лучших… нет, пожалуй, лучший день в моей жизни. — Ох, сколько ещё у тебя их будет, — отмахивается Арсений, а у самого щеки еле заметно розовеют. — Но пожалуйста. Я, честно говоря, не ожидал, что ты занимаешься музыкой. Когда ты говорил об этом, у тебя так горели глаза, — с улыбкой вспоминает он.       Антон краешком губ улыбается в ответ. — Sometimes things are not what they seem, — повторяет он брошенную в день их знакомства фразу Арсения.       Мужчина поднимает на него пораженный взгляд, а затем коротко усмехается, обнажая очаровательные ямочки на щеках, а его бездонные глаза светятся так ярко, что Антон замирает не в силах выдохнуть, чтобы случайно не спугнуть момент. Очень красивый. Арсений очень красивый в этот момент.       Арс скорее чувствует, чем замечает на себе взгляд, полный неприкрытого интереса и восхищения. Он хорошо знает этот взгляд, не раз замечал на себе. И знает, к чему это, как правило, ведет, поэтому замирает, а с его лица резко стирается всё веселье. Ему самому страшно заглянуть в эту янтарную зелень. Но он ведь взрослее, ответственнее, поэтому Арсений медленно поднимает веки с длинными черными ресницами, встречаясь с прожигающим взглядом напротив.       Даже воздух вокруг них, как перед грозой, становится разряженным, плотным и чистым до головокружения.       Арсений ловит на краю сознания последнюю мысль: «Черт, ты же сделаешь это», а потом его губы накрывают требовательным жарким поцелуем с привкусом выдержанного виски. Тёплые широкие ладони ложатся на его щеки, чуть запрокидывая голову, а влажный язык наглым образом вторгается в рот, углубляя и без того головокружительный поцелуй.       Собрав последние крупицы самообладания, Арс отталкивает парня от себя, но не сильно, чтобы не показаться грубым. — Только не говори, что я неправильно тебя понял, — жарко шепчет Антон, продолжая держать горящие щеки Арсения в своих ладонях. — Мне домой пора, Антон, — как же это убого — корит самого себя Арсений, но сейчас обсуждать случившееся он не готов. — Пусти, пожалуйста.       Антон растерянно моргает и отпускает мужчину, отступая на шаг.       Что, блин, на него нашло? Он не понимает. Но куда больше тривиальных мыслей об ориентации и субординации, его бесит реакция Арсения. Охуевший, блять, репетитор. Сначала заигрывает с ним, весь из себя такой ласковый и внимательный, а потом сбегает, как пятнадцатилетняя девственница. Козлина натуральная.