Nightmares

Когда Рейнире было семь лет, ее мама снова забеременела и все время выглядела очень уставшей. Рейнира могла днями не видеть ее, а когда они вместе обедали, мама почти не разговаривала, а ела и того меньше. Даже в столь юном возрасте девочка понимала, что что-то не так, и очень беспокоилась за маму. К сожалению, ее беспокойство только усугубляло тревогу папы, и он отгонял ее от себя. Дядя Деймон, навещая их, увидел, что Рейнира расстроена, и, чтобы подбодрить ее, согласился наконец-то покатать ее на Сиракс, маленьком желтом драконе девочки, хотя родители и настаивали, что она еще слишком мала. Дядя Деймон и Рейнира договорились, что это будет их маленькой тайной, но девочка была вне себя от восторга. Она сделала все, что велел ей дядя, и осторожно последовала за ним навстречу бескрайнему небу в облаках. Далеко они не улетели, к тому же старались передвигаться не слишком быстро, но дядя Деймон похвалил и ее, и Сиракс за то, как быстро они учатся, и этого было достаточно, чтобы на губах Рейниры расцвела широкая улыбка. Позже Визерис будет внутренне ликовать, потому что его дочь стала самым молодым драконьим наездником в истории Таргариенов, но когда он только увидел желтого зверя в небе рядом с Караксесом, он почувствовал страх и ярость, каких никогда прежде не испытывал. Он ворвался в Драконье Логово и на глазах у Хранителей Драконов накричал на дядю Деймона, пообещав лишить его головы, если он еще хоть раз возьмет Рейниру в полет. Папа отправил дядю Деймона обратно в Долину к его жене, как можно дальше от Рейниры. Девочка плакала и плакала без остановки, отказываясь выходить из своей комнаты или встречаться с папой за ужином. Она легла спать голодная и со слезами на глазах, но вскоре проснулась от стука в дверь. Она села и потерла глаза, глядя, как дядя Деймон тихонько прокрадывается в покои, уверяя ее, что никогда бы не ушел, не попрощавшись. Он лег рядом с ней, нежно целуя в лоб и хваля ее навыки наездницы, обещая, что скоро он вернется и никогда больше не оставит ее одну так надолго.

________

Когда Рейнире исполнилось семнадцать, она полетела вместе с Сиракс на Драконий Камень, чтобы встретиться с Деймоном, несмотря на настойчивые просьбы отца не беспокоиться по этому поводу. Визерис был полон страха и ярости при мысли о том, что его единственный ребенок подвергает себя опасности из-за высокомерных и глупых выходок брата. — Иногда я забываю, насколько вы друг на друга похожи, — сказал он. Наверняка, он имел в виду ее мать, нежную, сочувствующую, любящую Эймму, которая тоже пошла бы на все, лишь бы предотвратить бесполезное кровопролитие, но с таким же успехом мог говорить и о Деймоне. Его брат и дочь были склонны к безрассудству, горячности и жажде справедливости, всегда были убеждены в собственной правоте, но иногда, как в случае с яйцом, Рейнира доказывала отцу, что в ее неосторожности есть своя правда, даже если в конце концов ее действия доведут его до могилы. В ту ночь Рейнира легла спать со слезами на глазах, смирившись с тем, что ее отец скоро женится на ком-то другом, на ком-то, кто не был ее матерью, у них появятся новые дети, и вскоре у ее папы будет новая семья, а у нее не останется ничего, кроме тех немногих воспоминаний о матери, за которые она еще была в состоянии держаться. Ночь выдалась ужасной, и Рейнира молилась Семерым, чтобы сон пришел поскорее. Спустя час она все еще лежала без сна в полной темноте, слезы катились по раскрасневшимся щекам, а мысли терзало одиночество. Когда она все-таки задремала, ее разбудили, что просто вывело девушку из себя. Принцесса села на постели, изучая взглядом пустую комнату в поисках звука, пробудившего ее. Рейнира нахмурилась, когда услышала очередной стук в окно. С любопытством вскочив с постели, она распахнула занавески и оказалась лицом к лицу с Деймоном, восседавшим на своем драконе. Рейнира недоверчиво уставилась на него, а тот лишь ухмыльнулся. — Что ты здесь делаешь, дядя? — спросила Рейнира, открыв окно. Деймон спустился со своего красного зверя и, ухмыляясь, взобрался на балкон. — Отец отправил тебя обратно в Долину, помнишь? — Не нужно напоминать мне о желаниях твоего дорогого отца, милая племянница, — проворчал он. — Я думаю, это был скорее приказ, нежели его желание, дядя. — Ну, это были какие-то смутные мысли, и он об этом знает. — Зачем ты здесь? Пришел, чтобы прикончить меня? Наконец-то забрать мой титул себе? — Нет. В конце концов я заставлю Визериса осознать свою ошибку, а твое убийство не принесет мне ничего хорошего. — Так ты пришел, чтобы украсть у меня что-нибудь еще? У моего бедного брата уже не осталось ничего, что ты мог бы забрать. — Я здесь не как твой соперник, малыш. — Нет? Тогда зачем ты пришел? — Как друг, — Деймон закрыл за собой окно и положил Темную Сестру на кушетку у кровати. — Я скучал по тебе, — тихо прошептал он, поцеловав руку Рейниры. Сейчас он больше походил на мальчика, чем на воина. Рейнира сомневалась, что когда-либо прежде видела его таким ранимым. Она придвинулась ближе, положила ладонь на его руку и утешительно сжала. — Я тоже скучала по тебе. Мне было так одиноко здесь без тебя. — Что случилось с отпрыском Хайтауэра? — Алисента хорошая, но она не понимает нас с отцом. Ей кажется, что она лучше меня знает, о чем он думает. — А чего ты ожидала? — Деймон фыркнул. — Отто постоянно говорит ему, в каком направлении мыслить, она тоже должна была это уловить. — Ты собираешься просить отца разрешить тебе вернуться? — спросила Рейнира, молясь всем богам, что ее затаенная надежда была не так сильно заметна в голосе. Деймон вздохнул и уставился в пол. — Боюсь, что нет, племянница, ибо гонка за Трон продолжается. — Надеюсь, ты не настолько глуп, чтобы предположить, что я попытаюсь причинить тебе вред, дядя? — Я изо всех сил стараюсь никогда не недооценивать тебя, Рейнира, и все же мы здесь, так что я не стану притворяться, что знаю, что ты будешь делать дальше, — усмехнулся Деймон. — Тем не менее, мне придется покинуть тебя на некоторое время, но я вернусь, вернусь победителем, и Визерис поймет, насколько ошибался, пренебрегая мной. — Куда ты отправишься? — К Ступеням. Корлис стоит на пороге войны, и… — Это чрезвычайно опасно! — вспыхнула Рейнира. — Я слышала, как он говорил об этом на заседаниях Совета отца. Ты не можешь отправиться туда, дядя, ты погибнешь! — Ну, тогда у тебя не будет конкурентов, верно? — Ты не мой соперник, дядя, совсем нет. Лорды ненавидят тебя. — Они боятся меня, — прорычал Деймон. — Уважение можно завоевать страхом. Удержать его уже труднее, особенно, если его выказывают только для того, чтобы унизить своего короля. — Бегство не вызывает особого уважения, Деймон, — горячо возразила Рейнира. — Как и шутки по поводу смерти сына короля, — Деймон вздрогнул, а девушка высоко подняла голову. — Когда ты вернешься? — Когда выиграю войну. — И сколько времени это займет? — Корлис говорит, что полгода–год, может быть, больше, но мы не знаем наверняка, — пожал плечами Деймон. Он сел в изножье кровати Рейниры и окинул ее взглядом. — У меня есть Караксес, он очень неплохой союзник. — Сиракс скучала по Караксесу, — сказала ему Рейнира, садясь рядом. — Он тоже скучает по ней. Он очень давно не общался с другими драконами. — Неужели тебе настолько важно стать королем, что ради этого ты будешь рисковать своей жизнью, сражаясь в войне, которой никогда и не должно было быть? — Рейнира вздохнула. Она коснулась щеки Деймона, пытаясь найти в его сиреневых глазах подсказки, пытаясь понять, о чем он думает. — Путей к короне много, принцесса, — Деймон ухмыльнулся. Он снова взял ее руку в свою и поцеловал ее ладонь, а затем запястье. — Я обещаю, что привезу тебе что-нибудь приятное, когда вернусь. Рейнира кивнула. Она вытерла уголки глаз, чувствуя, как на глаза снова наворачиваются слезы от мысли, что ей снова придется быть в одиночестве. — Почему такой мрачный вид, малышка? — Отец должен снова жениться, — прошептала Рейнира. Деймон обхватил ее за плечи, притягивая ближе к себе. Она уперлась головой в его грудь и позволила себе всхлипнуть, а он гладил ее по спине, успокаивая, словно маленького ребенка. — У него есть обязанности перед королевством — найти новую жену и завести больше детей, чтобы продолжить наш род. — И ты не хочешь, чтобы он это делал? — Мое мнение по этому вопросу не имеет значения. — Но тебя спросил я, не кто-то другой. — Конечно, не хочу! Я ужасно скучаю по матери, и мне не нужно, чтобы отец нашел мне новую мачеху. — Ты сказала ему об этом? — Конечно нет! Он — король! Я его единственная наследница! Ему нужно, чтобы я была благосклонна и уступчива, чтобы не доставлять беспокойства. — Но это беспокоит тебя? — мягко спросил Деймон. — Ужасно. Я не могу представить себе ни одну женщину на месте мамы, не знаю, как называть ее «королевой» и смотреть, как рыцари кланяются ей. Отец говорил мне, что не смог подобрать слов после смерти матери, чтобы меня поддержать, но я все еще чувствую, что пытаюсь мириться с последствиями, в то время как он уже готов двигаться дальше. — Ты не боишься, что не понравишься его новой жене? — спросил Деймон. — Что она попытается отдалить тебя от отца? — Он и сам неплохо справляется с этим, — фыркнула Рейнира. Деймон поцеловал ее в макушку и вздохнул. — Визерис всегда был немного глуповат. Он обожает тебя, дорогая, знай это, но ему трудно общаться с людьми. Он хочет угодить всем и сразу, а потом их же и обвиняет в своих неудачах. — Кажется, он не стремится угодить мне. — Ну, Отто Хайтауэр вряд ли будет шептать ему на ухо о том, как важно, чтобы ты была счастлива. Может быть, тебе стоит напомнить ему о том, что Сиракс может дышать огнем? — Деймон захихикал. Рейнира тоже не смогла сдержать смешок. — Мне не хочется взваливать на тебя еще большее бремя, но не могла бы ты сделать кое-что для своего злобного дяди? Присмотри за ним, хорошо? Визерис, на самом деле, больший дурак, чем думает. — Ты не злой, дядя, совсем нет. — Нет? — Нет. Просто ты тщеславен. И горд. И… — Я понял, принцесса, спасибо большое, — хмыкнул Деймон. Рейнира снова усмехнулась. — Я не ожидаю, что ты будешь делать все, моя дорогая, но если ты заметишь, что кто-то из этих пиявок в Совете явно использует его в своих интересах, в том числе и Отто, постарайся указать ему на это, ладно? Кажется, он не в состоянии вычислить тех, кто пытается извлечь для себя как можно больше выгоды. — Может быть, другие просто более осмотрительны, нежели ты, дядя. — Уверяю тебя, племянница, это совсем не так, просто у них не хватит смелости посягнуть на Железный Трон, поэтому они будут довольствоваться лишь огромными суммами денег и слишком большим количеством слуг, чтобы иметь возможность узнавать как можно больше слухов. — Какой тогда смысл во всем этом, если они никогда не пользуются возможностями? — Ну, мне кажется, что с такими маленькими членами, как у них, им просто необходимо что-то внушительных размеров, чтобы чувствовать себя важными, — пожал плечами Деймон. Рейнира не смогла сдержать смеха. Мужчина поцеловал ее в лоб. — Береги себя, принцесса. Какую бы девку Визерис ни взял в жены, ты всегда будешь Отрадой Королевства и моей любимицей, — Деймон легонько коснулся кончика ее носа. Рейнира улыбнулась, хотя глаза ее все еще были полны слез. — Ты и не заметишь, как я вернусь, — Деймон аккуратно поцеловал Рейниру в щеку, прежде чем встать. Девушка наблюдала, как он идет к окну, и сердце ее невыносимо быстро забилось в груди. — Дядя! — позвала она, вскакивая на ноги. Деймон обернулся. Рейнира бросилась к нему и обвила руками его шею. Мужчина снова поцеловал ее в лоб и разгладил волосы. — Да, малышка? — Останься, пожалуйста. — Я не могу, моя дорогая. Если Визерис найдет меня, он точно отрубит мне голову. Или яйца, на крайний случай. — Не найдет. Дверь заперта, и никто тебя не видел, верно? — Рейнира… — Пожалуйста, Деймон, если ты должен оставить меня еще на шесть месяцев, подари мне хотя бы одну ночь, — Рейнира приподнялась на носочки, чтобы поймать взгляд Деймона, а затем слегка чмокнула его в губы. Рука мужчины потянула ее за волосы, притягивая обратно для более глубокого и голодного поцелуя, пропитанного месяцами отчаянной тоски и желания. — Пожалуйста, — прошептала Рейнира, когда они отстранились друг от друга. — Ты станешь моей погибелью, принцесса, — хрипло выдохнул Деймон. Девушка лишь усмехнулась. Мужчина открыл окно и что-то пробормотал Караксесу на валирийском, тот сразу же улетел во тьму ночи, после чего Деймон снова закрыл его и подошел к кровати, где его уже ждала Рейнира. — Я не захватил с собой одежду для сна, принцесса, — сказал он ей. — Хочешь, я дам тебе свою ночную рубашку? — Очень смешно, дорогая, — Деймон закатил глаза и начал раздеваться, обнажая широкий размах плеч, накачанные мышцы торса, пока не оказался в одном нижнем белье. Он был прекрасен: золотистая кожа, серебристые волосы, и все это только для нее. Рейнира потянулась к мужчине, когда он забрался на кровать и задернул шторы. Девушка положила голову ему на плечо и провела рукой по груди, ощущая биение его сердца, сильное, неизменно быстрое. Деймон поцеловал ее волосы. Она чувствовала, как он улыбается ей. — Почему с каждой нашей встречей ты становишься все прекраснее? — прошептал он. Рейнира почувствовала, что краснеет. На пару мгновений они погрузились в уютное молчание, наслаждаясь тяжестью чужого тела, их ноги спутались под одеялом. Кожа Деймона была горячей, драконья кровь грела его гораздо сильнее, чем Рейниру. Она почувствовала, что устала. — Дядя? — прошептала она, снова чувствуя себя маленькой одинокой девочкой. Деймон промычал в знак согласия, наверняка в полудреме. — Когда родился твой младший брат, ты ждал его? — Не уверен, что меня это волновало, — прошептал Деймон в ответ. — Мои мать и отец, казалось, были рады, но я уже почти ничего не помню. Мне кажется, я даже никогда не держал его на руках. — Отец собирается завести еще наследников со своей новой женой. Я не хочу, чтобы у него были дети от нее. — Да, но отцы любят наследников. У Старого короля было тринадцать детей, логично, что Визерис захочет больше одного. Я уверен, что ты справишься, замок достаточно большой, ты найдешь, где спрятаться от всех этих криков. — Криков? — Разве ты не слышала, как громко может плакать ребенок, малышка? — Как ты думаешь, отец пригласит тебя на свою свадьбу? — Сомневаюсь, — усмехнулся Деймон. — От меня отреклись. — Лишили наследства, — поправила Рейнира. — Он все еще любит тебя, просто он был зол, и, мне кажется, он чувствует с твоей стороны угрозу. — А ты? — Нет. — А должна. — Нет, — Рейнира прижалась к нему поближе. — Мой отец так и не женился после смерти матери, — прошептал Деймон, — но это не значит, что к нему не приходили женщины. Мы с Визерисом не были дураками, мы знали, почему это происходило. Однажды мы застали одну из наших тетушек голой в его опочивальне. — Что? — рассмеялась Рейнира. — Нас отправили к отцу после того, как мы получили выволочку от септона, вероятно, в надежде на то, что нас накажут еще раз, но вместо этого мы застали мою тетю на стуле, полностью раздетую и ожидающую отца. Он конечно же заставил ее уйти. Помнится, Визерис не мог смотреть ему в глаза в течение месяца. — А твой отец никогда не хотел жениться снова? — Я так не думаю, нет. Он слишком сильно любил мою мать, старый романтик. Кроме того, он никогда не был королем, и у него уже были наследники, так что необходимости в женитьбе не было. — Ты бы женился, если бы у тебя был выбор? — Мы все должны, если хотим наследников, которые уж точно мне пригодятся, когда я стану королем. — Конечно, — фыркнула Рейнира. — Я бы хотел детей, — вздохнул Деймон. — Я бы хотел научить их летать на драконах, обучить их сражаться, и чтобы было кому передать Темную Сестру. Сомневаюсь, что теперь у меня это получится, не с моей стервой женой. Шутка ли, Визерис заманил меня в ловушку. — Я тоже беспокоюсь, что он заманит меня в ловушку, — призналась Рейнира. — Я не хочу выходить замуж за сына какого-нибудь лорда ради политической выгоды. Я буду несчастна. — Он не станет, он слишком любит тебя, чтобы сделать несчастной, — Рейнира надеялась, что Деймон прав, ведь она знала, что с приближением восемнадцатых именин разговор о ее возможном замужестве вспыхнет вновь. В конце концов Рейнира все же заснула, хоть это было нелегко. Она металась и ворочалась, в голове крутились мысли о мачехах, продающих ее за стадо овец, об отце, наблюдавшем, как ее постигает участь матери. Проснулась она в панике. Деймон смотрел на нее, прижавшись губами ко лбу. Она вся вспотела, а сердце бешено колотилось в груди. — Все хорошо, малышка, — успокаивал Деймон, подхватывая ее и прижимая к своей груди. Он был довольно крупного телосложения, намного больше Рейниры, поэтому она чувствовала себя в безопасности в его сильных руках. — Ты в порядке. Ты в безопасности. Здесь никто не сможет причинить тебе вреда, — он целовал ее лицо и поглаживал волосы, продолжая нашептывать всякие глупости, пока Рейнира не перестала паниковать. Она вздрогнула, когда он прижался губами к ее потному лбу. — Ты в порядке? — спросил он, обеспокоенно глядя на нее. Рейнира коротко кивнула. — Не дай новой жене отца выдать меня замуж и сослать в какое-нибудь ужасное место, — пробормотала она. — Никогда. — Как бы я хотела, чтобы ты не был женат. — Я тоже, принцесса, каждый чертов день, — простонал Деймон. — Хотя, это не единственная причина, по которой Визерис никогда не позволит мне жениться на тебе, — он оставил легкий поцелуй на ее губах, но Рейнира притянула его лицо ближе, отчаянно желая большего, желая почувствовать, что он хочет ее. Деймон повиновался, яростно впиваясь в ее губы, покусывая нижнюю, но тут же отстранился. — Мы могли бы сбежать вместе и пожениться, прежде чем он сможет нас остановить, — предложила Рейнира. Деймон задумчиво хмыкнул. — Возможно, когда-нибудь, малышка, но сейчас ты слишком юна для этого, а мне нужно выиграть войну и занять Трон. — Когда я стану Королевой, я смогу сама выбрать себе мужа, — прошептала Рейнира, не обращая внимания на слова Деймона, — и я бы выбрала тебя, Деймон, я всегда выбирала бы тебя, — мужчина снова поцеловал ее, на этот раз медленно, сладко, словно боялся, что может повредить ее, как хрупкую фигурку. — Возвращайся ко сну, принцесса, — пробормотал Деймон ей в плечо, прижимаясь поцелуем к обнаженной коже, выглядывающей из-под ворота ночной рубашки. — Я буду здесь, не волнуйся, — Рейнира обхватила его руками, чтобы тот точно не смог уйти, и снова закрыла глаза. Когда девушка вновь проснулась, уже рассвело. Деймон стоял перед ней, полностью одетый, с Темной Сестрой на поясе, и тряс ее за плечо. Она застонала. — Не так громко, — прошипел он. — Половина замка уже на ногах, готовят завтрак для твоего отца и все такое. — В чем дело? — Мне нужно идти, принцесса, прежде чем кто-то заметит, что я здесь был. — Ох, — Рейнира почувствовала, как ее сердце сильнее заколотилось в груди. Она не могла смириться с мыслью о том, что не увидит его еще год, окажется в ловушке одиночества, а компанию ей составит только Алисента, которая с каждой неделей казалась чем-то все более недоступным. Деймон нежно поцеловал ее, поцелуй был полон любви и обещаний. — Я привезу тебе что-нибудь милое, когда вернусь, Рейнира, что-нибудь действительно подходящее моей Королеве. — Твоей Королеве? — Мне нужно, чтобы моя консорт выглядела наилучшим образом, не так ли? — Деймон подмигнул. — Я стану королевой самостоятельно, спасибо большое, но ты можешь стать моим королем-консортом, если поклянешься мне в верности, как велел отец, — проворчала Рейнира, хотя в ее словах не было ни капли недовольства. Деймон усмехнулся, оценив шутку. Он провел рукой по ее мягким волосам и на мгновение замер, словно впитывая момент, вбирая ее в себя, запоминая. — Посмотрим, Рейнира, посмотрим, — прошептал он. Деймон ухмыльнулся, прежде чем открыть дверь. Снаружи никого не было. Это был хороший знак. Рейнира улыбнулась, помахала рукой и вздрогнула, когда за ним закрылась дверь. «Это всего лишь на год», — прошептала она про себя. «Скоро ты увидишь его снова». К сожалению, год прошел, а война в Ступенях так и не закончилась.