"In Nomine..." Часть 2 "Во имя свободы"

      Возглас гарпунëра произвëл впечатление взрыва: оглушительного и внезапного. Люди, от капитана до последнего юнги, побросали свою работу и в каких-то пару минут столпились у борта. Даже Консель, привлечëнный всеобщей суматохой, поднялся на палубу, интересуясь, что происходит.       О, да - Нед не ошибся! Невдалеке от линии горизонта в воде явно находилось какое-то крупное существо. По крайней мере, его широкая спина, слегка выступавшая из воды, отчëтливо темнела на фоне моря. Поднеся к глазам бинокль, я убедился, что глаза мне не лгут. Когда все успели утратить надежду, чудо всë-таки свершилось - гигантский нарвал неторопливо плыл в нескольких милях от фрегата!       - Поглядеть бы на этого красавца целиком, - невольно посетовал я, с неохотой опуская бинокль. - Против солнца он невозможно ярко бликует. Пока не могу предположить его точную классификацию.       Капитан Фарагут, наблюдавший картину в двух шагах от меня, сжал пальцы в кулак.       - Поберегите зрение, господин Аронакс. Я с удовольствием предоставлю вам возможность распотрошить эту тварь по косточкам, как только мои матросы вышибут из неë дух.       Несмотря на азарт, плавно завладевавший душой, я поморщился.       - Не забывайте о гуманности, капитан. Мы охотники, а не живодëры. Быстрая смерть предпочтительнее долгой агонии.       - Кто бы сомневался, - ядовито отозвался Нед Ленд, успевший раздобыть себе наточенный гарпун. - Обязательно спросите у нашего монстра, какой смертью он предпочтëт сгинуть. Хотя нет, - передумал он сквозь громкий хохот собравшихся, - Лучше отойдите и не мешайтесь под ногами. А я с удовольствием скажу нашей зверюге пару ласковых!       Положение, однако, не слишком располагало к немедленной атаке. Как назло, в этот день на небе не было облаков, и южное солнце, по-прежнему летнее и жаркое, стояло почти в зените, ослепляя наблюдателей и затрудняя оценку ситуации; поэтому первым приказом Фарагута в начавшейся охоте "Авраам Линкольн" развёл пары и двинулся наперерез неизвестному киту, надеясь преградить ему путь. Нед занял место на бушприте, удобнее перехватив своё оружие; экипаж расхватал мушкетоны, способные выбрасывать гарпун на целую милю, в полной готовности открыть огонь на поражение. Мы с Конселем замерли чуть поодаль, наблюдая за начавшейся кампанией.       Да уж, пожалуй, рано я начал сокрушаться о неудаче: воодушевлённые долгожданной встречей с монстром моряки образцово выстроились по левому борту. "Пли!" - прозвучало с капитанского мостика, и с десяток гарпунов устремились в море. Победный клич практически тут же сменился криками ярости - животное скрылось под водой в полумиле от судна. Минуту люди одержимо оглядывали простор, угадывая, где нарвал может всплыть на поверхность. Логика подсказывала мне, что если залп мушкетонов раздразнил агрессивное существо (а скорее всего, так и было), то оно скорее вступит в бой, чем скроется восвояси. Ведь не зря же оно в своё время протаранило "Шотландию". Однако где же...       Нас едва не свалило с ног от мощного толчка снизу. Пол на секунду подпрыгнул вверх, а до ушей донёсся звук глухого удара. Похоже кит поднырнул под киль "Авраама Линкольна" и со всей силы ударил его спиной.       - Чёрт побери, эта тварь над нами насмехается!       - Справа по борту! Уходит!       - Не уйдёт. Право руля! - раздался голос Фарагута. - По моей команде... - стрелки бросились на противоположный бок корабля, перезаряжая орудия, - Огонь!       Лезвия градом посыпались вниз, почти вспенивая воду вокруг чудовища. Несколько гарпунов достигли цели, но - странное дело - соскользнули с его боков, по-видимому, не причинив никакого вреда. Как минимум, в море не появилось ни струйки крови, указавшей бы на то, что чудовище ранено; вовсе нет - оно преспокойно продолжало движение в сторону от нас, даже не озаботившись тем, чтобы ответить на нападение. Ну, нет! Не для того мы столько недель искали его, чтобы отпустить с миром.       В машинное отделение прошёл приказ поднять давление с шести до десяти атмосфер. В несколько минут из труб фрегата повалил густой дым, и он двинулся вслед за беглецом, набирая скорость. Мы с Конселем забрались на мостик к капитану Фарагуту, откуда открывался отличный вид на ход преследования. Вскоре к нам подошёл мрачный, как грозовая туча, Нед Ленд. На мой немой вопрос он фыркнул, что во время быстрого лавирования бушприт ходит ходуном, и удержаться на нём проблематично. Потом не сдержался и ударил кулаком о перила.       - Вот дьявол! Я дважды зарядил в него гарпуном, а тому как слону дробина! Неужели он и правда так живуч, как вы говорили, профессор? Угораздило же меня тогда пошутить про обшивку!       - Я предупреждал вас, Нед, что шкура этого гиганта, по расчётам, не уступает стали.       - Стало быть, обычные орудия тут не помогут?       - И что вы предлагаете, мистер Ленд? - напряжённо отозвался капитан, следя за сокращающимся расстоянием между нами и нахальным животным.       Тот скривил губы в дерзкой усмешке.       - Не вышло тихой рыбалки - будет охота. Нужно подобраться поближе и стрелять из пушки. Посмотрим, выдержит ли его хвалёная броня конические ядра!       Носовую пушку тотчас зарядили. Но едва фрегат стал настигать цель, а его командир дал команду к бою, чудовище внезапно сделало крюк и рвануло вдвое быстрее прежнего. Снаряды, не долетев, скрылись в пучине.       - Проклятье! - взревел взбешённый поражением канонир. - Эта дрянь изменила курс!       Действительно: мы вновь двигались на запад и снова шли против солнца, безуспешно догоняя юркого нарвала. Право, обладай это создание глубин интеллектом, я бы решил, что оно знает толк в глумлении...       Несколько часов длилась эта безумная погоня! "Авраам Линкольн" то и дело настигал своего противника. Матросы, окончательно выведенные из себя, бушевали, паля в китообразное из всего, что имелось под рукой, осыпали снарядами среднего и крупного калибра - бесполезно. Зверь с ловкостью, достойной уважения (особенно при его огромной массе), уходил с линии огня, проходил полукругом вдоль бортов и нырял. А в следующие минуты его спина показывалась уже в совершенно другом месте.       Поведение кита казалось мне странным. Осознав себя добычей, он словно забавлялся этим, не пугаясь, не пытаясь улизнуть или сбежать с поля битвы (хотя, судя по его возможностям, мог бы проделать это без лишних усилий). Вместо этого он несколько раз напугал нас, когда, заложив крутой вираж, разгонялся и шёл на таран, вызывая на палубе панические крики. В эти жуткие моменты я чувствовал, как азарт сменяется в сердце ужасом, а пульс отчаянно бьётся в висках. Впрочем, каждый раз оказывался обманом: в десятке метров от корпуса грозный бивень скрывался под водой. Возникало мучительное затишье. Затем нарвал показывался в полумиле от нас, и гонка начиналась заново.       Когда солнце стало клониться к закату, наступила небольшая передышка. Люди, утомлённые бесконечным волнением и часами авральных манёвров, отчаянно нуждались в отдыхе. Кит, на удивление, тоже умерил пыл, замерев на поверхности в десятке кабельтовых от преследователей. После некоторых колебаний решено было всё же воспользоваться паузой и объявить ужин. Были, конечно, особо горячие головы, предлагавшие нападать на монстра прямо сейчас, пока он выбился из сил, однако остальная команда, голодная и измотанная ничуть не меньше, буквально валилась с ног после убийственного напряжения. Рассудив, что предыдущие двенадцать попыток прямой атаки не удались, капитан Фарагут дал добро подкрепить силы, оставив на палубе нескольких дежурных следить за чудовищем. Не имею понятия, был ли у диковинного существа свой собственный ужин, но покамест оно вело себя тихо, покачиваясь на волнах и в очередной раз не пытаясь убежать.       За едой только и разговоров было, что о подводном монстре. Его ругали на все лады, осыпали проклятиями и приводили самые невероятные гипотезы о его происхождении. Да... Если бы на судне в этот момент оказался какой-нибудь журналист, он бы не имел недостатка в материале и интервью - с той только трудностью, что пришлось бы немало поработать над цензурой.       Я и Консель, по обыкновению, устроились на краю стола, не вмешиваясь в разговоры раздражённой команды. Суматошный день не оставил нас двоих равнодушными, но, будучи человеком науки, со временем привыкаешь в известной степени контролировать себя в сложных ситуациях. Анализировать всегда лучше на холодную голову, и вряд ли это условие соблюдалось сегодня полностью. Но даже не совсем объективных наблюдений хватало, чтобы крепко задуматься. Загадочный нарвал вёл себя крайне нехарактерно: вместо первобытных реакций, нормальных для любого живого существа в смертельной опасности, он дразнил нас - дразнил совершенно осознанно, водил кругами и пугал, не причиняя реального вреда. Я поделился этими соображениями с другом, и тот сосредоточенно кивнул:       - Пожалуй, я согласен с господином профессором. Я не высочайший специалист, но много наблюдал сегодня, и склонен считать, что такое поведение свойственно для некоторых людей, а не для животных. Но пусть господин профессор не спешит делиться этими выводами. Кажется, сейчас не лучший момент.       Спор матросов в двух метрах от нас действительно собирался перейти на повышенные тона. Консель был прав: лишние теории грозят только подлить масла в огонь. В этот момент на камбузе появился капитан Фарагут. Он молча прошёл сквозь примолкших подчинённых, отправил недавних спорщиков на смену часовым и, чуть помедлив, присел к нам.       - Господин Аронакс, я понимаю, что тороплю события, но вам случайно не удалось опознать нашу добычу? Интересно ваше профессиональное мнение. Потому что я, признаться, в замешательстве. Настолько хитрой и коварной твари я в жизни не видывал. И мистер Ленд, по его словам, тоже. Истинный морской дьявол!       - Не рискну утверждать наверняка, капитан, но я уверен, что не ошибся в прежних прогнозах - животное действительно походит на нарвала из рода Monodon, отряда китообразных. Как минимум, это подтверждается наличием длинного бивня, который мы сегодня не единожды видели. Гигантские размеры наводят меня на мысль, что существо очень древнее и ранее не известное науке, ибо прежде все встреченные в море нарвалы не отличались подобным умом и изворотливостью. Да и такая громадность не характерна для ныне живущих видов. Но знаете, в естественной истории есть любопытная закономерность: древние позвоночные обычно отличаются не только колоссальностью, но и грубыми, резкими чертами тела, будто природа ещё не отточила своё мастерство. А это создание... - я помолчал, собираясь с мыслями, - Оно настолько хорошо сложено, настолько пропорционально во всех трёх измерениях, что невольно хочется отнести его к современным. Это странное противоречие, и я искренне надеюсь, что смогу разрешить его после поимки.       Фарагут кивнул, принимая ответ и, видимо, ничего не имея против моих рабочих интересов. Я счëл, что теперь моя очередь задать вопрос.       - Что же теперь, капитан? Животное пока в зоне досягаемости, но оно может уплыть в любую минуту. Может, есть другой способ подобраться к нему?       - Я только что говорил с мистером Лендом на этот счëт. В сегодняшней погоне котлы "Авраама Линкольна" едва не взлетели на воздух вместе со всем кораблëм. Риск был оправдан, но, как видите, безуспешен. Потому мы сменим тактику. Дождëмся, пока окончательно стемнеет, спустим на воду вельбот, и мистер Ленд покажет своё мастерство в полной мере. Посмотрим, выстоит ли это исчадие ада против прямого удара в сердце!       После спектакля с уклонением от пушечных ядер, я сильно сомневался в надëжности нового плана, но как быть? Что ещë оставалось делать, когда все располагаемые средства не оправдали себя? Только надеяться, что королю гарпунëров удастся отыскать какую-нибудь брешь в шкуре чудовища или иную слабость. А то и вовсе поразить его в пасть или глаз. Должно быть, сноровка этого человека и впрямь оставалась последним средством в нашем арсенале, на которое мы могли рассчитывать.       После ужина я поднялся наверх, обнаружив, что сумерки уже уступают место полумраку. Небо над головой совсем потемнело, и лишь на западе ещё вырисовывалась полоса на тон светлее. Загорались первые звёзды. После утомительной дневной гонки вечер казался изумительно тягучим, переполненным ожиданием развязки. Должно быть, так чувствует себя человек, готовясь к последнему рывку на пути к цели. И могло ли быть иначе? Рискнув подпортить свою репутацию и потратив столько времени на поиски, я не мог проиграть в двух шагах от финиша. Я поднял голову к проступающему ковшу Большой Медведицы и, затаив дыхание, загадал, что у меня всё получится; что я раскрою тайну знаменитого нарвала и ещё внесу свой вклад в океанографию. Что ж, для этого прежде всего трофей следовало изловить, и я знал, на чьи плечи, согласно новому плану, ляжет эта ответственность.       Канадец предсказуемо отыскался на юте, неподалеку от дежуривших коллег. При виде меня он сухо кивнул, вновь обращая взгляд в море. Его дневная бравада похоже испарилась, но он держал спину всё так же прямо и твëрдо. Я подошёл, устраиваясь рядом с ним, и тут же понял, на что он так пристально смотрит. Приблизительно в миле к юго-востоку вода подсвечивалась удивительным сиянием, посреди которого и возвышалась округлая спина чудовища.       - Светится... - несколько рассеянно вырвалось у меня.       В сводках новостей неоднократно упоминалось о необычной иллюминации, исходившей от таинственного создания, но до сих пор я и представить не мог, насколько ярко оно может сиять, и как завораживает это зрелище на фоне чернильных вод океана. До нас донёсся шипящий свист - должно быть, почуяв, о ком говорят, животное выпустило фонтан воды. Впрочем, в темноте мы не могли рассмотреть наверняка. Гарпунёр только хмыкнул, разминая шею.       - Светящийся нарвал - это что-то новенькое. Впрочем, хватит с меня сюрпризов на сегодня. Пусть хоть радугой переливается, главное, что в темноте его отлично видно. А наш вельбот - нет.       Нед Ленд, по излюбленной привычке, начал ворчать, но от меня не укрылось, как крепко его ладони стиснули края борта.       - Волнуетесь? - осторожно спросил я, не желая задеть его гордость.       - Шутите? - скривился он, нервно мотнув головой. - Эта ночь решит, сохраню ли я славу короля гарпунёров или вернусь домой опозоренным. С чего бы тут волноваться! Я отнюдь не сомневаюсь в своём мастерстве, но эта тварь бросила мне личный вызов сегодня днём. И если её шкура окажется не по зубам моему гарпуну, мне впервые за годы промысла придётся признать поражение. А после во всех таблоидах появится статья, что знаменитый Нед Ленд выдохся и растерял сноровку! А вместе с ней и хорошие контракты.       - Этого не случится, Нед. Вы мастер своего дела, и чем бы ни закончилась нынче схватка, лучше вас в китобойном флоте никого не найдётся. Вы уже доказали это, получив приглашение в экспедицию. Если уж вам не удастся справиться с этим существом, то никому не удастся. Но я всё же лелею надежду изучить зверя и заполучить несколько образцов для нужд науки, поэтому надеюсь на вас.       Нед вдруг расхохотался, искренне хлопнув меня по плечу.       - Ну, господин Аронакс, вы просто не оставляете мне выбора! Придётся рискнуть и, во имя науки, притащить вам этого нарвала. Ждите с трофеем!       За время разговора палуба наполнилась матросами, уже снаряжавшими вельбот к вылазке и грузившими в него оружие. Нед Ленд бойко выхватил из кучи внушительный гарпун, деловито ощупал его и махнул рукой мне и подошедшему посмотреть на отплытие Конселю.       - Бывайте! Пора испортить этому недокашалоту сладкий сон.       В четверть десятого по моим часам вельбот неслышно отошёл от "Авраама Линкольна" и вскоре скрылся в темноте, куда не доставал свет фонарей фрегата. Мрак, к слову, не был абсолютным: ночь стояла ясная, среди звезд застыла половинка луны, и свет её серебром полоскался на тёмных волнах. В этих неровных отсветах глаз сумел различить силуэт китобойной шлюпки и несколько фигур из её экипажа. Одна из них - мощная и рослая - привстала на носу в ожидании, пока гребцы подведут лодку ближе к яркому свечению.       - Этот Monodon выделяет какую-нибудь особую слизь? - вполголоса спросил мой помощник, не спуская глаз с неподвижного кита.       - Нет, друг мой. Свет слишком яркий и холодный - думаю, он электрической природы.       - Электрический? - изумился тот. - Это получается... Электрические угри, скаты, а теперь ещё и нарвал. Что если ему придёт фантазия оглушить своих неприятелей током? Даже скат при определённых условиях может парализовать человека насмерть - что уж говорить о таком гиганте!       - Да, об этом, кажется, никто не подумал, - вздохнул я, признавая оплошность. - А между тем, наличие светящихся органов вовсе не удивительно для глубоководного обитателя. Будем надеяться, что он растратил часть заряда на свечение и не сможет толком воспользоваться способностью...       Не успел я окончить фразу, как фигура на носу вельбота замахнулась рукой, и в следующую секунду тишину ночи прорезал звон, как при ударе по металлу. Нед попал! Но не успели мы обрадоваться меткому броску, как свечение вокруг нарвала вспыхнуло с невиданной силой. В слегка осветившемся море я увидел, как матросы вместо продолжения боя отчего-то в спешке отводят вельбот обратно к фрегату, и испугался, что разбуженный хищник погонится за ними. Но нет - ослепительно сияющий нарвал после минутной задержки, выпустил вверх два водяных столба и начал удаляться.       "Убегает, - мигом пронеслось в голове, и я метнулся к краю борта, стремясь разглядеть точнее. - Где же он?"       Свет, в одно мгновение исчезнувший в глубине, внезапно появился вновь, стремительно приближаясь! Не помня себя от волнения, я вцепился в поручни, перегнувшись вперёд - пытаясь разглядеть, успел ли вельбот оказаться под защитой орудий "Авраама Линкольна". Сбоку громыхнула гарпунная пушка. Раздался громкий металлический звон, а секундой позже страшный треск и толчок! Пальцы предательски разжались, и я кувырком вылетел за борт.