Больше, чем магия

Ники искренне не понимал, почему все бездействовали, когда личность Сонджуна и его местонахождение были известны. Лучшим выходом было бы напасть до того, как это сделает ведьмак, ведь от него можно ожидать многоходовки. Все забегали лишь тогда, когда узнали, что мощная сила оказалась в руках Сонджуна. И, конечно же, в этом начали обвинять Ватанабэ, так как она допустила оплошность и не защитила Джейка, что было её прямой обязанностью не только как опекуна, но и как члена Ордена защитников. Разрываясь между отчаянием и непониманием, Рики сидел в комнате Сону и прожигал взглядом стену. Всё произошло так быстро, что у него даже не появилось возможности увидеть своего парня. И слова Бахи, что это именно Сону убил Джейка, болью отдавались в груди. Он знал, что Сону сделал это не по своей воле, но многие студенты, узнав о происшествии, настроились против него, называя сыночком Сатаны. Война была неизбежна. И, осознавая это, Рики не мог перестать думать о своих силах, способных обратить время вспять и дать возможность всё исправить. Эта мысль попросту не давала ему покоя. И всё глубже погружаясь в размышления, Рики не мог уже выбросить эту затею из головы. Резко вскочив с кровати, Ники накинул на себя куртку и, покинув общежитие, отправился в академию, где сейчас было собрание самых важных людей, в том числе мэра города и представителей Ордена защитников. Среди них была и Ватанабэ, с которой Ники просто необходимо было поговорить прямо сейчас. Все присутствующие обратили на вошедшего внимание, а Ватанабэ, удивившись такому внезапному визиту, поспешила к нему, чтобы вывести из зала. Извинившись перед собранием, женщина закрыла дверь и отвела сына в сторону. — Что случилось, Рики? В глазах Яширо читались беспокойство и волнение, что немного сбило Ники с толку. Харуми никогда на него так не смотрела за все почти семнадцать лет, что он у неё прожил. — Мы должны изменить прошлое и спасти Джейк-хёна, — на одном дыхании вывалил Ники, следя за реакциями Ватанабэ, изменившимися за пару секунд несколько раз. — Это... невозможно, — с долей грусти ответила женщина и сморгнула накатившие слёзы. — Но почему же? Можно повернуть время вспять, ведь со смерти Джейка прошло меньше дня, — настаивал Нишимура, потому что он был единственным, кто не хотел мириться со смертью друга. Он не хотел мириться с тем, что Сону убийца. — Рики, пожалуйста, мне и так не просто. Даже повернув время вспять, ты лишь отсрочишь неизбежное. Это изменить нельзя. Никому подобное не под силу. — Но я уже изменял прошлое, когда повернул время вспять и вместо того, чтобы усугубить отношения с Сону-хёном, я извинился, что стало началом нашей дружбы, а потом... отношений. От отчаяния Ники и сам не понимал, что именно хотел сделать. У него не было ни плана по спасению Джейка, ни возможности повернуть время вспять. Он пользовался своей силой всего раз и больше не развивал. Да, последний месяц Ватанабэ помогала ему с этим, но этой малой подготовки было недостаточно. — Что-то незначительное изменить можно, но не такие события, как смерть Джейка или твоё рождение. Вопрос жизни или смерти нами не решается, — подавляя в себе слёзы, прошептала женщина. — Я понимаю, что последние события слишком давят на нас всех, но чтобы не допустить новых потерь, мы должны готовиться к неизбежной войне и бороться за каждого. — А если переместиться в прошлое и избавиться от Сонджуна до того, как он приведёт свой план в действие? — отказывался верить в безысходность Ники. Отказывался верить, что не существовало способа спасти Сону. — Переместившись в прошлое и избавившись от Сонджуна, ты лишь создашь возможную параллельную вселенную, где нам не придётся сражаться с Сонджуном, но в этой ничего не изменится. Войны не избежать. И её исход зависит только от нас всех. Слова Ватвнабэ разбили какие-либо надежды Ники всё исправить в пух и прах. Что ни сделай — всё напрасно. Оставалось лишь с гордо поднятой головой готовиться к войне и надеяться на благоприятный для волшебников исход. Он знал, что там будет Сону-хён, и знал, что им придётся сражаться по разные стороны. Сонджун его не отпустит. Чтобы спасти Сону, Ники придётся уничтожить Сонджуна любой ценой. — Рики, дорогой, — обратилась женщина к сыну, положив руку на его плечо и подняв голову, чтобы заглянуть в чужие глаза. — Случись что на войне, не пытайся это исправить, чтобы не сделать себе только больней. Ничего изменить не получится. — Хорошо, я понял, — всхлипнул юноша и заключил Ватанабэ в крепкие объятия. — Обещаю. Яширо искренне улыбнулась, прикрыв на мгновение глаза, чтобы ощутить эту лёгкую беззаботность, будто бы никакая война не близилась и они вдвоём были одни в целом мире. Хотелось запечатлеть этот момент в своей памяти. — И, Рики, прошу, позаботься о Ёсико, — прошептала она напоследок, прежде чем отстраниться от сына и, опустив голову, скрыться в зале. Ники так и застыл на месте, не понимая смысла последних сказанных слов. Не понимал, зачем ему заботиться о ещё не рождённой сестре. Так и не придав этим словам никакого значения, парень отправился в общежитие, чтобы всё обдумать и сделать для себя какие-то выводы. Он обнаружил Сонхуна лежащим всё на том же месте и отчаянно сжимающим в своих руках толстовку Джейка. Он казался ни живым ни мёртвым. — После моего обращения я увидел сон о войне, предводителем которой был человек в чёрной маске. И я уже видел его в видениях койотов, — начал Сонхун, стирая с лица горячие слёзы. — И чувствовал его силу, точно принадлежащую Джейку. Зная это, я не смог ничего предотвратить. — Как сказала мне Ватанабэ, такие события мы не в силах изменить, — произнёс Рики, опустившись на кровать Сонухна и погладив друга по спине. — Это должно было произойти, а нам лишь остаётся всё принять и смириться. — Смириться со смертью Джейка?! — вспылил Сонхун, резко сев и уставившись на Рики горящим яростью взглядом. — Ты бы смирился со смертью Сону, если бы это произошло? В ответ Ники промолчал, ведь это бы и вправду далось ему с трудом. Он с любой смертью дорогого ему человека не смог бы смириться. — Я так и думал, — сморгнул Сонхун и опять улёгся на кровать, отвернувшись от друга. — Пожалуйста, оставь меня, мне нужно побыть наедине со своими мыслями. — Да, хорошо. Вообще-то, Рики тоже нужно было побыть одному, чтобы всё переосмыслить и понять, что ему делать дальше. Он не мог не думать о Сону, которого Сонджун подчинил своей воле. Хотелось сию же секунду ворваться в обитель ведьмака и вызволить Кима из плена. Но это было невозможно в одиночку, а помогать ему никто не станет. Все ждут войну. Ники оставалось тоже ждать её.

***

Чонвон поморщился, чувствуя на себе пронзительный взгляд. Глаза его слипались, а голова жутко болела. И если бы не чужое присутствие, он бы так и не смог проснуться. Почувствовав, как к нему тянется рука, Ян резко распахнул глаза и схватил нарушителя покоя за горло, крепко сжимая его в своей ладони. Джей прохрипел от боли и уставился в покрасневшие глаза, попытавшись оттянуть от себя чужую руку за запястье. Фыркнув, Ян оттолкнул от себя разбойника и сел на край кровати, опустив на землю босые ноги. Голова в ту же секунду закружилась, а желудок заурчал из-за сильного чувства голода. От мыслей о какой-либо еде Чонвона чуть ли наизнанку не выкручивало. — Ты наверняка голоден? Зная твои предпочтения, мы приготовили тебе суп без мяса, — немного уйдя в сторону, произнёс Джей, обрушив на себя презрительный взгляд волшебника. — Ну, если ты не хочешь суп, можешь и хлеб погрызть. Николас его опять забыл в пакет... убрать. Разбойник неловко перешагнул с ноги на ногу, почёсывая свой затылок. Стало как-то некомфортно из-за немигающего взгляда Чонвона, который, судя по всему, он не собирался отводить. — Малыш, это я, вообще-то, должен тебя смущать, а не ты меня. Джей не понял, в какой момент они поменялись ролями. Раньше Пак говорил всякие пошлые шутки, из-за которых Чонвон прятал глаза и неловко краснел, а сейчас он неловко краснеет и уводит глаза лишь из-за одного пронзающего до костей взгляда. — Ты прав, — Чонвон резко встал на ноги и медленно начал подходить к отступающему разбойнику. — Я голоден. Но хочу я есть далеко не твой суп или хлеб. Рыкнув, Ян в одно мгновение оказался рядом с Джеем, зажимая его между своим телом и деревянной балкой, являющейся каркасом юрты. И с одной стороны, разбойник был рад такой близости с Чонвоном, а с другой — он его немного побаивался. — Чёрт, как же болит голова, — простонал волшебник и уткнулся макушкой в плечо Джея, мёртвой хваткой цепляясь за его плечи. — И всё тело пробивает дрожью из-за голода. Я не понимаю, что со мной, потому что меня воротит от любой еды. — Не знаю точно, но, может, дело в твоих красных глазах и двух точках на твоей шее, которые Хикару любезно обработала? — предположил разбойник, а Чонвон резко уставился на него расширенными глазами. — Что ты сказал? Чонвон в панике начал кидаться из одной стороны в другую, ища зеркало, пока не нашёл какой-то осколок грязного стекла и не уставился в своё отражение. На него оттуда смотрел парень с ярко-красными глазами и небольшой повязкой на шее, скрывающей раны от клыков. — Нет, нет, нет, — запаниковал волшебник, отступая назад, пока не упёрся в грудь разбойника. — Пожалуйста, скажи, что это неправда! — обернувшись к Джею, попросил Чонвон. — Если я скажу, что это неправда, то солгу. Эти слова окончательно добили Яна. Он отчаянно застонал и схватился за голову. Хотелось вырвать волосы с корнем, если бы это исправило ситуацию и сделало его обратно человеком. На языке крутились ругательства, адресованные одному вампиру, которого Чонвон возненавидел всей душой и по чьей вине он тоже стал таким же. Это будто бы было его проклятием за тот грех, который он совершил на днях, пытаясь защитить себя и бабушку. — Чёртов Хисын, будь ты проклят! — заорал волшебник, врезая кулаком в балку, к которой ранее прижимал Джея. Дерево хрустнуло, а весь каркас начал падать прямо на Чонвона. И лишь мгновенная реакция Джея спасла Яна от удара. Он оттащил волшебника в сторону, заключив в свои успокаивающие объятия. — Знаешь, — начал Джей. — Вампиром ты выглядишь ещё сексуальнее. Чонвона возмутили эти слова, и он попытался выкрутиться из чужих объятий, не причиняя боли, но ничего не получилось. Джей оказался очень сильным. Ян, конечно, мог использовать свои новые силы, но этого он точно никогда не станет делать. Тем более применять силу против Джея. — Если тебе нужна кровь, чтобы насытиться, ты можешь взять мою. Замерев от внезапного предложения, Чонвон чуть приподнял голову, чтобы заглянуть в чужие серьёзные глаза. Джей не шутил насчёт своего предложения, и Яну из-за этого стало ещё хуже, зубы зачесались от боли, а язык начало болезненно жечь, желая ощутить на себе хотя бы каплю человеческой крови. — Джей, — простонал Чонвон и наклонился к чужой шее, ощущая бьющуюся под ней венку. Губы его мазнули чуть вниз, а выросшие клыки немного впились под кожу, постепенно погружаясь глубже. Джей нахмурился из-за немного не приятных ощущений, но продолжил крепко удерживать Чонвона рядом с собой, скользя руками вниз, к талии. Чонвон замычал, как только ощутил на своём языке сладкую кровь, и присосался к укусу, пытаясь втянуть в себя как можно больше красной жидкости. А коснувшийся его ушей стон разбойника лишь распалил желание. — Чонвон-и, — прошипел Джей, пытаясь оттянуть Чонвона от себя за волосы, но получалось с трудом. — Ах, чёрт. Ноги разбойника подкосились, из-за чего они оба упали на рядом стоящую кровать. И Ян даже тогда не остановился, продолжая всасывать в себя чужую кровь и чувствовать полное насыщение. Глаза его заволокло пеленой возбуждения, а руки прижали чужие к матрасу. Подняв затуманенный взгляд на еле дышащего Джея, Чонвон медленно наклонился чуть вперёд и припал к чужим губам, смакуя их. Джей хоть и не сразу, но ответил на этот далеко не невинный поцелуй, подаваясь чуть вперёд, чтобы углубить его, но Чонвон резко отстранился, понимая, что только что сделал. Испуганно вскочив на ноги, Чонвон отступил к выходу, а после, ничего не сказав, выбежал прочь. Снаружи его приветливо встретили другие разбойники, а Николас подозвал к костру, протягивая вперёд тарелку с горячим супом. Помотав головой из стороны в сторону, Ян бросился бежать в противоположном направлении. Подальше из лагеря разбойников. И скрывшись из виду, Чонвон облегчённо выдохнул, а после отчаянно заплакал. Он поддался искушению и чуть не убил Джея. Эта новая сущность была ненасытной, и даже сейчас, когда Ян поел, он всё ещё чувствовал голод. С этим нужно было что-то делать, пока всё не зашло слишком далеко. Как только Чонвон сбежал, Хикару вскочила со своего места и кинулась в немного развалившуюся юрту, обнаружив лидера на кровати. Тот ярко улыбался и пялился в потолок, совершенно не обращая внимания на окровавленную шею. — Твою мать, Джей, твою рану нужно обработать, пока ты не истёк кровью! — Он поцеловал меня, — улыбнулся разбойник, проводя пальцами по покрасневшим губам. — Значит, не всё потеряно и у меня есть шанс на что-то больше, чем дружба, с Чонвоном. — Ты сумасшедший, — хмыкнула Хикару и отправилась за аптечкой, чтобы обработать шею вождя. — И я тоже.

***

Первый залп пришёлся на академию рано утром. Спящие в своих постелях волшебники и ведьмаки тут же вскочили и бросились к окнам, чтобы понять, что происходит. Ники вздрогнул от увиденного и пригнулся, когда в академию прилетел ещё один снаряд тяжёлого металла. — Ватанабэ! — запаниковал Рики и кинулся на выход из комнаты, но Сонхун успел оттащить его в сторону, прежде чем на всей скорости мимо их комнаты пролетел снаряд. — Будь осторожен, — приказал Хун и выглянул в коридор, рассматривая огромную дыру в стене и полу, которую проделал металлический снаряд. — Отыщи свою маму, а я пока разбужу всех непроснувшихся и призову свою стаю. — Хорошо, — быстро кивнул Ники и собирался уже уйти, но Сонхун вновь задержал его, разворачивая к себе. — Постарайся не умереть. Не хочу потерять и тебя. Сонхун заключил друга в крепкие объятия, не желая отпускать, но очередной взрыв и звуки сражений с улицы заставили это сделать. Парни обменялись взглядами, а после разошлись в разные стороны: Сонхун ушёл будить студентов, а Ники — искать Ватанабэ. Снаружи уже во всю шла битва между волшебниками и сторонниками Сонджуна. Последнего на горизонте видно не было, как и Сону, что Ники немного радовало. Он не готов был в сию же секунду сразиться с ними. Да и ни с кем другим не был готов, но вынуждали обстоятельства, потому что в его сторону на всём ходу нёсся вампир, замахиваясь на него кинжалом. Ники уклонился в сторону, а после со всей силы зарядил противнику в бок. Вампир рухнул на землю, а Рики, уловив свободный момент, отправился в академию, где так же открыто шёл бой. Преподаватели и члены Ордена защитников воевали с ведьмаками и вампирами, которые примкнули к врагу. Отбиваясь от направленных на него атак, волшебник добрался до зала, где и нашёл обеспокоенную Ватанабэ. Женщина зажимала руками уши и качалась на месте, бормоча что-то о пророчестве. — Ватанабэ, — обратился к Яширо Нишимура, отдёрнув её руку, но на него даже не обратили внимания. — Ватанабэ! Когда Ватанабэ не отозвалась и во второй раз, Рики наклонился чуть вперёд, чтобы понять, что говорила мама. Она всё твердила о пепле, драконе и свержении ведьмака. И в неё сейчас будто бы кто-то вселился, потому что голос отныне не был похож на её. — Зло падёт, и всё проклятие исчезнет. Мы победим. Женщина начала трястись и биться в конвульсиях, а её глаза закатились кверху. Ники обеспокоенно наклонился над ней, держа за плечи, чтобы удержать на месте. Но буквально через секунду поднял её на руки, так как в дверь начали ломиться, и утащил за ширму, зажав её в своих объятиях, чтобы не создавать лишнего шума. И очень скоро она успокоилась, тяжело дыша. Дверь слетела с петель, из-за чего Ватанабэ вздрогнула и через маленькую щёлку начала смотреть на вошедших. Среди них была её старшая сестра, а во главе шёл Джинён, вальяжно соскакивая с упавшей двери и крутя в руках кинжал, которым ещё ранее был убит Джейк. — Твою мать, этой стервы здесь нет, — рыкнула Харуми, стукнув ногой по полу и сурово откинув дверь в противоположную сторону. — Можешь заканчивать со своими делами здесь, а я спешу удалиться, чтобы отыскать сестру и... — женщина подкинула вверх свой нож и ловко перехватила рукоятку. — Вонзить ей в сердце это лезвие. — Встретимся у выхода через пятнадцать минут. Если не успеешь найти Ватанабэ, то это твои проблемы, — приказывает мужчина и следит за тем, как все пришедшие с ним уходят, а он один остаётся в огромном зале. Скользнув взглядом по помещению, построенному за его деньги и в его честь, Джинён улыбнулся и в несколько шагов преодолел расстояние до фортепиано, что стояло в углу сцены, буквально в десяти метрах от места, где прятались Ники и Ватанабэ. На весь зал заиграла спокойная мелодия, которую Ватанабэ узнала сразу, а вот Рики в музыке был не силён. Да и он сильно отвлекался на неприятное стучание металлической руки о клавиши. Пока играла эта мелодия, очень плавно сменяющая тона, волшебники оставались на своих местах, боясь быть замеченными. Они только узнали, что Харуми желает убить Ватанабэ. Неизвестно ещё, что с ними сделает Сонджун. Оставаться в неподвижном состоянии им пришлось около шести минут, пока мелодия на закончилась. А за ней последовал спокойный голос: — Я сыграл вам Лунную сонату Бетховена. Где аплодисменты? — с долей издёвки поинтересовался мужчина, встав со своего места, и уставился прямо на ширму, за которой находились Рики и Ватанабэ. — Может, игрой в прятки вы и скроетесь от Харуми, но точно не от меня. Я чувствую каждую душу. Перестаньте там прятаться. Рики от услышанных слов осмелел и резко вскочил на ноги, чтобы в ту же секунду показаться на глазах ведьмака. Яширо не спеша последовала за сыном. Оба обходили главного врага стороной, двигаясь к двери. — Где Сону? — в лоб спросил Ники, прикрывая собой маму, на которую и был нацелен взгляд мужчины. — Я спросил, где Сону?! — повторился парень, будучи проигнорированным. — Думай, с кем разговариваешь! — взъелся Сонджун, делая шаг в сторону Ники и Ватанабэ, но остановился, когда Ватанабэ воздвигла перед ними водяную стену. — Дорогая, меня это не остановит. Мужчина улыбнулся и одним взмахом руки убрал препятствие, в мгновение ока оказываясь рядом с противниками. Ники оскалился и встал в боевую позу, приготовившись к любому нападению. Но мужчина ничего не предпринимал и довольно улыбался. — Где Сону? — в последний раз осмелился спросить Ники, обрушив на себя злой взгляд ведьмака. — Он мой ас, которого я приберегу для финальной битвы, — резко смягчился мужчина и поднял руку, чтобы коснуться щеки Яширо, но Рики грубо её оттолкнул, не позволив этого сделать. — Что ж, — выдохнул Джинён, сжав свою ладонь в кулак. — Я бы поделился с вами своим планом по завоеванию всего мира, начиная с Кореи, но спешу. Прошу вас дожить до финала, потому что ужасно хочу, чтобы вы умерли от моей руки. Сонджун сделал резкий выпад, но Рики мгновенно среагировал и оттолкнул противника ногой на несколько метров. Ким оскалился и резко вскочил, чтобы в ту же секунду направить на Рики поток огня, совершенно не ожидая того, что волшебник сможет с лёгкостью ему противостоять. — Ватанабэ, уходи! — приказал Рики, выкладывая все свои силы на максимум, чтобы противостоять такой мощной энергии. — Беги за подмогой! — Но ты... — Я справлюсь! — рявкнул юноша, не желая, чтобы Ватанабэ пострадала. Женщина лишь кивнула и начала не спеша отступать к двери, наблюдая за противостоянием сильнейшего ведьмака и своего сына. Рики в силе не уступал, но ввиду своей неопытности, долго выдерживать огромную мощь не мог. — Ты мне не ровня, — усмехнулся мужчина и резким толчком силы отбросил противника на несколько метров от себя. Рики рухнул на пол и застонал от боли в груди. И боль не от столкновения, а от толчка стихии. Кряхтя и пытаясь встать, волшебник совсем не заметил, как Сонджун оказался рядом с ним, приседая на корточки. Схватив парня за волосы металлической рукой, ведьмак резко дёрнул их вверх, заставляя посмотреть ему прямо в глаза. — Я бы мог убить тебя прямо сейчас, но ты должен увидеть, как страна падёт не от моих рук, а от рук моего сына. Ты будешь главным зрителем становления Сону на строну зла, — засмеялся мужчина, после чего оттолкнул от себя волшебника и встал. — Единственный, кто мог мне противостоять, был убит. Поэтому вам всем стоит позорно сдаться, чем героически погибать. — Я не умру, пока не увижу, что тебя уничтожат! — выкрикнул вслед уходящему ведьмаку Рики и через силу перевернулся на спину. — В нашем мире бессмертны только вампиры, — хмыкнул Джинён на слова волшебника и покинул актовый зал. Тело Ники болело от удара. Несмотря на него, он встал на ноги и двинулся на выход, чтобы дать отпор ведьмаку, но того уже и след простыл. Опершись на косяк, Ники взвыл и поднял голову. Он обязан взять себя в руки, ведь кто, если не он, даст бой Сонджуну и покончит с ним? Рики будет бороться до конца. Вот только немного отдохнёт. Не в силах выдерживать боль, волшебник рухнул на пол.

***

Ники в полубессознательном состоянии нашла Юджин, тут же бросившись к нему и нащупав его пульс. Поняв, что он есть, девушка потрепала одногруппника по щекам, но не получив никакой реакции, решила пойти на крайность. Сложив ладони вместе, Джин возвысила их над грудью Рики, а после резко опустила, пуская по телу парня ток. Ники подскочил от неожиданности и вдохнул весь воздух от полученного разряда. Всё его тело будто бы перезарядилось, а былая боль прошла. — Не время разлёживаться. У нас война! — завопила Юджин и вскочила на ноги. — Снаружи настоящее кровопролитие. — Ты мою маму или Сонхун-хёна не видела? — поинтересовался Рики и тоже встал, чтобы с одногруппницей отправиться к выходу из академии. — Твою маму не видела, а Сонхун был на улице, — спешно ответила та, отбивая молнией бегущего на них противника в сторону. — Я искала свою сестру, поэтому нам нужно разделиться. — Да, хорошо. Спасибо, что помогла. Юджин кивнула и ушла в другую сторону, а Ники кинулся на врага, отбивая его от волшебника. Глазами он не переставал искать Сонхуна, и лишь мелькнувшая в толпе сражающихся белая шерсть указала верное направление. Рики кинулся на помощь к другу, который в обличии волка отбивался от напастей вампира, пытающегося его не ранить, а убить. Подхватив с земли обвалившийся кирпич от стены академии, Ники со всей силы зарядил им по голове вампира, тем самым помогая Хуну окончательно с ним справиться. Сонхун тут же принял своё обличие, стянув с вампира штаны и надев на себя. — Я рад, что ты жив, — нервно обнял друга Сонхун. — Я видел Бахи и Фуму у ворот. Нам нужно к ним, потому что оттуда прибывают противники. — Мне нужно отыскать маму. Моя тётя хочет её убить, и я должен ей помешать, — пытался перекричать звуки борьбы Ники, уклоняясь от удара ведьмака, который, потеряв равновесие, упал ему под ноги, где Ники его вырубил одним ударом. — Хорошо, я пойду помогу им, потому что противники всё наступают, а подмоги мы никак не дождёмся. Моя стая ещё не пришла, — огорчённо произнёс Сонхун, потому что был вынужден вновь разделиться с другом. — Удачи тебе! — Надерём этому Сонджуну зад, — усмехнулся Рики и, стукнув кулаком о кулак друга, убежал в сторону леса, внутри которого ведьмаки сражались с хранителями и Хаями тоже героически отстаивала свою территорию, не позволяя зайти вглубь. С каждой минутой противников становилось всё больше, и Ники казалось, что им нет ни конца ни края. Волшебников же становилось меньше. Многим пришлось отступать, чтобы набраться сил, а некоторые не успевали, замертво падая на землю. И в самый нужный момент из леса начали выбегать оборотни и разбойники, сбивающие вампиров и ведьмаков с ног и расправляясь с ними на земле. Джей возглавлял своих людей, уворачиваясь от стихий, а волки следовали за вождём, который с Бахи и Фумой защищал ворота, не позволяя новоприбывшим противникам пробраться на территорию академии. — Рики! — дозвался до парня девчачий голос. Ники обернулся и уставился на Хаями, что стояла всего в паре метров от него и защищала их воздушным куполом, не позволяющим другим пробраться внутрь. А все, кто пытались, попадали в вихрь, поднимающийся кверху и разбрасывающий противников по территории. — Ватанабэ на трибунах сражается с Харуми. И ей необходима твоя помощь! — Понял. Быстро среагировав, Ники метнулся в сторону трибун, где было много сражающихся между собой волшебников и ведьмаков. Шуха отстаивала свою территорию на пару с преподавателем ментальной магии, который так же защищал других студентов, не позволяя противниками приблизиться к ним. На самом ринге сражались тётя и мама Рики. И у последней явно были проблемы, ввиду своей неповоротливости из-за беременности. В этом бою у Харуми были преимущества, которыми она пользовалась, чтобы уложить соперницу на лопатки. — Мама! — выкрикнул Нишимура, привлекая к себе внимание сразу двух женщин. — Не трогай её! Рики оттолкнул свою тётю в сторону, не позволяя приблизиться к матери, но его тут же сбили с ног, сильно ударяя кулаком в бок. Поморщившись от боли, Рики уставился на Хисына, что сейчас возвышался над ним и довольно улыбался. — Не будем им мешать, Рики, — усмехнулся тот и продолжил бой с волшебником уже на земле. Отбивая удар за ударом, Ники смог встать на ноги и пойти в контрнаступление, притесняя вампира к трибунам, а там ему уже помог преподаватель Квон, переманив всё внимание Хисына на себя. А Нишимура тут же кинулся обратно, расширяя глаза от увиденного. Харуми возвышала нож над своей сестрой, ненавидящим взглядом прожигая несопротивляющуюся Ватанабэ. — Я прощаю тебя, — рыдала женщина, что вывело старшую сестру из себя. Вложив всю свою силу, Харуми резко опустила руки вниз, намереваясь проткнуть живот сестры, но Яширо в последний момент дёрнула запястья сестры на себя, из-за чего лезвие вонзилось в её грудную клетку. — Не-е-ет! — истошно закричал Ники, стоя всего в нескольких метрах от ринга, и тут же бросился на помощь своей маме, но препятствующие противники не позволяли этого сделать. — Мама, нет! Внезапный взрыв откинул всех окружающих его ведьмаков в сторону, очистив путь до умирающей мамы. Ники тут же кинулся к ней, ощупывая лицо и осматривая торчащую из груди рукоятку ножа. — Что ты наделала?! — закричал на рядом сидящую и ничего не понимающую тётю Ники. — Мама, пожалуйста, скажи, что всё будет хорошо. Ватанабэ, захлёбываясь собственной кровью и слезами, могла лишь положительно кивнуть, убеждая своего сына в обратном. Губы её искривились, пытаясь выговорить какое-то слово. И лишь со второй попытки он смог разобрать, что говорила мама. — Ёсико? Женщина опять кивнула и схватила сына за руку, одним лишь взглядом излагая свою просьбу. — Мама, пожалуйста, не умирай. Я ведь только обрёл тебя, — зарыдал Ники, даже не обращая внимание на то, как Харуми убежала прочь, осознавая то, что сделала. — Умоляю. Мы ещё столько всего не успели сделать. Прижав к себе холодеющую руку матери, Рики зарыдал. Он опять не успел, опять позволил этому случиться. — Ёсико, — прохрипела женщина, делая последние возможные вздохи, прежде чем замереть на месте. Одинокая слеза пересекла её щеку и упала на мокрый пол ринга. Ники опомнился и начал трясти маму за плечи, не собираясь принимать факт, что он вновь потерял дорогого ему человека. — Мама, пожалуйста, не бросай меня. Рики отчаянно целовал руку матери, а время вокруг будто бы замерло, заглушая звуки боя отчаянными криками. И лишь внезапный толчок привёл Нишимуру в чувства. Парень уставился на появившегося в самый нужный момент Чонвона, что возвысился над Ватанабэ и начал прощупывать её живот. — Твоей маме уже не помочь, но мы можем спасти плод, — твёрдо заявил Чонвон, посмотрев на друга. — И эта операция будет не самой приятной, так что отвернись. Ян схватился за рукоятку ножа, намереваясь вытащить его из груди женщины, но Ники схватил его за руку, протестующе закачав головой. Он не хотел видеть, как тело его мамы продолжают терзать. — Отвернись! Врезав пощёчину Рики, Чонвон начал создавать купол вокруг себя и небольшую водяную сферу рядом с холодеющим телом. Время было на исходе, и шанс спасти плод был крайне мал, но Чонвон не отступил, резко вытаскивая лезвие из груди Яширо. Кровь хлынула из раны, сокращая и так малое время на спасение. — Ники, другим нужна твоя помощь. Я спасу ребёнка, обещаю, — сквозь толщу воды произнёс Чонвон и оттолкнул небольшой струёй друга в сторону. Ники некоторое время сопротивлялся, не собираясь их оставлять, но всё же пересилив себя, он кинулся в бой с другими противниками, чтобы на ком-то отыграть свою злость. Слёзы застилали обзор, но он продолжал валить одного ведьмака за другим, всё думая о своей маме и сестре, которую сейчас Чонвон отчаянно спасал. А ещё он подумал об отце, которого не оказалось рядом с мамой в самый нужный момент. Земля впитывала в себя кровь упавших замертво волшебников и ведьмаков, а залпы снарядов сносили академию подчистую, оставляя лишь фундамент. Но бой всё продолжался, унося всё больше жизней. И казалось бы, когда надежда почти угасла, а шанс на победу стал минимально низким, на всю округу разнёсся оглушительный рёв, разрезающий пасмурное небо. Все на мгновение даже замерли и уставились вверх, замечая что-то большое, скрывающееся в облаках. — Не может быть, — запаниковал Джинён, отступая к воротам, где на подходе была новая армия во главе его сына. Очередной рёв прозвучал намного ближе, ненадолго оглушив сражающихся, а затем из-за облаков появилось существо, на огромной скорости приближающееся к земле. Ники уставился на него, вспоминая виденье о войне, в котором был дракон, парящий в небе. Он видел эту войну, но не её исход. Волшебники и ведьмаки кинулись врассыпную от места, куда целился возникший гигант. Дракон с мощным толчком приземлился на землю и раскрыл пасть, прожигая огнём территорию вокруг себя, а затем вновь зарычал, глядя на своих противников. Зелёный дым окутал дракона, и через мгновение на его месте оказался парень с горящими зелёными глазами, глядящий вперёд, на главную цель. — Джейк, — прохрипел Сонхун, не веря ни своим глазам, ни ушам. Человек, который умирал на его руках, сейчас гордо стоял на выжженной земле и готовился к бою. — Как ты выжил? — оскалился Сонджун, понимая, что его план по завоеванию мира может пойти крахом из-за одного конкретного человека, что сейчас стоит на его пути. — Впрочем, это неважно. Я буду только рад увидеть, как Сону убьёт тебя вновь. Уничтожить их всех! Ведьмаки и вампиры во главе с Сону тут же ринулись в бой, не оставляя и шанса добраться до Сонджуна. Но Джеюна это не остановило. Встряхнув руками и размяв шею, ведьмак бросился в бой, меняя своё обличие будто бы по щелчку пальцев и расчищая себе путь до Джинёна. А Рики пришлось сойтись в бою с тем, с кем он хотел меньше всего. Атаковать в полную силу Ники не мог, боясь причинить Сону боль, которую тот, хоть и находясь под властью своего отца, почувствует. Разбив кулаками лёд, Ники схватил Сону за запястья и резко дёрнул на себя, чтобы заглянуть в чужие пустые глаза и лишь убедиться, что сейчас перед ним не любимый человек, а лишь кукла, кукловодом которой являлся Джинён. — Сону-хён, приди в себя, пожалуйста! — пытался докричаться до Кима Рики, но всё было тщетно. — Я спасу тебя. Обязательно спасу. Моя мама бы этого хотела. — Меньше болтовни — больше дела! — рыкнул Сону, отталкивая от себя парня и создавая под его и своими ногами лёд, на котором Ники тут же поскользнулся. Пытаясь встать, волшебник лишь раз за разом терпел неудачу, а Сону идеально балансировал на гладкой поверхности, приближаясь к своей цели. — Лёд — моя стихия. Никто не сможет обуздать его лучше меня, — замахиваясь на Ники кинжалом, твёрдо заявил Ким. — Да что ты говоришь! — послышалось совсем рядом, прежде чем Сону сбили с ног сильным толчком в бок. Над парнем возвышался Сонхун, не менее идеально удерживающий равновесие. И он плавно ушёл в сторону, как только Сону попытался ранить его кинжалом. Волчонок усмехнулся и проскользил до друга, помогая встать, после чего вытолкнул его со льда, оставаясь на нём с Сону. — Помоги Джейку уничтожить Сонджуна, — приказал Сонхун, после чего обернулся на пыхтящего от злости Сону. — А я обещаю, что сохраню его милое личико в целостности. Зажарьте задницу ведьмака. — С радостью! Кивнув другу и кинув последний взгляд на своего парня, Ники умчался в сторону Джейка, помогая ему избавляться от противников и с каждым шагом становясь ближе к главному врагу. А Сонджун всё отступал, толкая на Джейка и Рики своих сторонников, подворачивающихся под руку. Хисын тоже попытался им препятствовать, нападая сразу на Джейка, но тот ловко увернулся и позволил Ники уложить противника на лопатки. Мгновенно оказавшись рядом с вампиром, Джеюн схватил его за ворот куртки и рванул вверх. — Ты совершил огромную ошибку, Ли, похитив Сонхуна. И это тебе за него! Замахнувшись огненной рукой, ведьмак со всей силы ударил противника по лицу, опаляя часть кожи и оставляя огромный ожог. Хисын истошно закричал от боли, зажимая руками лицо и пытаясь остановить жжение, но регенерация вампира не работала против ожога, полученного магическим огнём. Ли оставалось качаться по земле и кидать в адрес ведьмака ругательства, проклиная его и всю его жизнь. Увидев произошедшее со стороны, Джинён замер, понимая, что никто из его подчинённых не сможет остановить этих двоих, что стремительно приближались к нему. — Чёрт возьми, убейте же их! — паниковал ведьмак, не переставая укрываться своими сторонниками. — Не стой столбом! — гаркнул мужчина на остановившуюся Харуми. Женщина почему-то плакала и нервно сжимала свои кулаки, переводя взгляд на Сонджуна, которого в ту же секунду возненавидела. А ещё возненавидела себя за то, что сотворила, поддавшись гневу. — Я убила свою сестру, — всхлипнула Харуми, поднимая с земли чей-то кинжал. — Какими бы наши с ней отношения ни были натянутыми, я её любила! Но твои чары затуманили мой разум! Я убила её из-за тебя! — Это твоё было желание, дорогая, — оскалился Джинён. — Я лишь помог тебе его осуществить. Харуми ничего не ответила, зажимая руками уши и отрицательно качая головой. Это всё казалось нереальным, или женщина просто отчаянно хотела в это верить. Хотела верить, что она сейчас откроет глаза и всё окажется лишь сном. Кайоши и Рики её крепко обнимут, а Ватанабэ, находясь от них на расстоянии, будет жива. — А я помогу тебе закончить начатое, — твёрдо произнесла женщина и уставилась на ведьмака решительным взглядом. — Передай моей сестре, когда встретитесь, что я сожалею о том, что сделала. Резко замахнувшись кинжалом, женщина попыталась вонзить лезвие в грудь мужчины, но её запястье ловко перехватили, оттаскивая в сторону и выбивая холодное оружие из рук. Хрупкую шею тут же обжигающей хваткой обвила металлическая рука. — Вот сама ей это и передашь. Разозлённый предательством своей подчинённой, Сонджун сжал чужую шею до хруста, после чего, глянув прямо на Ники, усмехнулся и откинул мёртвое тело в сторону. Ники застыл на месте, широко раскрывая глаза и подавляя в себе рвущийся наружу крик. Руки его нервно сжались и начали искриться из-за накатившей злости и желания отмщения. — Рики, держи себя в руках. Твоя энергия нужна, чтобы зажарить ублюдка, — поспешил успокоить друга ведьмак, чувствуя его боль, как свою. — С ним нужно покончить раз и навсегда, чтобы он не вернулся ещё лет через двадцать. Не в силах что-либо сказать, Нишимура лишь кивнул и ринулся в бой, а Джейк, обратившись в дракона, взмыл вверх. Ведьмаки и вампиры пытались защитить Джинёна, но другие студенты академии и преподаватели переманивали на себя их внимание. Сонхун продолжал вместе с Бахи и Фумой удерживать Сону в стороне, чтобы он не пострадал, как другие, так как он был единственным, кто шёл против добра не по своей воле. На трибунах тоже шёл активный бой. И пока Чонвон проводил операцию по извлечению плода, разбойники защищали его от чужих нападок. Джей даже в такой ситуации находил время для своих совсем неуместных шуток, на которые Ян старался не обращать внимания. Множество бездыханных тел падало на сожжённую и улитою кровью землю, раз за разом напоминая всем, что эта битва не на жизнь, а на смерть. Бороться за добро предстоит до последнего вздоха. — Сону, приди в себя! — прикрикнула Хюнин, пытаясь достучаться до своего лучшего друга, но всё было тщетно. — Бахийи, осторожно! — крикнул Фума, укрывая собой девушку от внезапного нападения со спины. Девушка благодарно кивнула и уклонилась от летящих в её сторону острых ледяных копий. Призвав армию мертвецов, Бахи выстроила их по периметру, создавая из них непреступную стену, не позволяющую другим врагам добраться до их квартета. — Что ж, чертёнок, будем с тобой по-плохому.

***

Расчистив для себя путь, Ники вновь сошёлся в бою с Сонджуном, только на этот раз он не намерен был проигрывать. Силы ведьмака в несколько раз превосходили силы Рики, но он не отступал, отчаянно борясь со злом. Ники это было необходимо, потому что от его действий зависела сохранность Сону. — Чёртов мальчишка, — рыкнул Сонджун, схватив волшебника за предплечья и рванув их на себя. — Мне стоило отравить тебя ещё тогда, когда ты пришёл к нам домой. — Вы упустили этот шанс, — не уступал Рики, выкручиваясь из хватки мужчины и немного уходя в сторону. — Сегодня вы падёте, господин Ким. — Умру я — умрёт и Сону. Ведьмак усмехнулся, заметив, как внезапно изменилось выражение лица Рики со злого на удивлённое и даже растерянное. Юноша чуть приоткрыл рот и оглянулся на своего парня, который сейчас сражался сразу с тремя волшебниками, а Сонджун этим воспользовался. Рванув вперёд, ведьмак снёс противника с ног и повалил на землю, со всей силы ударяя того кулаком в челюсть и сражу же образовывая огненный шар, которым собирался ранить Ники. Мгновенно среагировав, Рики выставил вперёд руку и вобрал в себя весь огонь, удивив этим поступком Джинёна, а после этим же огнём отбросил от себя мужчину. Оба вскочили на ноги, приготовившись к новому раунду. Но к ним двоим присоединился дракон, приземлившийся в нескольких метрах от ведьмака. Распахнув пасть, существо направило поток огненной стихии на Джинёна, которому последний тут же начал противостоять. Не теряя времени, Ники поджал с другой стороны, пользуясь окружающим его огнём. Сонджуну пришлось выставить руки в две стороны и отражать от себя весь огонь, нагревающий воздух вокруг. Многим пришлось уйти с нагретой территории, не выдерживая температуры, но Ники, дракон и Джинён оставались на своих местах. Если кто-то допустит оплошность, то тут же проиграет. Ведьмаки и вампиры пытались помочь своему господину, но препятствующие им волшебники не позволяли этого сделать. Сону тоже несколько раз пытался вырваться, но Сонхун отправил его в нокаут одним мощным ударом. — Силу рассчитывай! — возмутилась Хюнин, подскакивая к своему другу и ощупывая пострадавшую щеку. — Сону, когда ты проснёшься, всё уже закончится. Отдыхай. Слыша голос своей подруги, Ким медленно погружался во тьму, чувствуя какую-то лёгкость во всём теле и спокойствие. Всё — страшный сон, а ему лишь нужно проснуться. Не сейчас, а через время. Выдержка ведьмака постепенно уменьшалась, и близился момент, когда силовое поле, которым он отражал огонь, ослабнет, позволив стихии прорваться внутрь. — Вы меня не уничтожите! Я — власть! — Пришёл конец твоей власти, Сонджун! Усилив давление с обеих сторон, дракон и Ники наконец прорвали удерживающий их силу барьер, окутав огнём противника. Последний истошно закричал от полученной боли и всё ещё пытался что-то предпринять, пока Ники и Джейк продолжали приближаться. Ведьмак начал светиться, грозясь вот-вот взорваться и сжечь всё вокруг в радиусе десятков метров. И Ники, предвидев этот момент, раскинул руки в стороны, вбирая весь огонь в себя. Мощный взрыв отбросил всех на несколько метров, а весь огонь раскинулся на Рики и дракона, который они вобрали в себя. Всё тут же стихло. Морщась от боли и издавая тихие стоны, все начали вставать с земли, оценивая всю ситуацию и урон, нанесённый территории академии. Выжившие ведьмаки и вампиры, понимая, что их лидер пал, а в войне победили волшебники, начали отступать, но их очень быстро скрутили и прижали к земле, не позволяя уйти. — Именем закона, вы все понесёте своё наказание, — твёрдо произнёс Фума, показывая свой значок члена Ордена защитников. Ники, придя в себя и распределив всю полученную энергию по телу, которая тут же залечила все полученные раны, кинулся к Киму, минуя движущегося навстречу Сонхуна. Оказавшись у бессознательно парня, Рики проверил его пульс и, убедившись, что Сону жив, прижал его к себе и заплакал. — Я обещал, что тебя не брошу, хён, — прошептал тот и мазнул губами по покрасневшей щеке. — Мы победили, Сону-хён. Теперь всё будет хорошо. Сонхун же двигался вперёд к дракону, так же не сдерживая слёз. Видя сейчас перед собой живого Джейка, он не мог перестать плакать. Волчонок поднял свою ладонь, к которой дракон тут же прижался носом и закрыл глаза, ощущая спокойствие на душе и в сердце. А ещё душевную и ментальную связь. Сонхун почувствовал всё, что Джейк хотел ему сказать. — Джейк, пожалуйста, не оставляй меня, — просит Пак, прижимаясь к морде дракона всем телом. — Ты мне очень нужен. — Прости, Сонхун, — прозвучал в голове Пака такой родной голос, прежде чем дракон распахнул крылья и взмыл вверх, рассекая ночное небо и скрываясь в облаках. Волшебник остался на месте, устремив взгляд вслед улетающему дракону, и отчаянно плакал. — Я не перестану тебя искать, Джейк, — тихо шепнул волчонок, прежде чем осесть на землю и сжать в руках выжженную траву. — Ты — моё всё. Все постепенно начали приходить в себя, проверяя пульс многих погибших в бою волшебников, ведьмаков и вампиров. Хисын, задыхаясь от боли, лежал на том же месте, пока до него не добрались защитники и не окольцевали его запястья наручниками. А тела умерших начали постепенно переносить в одно место. Ники наблюдал за тем, как уносят тела его мамы и тёти, и не мог сдержать слёз. Он только обрёл семью, которую так скоро потерял. Лишь его плачущий отец с младенцем на руках создавали иллюзию целостности. — Рики, — тихо прошептал Ким, чуть приоткрыв свои глаза и уставившись на любимого человека. — Ты здесь. — Хён, — всхлипнул волшебник и прижал уставшего парня к себе. — Да, я здесь. Волшебник уставился вперёд, на лес, откуда вышла ничего не понимающая женщина, которую ранее Рики видел в одном из воспоминаний Сону. Она обеспокоенно осмотрелась, а затем посмотрела прямо на Ники и лежащего в его руках Кима. — Твоя мама тоже здесь, — твёрдо произнёс Рики, целуя своего парня в немного отросшие волосы. — Мы оба будем с тобой, что бы ни произошло. — Спасибо, Рики, — тихо благодарит Сону, прежде чем вновь закрыть глаза и погрузиться в сон. Ощущая на своём лице мягкие прикосновения таких родных рук и горячие губы на своём лбу, Ким улыбнулся сквозь сон и пустил одинокую слезу, пересекшую его щеку и упавшую прямо в ладонь его мамы. — Сынок, я рядом, — шептала женщина, глядя заплаканными глазами на своего сына, а затем на Рики. — Спасибо, что спас его. Ники иначе не мог.